Глава 12: Вне гравитации

Вечер короткой программы у мужчин превратил «Медиоланум Форум» в гудящий улей. Воздух был наэлектризован до предела. Аделия, кутаясь в объемную куртку и натянув капюшон, чтобы не привлекать внимания прессы, заняла место в темном углу трибун. Она пришла поддержать Петю, но сердце предательски замирало каждый раз, когда на табло сменялась фамилия участника. Лед сегодня видел всё. Петр Гуменник выдал один из своих самых интеллектуальных и тонких прокатов, безукоризненно исполнив каскад «лутц-риттбергер», заставив зал аплодировать в такт его сложной дорожке шагов. Японские фигуристы, словно тени, скользили по льду, демонстрируя невероятную точность ребер. Но все понимали: это лишь разогрев перед выходом «Малинина». — На лед приглашается Илья Малинин, представляющий Соединенные Штаты Америки, — объявил диктор. Трибуны буквально взорвались. Свист, топот, крики на разных языках — толпа приветствовала своего короля. Илья выкатился в центр круга, привычно вскинув руку. Он выглядел безупречно в своем соревновательном костюме, но те, кто знал его близко, заметили бы: он не просто разогревался. Он искал. Его взгляд метался по секторам, игнорируя камеры. И вдруг замер. Там, в тени верхнего яруса, он встретился глазами с Аделией. Она едва заметно кивнула. В этот момент мир для него сузился до размеров катка. Больше не было давления отца, не было ожиданий страны. Была только она и лед. Зазвучали первые аккорды. Илья сорвался с места. Первым же элементом он зашел на свой коронный четверной аксель. Зал замер. Четыре с половиной оборота в воздухе — физика, казалось, перестала существовать. Мягкое, кошачье приземление. Следом — каскад из четверного лутца и тройного тулупа, исполненный с такой легкостью, будто он весил не больше перышка. Но кульминацией стал его знаменитый бэкфлип (сальто назад). Это запрещенный во многих федерациях, но официально разрешенный с недавних пор элемент, от которого у судей перехватывает дыхание. Когда Илья, набрав огромную скорость, ушел в обратный кувырок над льдом, в зале воцарилась леденящая тишина. Доли секунды в воздухе, риск фатальной ошибки — и чистое приземление на одну ногу. Зал взревел так, что, казалось, задрожали стены. Илья закончил программу в эффектной позе, и первым делом его голова повернулась не в сторону бортиков, где стоял Роман Скорняков, а в сторону того самого темного угла. Аделия стояла, прижав руки к груди. Он прочитал по её губам: «Ты молодец». На лед посыпался град подарков. Кроме традиционных цветов, фанаты забросали Илью его любимыми черными драконами Беззубиками — Ночные Фурии десятками летели на лед, символизируя его невероятную скорость и "инопланетные" прыжки. Следом летели огромные плюшевые ягоды малины и зеленые человечки. Делая почетный круг, он подмигнул трибунам, но внутренне уже был далеко отсюда... В зоне «Kiss and Cry» (уголок слез и поцелуев) повисла пауза. Судьи долго совещались, и наконец на табло вспыхнули цифры: 118.45. Мировой рекорд. Недосягаемая высота. — Вот видишь, — Роман Скорняков удовлетворенно похлопал сына по плечу, но тут же добавил: — Это результат дисциплины и тех двух часов в зале сегодня утром. Не расслабляйся, после завтра произвольная. Илья кивнул, но едва дождавшись окончания формальностей и короткого интервью, он нырнул в технические коридоры стадиона. Они встретились в укромном месте за трибунами, среди строительных лесов и ящиков с оборудованием. Аделия ждала его там, всё еще в капюшоне. — Илья! — она сделала шаг навстречу и обняла его, прижалась к нему, уткнувшись лицом в его плечо, всё еще пахнущее холодным льдом и недавним триумфом. Её руки, маленькие и зябкие, робко сомкнулись на спине его спортивной куртки, а сама она казалась в его объятиях совсем крошечной. . — Это было... это было за гранью. Ты настоящий умничка. Этот бэкфлип... я чуть не перестала дышать. — Я делал его для тебя, — выдохнул он, всё еще тяжело дыша после проката. Аделия улыбнулась, и эта улыбка была дороже любого золота. — Мне пора бежать, Илья. Завтра мой выход, Даниил Маркович уже ищет меня для финального прогона. Нужно еще поработать. Она быстро подошла к нему, привстала на цыпочки и мимолетно коснулась губами его щеки. Запах льда и её парфюма с ноткой миндаля смешались в одно целое. — Удачи завтра, Снежная королева, — прошептал он ей вслед, когда она уже скрылась в дверях. Илья стоял в полумраке, прикоснувшись рукой к щеке. Сегодня он получил 118 баллов, установил рекорд и подтвердил статус легенды. Но уходя в раздевалку, он понимал: этот мимолетный поцелуй и пара слов поддержки были для него куда ценнее, чем любые судейские протоколы.