Глава I. Дезертирство

2 мая 1998 года, школа чародейства и волшебства Хогвартс. Ранним утром в районе во многом весьма потрёпанного, разрушенного после жутких ночных боевых действий, самой настоящей битвы, войны замка Хогвартса на выручку неслабо побитым, но не терявшим духа защитникам замка в какой-то момент резко, совершенно неожиданно примчалось на выручку самое разное подкрепление, от кентавров Запретного леса до многих десятков жителей деревни Хогсмид, что неподалёку от Хогвартса. В свете этого Наслаждающиеся смертью неподдельно растерялись. Наслаждающиеся, эти зловещие тёмные маги в чёрном, только было уверовали в численный свой перевес, и что уж теперь это их противники сдадутся за неимением другого выбора, а тут к ним на выручку прискакивают эти полузвери кентавры, великан какой-то припирается, хотя все великаны вроде бы были союзны Наслаждающимся, ещё и школьные домовики, эти мерзкие ушастые, пучеглазые коротышки с ножами и топорами для мяса полезли… Когда ты уверовал было в победу, не сомневаешься в том, что своих больше, чем противников, и что разгром противника теперь только вопрос времени, не больно-то легко сразу сориентироваться при подоспевшем к противнику подкреплении, тем более, когда оно так многочисленно и лезет со всех сторон. При эдакой ситуации, при столь резком повороте событий и лучшие тёмные маги, лучшее полчище тёмных магов растеряется, среди них непременно начнутся непонимание, хаос, крики, даже паника, чёткий строй, разумеется, развалится, и все побегут, куда глаза глядят, не понимая, куда деваться, например, от стрел этих вшивых кентавров. И Наслаждающиеся побежали, организованного полчища уже не было, хотя и полной анархии тоже не было, по крайней мере, пока - кто-то, конечно, был уже только за себя, кричал, паниковал, даже падал жертвой давки в том или ином месте, но большинство злодеев всё-таки ринулось друг за другом и в одном направлении - внутрь замка. Туда же и защитники замка побежали, так что решающие побоища определённо начались бы в замке, и снова там всюду были бы насилие, крики и кровь, как в ночь с 1 на 2 мая. Численного перевеса за Наслаждающимися смертью уже не было, и какой-то чёткости, восстановления порядка и организованности в их стане потом не последовало. Впрочем, бегств с поля боя, дезертирств со стороны Наслаждающихся пока не было, по крайней мере, заметных, массовых. И Наслаждающиеся, и их противники мчались большей частью к холлу при входе в замок и в Большой зал, что неподалёку. Именно в этих местах и развернулись решающие бои, после которых стало наконец ясно, чья же взяла, и не только в рамках битвы, но и в рамках всей Второй магической войны, что сотрясала британское магическое сообщество вот уже почти 3 года. Ну так вот, основные бои были во входном холле и в Большом зале, скорее даже в Большом зале - туда в один момент стали рваться все, кто только мог ещё сражаться и не был убит или же повален. Лидер Наслаждающихся Тёмный лорд Волдеморт был в самой гуще побоища, что разгорелась в Большом зале. Тёмный лорд яростно крушил всё, что попадалось ему на пути, в то время как ряд его приспешников потерпел поражение - Корбана Яксли обезоружили и повалили на пол, Антонин Долохов тоже был обезоружен и рухнул без сознания, Уолден Макнейр был мощно швырнут через весь зал, врезался в одну из стен и мешком упал на пол, союзного Наслаждающимся оборотня Фенрира Сивого сбили с ног, Наслаждающийся Аугустус Руквуд был оглушён, околдованный Наслаждающимися и выполнявший их приказы не по своей воле Пайус Тикнесс - тоже оглушён… Однако были в Большом зале и такие Наслаждающиеся, которых ещё не обезвредили, и которые ещё вполне уверенно сражались. Одного из них, высокого, под 2 метра, с немалыми мускулами черноволосого мужчину в чёрной мантии по самые сапоги, тоже чёрные, попыталась атаковать со спины куда более скромная и ростом, и телосложением, и дуэлянтскими навыками девушка, которой совсем недавно исполнилось 16, и которая осталась защищать Хогвартс, несмотря на то, что должна была эвакуироваться как несовершеннолетняя учащаяся. Эта храбрая защитница Хогвартса, своей школы, своего второго дома, была по виду скромная и даже немного несерьёзная - каштановые под стать волосам брови достаточно тонкие, лицо как будто не подростковое, не сказать, чтобы 16-летней девушки… И все равно она полезла на жуткого верзилу (и это он ещё передом не повернулся!), даже попыталась применить на нём жуткое пыточное заклятье Круциатус, да, видно, психанула, или, может, решительности не хватило, так что Круциатус получился слабоватый - массивного Наслаждающегося только немного передёрнуло. Круциатус действительно срабатывает только при действительном, садистском желании причинить жертве как можно большую боль, но, к сожалению, не получилось. Почему к сожалению? А потому что Наслаждающийся этот был крайне жёсткий, прожжённый, один из самых опытных, закоренелых и заодно самых кровожадных, изощрённых на тот момент Наслаждающихся смертью, так что Тёмный лорд небеспочвенно считал его одним из самых верных своих сторонников. Когда почти 2-метровый Наслаждающийся повернулся передом к той, что осмелилась попытаться запытать его ни чем иным, как Круциатусом, стало видно его лицо, весь внешний вид в целом. Волосы представляли из себя чёрное и немного сальное каре, лицо было какое-то бледно-сероватое, причиной чему явно были увлечённость боями и злость, по форме же оно было и не слишком маленькое, и не слишком вытянутое, по выражению - искажённое и перекошенное до жути, ведь это явно был злостный и весьма эмоциональный маньяк. Брови были чёрные, не слишком тонкие, но и не слишком густые, правый, тёмный, даже как будто чёрный глаз так и говорил о желании пытать и убивать, левый же глаз был закрыт и, похоже, совсем не открывался, что придавало этому мужчине чуть ли не монстрический вид. Под обоими глазами была то ли грязь, то ли заметно-серого цвета мешки, ниже глаз был орлиный по форме нос, ниже него, в свою очередь, средней густоты чёрные усы, на подбородке ещё определённая растительность. Впрочем, растительность эта была только на подбородке, да и та не очень густая. Одет обладатель этой внешности был во всё чёрное, руки были белые, словно снег, мощные и цепкие. При виде довольно скромного, даже несерьёзного по виду противника из числа школьников мужчину в чёрном перекосило, и он явно негодующе воскликнул, даже как будто прорычал: - Ты знаешь, кто я такой?! В ответ школьница только приняла боевую стойку, желая, видимо, продемонстрировать решительность и бесстрашие. - Я Родольфус Лестрейндж, с*ка! - рявкнул её противник яростнее, свирепее прежнего. - Экспеллиармус! - Протего! Протего было заклинанием отражения многих заклинаний и заклятий, так что Родольфуса Лестрейнджа не удалось обезоружить Экспеллиармусом. Более того, Родольфус, будучи куда более опытным и жёстким дуэлянтом, сообразил применить одно невербальное заклинание, то есть, заклинание непроизносимое вслух. Собственно, Родольфус шандарахнул противостоявшую ему девушку Экспеллиармусом, причём и беззвучно, и достаточно яростно, чтобы Экспеллиармус вышел мощный, такой, что девчонку отбросило к той стене Большого зала, что была сзади неё. Подобно Макнейру, девчонка потеряла сознание и упала мешком на пол. - Отлично, Дольф! - похвалил Родольфуса оказавшийся в один момент рядом с ним Рабастан, младший его брат, тоже черноволосый, но с более кудрявой каре, пониже ростом и поскромнее телосложением. - Как обстановка, Баш? - спросил Рабастана Родольфус, смотря при этом не на него, а на одного из школьников, дабы невербально навести на него заклятье слепоты Конъюктивитус. - Правду сказать, хреновая (с этими словами Рабастан невербально применил на какой-то девчонке оглушающее заклятье), наших повсюду валят… - Ничего, надо только поднажать! После этого Родольфус ослепил невербально соответствующего школьника, и практически сразу же на Родольфуса двинулось двое ребят. Родольфуса это ничуть не разозлило, скорее раздразнило, возбудило, он, подначивая, крикнул им: - Давайте, прошу! Кто знает, что бы из всего этого вышло, если бы в тот момент Родольфус с Рабастаном не услышали яростный прям женский выкрик, даже как будто рык. - Не тронь мою дочь, тварь!! - проорал этот явно разгорячённый голос. Голос этот Родольфус и Рабастан распознали. Поневоле они даже отвлеклись на то, что происходило где-то левее них. Противники их, те школьники, не атаковали их со спины, хотя имели 1000 и 1 возможность это сделать. По какой-то причине Родольфуса и Рабастана вообще никто не атаковал. Более того, бои по краям Большого зала как-то сами собой прекратились, ведь участники боёв, причём с обеих сторон, позабыли друг о друге и стали наблюдать за тем, что происходит в центре зала. Там, в центре зала, разгорелись 2 определённо основных боя. Был, в частности, бой с участием Беллатрисы Лестрейндж - супруги Родольфуса и леди Лестрейндж, в то время как Родольфус имел титул лорда Лестрейнджа. Беллатриса, стройная, даже худая и бледноватая черноволосая женщина со злостными тёмными глазами, тяжёлыми веками и выступающим подбородком, противостояла сразу троим девушкам, а теперь на него ещё кинулась невысокая и полноватая рыжая женщина под 50 с несколько морщинистым лицом. Это была Молли Уизли, и Родольфус прекрасно знал, что это вшивая предательница крови, опозорившая свой чистокровный род Пруэттов браком с этим дурошлёпом Артуром Уизли. В числе тех, кто противостоял сейчас Беллатрисе, была дочь этой Молли, Джинни, кажется, тоже рыжая, но повыше ростом и худая. При появлении Молли Беллатриса только расхохоталась, явно не восприняв всерьёз такого противника. - С дороги! - выкрикнула старшая Уизли и, выхватив волшебную палочку, ринулась в бой с Беллатрисой. Беллатриса, похоже, и это не восприняла всерьёз, тогда как улыбка её стала кривее и хищнее. Потоки пламени быстро стали литься из обеих волшебных палочек, а пол под ногами волшебниц раскалился и покрылся трещинами. Обе волшебницы дрались яростно, Уизли проорала бросившим ей на помощь школьникам: - Нет, уйдите! В сторону! Она моя! А Беллатриса всё не воспринимала всерьёз происходящее - уворачивалась от всяких заклинаний Уизли, смотрела на противницу с улыбкой невменяемого, а в один момент, явно издеваясь, выкрикнула: - Что ж будет с твоими детьми, когда я тебя убью, когда мамочка отправится вслед за Фреддичкой? - Ты больше никогда не тронешь наших детей! - вспыхнула Уизли. Беллатриса рассмеялась исступлённым смехом, всё думая, что этот бой нечто несерьёзное, не более, чем дурацкий спектакль какой-то, а между тем некое невербальное заклинание Уизли пронеслось под вытянутой правой рукой Беллатрисы и ударило её в грудь, прямо над сердцем. Зловещая улыбка замерла на губах Беллатрисы, глаза словно выкатились из орбит. Ещё мгновение она, по-видимому, думала, что случилось, а потом медленно опрокинулась навзничь. Это был конец самой фанатичной приспешницы Тёмного лорда и лучшей дуэлянтки среди Наслаждающихся смертью. Погибла Беллатриса даже как-то глупо - наверняка от простоватенького, бытового какого-нибудь заклинания, учитывая, что эта Уизли была домохозяйкой и магию использовала в основном для всякой домашней возни. Другое дело, что это заклинание остановило сердце Беллатрисы, а уж такое никто не переживёт. Так Беллатриса и сгинула, пожалуй, бесславно, и, что называется, не с музыкой. Родольфус, что поразительно, в бой никак не вмешался и Беллатрисе никак не помог, а ведь они были не только супругами, но и боевыми товарищами, боевыми напарниками. Теоретически, да и практически Родольфус вполне мог вступить в бой, поддержать Беллатрису и прикончить эту Уизли. Доченька её была бы для Родольфуса ерундой, да что уж там - он бы и со всем рыжим пащенком разобрался, был бы только за Наслаждающимися численный перевес, побеждали бы они только, а то их громят повсеместно, все толковые бойцы уже выведены из строя, Беллатриса так и вовсе убита… - «Беллатриса…» - мысленно сказал в один момент самому себе Родольфус. Пока Беллатриса ещё билась с Уизли, Родольфус поневоле задумался об их с Беллатрисой браке и взаимоотношениях. Соответствующие мысли и воспоминания были невероятно настойчивы, и просто вытравить их из головы за секунду-другую Родольфус не смог. Нельзя не отметить, что брак Родольфуса и Беллатрисы был в какой-то степени формальный. Да, формальный - Родольфус последовательно не изменял Белле и всегда имел к ней искренние, недвусмысленные романтические чувства, но никакой любви, да что там, хоть какой-то страсти между супругами не было. Вообще. И секса не было - всего 1 раз, в рамках консумации после свадьбы, и было только в далёком 1970 году… В 1970 году, мать его! Достаточно быстро супруги дошли до того, что стали раздельно спать, несмотря на всякие традиции, чопорность, и тому подобное - не спали вместе, и всё тут. Их брак вообще был во многом исключительно расчётным - просто родство двух древних чистокровных родов волшебников, Лестрейнджей и Блэков, в то время как Родольфуса и Беллу не особо спрашивали. Но вообще Белла могла бы и войти в положение - можно подумать, её за какого-то тощего старикашку выдали! Такое нежелание секса даже в рамках консумации, и все эти дальнейшие уклонения от секса… Как будто ей надо было ложиться в постель с гоблином или троллем! В конце концов, не такой уж Родольфус и урод был - в молодости-то оба глаза на месте были, общая внешность не как у старикашки какого-нибудь, и за фигурой, мускулами он следил, во многом ради Беллы, между прочим! Старался и страстным, романтичным, соблазнительным быть, при этом не доставать, да попробуй угодить такой! Ну да, после 14 лет тюремного заключения в Азкабане он сильно исхудал и отчасти лишился былой сочности, но он ведь во многом восстановил её менее, чем за полгода, как только не надрываясь! И вообще, какое значение это всё имеет? Что в те годы, что в последние Белла попросту была суха, в какой-то степени даже равнодушна к Родольфусу. Она, конечно, не сбегала от него и приняла брак с ним, да и, скажем, не пыталась его убить, как какая-нибудь беспринципная маггловская королева XVI века, но у них не было секса более 20 лет! Более 20! Ещё Беллатриса последовательно и прям холодно отказывалась даже обсуждать необходимость родить наследника, а ведь для Родольфуса, для всего благородного и древнего рода Лестрейнджей это было крайне важно - не будет у Родольфуса хоть 1 сына, и род Лестрейнджей переведётся на нём. На Рабастана в этом плане не было никакой надежды - после того, как в 71-м году от него сбежала невеста, этот, при всём уважении, болван не то, что о наследнике, о женитьбе не думал. И вот в такой обстановке, наверняка прекрасно понимая, сколь важно это для Родольфуса, Белла так и не родила ему хотя бы 1 сына. Зачастую Белла вообще вела себя сухо, отстранённо, словно Родольфус для неё особо и не важен, и словно ей до фонаря вообще тот факт, что они супруги, и не какие-нибудь, а знатные, чистокровные. Конечно, Белла могла не отличаться любовью и теплотой - её право, в конце концов, но он-то, её супруг, заслуживал хоть какого-то тепла, хоть какой-то страсти, не столь сухого и короткого общения! Белла мало того, что расходилась с ним в хобби, так ещё и была невероятно равнодушна, например, к тому, что в июне злосчастного 96-го года он остался в Министерстве и был отправлен во второй раз в Азкабан, тогда как она сбежала. Если верить Драко Малфою, племяннику со стороны Беллы, этому тощему белобрысому хлюпику, Белла не особо переживала арест и отсутствие мужа на протяжении целого года, пока в июле 97-го он не сбежал из Азкабана вместе со многими десятками, а то и сотнями других зэков. Воссоединились, встретились впервые за грёбаный год, реакции почти никакой, словно Родольфус и не сидел в Азкабане весьма большой промежуток времени. Вскоре после этого, тоже в июле 97-го, была весьма важная боевая операция, Родольфусу в ходе неё как раз левый глаз искромсали, да так, что еле зашил потом, а восстановить не смог. Более того, Родольфус тогда с неба на землю рухнул, и весьма резко, а Белле хоть бы что - словно была полностью уверена в том, что он точно уцелеет, и ничего критичного с ним не произойдёт. Хорошо ещё, что Родольфус упал в сено, тогда как изуродованный глаз за время его отключки не превратился в гангрену или ещё что похуже. В чувство Родольфуса привела не Белла, а какая-то маггловская девушка. Родольфус её поблагодарил за спасение, после чего подчистил ей память за счёт заклинания забвения. Впрочем, маггловка легко отделалась, учитывая, что Родольфус больше любил пытать магглов, чем подчищать им память. Как бы то ни было, Белла потом отреагировала на неслабо изувеченного супруга так, словно в этом его ранении нет ничего ужасного и даже примечательного, так, словно это обыденность, с изуродованным глазом ходить, быть по сути одноглазым. - Этот шрам тебя красит, - сухо сказала она тогда. Этот шрам тебя красит… О, Родольфус долго потом недоумевал от этих слов, вспоминал их, думал о них… Хуже же всего было то, что Белла явно многое недоговаривала, вследствие чего между супругами не было такой вещи, которая по идее у них должна была быть - реальное доверие. Белле, впрочем, было на это наплевать, как и на мысли на этот счёт Родольфуса. Родольфус, в свою очередь, ревновал, и не без оснований - он знал, что Белла действительно любит вовсе не его, а совсем другого человека. Будь этот совсем другой человек Наслаждающимся смерти его ранга или более низкого, особенно если бы это был какой-нибудь вшивый полукровка, Родольфус плюнул бы на то, что это тоже Наслаждающийся, и как минимум вызвал бы его на дуэль, а то и просто запытал бы Круциатусом без всяких церемоний. Увы, истинной любовью Беллы был Тёмный лорд, а на него бросаться Родольфус не хотел, в том числе из своего фанатизма. При этом в душе Родольфус позволял себе ревность и злость от того, что Белла променяла его, вполне себе красивого и сочного человека на фоне какого-нибудь Снейпа на Тёмного лорда, и это при том, что Тёмный лорд и до первого-то своего исчезновения выглядел не очень (лысый, с жуткими красными глазами, худощавый, кожа едва бежевая…), а уж после возвращения… Ну что такого было в этом змееподобном старике, тощем и, к тому же, практически безносом? Ревность Родольфуса можно было понять, ведь он даже в Азкабане так себя не запустил, да и на головушку, кажется, поадекватнее остался, нежели Волдеморт - да, что-то он как будто перегибать стал, недавно даже в ярости чуть не убил Беллу, и это за её бесспорную, неприкрытую, несомненную преданность, готовность кого угодно убить, запытать… При этом любила Белла Тёмного лорда, Родольфус же мог только гадать, чем он заслужил столь пренебрежительное отношение к себе. В конце концов, сам он себе ничего подобного не позволял, хотя мог бы - как Белла заглядывалась на Тёмного лорда, так и на Родольфуса заглядывалась одна Наслаждающаяся лет на 10 младше, весьма красивая, горячая и сочная, между прочим, и уж её-то наверняка бы удалось и уговорить полежать сколько-то брёвнышком, и растянуть ей всё, что только может быть растянуто… Но Родольфус был верен супружеским обязательствам и Беллатрисе никак не изменял, своего рода джентльмен такой был, хотя… Какие там джентльмены, леди! Это ведь всё не более, чем красивые маггловские россказни, условные правила прилюдного поведения, тогда как за закрытыми дверями все эти джентльмены и леди такое устраивали… Короче говоря, Белла и изменяла Родольфусу, и ничуть не стыдилась этого. Родольфус мог только догадываться, сколь тесные у Беллы отношения с истинной её любовью - вдруг крестражи и тому подобная хрень никак не повредила половой активности Тёмного лорда, его члену, и он, кхм… Неприятно было, особенно сейчас, когда Белла противостояла этой Уизли. Родольфус ощущал себя преданным, объектом совершенно незаслуженного пренебрежения, совершенно незаслуженной холодности. Он бы никогда не пошёл Беллы, но и помогать ей он во всей этой ситуации не стало - все равно ведь их отношения от этого никак не изменятся, Белла хорошо, если поблагодарит хоть какой-нибудь, а так собственный супруг и дальше будет для неё почти что пустым местом. Видя, как кидается на Беллу Уизли, и как восклицает о детях, Родольфус ещё и поневоле проникся каким-то совсем небольшим, но уважением к этой предательнице крови - кинуться на Беллу только ради своих детей, имея, мягко говоря, не столь богатый боевой опыт! К тому же со стороны противостояние Беллы и её противницы было как будто противостоянием женщины, совершенно не понимавшей, что такое материнство, никогда не имевшей детей и потому готовой убить любого ребёнка, и глазом не моргнув, и матери, которая, по-видимому, потеряла 1 из детей и теперь готова была прикончить любого, кто только атаковал бы кого-то из выживших детей. Решительность Уизли вкупе с яростью и меткостью (поразить Беллу прямо в сердце!) вызвало, хотел ли того Родольфус или нет, уважение, которое, он, впрочем, никак прилюдно не продемонстрировал. Отношение Родольфуса к Уизли как таковым, кстати, несильно поменялось - в его глазах они по-прежнему были предателями крови, худшими вообще из чистокровных волшебников. При этом Родольфус не стал никак мстить той, что убила Беллу. На гибель Беллы, в свою очередь, Родольфус отреагировал невероятно сдержанно - она-то, скорее всего, не горевала бы по нему, убей его кто-нибудь. Рабастан тоже ничего не предпринял, но скорее потому что не мог поверить в то, что Белла погибла вот так. Впрочем, очень скоро оба Лестрейнджа были по-настоящему потрясены ещё кое-чем - в зале объявился живой и здоровый Гарри Поттер, этот очкастый мальчишка, которого Тёмный лорд всё никак не мог убить при том, что страстно желал этого много лет подряд, и которого вроде как всё-таки убил этой ночью. Но нет - очкарик был жив, и вот это, а ни Азкабан или что-нибудь в этом роде по-настоящему испугало Родольфуса и Рабастана. Да, да - братья Лестрейнджи не боялись Азкабана, их вообще как будто не пронять было, а тут у них глаза так выпучились, словно вот-вот из орбит вылезут. Никогда ещё лорд Лестрейндж и его младший брат не позволяли себе прилюдной демонстрации испуганности, а значит, и слабости. Рабастан это понял первым. Он же первым скорчил яростную рожу и прям взревел: - Да что же это?! Опять он уцелел! Проклятье! Опять он уцелел!! Рабастан, бледное лицо которого уже покрылось от злости ярко-красными пятнами, в основном в районе щёк, явно готов был вступить в бой с Поттером, но тут его удержал сзади Родольфус, рявкнув: - Нет, стой! - Пусти, я его убью! - крикнул Рабастан, пытаясь вырваться. - Убью!! - А ну! - вскричал Родольфус, после чего довольно резко дёрнул брата за капюшон его мантии, не менее резко повернул Рабастана передом к себе и прям вцепился своими руками в его руки. - Если Тёмный лорд не смог убить его, значит, никто не сможет! После этого произошло совсем уж невероятное - Родольфус, всё так же крепко удерживая Рабастана, и зная, что из Хогвартса нельзя скрыться через трансгрессию, прям взлетел, превратившись в какое-то подобие чёрного облака (лучшие Наслаждающиеся смертью так умели) и стремительно вылетев сперва из Большого зала, а потом и из замка Хогвартса. Родольфус Лестрейндж, которого Тёмный лорд считал одним из самых верных преданных своих сторонников, дезертировал с поля боя и оставил своего лидера и своих людей, заодно забрав с собой брата - его он посреди всего этого мочилова ни за что бы не оставил.