Глава 65

      Двух перелетов Гермионе оказалось достаточно, чтобы понять, что она не любит маггловские аэропорты. Они будили в ней тоску.       Не вокзалы — именно аэропорты. Четко проведенная граница между теми, кто уходит, и теми, кто остается, делала все таким выпуклым, таким очевидным. Она видела радость — чистую, неподдельную; видела ожидание, предвкушение, видела печаль, разочарование и слезы — слезы всех сортов, какие только есть на свете. Здесь встречались после долгой разлуки и прощались навсегда, здесь все было так остро, так обнаженно — слишком мало оставалось времени на лицемерие. И поневоле в голову лезли глупые, глупые мысли: её некому встречать, ей не с кем прощаться…       И все же её встречали. Когда Гермиона вышла из зоны прилета, крепко сжимая ручку чемодана, она, хоть и не сразу, но заметила рыжую, знакомого оттенка темной меди, голову. Чарли!.. Он приехал, а значит, есть шанс, что согласится помочь.       — Объясни мне, что происходит, — попросил он, бесцеремонно перехватив у нее чемодан и прокладывая своим мощным телом дорогу к выходу. — Присылаешь патронус, прилетаешь маггловским самолетом… В Англии закончились портключи?       — Я летела не из Англии, — поправила его Гермиона, ощутив легкий укол удовольствия при мысли об этом. — И у меня с собой есть кое-что, что я не очень хотела показывать местному Министерству.       — Контрабанда? — Чарли заинтересованно поднял рыжие брови и усмехнулся. — Еще один Норберт?       — Почти, — она не смогла не улыбнуться в ответ. Всего нескольких фраз хватило, чтобы исходившее от Чарли спокойствие окутало её, точно пуховое одеяло. — Виверна.       — Великая мать драконов!.. Только не говори, что вывела её из яйца.       — Это долгая история, — уклончиво ответила Гермиона. — И я не собираюсь оставлять её вам. Просто есть некоторые проблемы… а куда мы идем?       — На парковку. У меня там машина.       — Но разве мы не можем трансгрессировать?..       Чарли широко улыбнулся и развел руками.       — Наверное, можем, если ты не имеешь ничего против. Но ты ничего не объяснила, летела самолетом — вот я и подумал: а вдруг ты скрываешься? И взял пикап.       — Я не скрываюсь, — рассмеялась Гермиона. Сердце билось быстро и часто, и все тревоги испарились, будто по волшебству. И она думала о том, что Чарли не захочет ей помочь? Вот же дурочка! — Ничего такого.       — Ну, теперь-то я в любом случае не могу бросить пикап здесь, так что придется потрястись. А ты пока расскажешь мне последние новости.       Вот интересно, и о чем она будет рассказывать?.. Её самые свежие новости о Британии протухли три месяца назад.       Пикап оказался облупленным, поеденным ржавчиной монстром, который выглядел так, будто совершил кругосветное путешествие — причем в основном по бездорожью. Дверца жалобно заскрипела, а стоило ей забраться на сиденье, как какая-то коварная пружина впилась в бедро.       Малфой удавился бы, если бы его заставили ехать в таком драндулете. Кстати, о Малфое… Она вытащила из кармана телефон.       Трубку сняли после первого же гудка.       — Я в Бухаресте, все в порядке.       Гермионе казалось, что этого вполне достаточно, и она уже собиралась нажать на кнопку отбоя, когда услышала, что он что-то говорит.       — Повтори, пожалуйста. Я не расслышала.       — Я спросил, что ты намерена делать дальше.       — Меня встретил Чарли. Сейчас поедем в заповедник…       — Как он узнал, что тебя нужно встречать?       Гермиона закатила глаза. Ей в самом деле нужно отчитываться за каждый шаг?       — Потому что я предупредила его о том, что прилетаю. Я позвоню вечером, хорошо? Пока мне больше нечего сообщить.       — Все в порядке?       Да почему он никак не уймется?!       — Да. Все в полном порядке, — медленно, почти по слогам проговорила Гермиона и наконец отключилась.       Очень хотелось открыть окно и запустить этот телефон куда подальше, но она сделала над собой усилие и положила его обратно в карман. В основном потому, что стекло выглядело так, будто вот-вот вывалится от любого неосторожного движения.       — Неужели ты наконец завела себе парня? — весело подмигнул Чарли.       — Упаси Мерлин! — Гермиона округлила глаза в притворном ужасе. — Это… — слово «начальник» никак не ложилось на язык, и она покатала его, пробуя то так, то эдак, — деловой партнер. Беспокоится о сохранности груза.       — Это виверны-то?       — В том числе, — уклончиво ответила она.       Что, в самом деле, она скажет, когда настанет время эту самую виверну предъявить? Не врать же, что привезла её с собой в дамской сумочке. А если показать Чарли все содержимое чемодана, пожалуй, даже его лояльность и умение закрывать глаза на не совсем законные вещи могут не выдержать.       Чарли ловко вел ржавый пикап по улицам города — с такой легкостью, будто делал это сотни раз. Впрочем, почему «будто»?.. Заповедник закупает корм для драконов у магглов в том числе, так что этот пикап наверняка постоянно используется… Она откинулась на спинку сиденья — шишковатую, будто вся набивка в ней сбилась комками, — и немного расслабилась.       — На самом деле, это не виверна. Не взрослая, то есть. Это виверненок, совсем еще подросток, и у него проблемы с крылом. Вероятно, сломал его, когда был совсем маленьким, а потом оно неправильно срослось. В результате летать он почти не может. Я приехала сюда, потому что подумала… наверняка это можно вылечить, правда?       Чарли задумчиво потер заросший густой рыжей щетиной подбородок.       — Может быть. Надо показать твоего виверненка Адриану — он в таких вещах разбирается. А где…       — В чемодане, — торопливо ответила Гермиона. — Не могла же я… Но ей там хорошо, не думай!       Чарли снова усмехнулся.       — Ладно, не буду. Так куда сначала — в заповедник или сразу к Адриану? Или вообще в гостиницу?       Гермиона задумалась. Одно дело — посвятить в тайну чемодана Чарли. Несмотря на то, что они были очень мало знакомы, встречались лишь несколько раз на семейных торжествах, и она ничего не знала о его теперешней жизни, его мощная коренастая фигура, веснушчатое лицо и добрая улыбка отчего-то вызывали в ней доверие. Но этот Адриан — совершенно чужой человек. Как отреагирует, увидев целый зверинец в её багаже?.. Нет уж, Виви придется посидеть ради такого случая в клетке.       — Давай сначала в гостиницу, — решила она. — Я пересажу виверну в клетку, а потом уже поедем к Адриану — так можно?       — Можно как угодно, — хмыкнул он. — Ты уж прости, что не предлагаю тебе остановиться у себя, но здесь слухи ползут быстро. Думаю, ни тебе, ни мне это не надо.       Гермиона кивнула. Слухи все равно поползут — это неизбежное зло, но если Чарли так будет спокойнее…       Она не знала, о чем еще говорить, а он не задавал вопросов. Утомленная долгой дорогой, они прислонилась головой к стеклу и сама не заметила, как задремала.       Старенький пикап выехал из города и, рыча мотором, направился на север — по направлению к горам.

***

      — Сколько все-таки тебе лет?       — А как ты думаешь?       Она наклонила голову; пышный локон упал на лицо. Полные губы приоткрылись — так, что взгляд невольно устремлялся к темному, влажному рту, и мысли полнились образами наслаждений, которые обещали эти губы и этот рот, а не какими-то глупыми вопросами.       — Ну… двадцать пять? — предположил Драко. Ему даже не надо было стараться, чтобы выглядеть идиотом: вид наверняка и без того соответствующий.       Бет рассмеялась — смех у нее был грудной, чуть хрипловатый. Прильнула к нему горячим обнаженным телом; юркий язычок скользнул по коже. Он задержал дыхание, наблюдая за тем, как её голова опускается все ниже и ниже. Коротко, сдавленно выдохнул, когда она достигла цели.       А на вопрос так и не ответила…       Казалось бы, отдых, хороший секс и разгадывание подвернувшейся загадки должно было занимать Драко достаточно, чтобы ни о чем больше не думать, но внутри с каждым часом все сильнее разрасталась та самая, сосущая пустота — ощущение доселе ему незнакомое и оттого пугающее.       Оставаться с Бет стало невыносимо; сославшись на дела, он улизнул к себе в номер. Пытался читать — но строчки расплывались перед глазами. То и дело проверял телефон, но тот хранил молчание. Скука вытолкнула его на узкие улицы Медины, и он бродил по ним, время от времени останавливаясь, чтобы рассмотреть мозаику, резной орнамент или изысканный абрис арки — тени той красоты, которая так очаровала Грейнджер, тающие под натиском подступающих осенних дождей.       Это все Грейнджер. Она увезла с собой чемодан, оставив его безо всякого занятия — а Драко терпеть не мог ничего не делать! Он не мог заниматься зверинцем, не мог подыскивать для него новых питомцев, не мог ничего — и попросту сходил с ума от скуки! Когда же она вернется?..       Телефон молчал. Он вернулся в отель, поужинал с Бет — почти не слыша ее слов, не чувствуя вкуса еды. Принял душ, лег в постель, но сон не шел. Почему она не звонит? Может, что-то случилось? Не справилась с нунду, уснула в вольере баюна, укусил рунеспур?.. Но если бы в самом деле что-то случилось, ему бы сообщили — об этом он позаботился…       Звонок раздался в тот момент, когда Драко уже почти готов был ехать в местное Министерство за портключом в Румынию.       — Вы припозднились, — ледяным от ярости голосом заметил он, когда густой, незнакомый ему мужской голос вежливо поздоровался.       — Сложновато отыскать телефон, когда ты птица, — без тени смущения парировали на другом конце. Драко сделал мысленную пометку: перезвонить Неду и решить этот вопрос. — Ваша красавица добралась до Бухареста без приключений. Здесь её встретил здоровый рыжий мужик, посадил к себе в пикап и повез в Дежани…       Здоровый мужик? Грейнджер почему-то не упоминала, что Чарли Уизли такой уж здоровый...       — Она остановилась в гостевых комнатах на втором этаже местного паба — другой гостиницы здесь нет. Потом вышла с какой-то коробкой в руках, и они поехали в поселение волшебников неподалеку. Вошли в один из домов, оставались там несколько часов и вот только недавно тот рыжий отвез вашу девушку обратно. Как только свет в ее окнах погас, я и позвонил…       Драко взглянул на часы: почти два. А в Румынии, должно быть, еще больше… Какого черта Грейнджер шляется по ночам? Какого черта не спит почти до рассвета?!       Человек по другую сторону трубки, разумеется, не мог ответить на его вопросы. И какой толк в этом наблюдении? Если с ней что-то случится внутри чемодана, этот парень, чьим единственным достоинством было умение превращаться в птицу, не сможет ни помочь, ни подстраховать…       Задав еще несколько вопросов и убедившись, что Грейнджер — а вместе с ней и чемодан, — находятся в безопасности, Драко наконец прервал разговор.       Она не позвонила, хотя он просил. Может, решила, что для звонка слишком поздно, а может, просто забыла… Он подождет до утра.       Телефон он оставил под подушкой вместе с волшебной палочкой и наконец провалился в сон — тревожный и беспокойный.