Недолгая роль двойного агента

Пока Игорь и Галина Николаевна со всей возможной осторожностью пытаются привыкнуть к их изменившимся взаимоотношениям, Валя, разумеется, наблюдает за ситуацией во все глаза. И не из праздного любопытства, совершенно ей не свойственного. Как раз-таки нет. Просто не так уж и не прав был Сергей, обзывавший её, пусть и в сердцах, пусть и про себя, «двойным агентом». Именно так она себя и ощущает. Или разведчиком – вот только не возьмёт в толк, на чьей территории и в чью пользу разведкой занимается. Или русской богатыршей на распутье. «Налево пойдёшь – с Галей поссоришься, направо – Лену расстроишь и потеряешь»… Тьфу, ерунда какая! Что за детский сад? Лена сама ушла от Игоря в силу собственной бескомпромиссно честной натуры и в первых рядах желала ему найти настоящее счастье. Так что вряд ли она расстроилась бы, узнав, что её бывший муж, кажется, это счастье нашёл. Но Валентина Антонова – слишком хороший друг обеим: и Лене, и Галине Николаевне, вот и не может не терзаться пусть даже наполовину надуманными моральными дилеммами. Просто хочется, чтобы у всех всё было хорошо, и никто не остался бы в накладе – а тут у Гали с Шустовым всё вроде как складывается, а Леночка всё ещё одна и пытается залечить раны на сердце, разбитом этим Сергеем-злодеем-Кощеем-называйте как хотите-Белозёровым. Не слишком ей такой расклад нравится, если честно. Но развязка всех этих терзаний, достойных мыльной оперы, слава богу, наступает куда раньше, чем думалось Антоновой. Лена снова звонит ей в выходной и просит встретиться. Валя всегда рада увидеться с близким человеком. Но сейчас, приняв звонок Шустовой, застывает в растерянности: согласиться или нет? Как себя вести? Рассказать ей о новых отношениях бывшего мужа или промолчать? На встречу, тем не менее, соглашается – в этот раз подруги договорились встретиться на съёмной квартире Елены – той самой, куда съехала девушка после развода, почти сразу подобрав и приютив совсем ещё маленькую, но уже наглую и своенравную рыжую кошечку по имени Бестия. Там им точно никто не помешает поговорить всерьёз, по-женски, и не будет торопить. Тем более – Валя грустно оглядывает пустую квартиру – Юрка в Питере, девчата – на тренировке по плаванию, а муж… объелся груш, вот пусть и продолжает потреблять их в немереном количестве. Лена встречает на пороге скромной, но аккуратной съёмной «двушки» с такой искренней мягкой улыбкой на лице, что Антоновой становится ещё больше не по себе: не расстроят ли её последние новости об Игоре? Может, лучше всё-таки промолчать? -Ленуська! – но тем не менее, не заразиться теплом и жизнерадостностью от этой маленькой ходячей научной энциклопедии совершенно невозможно – едва переступив порог, Валентина крепко обнимает подругу, - Ну слава богу, хоть нашла для меня минутку в своём бесконечном академическом графике. Ну как ты тут? -Как пропеллер, - беспечно смеётся девушка, - И захотела бы посидеть хоть минутку спокойно на месте – так не получится ведь. То студенты, то Чижик, то диссер, то эта вон, - кивает на крутящуюся у её ног Бестию, - принцесса московская на четырёх лапах. Ты не смотри, что на вид такая миленькая и маленькая – это чистый чертёнок и хаос в одном флаконе. В первую же неделю такое тут устроила, что я уж испугалась, что Юрий Андреевич нас с вещами на выход погонит со своей жилплощади. -Но ведь не прогнал же… - Антонова, наклонившись, пытается почесать четвероногую жиличку за ушком, но не тут-то было – её ладонь оказывается захвачена и тут же расцарапана крошечными, но острыми коготками, - Ай! – вскрикивает от неожиданной боли гостья, - Всё, поняла, больше не трогаю, прошу понять и простить. Лен, у тебя есть вата и перекись? -Сейчас найду, - мигом подрывается Елена и бежит на кухню в поисках всего необходимого для оказания минимальной медицинской помощи, на ходу сурово обернувшись в сторону питомицы, - Бестия! Ну нельзя же так на людей бросаться… -Зато теперь я поняла, почему её так зовут, - Валентина, тем не менее, не теряет оптимизма и благодушно посмеивается. Когда ущерб от нападения особо опасной хищницы оказывается минимизирован, женщины наконец проходят на кухню, где Шустова тут же начинает хлопотать, ставя чайник и накрывая на стол: -Как знала, купила по такому случаю твой любимый медовик, - торжественно достаёт из холодильника вышеупомянутый тортик, - Имела бы прямые руки из правильного места – испекла бы, а так – увы, - вздыхает с весёлой досадой. -Ну ты же учёный, а не кондитер, - беззаботно машет рукой Валя. Всё-таки давно обеим не хватало таких уютных девичьих посиделок… Лена оживлённо рассказывает о своей научно-преподавательской жизни. Об Олеге Романовиче, который, не успев вернуть её в родное «гнездо», тут же предоставил источник для публикации статьи, а там дедлайн жёстче некуда. О супругах Ремизовых, смотреть на которых во всей этой институтской суете, цитируя дословно, «одно удовольствие, они такие милые и трогательные, как школьники, ей-богу». О Кире Симоновой, успешно сдавшей первую магистерскую зачётную сессию и наконец давшей согласие тому самому уже не «хвостатому» Сашке Балакиреву стать его девушкой. О своих студентах, запоминающих правила техники безопасности с четвёртого раза и растаскивающих методички по домам. И – зло нахмурившись – снова о Чижике, который полдня вчера ругался, сетуя на невозможность изъять из библиотеки все статьи и монографии под авторством Валентина Феклистова. -Я его понимаю, - серьёзно комментирует Шустова, сама закипая правильным гневом, - Вот пусть сколько угодно твердят, что учёный – отдельно, его работы – отдельно! Но чему, скажи на милость, может научить студентов подонок, изнасиловавший и пытавшийся убить старшекурсницу? -И не говори, - тут подруге добавить нечего. Тем более, она давно знает Лену, как знает и то, что для этой Марии Кюри местного масштаба любая преступная дрянь в университете – всё равно что для неё самой детский труп на секционном столе, - Но ничего, придёт время, и о вашем Феклистове забудут гораздо быстрее, чем о Герострате. -Надеюсь, - вздыхает Шустова, прихлёбывая свежезаваренного «седого графа». Валентина как раз помогает ей разрезать медовик, радуясь, что с фигурами у них обеих порядок и на тему диет можно не париться. Самой Антоновой тоже находится что рассказать. О последних делах ФЭС. Сразу о двух новых парочках среди молодых сотрудников – мало им Гранина с Дунаевой, так теперь ещё и Ваня с Оксаной окончательно все точки над «i» расставили. О ещё одной паре – постарше – молчит, виновато опуская взгляд. Лена не дурочка и не слепая, Лена – учёный, всё замечать привыкла. Вот и сейчас замечает, встревоженно на гостью смотрит и придвигает свой стул к ней поближе: -Валюш? Всё в порядке? Ты что-то хотела мне сказать? -Вообще-то да, - в нерешительности мнётся вроде как взрослая и мудрая Антонова. Младшая подруга её растерянность понимает по-своему, буквально взмолившись: -Валюш, если ты о Белозёрове – давай лучше не будем. Зачем портить такой прекрасный день разговорами о всяких Кощеях? -Да нет, я не про Сергея, - наконец решается Валя, - Я про Игоря. -С ним всё хорошо? – всё-таки бывший муж – не чужой человек, и Шустова искренне за него волнуется. -Да. Просто помнишь, перед тем, как уволиться, ты пожелала ему найти своё счастье? – Валентина осторожно подбирает слова, но реакция Лены её ошарашивает: та сразу всё понимает и радуется едва ли не больше, чем за саму себя, довольно просияв: -Что, нашёл всё-таки? Молодчина Игорь. Я очень за них рада. А… кто его дама? – всё-таки не может не поинтересоваться из чисто женского любопытства. -Галина Николаевна, - всё так же осторожно отзывается Валя, - Только тссс, я тебе этого не говорила! -С ума сойти! Всё-таки правду говорят, что у судьбы чувство юмора – не чета нашему. Валь, я буду очень рада, если у них всё-таки всё сложится. У подруги тут же отлегает от сердца. И что вот она так мучилась этими сомнениями? Лене, которая в браке не смогла полюбить мужа так, как он того заслуживал, только за радость узнать, что наконец-то ему повезло встретить своего человека (тьфу-тьфу-тьфу, но одного взгляда на них двоих достаточно, чтобы догадаться, что у них может получиться что-то настоящее). Теперь Антонова может порадоваться за всех близких людей сразу. У Гали с Игорем, если сами дров не наломают, всё будет хорошо. У Лены тоже, она вернулась домой, здесь её ценят и любят, у неё глаза светятся, стоит ей заговорить или услышать о любимом НИИ. Вот ещё бы Кощея этого бессовестного Белозёрова с концами забыла… Но такие глубокие сердечные раны, увы, заживают небыстро. Остаётся надеяться, время всё-таки и правда лечит…