Глава 4

Оба моих новых соратника заняли маленькие, но вполне сносные кровати, и, поскольку я планировал ещё немного пободрствовать, жаловаться не стал. Было заметно, что Татния более чем обеспокоена перспективой спать в одной комнате с двумя незнакомцами. Не мог её в этом винить, учитывая, что сам тоже нервничал. Я не был идиотом и на данном этапе не питал особого доверия ни к одному из своих спутников, но был готов дать им обоим шанс. Возможно, всё дело в том, что мой измеритель «похуизма» намертво заклинило на отметке «выкл» с тех самых пор, как та сущность вернула меня к жизни. Я был очень рад, что мне удалось немного поспать по дороге сюда, потому что на ближайшие пару часов у меня имелись планы. Как только Нал и Татния улеглись, я встал и направился в крошечный освежитель, закрыв и заперев за собой дверь. Я сел на унитаз, отметив про себя, что он удивительно чистый, как и миниатюрный звуковой душ. Убедившись, что не подхвачу какую-нибудь заразу, просто сидя здесь, я мысленным усилием призвал свой гримуар, и в моих руках внезапно появилась здоровенная книга. Я начал листать страницы, изучая, каким заклинаниям книга предлагает меня обучить. Неудивительно, но это всё ещё были заклинания уровня Новичка — самые простые для каждой дисциплины. В разделе зачарования по-прежнему отображались инструкции по установке стола для зачарования, а не какая-либо информация о том, как именно выполняется само ремесло, если не считать самых базовых, поверхностных объяснений. Теперь, когда я сбежал, мой старый мысленный список того, какие заклинания и в каком порядке изучать, требовал корректировки. Мне больше не грозило оказаться взаперти, а ведь именно к этому, как мне казалось тогда, всё и шло. В глубине души мне очень хотелось поработать над призывом связанного меча. Я убедил сущность даровать мне знания о бое на мечах и стрельбе из лука именно потому, что знал: я смогу призывать и то, и другое с помощью магии школы Колдовства. Я был безумно рад, что мне удалось провернуть этот фокус, потому что был почти уверен — только благодаря этому я до сих пор и выжил. Сущность научила меня сражаться мечом и луком, что включало в себя и умение вести бой в целом. Ранее я инстинктивно обратился к этим знаниям, сохраняя спокойствие в ситуации, с которой иначе понятия не имел бы, как справиться. Несомненно, у этого будут свои ограничения, но пока я был просто счастлив, что мне не придётся беспокоиться о панике во время схватки. Я снова перечитал введение к заклинанию связанного меча, всё ещё колеблясь. Главная прелесть этого заклинания заключалась в том, что связанный меч становился тем мощнее, чем искуснее я становился в его призыве. Оставалось лишь предполагать, что и с луком это сработает так же. Если повезёт, как только я освою их оба, у меня всегда будет при себе мощное оружие как для дальнего, так и для ближнего боя. К сожалению, заклинание призыва связанного лука не было заклинанием уровня Новичка, а значит, пройдёт немало времени, прежде чем я смогу его изучить. Мне также нужно было выучить либо дубовую плоть, либо меньший оберег, но я понятия не имел, насколько эффективными они окажутся в здешних реалиях. У меня было предчувствие, что обереги будут полезны против энергии, вроде бластерных выстрелов или — спаси меня бог — молний Силы, в то время как заклинание дубовой плоти и его более продвинутые версии повысят мою прочность в целом. Информация, которую предоставлял мне гримуар, была написана в первую очередь в терминах, связанных со вселенной Древних Свитков, вроде магии и стрел, так что мне придётся проверять всё это на собственном опыте. А это означало эксперименты на самом себе в качестве мишени — то, чего мне было бы крайне некомфортно делать, пока я не научусь исцелять себя. На самом деле, изучение первого заклинания школы Восстановления начинало казаться всё более и более правильным решением. Способность исцелять себя всегда будет полезной, и я уверен, что мне придётся делать это часто. Чем скорее я освою это заклинание, тем лучше. Я также надеялся, что овладение заклинанием до определённого уровня «убедит» мой гримуар научить меня лечащим рукам. Умение исцелять других было почти так же важно, как и умение лечить себя. Бакта стоила дорого, поэтому моя способность чинить союзников с помощью магии стала бы мощным стимулом для их преданности. Приняв решение, я перелистнул на раздел школы Восстановления и начал читать статью о заклинании уровня Новичка — исцелении. Первые десять минут я провёл запершись в освежителе, читая и пытаясь скопировать матрицу заклинания, которую описывала книга, придавая своей магии нужную форму. Когда я наконец-то разобрался, то попытался сотворить заклинание, но оно тут же сорвалось. Однако, к моему удивлению, первая пятая часть матрицы удержалась, а это значило, что у меня была весьма значительная фора в настройке заклинания под себя. Хотя в книге не упоминалось ничего конкретного о том, что бы это могло значить, у меня возникло чувство, что я резонирую с заклинанием — то есть, вероятно, у меня был лёгкий талант к целительной магии. Я отмахнулся от этого озарения и начал прорабатывать свою матрицу, подкручивая и подгоняя её, прежде чем попробовать снова. Примерно два часа спустя я впервые сотворил заклинание исцеления — золотисто-оранжевое свечение медленно закружилось в моей руке. Я прервал заклинание и принялся тренироваться колдовать его другой рукой, а затем — обеими одновременно. Заклинание исцеления поначалу было эффективно для мелких травм и должно было набирать силу по мере того, как я становился лучше в его применении и росло моё сродство с ним. К сожалению, читая о заклинании, я узнал о главном ограничении магического лечения. Время, а следовательно, и энергия, необходимые для исцеления раны, экспоненциально возрастали в зависимости от её тяжести. Лёгкие повреждения устранялись без труда. На самом деле, я уже чувствовал, что синяки от вчерашнего удара ногой в бок исчезли всего лишь после пары секунд поддержания заклинания. А вот ожоги на руках, где меня ударило током во время разрыва пут, почти не затянулись. Когда я сотворил заклинание снова, на этот раз удерживая его, пока оно вытягивало мою ману, ожоги начали медленно сходить. В итоге мне пришлось держать заклинание целых тридцать секунд, чтобы полностью исцелить оба запястья от ожогов второй степени. Это вам не игровое дерьмо из Скайрима. Любая действительно опасная для жизни рана потребует значительного времени и усилий для лечения, и это сработает только в том случае, если у меня будет это самое время. Например, человек истечёт кровью быстрее, чем я смогу залатать пробитую артерию. С опытом это изменится, но на всё нужно время. К счастью, в гримуаре чётко указывалось, что хотя целительные заклинания и медленно усваиваются организмом, для их тренировки не обязательно кого-то активно лечить. Не было никакой нужды калечить себя, чтобы практиковать это или большинство других заклинаний. Я потратил ещё несколько минут на тренировку, кастуя заклинание до тех пор, пока моя мана не опустилась примерно наполовину, после чего ждал её восстановления и повторял процесс. В конце концов, я остался доволен своим контролем над матрицей заклинания и вышел из освежителя. К тому времени Татния и Нал уже крепко спали и даже не шелохнулись, когда я вернулся на своё место. Потребовалось некоторое время, но в итоге мне удалось заснуть в относительно удобном кресле. На следующий день я проснулся от запаха еды, хотя ни мои старые, ни новые воспоминания не могли определить, что это было. Открыв глаза, я обнаружил Татнию и Нала, которые ели из одноразовых контейнеров, а третий стоял на маленьком столике примерно в метре от моего кресла. Я застонал, наклонился вперёд и встал — спина тут же запротестовала против такого движения. — Надо было спать на полу, — сказал Нал. — Менее удобно, зато более эргономично. Татния купила еду. Украденное со своего законного места, это произведение не предназначено для публикации на Amazon; сообщайте о любых случаях его обнаружения там. — Я в порядке, просто дайте мне секунду, — сказал я, изо всех сил пряча ухмылку, прежде чем сотворить исцеление. Моя рука засветилась на несколько секунд, целительные энергии закружились вокруг ладони и впитались в кожу. Я издал удовлетворённый стон, когда поясницу отпустило и боль исчезла. — М-м-м, так-то лучше, — сказал я, медленно потягиваясь. — Что взяли? — Уличная еда. Местное блюдо, которое должно быть безопасно для людей, — ответил Нал. — Что это сейчас было? — Это я себя подлечил, — объяснил я, беря контейнер и открывая крышку. Внутри уже лежал небольшой столовый прибор. — Чем расплачивались? — Одной из твоих запасных энергоячеек, — ответила Татния между укусами. — Нет смысла её хранить, если у тебя всё равно больше нет бластера. Я согласно кивнул, поднёс еду поближе и принюхался. От неё исходило удивительно много специй, отдалённо пахнущих карри. Внутри оказались кусочки мяса и какие-то разноцветные кубики, похожие на овощи. Я откусил немного, одобрительно кивнул и снова опустился в кресло. Оказалось довольно вкусно и очень похоже на острый карри. — Стой, погоди! Ты можешь исцелять себя? — недоверчиво спросила Татния, до которой, похоже, наконец-то дошло. — Как, мать твою, ты это делаешь? — Научился прошлой ночью, — объяснил я, проглотив очередную порцию еды. — Заняло около двух часов. — Пиздишь. Я вздохнул, встал и поставил еду обратно на стол. Сунув руку в карман, я вытащил небольшой вибронож, который снял с одного из работорговцев. Щелчком раскрыл его, отчего лезвие автоматически включилось. Прежде чем Нал или Татния успели хоть слово сказать, я полоснул себя по ладони ровно настолько глубоко, чтобы пошла кровь. Нал наблюдал за этим с явным интересом, в то время как Татния, казалось, была уверена, что я вот-вот выставлю себя полным кретином. Я тщательно выстроил заклинание исцеления, убедившись, что оно получилось настолько идеальным, насколько я мог сделать на данный момент, а затем позволил ему сформироваться. Моя рука засветилась уже знакомым оранжево-золотым светом. Подождав пару секунд, я схватил со стола полотенце и вытер кровь, демонстрируя абсолютно здоровую кожу. — Достаточно веское доказательство? — спросил я. Татния кивнула, вытаращив глаза. Я вернулся к еде и успел ополовинить контейнер, прежде чем Татния снова заговорила. — Ты человек? — Последний раз, когда проверял, был им, — ответил я, подняв на неё взгляд. Я хотел было отшутиться, но она явно начинала нервничать. До неё наконец-то дошло, что её втянули, или, возможно, толкнули во что-то совершенно иное. Нал же выглядел просто взбудораженным. На мгновение я обдумал свои варианты. У меня не было никаких реальных причин доверять этим двоим, кроме того факта, что они ещё не пытались меня прикончить. Но надо же было с чего-то начинать, верно? — Слушайте, я… внутри меня есть энергия, — попытался я объяснить. — Считайте её универсальной энергоячейкой. Я могу использовать её для целой кучи вещей. Но всё это для меня в новинку, поэтому я изучаю свои возможности прямо на ходу. — Тебя похитили по этой причине? — спросил Нал, доедая и комкая мусор. — Из-за твоей внутренней силы? — Нет, это просто хреновое невезение. — Что ещё ты умеешь? — спросила на этот раз Татния, немного успокоившись. — Пока ничего. Ну, вообще-то, думаю, я могу делать вот так, — признался я, поправив сам себя, прежде чем выплеснуть наружу чистую ману. — Но это ничего не даёт. По сути, это просто энергия в чистом виде. — И как ты учишься? Методом проб и ошибок? — Вроде того? — солгал я. — На эксперименты нужно время. Я только сегодня закончил с исцелением. Я не собирался раскрывать все карты, даже если этот аспект моей силы был относительно невелик. Также я не планировал упоминать, что моя мана имеет свой предел. Пусть пока думают, что я бесконечно могущественен. Мы с Татнией доели, после чего Нал поднял тему, которую мы обсуждали накануне вечером. — Я в деле, — просто сказал он. — Я и раньше недолюбливал рабство. А теперь это личное. — Отлично, рад это слышать, — сказал я, протягивая руку, чтобы пожать его здоровенную ладонь, а затем повернулся к Татнии. — А ты что скажешь? — Я не знаю. Мне кажется, если мы начнём раз за разом нападать на работорговцев, то привлечём к себе кучу опасного внимания. Насколько далеко ты планируешь зайти? — Я не собираюсь объявлять войну каждому работорговцу в пространстве хаттов или разрушать рабство как бизнес. Как бы ужасно оно ни было, и как бы мне ни хотелось этого сделать, крестовый поход втроём против целой системы закончится лишь тем, что мы сдохнем, — объяснил я, пытаясь её успокоить. — Они просто удобная мишень. Я бы предпочёл избегать убийств невинных людей, а нападение на работорговцев означает, что мы их и не тронем. Когда мы заработаем достаточно денег, чтобы обеспечить себя кое-какими вещами, мы сможем остановиться и двигаться дальше. — Обеспечить чем? — спросил Нал. — Наличие конечной цели удержит нас от чрезмерной жадности. — Мне нужен корабль. Что-то, на чём я и подходящая команда сможем свалить с этой планеты, — объяснил я. — Я подумал, что создание отряда наёмников было бы неплохим способом заработать на жизнь. Моя… энергия, так или иначе, в основном заточена под бой. — Корабль? Это потребует уйму денег, — отметила Татния, качая головой. — И привлечёт к нам массу внимания. — Только не в том случае, если мы растянем это по времени и будем действовать по всей планете, — возразил я. — У нас тут целая планета работорговцев, которые только и ждут, чтобы пожертвовать свои кредиты. По сути, мы просто держимся подальше от крупных шишек, возможно, подбираем по пути ещё парочку соратников и потихоньку копим сбережения. А потом, когда денег станет достаточно, мы покупаем подержанный корабль. Затем даём по газам… Если вам это всё ещё интересно. Долгое мгновение Татния выглядела разрываемой сомнениями, прежде чем наконец тяжело вздохнуть. — Да, ладно, я в деле. Я в основном боялась, что ты затеял всё это, чтобы уничтожить работорговлю. Я, может, и не прочь пристрелить парочку ебучих ублюдков, да и освободить несколько человек было бы славно, но в мученицы я не рвусь. — Вот именно. Мы делаем добрые дела и заодно зарабатываем немного денег. — Хороший план. Я рад быть его частью, — кивнув, сказал Нал. — Каков первый шаг? — Первый шаг — сделать всё по-быстрому. Нам нужны бластеры получше, броня посерьёзнее, снаряга, ну и всё в таком духе, — сказал я. — Предлагаю вернуться на посадочную площадку, куда нас привезли, и поспрашивать народ. Возможно, нам повезёт, и мы узнаем, как часто туда завозят новых рабов. — А если нет? — спросил Нал. — Тогда придумаем новый план, — пожав плечами, ответил я. — Может, найдём какой-нибудь способ выследить тех, кто уходит оттуда, куда привозят рабов. Или, может, спросим местного констебля, где можно прикупить лучших рабов, и спалим это место дотла. Вообще-то… это может стать отличным запасным вариантом… — Не уверена, но если ты говоришь о нападении на место, где они держат рабов, то это дерьмовая идея, — объяснила Татния, качая головой. — Парочка тупых работорговцев хрен знает откуда, высаживающая дюжину пленников, — это одно, но на рынке будут десятки охранников, а то и пара турелей. — И, скорее всего, всё это контролируется кланом хаттов, — подметил Нал. — Которые наверняка выложат кругленькую сумму, чтобы нас выследить. — Да, справедливо, — согласился я. — Тогда давайте начнём с малого. — Насчёт этого… Как ты планируешь добраться обратно до причального дока? — спросила Татния. — Мы толком не видели окрестностей и летели на том спидере всего несколько минут. — Знаю. Дайте мне пару часов, и я найду решение.