Эпизод 8: «Последняя искра»

Сэм балансировал на самом краю небытия. Его энергетическое тело опасно угасало, становясь прозрачным, и сам пульс мироздания замедлялся в такт его прерывистому дыханию. Монстр Теней уже торжествовал, упиваясь своей близостью к победе, но он фатально недооценил верность Стражей. Джек Сэвейдж, увидев зияющую дыру в покоях Демиурга, мгновенно оценил масштаб катастрофы. — Скай, прикрой огнем! Видишь этого ублюдка? Долби по нему из всего, что есть! Лаф, не дай ему добраться до турелей! — скомандовал он. — Принято! — синхронно отозвались девушки. — Ну, иди сюда, кусок грязи! — выкрикнула Лаф, вызывая огонь на себя. Шквал свинца из турелей обрушился на монстра, но пули отскакивали от его шкуры, словно безобидный горох. Даже мощь полуавтоматических пушек не могла пробить его защиту. — У него Лина! Отставить огонь! — в ужасе закричала Скай. — Лаф, будь осторожнее! — Поняла! Эй ты... — Лаф не успела договорить. Сокрушительный удар отшвырнул её в стену. — Я тебя... по винтикам разберу... вся команда Фиксиков офигеет... — прохрипела она, пытаясь подняться, но второй удар впечатал её еще глубже в камень. — Закрой рот, малявка, — пророкотал Монстр Теней, занося кулак для финального удара. Но внезапно его рука замерла. Что-то — или кто-то — начало медленно поднимать его кулак. Под ним, вопреки законам физики, стояла Лаф. В её глазах вспыхнула яростная синяя искра, и она одним резким движением отбросила лапу чудовища. Вокруг неё завихрилась лазурная аура; потоки чистой магии взмыли вверх, формируя за её спиной колоссальный фантомный дух её собственного тела. — Теперь мы на равных! — с азартным оскалом прошептала она, и воздух вокруг задрожал от её новой мощи. — Интересно, Сэм теперь всем раздает свои подарки? — Монстр Теней с презрительным смешком оставил Лину, скованную теневыми цепями, в руинах спальни. — Ну, покажи, на что способна, малявка! — Скай, займись Фриками! Этот ублюдок… МОЙ! — прорычала Лаф. Её первый удар заставил сам воздух содрогнуться. В такт их сражению небеса разверзлись, метая молнии. Следующим выпадом Лаф впечатала монстра в соседнее здание, а стена огня от турелей отсекла ему путь к отступлению. В это время Джек Сэвейдж, используя тактическую хитрость и маскировку, прорывался к покоям Демиурга. Внутри, среди обломков, его встретил встревоженный Джейкоб с запасом медикаментов и патронов. — Джек, они почти добили Сэма! Их там слишком много! — Всего двое, — отрезал Джек, проверяя оружие. — Но если они способны удерживать самого Создателя, значит, их сила за пределами понимания. Нужно действовать сейчас. Тем временем в штабе «Спайдер» назревал шторм. Карл XII в окружении советников обсуждал план отравления вод мира Сэма «Черным дыханием», как вдруг двери тронного зала разлетелись в щепки. Внутрь ворвались Валькирии — элитная крылатая пехота в сверкающих экзокостюмах, с гранатометными копьями наперевес. — Что это значит?! — вскричал Карл, но ответом ему стал сухой выстрел. Монах упал, раненый, а принц Ойген мгновенно оказался в плену — Валькирии знали способности своих врагов наперед. В зал вошли Бисмарк и полковник Клаус Шенк фон Штауффенберг. Одноглазый командир Валькирий в экзокостюме S-класса, с механическим протезом вместо руки, выглядел как само воплощение войны. — Сир, ваша эпоха подошла к концу, — холодно произнес Бисмарк. — ПРЕДАТЕЛЬ! — взревел Ойген. — Я лишь исправляю ваши ошибки. Я поведу королевство к истинному господству, — ответил Бисмарк и, сорвав корону с головы монарха, небрежно бросил её на пол. Золотой венец звякнул о камень — символ павшей династии. — Да здравствует Железный Канцлер! — эхом разнеслось по залу скандирование Валькирий. Окрыленная минутной победой, Лаф не заметила, как Монстр Теней трансформировался, принимая свою высшую, Огненную форму. Сокрушительный удар пылающего кулака выбил из неё дух: Фантомный Дух мгновенно развеялся, турели захлебнулись последними гильзами, а бесконечная орда Фриков хлынула в пролом. — Всё еще способна дерзить?! — пророкотал монстр, впечатывая изломанное тело Лаф в каменные плиты особняка. Она лишь бессильно закрыла глаза, принимая неизбежное под грохот детонирующих фугасов, отбросивших Скай взрывной волной. Джек остался последним рубежом. Собрав остатки своей «искры» в светошумовую гранату, он метнул её в эпицентр тьмы. Вспышка была столь яростной, что на миг выжгла саму суть теней, ослепив монстра. Этого мгновения хватило, чтобы в глубине души Сэма, за пределами досягаемости «Черного дыхания», сдетонировала первородная золотая искра. Она пронеслась по его венам очищающим пожаром, испепеляя яд. Демиург восстал. Его мех сиял ослепительной белизной, а свет, исходящий от него, заставлял врагов слепнуть. — Невозможно... — прошипел Монстр, лихорадочно собирая сгустки тьмы для новой атаки. — И что ты сделаешь теперь? Сэм не ответил. Глядя на скованную, бездыханную Лину, он сменил ярость на ледяной приговор. Книга Мироздания раскрылась в его руках, страницы бешено завращались, повинуясь воле Творца. Одним резким росчерком пера Сэм вычеркнул само понятие существования Монстра Теней из структуры реальности. Тварь не просто погибла — она рассыпалась серым прахом, стираясь из истории, словно её никогда не было. Этот фрагмент ставит мощную точку в сражении, раскрывая Сэма не просто как защитника, а как абсолютного мастера фехатования и милосердного лидера. Сцена с Охотником добавляет глубины лору: «истинный сын ордена» и загадочное «Оно» намекают на глобальный заговор. Литературная обработка Теневые оковы лопнули со звоном разбитого стекла. Сэм рванулся вперед, подхватывая Лину у самого пола. В разрушенной спальне, среди осевшей пыли, они замерли в отчаянном объятии, но тишину разорвал голос ворвавшейся Дианы: — У нас проблемы! Фрики прорвали периметр, они уже внутри! — Джек, позаботься о Лине. Я закончу это сам! — отрезал Сэм. Он вылетел из пролома в стене, и из его тела вырвались тысячи золотых снарядов, испепеляя зараженных. Поле боя перед особняком скрылось под слоем пепла. Внезапно в серой завесе вспыхнули ядовито-зеленые глаза. Из тумана шагнул Клаус Нефрон. Под первыми каплями начавшегося дождя два противника замерли, готовясь к танцу смерти. Битва вспыхнула мгновенно. Охотник стрелял хаотично и яростно, но Сэм отбивал каждую пулю клинком. Их движения были столь быстры, что капли дождя, казалось, застывали в воздухе, не успевая упасть. — Ты не понимаешь серьезности ситуации, — прохрипел Охотник. — Отдай мне её! Сэм ответил сокрушительным ударом в грудь, отбросив врага, и приложил палец к губам: — Ш-ш-ш.... Клаус собрал остатки сил для финального рывка. В голове Сэма промелькнуло дежавю: «Где-то я уже это видел...». Сближение. Вспышка стали. Сэм оказался за спиной Охотника. Раздался сухой щелчок — меч вошел в ножны. В ту же секунду раны Клауса «ожили» по команде Демиурга: всплески крови пронзили его тело насквозь. — Никто не может им обладать, Сэм, — пошатываясь, прошептал Охотник. — Оно принадлежит мне, истинному сыну ордена... В королевстве настали другие времена. Я вернусь за тобой, Лина. Обещаю. Охотник исчез в воронке портала, оставив после себя лишь горький запах озона. Сэм выдохнул и обратился к друзьям, магией исцеляя их раны. — Сэм... я использовала искру... прости, — закашлялась Лаф, приходя в себя. — Вы молодцы, — Сэм тепло посмотрел на команду. — К черту правила об искрах. И Джек... прости за тот случай в Торговом центре. Джек в ответ лишь козырнул двумя пальцами с усталой, но понимающей улыбкой. Позже, когда грохот битвы стих, Лина и Джуди остались наедине в уцелевшем крыле особняка. Воздух всё еще пах озоном и паленой шерстью. — Лина... прости меня за то, как я вела себя утром, — Джуди тяжело вздохнула, не поднимая глаз. — Я зря связала твоё появление с этими ордами. Просто... я устала. Миры Сэма раз за разом превращаются в ловушки из-за незваных гостей. Я больше не могу так жить. — Я понимаю, — тихо отозвалась Лина. — Возможно, их действительно что-то тянет сюда. Что-то вроде этого... Она раскрыла ладонь, показывая Джуди тот самый камень. Крольчиха вздрогнула, узнав знакомые грани. — Это же наш с Ником путеводный камень! Как же его... я забыла название. Но он не должен светиться! Он одноразовый, пустой кусок породы после использования. — Вот именно. Поэтому я и боюсь рассказывать о нём Сэму, — призналась Лина, сжимая артефакт в пальцах. — В любом случае, лучше скажи. Тайны в этом доме до добра не доводят. Так что... ты прощаешь меня, подруга? Лина картинно отвернулась, выдержав театральную паузу, а затем лукаво взглянула через плечо. — Хм-м.... Я принимаю твои извинения. Но только при одном условии: давай без этого твоего официального «мы» и «вы», как будто мы чужие. — Договорились! — выпалила Джуди, и подруги бросились друг другу в объятия, скрепляя мир, который был так важен для них обеих.