Вагоны почти пустые-2

Прошло две недели. Он уже почти убедил себя, что всё вернулось в норму: тот вечер просто выгорел, как перегоревшая лампочка. Утром он нормально пил кофе, днём нормально отвечал на письма, вечером нормально смотрел в потолок и засыпал без снов. Почти. А потом она снова появилась. Тот же вагон, та же ветка, только теперь не полночь, а где-то между девятью и десятью вечера — час пик уже схлынул, но ещё не наступила полная тишина. На ней была не водолазка, а вишнёвая футболка с чуть спущенным вырезом и тонкая цепочка на шее, которую он раньше не видел. Цепочка с маленьким кулоном в форме полумесяца. Артём замер. Сердце сделало одно очень громкое «бум» и потом ушло в пятки. Она прошла и села почти напротив — через два сиденья. Достала телефон, надела наушники. Всё как всегда. Только теперь между ними было меньше пяти метров открытого пространства и никакого отражения в стекле. Он смотрел в пол. Считал трещины на линолеуме. Пытался вспомнить, как дышать. А потом случилось то, чего он не ожидал. На «Петровско-Разумовской» в вагон вошёл парень лет двадцати пяти — высокий, в кожаной куртке, с очень уверенной улыбкой. Подошёл прямо к ней. Наклонился. Что-то сказал тихо. Она сняла один наушник, улыбнулась уголком рта — той самой лёгкой, чуть ленивой улыбкой, которую Артём видел только в своих фантазиях. Они поговорили секунд тридцать. Потом она кивнула. Парень сел рядом. Артём почувствовал, как внутри что-то треснуло — не громко, не драматично, просто тихо, как сухая ветка под ногой. Он развернулся. Поднялся по лестнице обратно на «Динамо». Вышел на улицу. Ночь была холодная. Он стоял у выхода из метро и курил, хотя бросил два года назад. Дрожали только пальцы. Остальное тело было странно спокойным. Где-то в глубине туннеля всё ещё ехал поезд. И где-то в одном из вагонов она сидела теперь уже не одна.