Заземление для товарища полковника

Всю следующую неделю Галине Николаевне гораздо легче работается. И вообще гораздо легче дышится, глядится по сторонам и ощущается в неизбежной ФЭСовской реальности. Во-первых, благословенное дело о лжепьяном стритрейсере, к счастью, удаётся закрыть. Главным образом, стараниями Сергея Белозёрова, о котором, честно говоря, полковник переживала больше всего – а ну как сорвётся, не выдержав столкновения с триггером сразу же после курса терапии? К счастью, её страхи не оправдываются – эксперт не только невозмутимо работает с опасным для его психики мотивом и вещдоками, но и находит ключевую зацепку в расследовании. И нет, убийцей оказывается вовсе не заинтересованная в получении наследства экс-супруга с сомнительными связями, а некий мститель из прошлого, чей ребёнок погиб под колёсами авто нынешней жертвы. А вот тубокурарин он достал у той самой сотрудницы лаборатории токсикологии, да – решил убить двух зайцев сразу: и яд приобрёл, и выгодную подозреваемую подставил. Ну конечно, он же не знал, что на его след выйдет эксперт ФЭС, у которого теперь особый интерес к раскрытию подобных дел? Во-вторых, Валю удалось-таки уговорить подумать об отпуске хотя бы в конце месяца – она как раз упоминала желание провести побольше времени с дочками и не оставлять их наедине с отцом, странности в поведении которого неумолимо прогрессируют с каждым годом. О проблемах с мужем подруга не говорит – но слишком уж хорошо Галина её знает, чтобы поверить в «тишь-гладь-благодать» в благородном семействе. Пока получается просто обнять и напомнить, что к ней можно обратиться в любой момент и с любой бедой. Валя грустно кивает, но в её глазах появляется решимость и желание что-то поменять. Этому Рогозина уже рада – перемены всегда начинаются с самых первых и самых маленьких шагов, сделать которые труднее всего. В-третьих, в её окружении совершенно неожиданным образом появился человек, роль которого она даже не может с уверенностью обозначить. Товарищ по несчастью? Невольный союзник? Просто коллега с синдромом спасателя и кучей своих травм, которые она так же понимает, как и он её? Но, так или иначе, после того самого разговора рядом с ней действительно слишком часто стал оказываться Игорь Шустов – причём оказываться именно тогда, когда ей нужнее всего присутствие и помощь кого-то неравнодушного, понимающего и умеющего слушать и рассуждать. И неважно, идёт ли речь о ключевых моментах в расследовании или о её беспокойстве за соблюдение сотрудниками рамок нормированного рабочего дня. Да, последний факт действительно имел место несколько дней назад. Полковник не поверила своим ушам, услышав лично, как Шустов гонит из лаборатории засидевшихся Амелину и Белую с отеческим ворчанием «по домам, по домам, девчата – нечего собственное здоровье гробить да начальство тревожить». Причём ругать его за упоминание «начальства» почему-то не хотелось – а хотелось, наоборот, поблагодарить за заботу и о коллегах, и о ней самой. Что она и сделала, а в ответ услышала простое «Галина Николаевна, ну мне не впервой молодёжь спать гонять – у самого дома юный гений, который без присмотра до трёх ночи беспредельничал бы». Зачем это капитану – ей, хоть убей, не понять. Наверное, по доброте душевной. Игорь на самом деле всегда таким был, не привык проходить мимо, когда кто-то нуждался в помощи или, как девочки вчера, слишком уж увлекался работой в ущерб себе. И в этом она его прекрасно понимает – сама, при всей взваленной на неё ответственности, о сотрудниках трясётся в первую очередь. В общем, теперь рядом с ней появился человек, которому не всё равно. Ни на происходящее в ФЭС, ни на неё лично. И правда, наверное, невольный союзник в противостоянии житейским катастрофам – мелким и поглобальнее. Причём не сказать, что у них какие-то особые профессиональные или, упаси господи, личные отношения – нет, ни разу. Они с Игорем обмениваются версиями в переговорной или у неё в кабинете, куда он приходит с информацией после выезда – и почему-то обсуждать это с ним интереснее и проще, чем с тем же Кругловым. Хотя это-то как раз понятно – в отличие от Круглова, отношения с Шустовым ей пока ещё не приписывали и приписывать не будут. Они обедают вместе – иногда вдвоём, иногда к ним присоединяется ещё и Антонова, принёсшая с собой фирменный диетический салат, забракованный Андреем Холодовым за «слишком пресную заправку», а вот им троим годящийся на ура. За обедом так же обсуждают версии, мотивы и улики. Иногда – излишнюю дотошность Султанова, успехи Валиных дочек и Пашкины подростковые чудачества. Рогозина порой замечает, что подруга смотрит на капитана виновато, то и дело отводя глаза. Как-то раз даже расспрашивает Валентину об этом – но тогда уже та взгляда не отводит, коротко, но решительно извинившись: «прости, Галь, рассказать не могу – это Лены касается и сейчас уже неактуально, а я обещала не распространяться». На это Галина Николаевна и не думает возражать. Лену и она, и вся ФЭС помнит как блестящего эксперта, отзывчивую коллегу и просто хорошего порядочного человека. Даже ушла она в своём духе – тихо, без патетики, но не пожалев простых, негромких добрых слов ни для кого. Значит, и нечего сейчас копаться в её прошлом, даже если и есть у них с Валей какой-то общий секрет. Сегодня полковник, как и всегда, собирает с утра летучку, посвящённую делу, над которым ФЭС работает уже третий день. Недалеко от собственного дома обнаружен подстреленным учитель информатики, работающий в самой обычной общеобразовательной школе. Пострадавший педагог, к счастью, выжил, но был срочно доставлен в реанимацию. Из окружения – пожилая мать с инвалидностью, невеста, работающая психологом в том же учебном заведении, коллеги и сами школьники. Из странностей – установленная в его компьютер и абсурдным образом не замеченная им шпионская программа, что наводит на мысль, что сим агрегатом информатик давно уже не пользуется. Из сопутствующих и дошедших по слухам обстоятельств – это дело (а также неугомонные Ваня с Оксаной, которых хлебом не корми – дай причинить добро, иногда самым диким или агрессивным способом) сблизило наконец-таки Павла Гранина и Ольгу Дунаеву, о чьих шекспировских страстях в ФЭС тоже на каждом углу судачат. Впрочем, это их жизнь – если не будут работу запарывать, то совет им, как говорится, да любовь. Вот сегодня им и предстоит выехать на поиски орудия убийства: Валя и Игорь совместными усилиями установили, что искать нужно пистолет Макарова. Галина Николаевна раздаёт всем задания, а сама остаётся в переговорной – у неё и помимо текущего расследования своей головной боли хватает. А точнее, две головных боли – Круглов и Султанов. Сейчас один тиранит второго у себя в министерстве в связи с грядущей проверкой и непонятно куда отпустит. А Коля, чёрт побери, ещё и недоступен… Рогозина в сердцах со всей силы нажимает на кнопку сброса вызова, услышав монотонные короткие гудки, медленно выдыхает и приказывает себе сосчитать до десяти и остановить взгляд или слух на чём-нибудь примечательном и безопасном, чтобы заземлиться. Она обводит переговорную внимательным взглядом. Вокруг точно безопасно и поводов для гнева нет. Всё знакомое, привычное и комфортное. Оперативники – вот ведь молодёжь, где только головы оставить каждый раз умудряются? – снова забыли задвинуть за собой стулья. А из коридора доносится голос Шустова – причём, судя по всему, разговаривает он по телефону. И как-то, как ей кажется, встревоженно. Решив понять, что задержало её работника и не требуется ли здесь какой-нибудь форс-мажорный отгул, Рогозина покидает переговорную и действительно находит взглядом Игоря, расхаживающего по коридору туда-сюда с телефоном у уха и, по всей видимости, явно шокированного тем, что ему сейчас сообщает невидимый собеседник по ту сторону разговора. -Лидия Васильевна, я ничего не понимаю! – значит, всё-таки не собеседник, а собеседница, - Как то есть «отказался представлять свою работу на конференции НОУ по физике»? Паша готовил её полгода, это какой-то абсурд… Лидия Васильевна, я обязательно поговорю с ним сегодня же вечером. Обещаю. И да, спасибо за своевременную информацию. Галина Николаевна, услышав часть разговора, понимающе и сочувственно кивает. Ещё бы – трудности родительства, от которых никто не застрахован…