Глава 14: Осколок льда и ритмы Джексона

В раздевалке Аделию уже ждала Алиса. Она победно улыбалась, поправляя яркий макияж. — О, «фаворитка» пришла, — бросила она через плечо. — Готова к провалу? Знаешь, судьи не любят тех, кто пытается выехать на чужой славе. Илья просто вежливый парень, он со всеми такой… милосердный. Не перепутай его жалость с чем-то другим. Аделия замерла на секунду, а затем медленно повернулась к Алисе. Её взгляд был абсолютно прозрачным и твердым. — Жалость — это то, что я чувствую к тебе, Алиса. Потому что тебе нужно столько слов, чтобы почувствовать себя уверенно. А мне нужен только лед. Она вышла из раздевалки, но внутри всё дрожало. Аделии предстояло выступать в первой разминке. Быть «нейтральным атлетом» и открывать соревнования — двойной груз. Судьи традиционно придерживают баллы для лидеров из последних разминок, а отсутствие флага и гимна лишает спортсмена той невидимой брони, которую дает мощная федерация. Ты один против всего мира. В техническом коридоре, у самого выхода на каток, её перехватил Илья. Он выглядел взволнованным. — Адель, стой! Он быстро снял с шеи украшение на кожаном шнурке. Это был удивительной красоты медальон: ограненный кусок горного хрусталя, имитирующий осколок льда, а в самом его центре был вплавлен крошечный черный обсидиан, похожий на зрачок дракона. Камень таинственно мерцал в свете ламп. — Это мой талисман, — Илья быстро надел его на шею Аделии. — Отец говорит, это просто камень, но для меня это символ внутренней силы. С ним я ни разу не проигрывал. Сейчас он нужнее тебе. Пусть он напоминает, что ты не одна. Он спрятал кулон под её сценический костюм, на секунду коснувшись её ладони, и крепко обнял. — Лети, Снежная королева. На лед вышла другая Аделия. Программа под хиты Майкла Джексона требовала дерзости. На ней был стильный черный костюм с серебряной отделкой, имитирующий знаменитый пиджак поп-короля. Под первыми аккордами «Billie Jean» она преобразилась. Каждое движение было выверено до миллиметра: резкие акценты, знаменитая лунная походка на зубцах коньков, невероятная пластика. Зал замер, когда она пошла на сложнейший каскад. Тройной аксель — безупречно. Тройной лутц — тройной тулуп — с такой легкостью, будто гравитация на неё не действовала. Весь драйв и энергия Джексона воплотились в этой хрупкой девочке. Она не просто каталась — она захватывала пространство. Финал программы под взрывной ритм вызвал шквал оваций. Идеальный прокат. Аделия грациозно кланялась, и её рука непроизвольно прижалась к груди, где под тканью костюма грел кожу медальон Ильи. Её взгляд встретился со взглядом Ильи на трибуне. Он светился от счастья, вскинув кулаки вверх, а затем сложил пальцы в сердечко. Аделия едва заметно улыбнулась ему в ответ. На табло вспыхнули баллы: 86.42. Первое место. Невероятный результат для первой разминки. Даниил Маркович встретил её у бортика, светясь от гордости: — Ты сделала это, Адель! Ты просто невероятная! В раздевалке телефон завибрировал. СМС от Этери Георгиевны было кратким, в её стиле: «Молодец. Не расслабляться перед произвольной». Вечером был назначен торжественный ужин. Все спортсмены были в сборе, звучали официальные речи, но Илье и Аделии было тесно в этом пафосе. — Псс, — Илья незаметно подошел к ней, когда внимание гостей переключилось на очередной тост. — У меня есть план. Хочешь увидеть настоящий ночной Милан без охраны и камер? Аделия посмотрела на него, потом на строгий профиль Этери в другом конце зала и решительно кивнула. — Пошли. Они выскользнули через служебный выход, задыхаясь от смеха и адреналина. Милан встретил их прохладой и огнями. Они бежали по мостовой, как дети, которым удалось обмануть весь мир. За спиной остались медали, баллы и строгие тренеры. Впереди был только ночной город, запах кофе из ночных лавок и пьянящее чувство свободы, которое стоило дороже любого золота.