Мудрость алкоголика-аналитика

-В общем, вот такие вот дела, Серый, - Игорь снова сидит на холостяцкой кухне Белозёрова и снова изливает душу старому другу. Вот только повод у него в этот раз ещё менее радостный, чем без малого год назад, - Разъехались мы с Галей, то есть, Галиной Николаевной… И как теперь жить, и чего теперь ждать – хоть убей – не знаю. -Разъехались? Или расстались окончательно? – дотошно уточняет Сергей, привыкший за годы работы в ФЭС подходить ко всему аналитически, включая проблемы в делах сердечных. -В том-то и дело, что не расстались, - удручённо вздыхает Шустов, - Она сказала, что любит меня, что надеется, что у нас всё со временем получится. Но призналась, что, на её взгляд, поспешила с переездом. Вот чего она испугалась, скажи мне пожалуйста? -Никогда бы не подумал, что товарищ полковник чего-нибудь боится, - озадаченно хмурится друг, - Но вспомни, может быть, ты давил на неё как-то в последнее время? Сделал что-то, что могло её оттолкнуть? -Да банальную вещь я сделал. Купил кольцо и понадеялся на русский авось. Вот и получил… по башке за самонадеянность. -То есть, ты сделал предложение Рогозиной, а она отказалась, - Белозёров снова переводит сказанное этим подавленным страдальцем на родной язык логики и фактов. -Она не отказалась категорически, в том-то и дело, - Игорь снова качает головой с таким видом, будто ему зачитали его собственный смертный приговор, - Она… помнишь, как в старом добром советском кинематографе? «Седьмой раз согласна – как только будет время». А времени у неё никогда не будет, она на таком посту! У нас каждый раз то маньяк, то ОПГ, то киднепперы. А на неё ещё Султанов сверху давит. А ещё у неё Валя, которой она помогает с разводом. В общем, я её понимаю, я ей сочувствую, но я-то ведь тоже простой живой мужик, я хочу жить здесь и сейчас! А ещё у меня Пашка, который смотрит на все наши американские горки, крутит пальцем у виска и смотрит на нас, как на великовозрастных идиотов, - всё больше и больше распаляется капитан, вспоминая события последних нескольких дней. Конечно, он до сих пор в шоке. И конечно, он слишком дорожит любимой женщиной, чтобы разорвать с ней отношения – но такой её шаг не мог не причинить ему настоящую и крайне острую боль. Тогда, несколько дней назад, он действительно решил рискнуть – и прогадал. В тот день, когда они уехали из ФЭС вместе и уставшая Галя задремала в его машине, кольцо уже было куплено и дожидалось своего часа. Дождалось на следующий день – вот только совершенно зря. Разговор не предвещал ничего дурного, ничего опасного – у него выдался выходной, а её он привёз со смены, вот только, видимо, не заметил раздумий и сомнений в её взгляде. К этому вечеру он готовился весь день, припас шампанское, купил цветы – разве что речи не готовил, не имея привычки репетировать красивые слова, которые в итоге всё равно превратятся на нервах чёрт знает во что. Просто хотел сказать, что представить свою жизнь без неё уже не может и очень хотел бы, чтобы она осталась рядом навсегда. И сказал ведь. Дурак самоуверенный. Совершил наибольшую глупость, какую только мог. И ведь ему правда было бы легче, если бы она в категоричной форме отказала, ответив, что, «гуляй, мол, товарищ капитан, не хочу я за тебя замуж ни сейчас, ни в следующей жизни, ни в параллельной вселенной». А она… Её ответ он точно никогда не забудет. -Игорь, если бы всё зависело только от чувств – я бы, не раздумывая, сказала тебе «да». Я очень хочу быть с тобой, правда, но мне кажется, что в наших с тобой отношениях всё происходит слишком быстро. Мне нужно время. Прости, я знаю, я тебя разочаровываю и причиняю боль, но пока не могу иначе. Что-то мне не даёт сделать этот шаг. Я очень надеюсь, что когда-нибудь для него придёт время – но точно не сейчас, извини. И всё это – с такой искренней грустью в глазах, что сомневаться в её правдивости не пришлось. Ну не будет так смотреть женщина, которой всё равно, которая видит в мужчине просто удобный вариант, или привычку, или спасение от одиночества. Галя к нему привязалась столь же сильно, насколько и он к ней. Но почему тогда она не решается на большее? Им же ведь уже не по двадцать пять, и они не вечны, в отличие от сферы охраны порядка, в которой они оба работают… Разумеется, он не сказал этого вслух – это было бы оскорбительно и поставило бы крест на их отношениях в принципе. А Галя разрывать отношения не хотела. Просто сказала «нет». И решила съехать. Единственной мыслью, прочно обосновавшейся в голове мужчины на весь тот вечер, было: «слава богу, Пашка ночует у бабушки и не видит всего этого сумасшествия». Вообще-то находчивый и деликатный отпрыск, будучи в курсе планов родителя, сам предложил такой вариант, от всей души пожелав отцу удачи. И, конечно же, вернувшись домой на следующий день, парень ожидал увидеть дома счастливых новоявленных жениха и невесту, планирующих будущее. А нашёл – раздавленного, одинокого, потерянного отца, вернувшегося со смены почти заполночь и ещё и прощения у него попросившего за несложившуюся второй раз семью. Вот только Пашка, узнав, что разрыва между влюблёнными, как он их прочно привык называть, не произошло, ещё надеется на благополучный исход и велит ему, «великовозрастному паникёру», не опускать рук. Говорит, что всякое бывает, что сейчас всё только от него зависит, что нужно просто делом доказать Галине Николаевне свою искренность, терпение и готовность ждать… А он, сорокадевятилетний капитан полиции, ни во что уже не верит. Мечтает, конечно, до сих пор – но эти мечты из той же оперы, что покорение Вселенной или доказательство теоремы Ферма. А в реальности – не знает, как вести себя с любимой женщиной и каков теперь в принципе статус их отношений. После тихого, спешного и грустного разъезда им так и не удалось остаться наедине и поговорить хоть о чём-то, не касающемся работы. Всё некогда было – то Галю кто-нибудь из экспертов отвлечёт, спеша показать очередную найденную улику, то ему Пашка позвонит, сообщая, что идёт из школы, и спрашивая, какие продукты купить домой… В общем, какие уж тут разговоры о личном? -Прости, конечно, Шустов, но я больше согласен сейчас с твоим сыном, чем с тобой, - выдаёт, наконец, Сергей, выслушав его исповедь о неудавшемся предложении руки и сердца и последовавшем за ним вынужденном тайм-ауте, - Я понимаю, как тебе по-мужски тяжело и обидно, любому на твоём месте было бы. Но ты же по-настоящему любишь Рогозину? -В том и дело, что да, - даже не думает отрицать Шустов, - Но вот только мне всё чаще начинает казаться, что я гоняюсь не то за призраком, не то за миражом. -Сложно не понять, - кивает Белозёров, - Но попробуй взглянуть на эту ситуацию иначе. -Иначе? – Игорь в недоумении таращит на него глаза. -Ну да. Смотри, твоя любимая женщина честно сказала тебе, что пока не готова к браку, и решила временно вернуться на исходные позиции. Но согласись, это лучше, чем если бы она ответила тебе согласием, а сама при этом начала бы… Подозревая, куда может клонить этот не слишком вдохновлённый собственной семейной жизнью товарищ, капитан предупреждающе щурится и сжимает кулаки. Соображать надо, о ком и с кем говоришь, вообще-то! -Игорь, успокойся, - примирительно замечает друг, - Я и не думал сравнивать мою… кхм… легкомысленную экс-супругу с нашей Галиной Николаевной. Я о том, что неготовность к браку может всплыть в тот момент, когда этот самый брак уже заключён. А тебе что, нужен третий развод? Шустов тут же без всяких раздумий качает головой. -Вот и я тоже так думаю, - не может не радоваться его разумности Сергей, - Поэтому пусть пока всё остаётся, как есть. Вы только обязательно поговорите, не оставляйте недомолвок. Ты, например, скажи Галине Николаевне, что сожалеешь о случившемся и скучаешь по ней. И она скажет, возможно, чего именно испугалась. Главное – учти свои ошибки и не дави на неё снова. -Да какое уж там, - обречённо машет рукой Игорь, - Мне бы не потерять то, что ещё осталось. А вообще, Серый, - подозрительно прищуривается, - Ты когда успел таким профи в отношениях стать? На терапии твоей, что ли, так увлеклись, что из пациента готового коллегу слепили? -Ну говорят же, кто в чужой жизни психолог, в своей – псих, - мрачно усмехается Белозёров, - А я так и вовсе не психолог, я просто аналитик. И алкоголик, - снова ухмыляется иронично, - Так что мне по статусу положено непрошеные советы давать. -Так, хватит себя казнить, - теперь уже функцию психолога приходится брать на себя капитану, - Что было, то прошло. А ты по-прежнему мировой мужик и мой старый дружище, так что прорвёмся, что уж там. Сергею остаётся только вздохнуть и через полчаса спохватиться – завтра-то вставать рано, обоим на смену. Игорь уходит, клятвенно пообещав товарищу не делать глупостей, не истязать себя самобичеваниями и – ну это было бы уж совсем немыслимо! – не обижать Галину Николаевну. Может, они оба – и Серый, и Пашка – действительно правы? Может, ничего ещё не кончено и нужно просто ждать?