Эпизода 9: «Блуждание по забвению»

Сэм открыл глаза, но не увидел ничего, кроме серой хмари. Он лежал на твердой, безжизненной корке земли в эпицентре абсолютного, звенящего «ничто». Его мех оставался болезненно-пепельным, а тело казалось чужим и немощным — в этом чистилище магия Созидания была бессильна. Вдруг тишину прорезал знакомый смех. Сэм рванулся на звук, и из тумана, залитая одиноким лучом призрачного солнца, проступила скамья из того самого парка. На ней сидели Джуди и Лина — повзрослевшие, но в своих детских платьицах. На мгновение Сэму стало тепло, но стоило ему подойти, как смех оборвался, сменившись ледяным презрением. — О, Великий Защитничек явился! — выплюнула Джуди, и в её глазах отразился ужас её гибели в торговом центре. — Ведь всё это случилось по твоей вине! — Ему всегда плевать на всех, кроме себя, — добавила Лина, нависая над ним тяжелым грузом вины. — Ты просто волчонок, забившийся в угол, когда твои же правила ударили по тебе самому! Сэм попятился, но пустота под ногами разверзлась. Новый голос, полный ярости, заставил его содрогнуться. Перед ним возник Гарольд — тучный лис-подросток из школьного прошлого. — Ты! — взревел он. — Из-за тебя я выпал из окна! Ты жил всё это время, пока я гнил! — Гарольд, мне жаль... я не хотел... — прошептал Сэм, но лис лишь обрушил на него яростный крик, втаптывая Демиурга глубже в бездну. Запах гари возвестил о появлении последнего призрака. Пол, объятый вечным пламенем, возник из темноты. — Я был прав, Сэм. Твои игры в Бога до добра не доведут! — Пол, я упокоил тебя... зачем ты убивал моих друзей? — в отчаянии выкрикнул Сэм. — Друзей?! — взревел пылающий волк. — Я перестал для тебя что-то значить и сгорел по твоему желанию! Так гори же и ты! Призраки сомкнули кольцо, их голоса слились в ледяной шепот, от которого стыла кровь. — Ты не творец, Сэм. Ты лишь убийца в золотой мантии, — прошипел Пол. — И этот олененок — лучшее тому доказательство. Перед глазами Сэма вспыхнуло прошлое: ночной клуб, пропитанный запахом пороха и страха. Он видел себя со стороны — монстра с пылающими красными глазами, в ярости вырезающего наркобаронов. Клинок сверкнул в полумраке, и под случайный, слепой удар попал Бэмби. Смерть была мгновенной. — Ты излечил меня когда-то, и я был благодарен... — эхом отозвался голос олененка из пустоты. — Но ты же меня и убил, Сэм. Без капли сострадания. — Убийца! Приговор — смерть Создателя! Долой его «Рай» на костях! — скандировала толпа теней, втаптывая Сэма в грязь его собственной гордыни. — ХВАТИТ! — чистый, резонирующий голос разорвал мглу, развеяв призраков, как дым на ветру. Из темноты вышел Алистер. Повзрослевший, величественный олень в чернов фраке, чей взгляд светился вековой мудростью. Он заставил Сэма замолчать, заглянуть в самый центр своей истерзанной души. — Твоя сила, Сэм, — не в праве судить. Она в долге защищать, — произнес он. Демиург рухнул на колени. Скорбь, которую он подавлял годами, прорвала плотину. — Я виноват... — голос Сэма дрогнул, по щекам скатились искры слез. — Прости меня! Дай мне шанс... не ради власти. Ради них. Ради моей семьи! Я всё отдам, только позволь мне их защитить! Алистер подошел ближе и коснулся лба Сэма. Это прикосновение обожгло прощением. — Встань, Сэм. Твой час еще не пробил. Сэм поднялся, чувствуя, как внутри закипает утраченная мощь. — Ты — вечная константа, вершитель судеб. Мы — твои покорные слуги, а те, кто противится... решай сам. Убить существо твоего уровня — безумие для любого смертного. Прими свой титул, Создатель! Твоя семья нуждается в тебе! Алистер взмахнул рукой, показывая видение: особняк в огне, израненные Лаф и Джек, из последних сил сдерживающие орды Фриков. В этот миг серость окончательно осыпалась с Сэма. Его мех вспыхнул ослепительной белизной, а в глазах снова зажегся алый огонь с золотой искрой Созидания. — Я иду. И я верну тебя в материальный мир, обещаю! — твердо произнес Сэм. — Заканчивай начатое. Я буду ждать, — улыбнулся олененок. Золотой вихрь подхватил Демиурга. Обернувшись в последний раз, он увидел Джуди и Лину — они стояли в свете солнца, мирно и счастливо маша ему вслед. Сэм шагнул в реальность. Он возвращался, зная истинную цену своей короны. Спустя три недели кабинет Демиурга всё еще хранил едва уловимый аромат озона и старой кожи. Под стеклянным куполом, где совсем недавно бушевали вихри битвы, воцарился обманчивый покой. Джек и Скай, уединившись на диване, тихо перешептывались, стараясь украсть у вечности мгновения простого живого тепла. Лаф, напротив, застыла в кресле: её пальцы методично и почти гипнотически перебирали холодную сталь кинжала, словно проверяя реальность на ощупь. Сэм замер в центре зала. Его ладони внезапно вспыхнули расплавленным золотом, и воздух с сухим треском разорвался, обнажая сияющую печать Забвения. Из вихря искр, чеканя шаг по мрамору, вышла фигура, заставившая Лаф мгновенно вскинуть клинок. — Ты не забыл. Я польщен, — голос Алистера прозвучал как шелест самой вечности. Его безупречный черный фрак и ослепительно белая сорочка казались инородным пятном в залитом солнцем кабинете. — Красивый мир, Сэм. Но в нем зияет пустота. — О чем ты? И кто ты такой? — Лаф подалась вперед, её глаза превратились в узкие щели. — Я — Алистер. Судья Душ того места, откуда ваш Создатель едва сумел вернуться, — олень перевел спокойный взгляд на Сэма. — Сэм, позволь мне взглянуть на Книгу. В комнате повисла тяжелая тишина. Джек и Скай замерли, когда Демиург, вопреки всем правилам, протянул священный артефакт чужаку. Сэм никогда и никому не доверял Книгу Мироздания. — Видишь это пустое гнездо на обложке? — копыто Алистера коснулось холодного золота переплета. — Пятый элемент. Сердце Мира. Оно разделено, Сэм. Пять осколков, пять судеб. Искра, зажигающая миры; Чувство, способное сжечь или спасти; Свет, прогоняющий мглу; Тьма, поглощающая солнце... И последний — Ключ к твоему прошлому, который запустит маховик конца. Что из этого выберешь ты — решать тебе. Слова Судьи эхом бились под куполом, предвещая новую войну. Но сегодня долг Созидателя уступал место долгу мужчины. — Я всё понял, Алистер. Будем действовать, — Сэм обернулся к друзьям, и его голос окреп. — Но есть одно «но» ... Я женюсь! Защита мира на максимуме, стражи в строю, и я сам встану на защиту этого дня! Алистер, ты придешь на свадьбу? — С превеликим удовольствием, — склонил голову олень. Кабинет взорвался аплодисментами и радостными возгласами. Никто не заметил темную фигуру, затаившуюся в тени коридора, которая шептала кому-то невидимому: — Все идет по плану...