Глава 5 - Большой Мистический лес. Часть 1 - Стрелка компаса

Астин грубо вырвал газету из рук Кеми, не веря в увиденное. Он снова и снова жадно вчитывался в текст ужасающей новости, его дрожащие губы начали читать текст газеты: "Прибрежный город Северной Единой Империи Крара Моттенрофт уничтожен предположительно одним из бывших Апокритов Гликары – Альвертом... Сам Альверт погиб от рук Эквайров Ревоса и Содомов Гликары, направленных на его устранение... Выжили лишь несколько сотен человек, находившихся в тот момент вне города... По всей Империи вводится военное положение, просим вас не покидать границы Империи в ближайшее время..." – Астин вцепился в куртку недоумевающего Гармита. — "Это что, шутка?!" – Сорвался на отчаянный крик Астин. Его дрожащие пальцы сильнее сжали ткань куртки. – "Пожалуйста, скажи, что это просто глупая шутка!" Гармит встретил его искренним растерянным взглядом, отбивающим всякие сомнения, разрывающим в клочья последнюю надежду на розыгрыш. Хватка Астина ослабла, и он рухнул на колени, опустив руки. — "Этого не может быть... Мама... Папа..." – Тихо бормотал Астин, его рот искривился, глаза покраснели, а взгляд опустился в землю. – "Этого... Не может быть..." – Горькие слёзы тихо одна за одной падали в густую траву, исчезая в рыхлой почве. Астин пытался что-то промямлить, размазывая горячие слёзы по щекам, но в итоге просто разревелся, сорвавшись на отчаянный всхлип, не в силах сделать что-либо ещё. Шокированный Гармит стоял и молча наблюдал. Он вспомнил, как у него тоже когда-то был дом, в котором было тепло и всегда пахло орехами. Были родители, преисполненные любви и гордости. И было беззаботное, полное радости детство. Гармит замер, его зелёные глаза налились тоской и... пониманием? Он неуверенно подошёл к Астину. Его руки задрожали, и неожиданно для самого себя, он поначалу неловко, а затем крепко обнял Астина, прижимая к себе. Металл брони холодом обжёг руки. Астин на секунду замер, подняв пустой взгляд с земли.  Он упал на плечо Гармита, и с новой силой взревел. Напряжённый Кеми стоял поодаль. Отвернувшись, он грубо царапал копьём деревянную стену ближайшего дома, погруженный в свои размышления. Красная львица сдохла... От одного упоминания Элионы Марис у Кеми пробежали мурашки по коже. Он сразу вспомнил её пронзительный взгляд и боль от ударов. – (Да быть того не может... Это просто невозможно... И что мне теперь делать?) – Кеми прикусил губу, его злобный взгляд скользнул в оконное стекло дома. Немного посмотрев на свой растерянный вид в отражении, он отвернулся от окна. Глубокий вдох, выдох... вдох, выдох... (Спокойно... Хладнокровие – это оружие, нельзя его терять...) – Кеми расслабил плечи и опёрся на стену, опустив взгляд в пол. Он снова подумал о своей цели. А что, собственно, поменялось? Документ... он же ещё в Мортер Пике, верно? Нужно просто... продолжать идти. Не останавливаясь. Сын Элионы... Астин, нужно его успокоить. Без него мне ничего не светит. Но что-то, словно маленький зверёк, царапающий стальную клетку своими коготками, скреблось в глубине разума. Закрались крохи сомнения, а получится ли у него всех убедить? Но копейщик уже давно всё решил для себя. Для своей цели он принесёт в жертву всё что угодно... Брови Кеми нахмурились, кулак непроизвольно сжался, и он тихо пошагал к Астину. Он увидел его, сидящего на траве, разбитого и отчаявшегося. Кеми на секунду дрогнул. Всё-таки он успел немного прикипеть к пацану. Хах... И это бывший «Изувер Фолда»... Кеми стало одновременно и смешно, и мерзко от этого так называемого «титула». Его кулаки сжались настолько сильно, что ногти вонзились в ладонь, причиняя лёгкую боль. Тёплая мозолистая рука коснулась плеча Астина, сидящего на влажной траве и изредка всхлипывающего. Он дрогнул, но больше никак не реагировал. Кеми попытался натянуть дружелюбную улыбку, но это было ему совершенно не к лицу и смотрелось неестественно. — "...Нужно идти." – Кеми пытался звучать уверенно, но его голос дрогнул. Астин поднял красные исцарапанные глаза на Кеми, и уставился на него опустошённым взглядом. Только через несколько секунд до Астина дошли слова Кеми, его взгляд слегка оживился, и голову посетила мысль. Судорожно подбирая слова, как осколки разбитого зеркала, Астин тихо начал говорить: — "Мосты... порт... они же у воды... могли уплыть... мы должны проверить..." – Обессиленный Астин медленно встал на ноги. – "Собирайтесь... Поторопимся." – Сказал он и развернулся, собираясь отойти, но его запястье сжали неистовой хваткой. От внезапной боли Астин рефлекторно попытался вырвать руку, но у него не получилось. — "НЕТ!" – Кеми на мгновение сорвался на крик, но тут же одёрнул себя и снова заговорил тихо, но неумолимо. – "Туда нельзя. Там ничего кроме смерти." — "И что?! Что ты предлагаешь?!" – Бывшая секунду назад оживлённость преобразилась в гнев. – "Стоять на месте, зная, что мою семью... нет, нашу семью может прямо сейчас убивать безумный монстр в чёрном балахоне?!" – Обвиняюще кричал Астин. На его глазах застыли маленькие влажные следы. — "Пройдём лес, найдёт транспорт, и будем в столице. Свяжемся с твоими родителями через родственников." – Сказал Кеми, пытаясь звучать как можно убедительнее. Его тон отрезал любые попытки спора. — "Мне... Мне нужно это обдумать..." — "Хорошо подумай." – Перебил его Кеми. Гармит хотел возразить, вступиться за Астина. Он открыл рот – но ничего. Почему? Потому что он уже проходил через потерю дома и семьи? Через бессмысленную злость и отрицание? Он хочет соврать – что всё будет хорошо. Но Гармит не умеет врать в такие моменты. Астин с тяжёлым сердцем удалился, провожаемый молчанием, оставив Кеми и Гармита наедине. — "Почему ты так рвёшься в Мортер Пик? Ещё и Астина за собой тянешь?" – С каплей грусти произнёс Гармит. — "Это тебя не касается." – Агрессивно произнёс Кеми, ясно давая понять, что не настроен выслушивать обвинения. — "Эгоист..." – Гармит цокнул языком. – "Иди куда хочешь. Я беру его и и мы возвращаемся в Моттенрофт. Если есть хоть малейший шанс что его семья выжила, я просто не могу не помо–" Грубый толчок выбил почву из-под ног Гармита, и потеряв равновесие, он упал на стену дома. Резкая боль разлилась по спине от удара по дереву, но она тут же отошла на второй план, когда к горлу подступил ледяное стальное лезвие, своей остротой сковывающее на месте. На обескураженного Гармита смотрели немигающим взглядом два карих с красным оттенком глаза, выражающих смесь гнева, страха, и чего-то более потаённого. — "Нет. Он пойдёт со мной. Так или иначе. А ты немного побудешь паинькой и не будешь мне мешать." – Тихий монотонный голос Кеми повис в ушах, как плотная вата. Гармит не отвёл взгляд. Несколько долгих секунд – он смотрел в эти карие с красным отливом глаза. Без шуток, без трёпа, и Кеми это заметил. — "Я понял." – Сдавленным голосом сказал Гармит. Он уже окончательно сделал выводы о человеке перед ним. Мёртвая хватка Кеми медленно разжалась, а правой рукой он резко убрал "Кальту". Гармит, кашляя и тяжело дыша, жадно хватал ртом воздух. Поднявшись с земли, кинжал мгновенно оказался в его руке. Тело само рывком понеслось к спине обидчика. Замах, удар... Но удара не случилось. Пальцы Кеми в полёте схватили кинжал прямо за лезвие, и по его сколам, словно красные змеи, побежали струйки крови. Доля секунды, и невыносимая боль пронзила грудь, выбив весь воздух из лёгких Гармита. Внутренности горели, в глазах то и дело темнело, а стоять на ногах казалось невыполнимой задачей. Опустившись на колени, Гармит через силу процедил: — "Сволочь, тебе это с рук не сойдёт..." Кеми не оглянулся. По его руке каплями стекала кровь, впитываясь в рыхлую почву. Он не произнёс ни слова, лишь медленно, с отвращением стряхнул алые капли с ладони. Его спина, прямая и неумолимая, была обращена к Гармиту. — "Я не имею ничего против тебя..." – Наконец прозвучал его голос, тихий и без единой ноты угрозы, отчего становилось только страшнее. – "...Но я не люблю, когда мне досаждают. Веди себя смирно. И передай пацану – время обдумывания вышло. Мы выдвигаемся в Мортер Пик. Сейчас." ... Вещи уже были собраны. Гармит неуверенно плёлся рядом с немного оживившимся Астином, словно ведя его в пасть волку, который стоял рядом. Кеми одобрительно кивнул, и жестом предложил пойти. Скромная тропинка вела среди крон деревьев. Дремокты за спиной уже не было видно. На стволах деревьев висели небольшие фонарики, а внутри у них были стеклянные ёмкости с мерцающим порошком внутри. Астин брёл позади, опустив взгляд в землю и собирая ботинками опавшие жёлтые листья. Он поднял взгляд к небу, едва просматриваемому через висячие кроны деревьев. Оно выглядело серым и безжизненным. Как будто весь мир стал таковым – беспросветно мрачным. Его взгляд снова опустился, упав на искажённое отражение в затёртом, нечищенном наплечнике. В ответ на него смотрело бледное, поникшее лицо с красными от слёз глазами и мешками под ними. Жалкое зрелище. — (Я не должен раскисать, хотя бы ради тех, кто решил пойти со мной.) – Астин мысленно собрался с духом, и немного ускорил походку, догнав Гармита и Кеми. Гармит злобно и с опаской поглядывал на спину Кеми, будто пытаясь поймать его взгляд, но ничего не выходило – Кеми так ни разу и не обернулся. Лес постепенно густел, всё сильнее укрывая небо пышными ветвями. Холодный осенний ветерок гулял между кривыми стволами. Несмотря на тяжёлую атмосферу, повсюду кипела жизнь: десятки птиц перебивали друг друга, под ботинками копошились мелкие жучки, а в далёкой траве пробежал кролик. Кеми окинул взглядом карту, немного покрутил её в руках, и молча спрятал обратно. Через примерно пол дня пути, когда было давно за полдень. Из-за извивающихся деревьев показалось нечто необычное – как островок среди бесчисленного леса, раскинулась большая цветущая поляна, по центру которой стояла огромная конструкция, внешне похожая на небольшую красную гору с округлой вершиной. — "Это Красная скала, дальше на юго-запад." – Кеми достал компас, и положив его на ближайший пень, мысленно прокладывал маршрут, не обращая ни на что внимания. Снова развернувшись лицом к скале, он вопросительно уставился на Гармита, уже забравшегося на половину скалы. Тот ловко карабкался по гладким алым выступам, с которых при каждом прикосновении ссыпалась крупная каменная крошка. Астин же стоял у подножья и молча наблюдал. Оказавшись на вершине, круглой и гладкой, как лист металла, Гармита чуть не снёс сильный поток ветра. Сквозь слезящиеся глаза и колыхающуюся как флаг куртку удалось разглядеть только бесчисленные ряды однообразных деревьев, простирающиеся до горизонта. Только столб клубящегося где-то вдалеке чёрного дыма вызывал интерес. Мысленно запомнив, где он, Гармит достал из-под пояса кинжал и напоследок выцарапал им крест на вершине скалы, в процессе окончательно затупив орудие. Уступ за уступом, и до земли осталось метров пять. Проверив ногой очередную опору и встав на неё, со звуком тихого треска она осыпалась. Земля ушла из-под ног, а все органы перевернулись. Гармит совершил пируэт в воздухе и плашмя упал лицом в цветы. — "Гармит! Гармит, ты живой!?" – Астин в панике начал ворошить неподвижно лежащего товарища. Издав тихий стон и всё ещё лежа в клумбе, Гармит невнятно промямлил: — "В нр... ме..." Гармит поднялся и отряхнулся от лепестков и пыльцы, из носа у него хлестала кровь, а лицо было в ссадинах. — "Отлично, в этот раз без переломов." – Гнусаво произнёс он, вытирая листьями капающую кровь. — "Точно всё в порядке?" – С беспокойством спросил Астин. — "Не сломался, как видишь. Пойдём дальше?" – Гармит был очень рад видеть Астина вновь ожившим, даже если ненадолго. Делать на поляне было больше нечего и пришлось свернуть обратно в чащу. Ноздри заполнил сильный запах гнилых листьев. Гармит укутывался в свою потрёпанную куртку, параллельно дыша в ладони, пытаясь их отогреть. Редкое солнце, пробивающееся через жёлто-зелёную листву, совсем скрылось за облаками, оставив всех в полутьме. Вечерело. Окружающая тьма только сильнее сгущалась. Внезапный яркий свет ослепил привыкшие к мраку глаза. Проморгавшись, стало ясно, что это зажглись фонарики, висящие на деревьях. — "Видимо в них какой-то датчик света... Довольно богато для такой глуши." – Прокомментировал Гармит. Спустя ещё примерно час ходьбы вдоль светильников, усталость и голод окончательно взяли своё. Близ дороги как раз было идеальное место для привала... даже слишком идеальное. Эта небольшая лесная плешь выглядела скорее как глупая ловушка, чем природное явление. Но какой смысл от такой ловушки? Кеми был отправлен за хворостом и ветками, а Гармит в это время собирал трепыхающуюся на ветру палатку, пока Астин подсвечивал ему лампой. Закончив, Гармит скрылся за деревьями, оставив Астина наедине с собой. Отойдя подальше от лагеря, он набрёл на возвышающийся над деревьями покрытый мхом пригорок, утопающий в свете ярких звёзд, смотрящих сверху вниз с безоблачного неба. Гармит присел на мягкую зыбкую землю. Поблизости стрекотали сверчки, а ладони щекотала редкая колючая трава. Вдохнув прохладный ночной воздух, он откинулся на спину. С тёмного сверкающего неба в ответ смотрели, по ощущению, миллионы небесных тел, а среди них, как главное украшение на празднике, озаряла лес своим светом расколотая Лива. Пару минут полюбовавшись видом, Гармит достал из кармана тот самый камешек с глазом, за который ему чуть не снёс голову Кеми. Сжав его в пальцах, предмет выпустил луч белого света, не очень яркого, но достаточного, например, для чтения книги. Запустив руку во внутренний карман, Гармит вытянул из него гладкий серебряный медальон на цепочке, гладкий корпус которого переливался в тусклом свете звёзд. Открыв крышку, из медальона выпал сложенный в несколько раз старый клочок бумаги. Развернув неровную, высохшую от воды записку и подсветив её камешком, Гармит начал пробегаться глазами по написанным дрожащей рукой словам: — "Здравствуй, мой родной и любимый Гармит!     Если ты это читаешь, значит мне всё-таки пришлось принять сложное решение, и наши пути разошлись. Прости, прости меня, что не могу быть рядом с тобой в твои лучшие моменты жизни. Ты, наверное, стал таким взрослым, нашёл много друзей, и новый дом, в котором ты будешь в тепле и безопасности. Обещаю, однажды мы ещё встретимся. Я всегда буду любить тебя–" — "Гармит? Это ты?" – Раздался высокий юношеский голос откуда-то из-за деревьев. Подскочив, Гармит в панике выронил бумагу из руки, и та упала с пригорка. Он судорожно запихал медальон и камешек обратно в карманы, и лёг на землю, сделав непринуждённый вид. — "Извини, что без приглашения... Одному в лагере мне как-то не по себе." – Астин вышел к пригорку из рощи. — "Ничего, ничего, подходи." – Протараторил Гармит, рефлекторно жестом приглашая Астина прилечь рядом. Астин молча принял приглашение. Повисла неловкая, давящая на нервы тишина. — "...Как думаешь, Лива всегда была такой?" – Невзначай обратил внимание на небо Гармит, указывая пальцем. — "Мне кажется... что-то случилось, и она стала... Неполной." – Неловко пробормотал Астин. Гармит, не сводя взгляда с расколотой Ливы, хмыкнул: — "Мне в детстве рассказывали сказку, будто раньше она была целой. Говорили, что она насылала страшное проклятие на тех, кто вышел на улицу ночью, и кого поманил её свет. Но однажды великий маг по имени Маргольм решил положить этому конец. Он собрал всю магию, которую мог, и одним заклинание расколол Ливу." – Гармит не смотрел на Астина. Он достал из сумки яблоко и начал чистить его – медленно и через силу, длинными полосками срезая кожуру. – "Но это не вся история. Из трещин Ливы вырвалось всё самое ужасное, что и насылало проклятие, и растеклось по миру. Мол, с тех пор и наш мир не такой – всё не заладилось." – Полоска упала на землю. Он взял следующую. – "Смешно, конечно, будучи ребёнком я в это верил, и долго боялся выходить ночью, да и даже смотреть на неё из окна боялся." – Он замолчал, и в этот момент Лива словно мигнула, её свет стал чуть ярче. – "Сейчас же понятно, что это просто пугалка для детей, придуманная стариками… Но должен признать довольно эффективная!" — "Может, если бы Лива осталась целой, мы жили бы в другом мире… Без войн, без страха, и без таких трагедий." – Задумчиво проговорил Астин, не сводя взгляда с неба. — "Он же говорил, что у тебя есть родственники в столице? Как так вышло-то?" — "Мама рассказывала..." – Голос Астина на мгновение сорвался, но он тут же взял себя в руки. – "Она говорила, что жила в Мортер Пике, пока не встретилась с отцом, а потом они перебрались в тихое место, подальше от мира. А её брат и сестра остались там." — "Мда-а-а, у меня аналогично. Родители тоже переехали в холодную глушь. Но это было прекрасное место, все друг друга знали, лепили вместе снеговиков, хоть и косились на меня иногда..." – Гармит сделал паузу, следующую фразу он будто выдавил из себя. – "И всё это исчезло в один день..." – Взгляд Гармита опустел, и он уставился куда-то вдаль. – "И самое страшное... что я всё помню... помню до мелочей... эта чёрная шерсть!.." – Почти шёпотом прошипел Гармит. — "Нет, всё, хватит!" – Рявкнул он, придя в себя. – "Этот лес развязывает мне язык лучше, чем Ликаримские настойки. Я пошёл спать." – Горестно продолжил он, резко подорвавшись прочь. Астин не стал преследовать и допытываться. Вместо этого он немного задержался там, наедине с собой, наслаждаясь осенним воздухом и тишиной. Этот уголок как-то по-странному успокаивал, будто лежишь в мягкой колыбели, и только звёзды смотрят на тебя. Но идиллию прервал шуршащий звук, раздавшийся где-то снизу, возле уха. Прощупав тёмную почву под пригорком, пальцы Астина зацепились за грубый шершавый клочок бумаги, мнущийся на лёгком ветру. Поднеся его к свету Ливы, стало ясно, что на листке есть текст. Любопытство нахлынуло волной. Что-то важное? Секретное? Словно само его нутро шептало Астину прочитать слова. Он уже хотел зажечь лампу и увидеть текст во тьме глубокой ночи... — (Нет.) – Твёрдо сказал он себе и сложил записку в несколько раз, отказавшись от манящего искушения. Перед возвращением в лагерь он в последний раз кинул взгляд на неподвижное небо. В лагере уже горел костёр, Кеми, сидя на камне с краю лагеря, молча ел, развернувшись спиной. Гармит же нервно нарезал круги по округе, покусывая губу, и поправлял свои волосы. Астин подошёл к нему и касанием привлёк внимание. Гармит дёрнулся. — "Кажется, это твоё." – Уверенно протянул бумажку Астин. Гармит выхватил записку из его руки. Края уже были затёрты, сгиб вот-вот порвётся – он перечитывал её уже столько раз, что бумага могла и не выдержать ещё одну ночь. — "Ты... Читал?" – Нервно проговорил Гармит. — "Нет." – Без капли сомнений сказал Астин, не отводя взгляд. — "...Спасибо." – После паузы сказал Гармит. – "Я ценю это." – Неловко промолвил он и скромно улыбнулся. Убрав записку в карман, он закрылся в палатке. ... Жёлтая листва завалила крышу палатки так, что та провисла. Сегодня подъём дался особенно тяжко и утро уже почти перетекло в день. Астин уже ловко складывал палатку, пока Кеми стоял рядом и разглядывал компас, лежащий у него в руке. — "Сломался." – Равнодушно сказал Кеми. Астин взял прибор. Стрелка компаса хаотично вращалась по кругу, не на секунду не останавливаясь. Кеми молча забрал прибор обратно и постучал пальцем по стеклу. Ноль реакции. Положил в карман. — "Плохо дело, подачки из Дремокты надолго не хватит, нужно найти еды." – Кеми нахмурился и начал осматриваться, но все деревья казались ему одинаковыми: однотипный мох на стволах, похожие листья на ветках, и схожие корни, торчащие из-под ног. Гармит, посмотрев на замешательство Кеми, хотел выдать саркастичный комментарий, но за секунду до того как открыть рот до него дошло, что он и сам не знает откуда они пришли. Деревья за ночь как будто кто-то пересадил, это было похоже на дурную шутку. Немного подумав, Гармит посмотрел на солнце, и его осенило. — "Солнце же с востока поднимается? Тогда нам... туда!" – Воодушевлённо сказал Гармит и указал пальцем на поросшую травой тропинку. У Астина не было других идей, и он пошёл следом. За ним потянулся и Кеми, всё ещё надеясь, что компас сам починится. В нос ударил запах гниющей коры, вызывающий кисловатый привкус во рту. Впереди почти все деревья представляли собой утыканные ветками-шипами сгнившие стволы, по которым стекала какая-то мерзкая чёрная жижа. Но хотя бы рядом с этими пародиями на растения кучковались скопления разных грибов. Гармит нагнулся и жадно набирал некоторые себе в сумку. Астин заметил очень красивый и большой гриб на толстой ножке, сорвал его, и протянул Гармиту. — "Ого, это же Птицелов Ломкий, он очень вкусный." – Гармит сделал небольшую паузу. – "Чуть не умер, когда случайно его съел. Выбрось его... И руки помой." Астин тут же отправил гриб в полёт в кусты, и больше не хотел трогать эти дары природы. — "Для начала, ищи червивые. Если животные их едят – значит съедобные. Вот такая вот правда жизни." – По-доброму сказал Гармит и поднялся, чтобы продолжить путь. Дальнейшая дорога до ночи ничем особым не удивила, если не считать пары шорохов в кустах и древних костей животных, частично погребённых под землёй. Костёр полыхал необычно ярко, прекрасно рассеивая окружающую тьму. Астин сидел и пристально смотрел в танцующее пламя. Чувство вины пожирало его, как этот огонь хворост под ним. Его не было рядом, когда его дом разрушали. Да и там, где он был, ничем помочь не смог – всё сделал Кеми. Он всегда был таким сильным, служил опорой и... учителем. Астин резко подскочил с осыпанной листьями затенённой земли, и подошёл к беззаботно сидящему у костра Кеми. Копейщик окинул Астина вопросительным взглядом. — "Сразись со мной." – Тихо, но уверенно сказал Астин. — "Чего?" – Усмешливо спросил Кеми. — "Научи меня паре своих приёмов." Кеми оторопел от такой просьбы. Ему даже пришлось отвернуться, чтобы скрыть своё искреннее удивление. — "Ну хорошо, хоть как-то развлекусь." – Выдохнул Кеми, в его тоне читалась смесь удивления и воодушевления. – "Я видел полянку неподалёку." — "И меч прихвати." – Донеслось последнее изречение, прежде чем его автор исчез из виду между стволами деревьев. Астин снарядился и ушёл вслед за ним. Оставшийся один Гармит нашёл развлечение в готовке. Он ловко обрабатывал кинжалом шляпки грибов, сразу же снимая кожицу с ножек. Порезав ароматные, слегка сухие грибы на тонкие ломтики, Гармит положил их в кастрюлю, греющуюся на костре. Кипящее масло по-змеиному зашипело и брызнуло во все стороны. Следом были почищены и нарезаны на средние кусочки несколько крупных картошин, которые полетели к уже ужарившемся грибам. Перемешав блюдо, невероятный запах жареного заполнил лагерь, даже на секунду промелькнула мысль "А не сбежится на этот сладкий аромат зверьё?", но отогнав её, Гармит снял шкурку с золотистой луковицы, и, покрошив её на небольшие перья, бросил к остальному. Подлив масла, он в последний раз перемешал румяное блюдо, и посыпал его солью и перцем из своей солонки. Где-то вдалеке послышался прерывистый звон железа. Съев половину порции, Гармит оставил тарелку рядом с костром и аккуратно пошагал в сторону звука. Он шагал на ощупь, притрагиваясь к шершавым влажным веткам, которые оставляли пахучую грязь на руках. Жужжащие насекомые роем кружили вокруг. Звук постепенно становился громче. Выглянув из-за очередного дуба, взгляд Гармита приковал тусклый свет посреди тёмной поляны. Спрятавшись, он начал вглядываться. Низкорослый силуэт быстро и резко двигался, нанося один удар за другим и выкручивая тело для неожиданных приемов. Но высокая тень без труда отражала все атаки, почти не сдвигаясь с места. Этот бой явно был неравным. Издали слышались обрывки слов, но разобрать их не удавалось. Ещё немного понаблюдав за этой сценой, Гармит двинулся обратно в лагерь. По его рукам пробежал холодок, а зубы со скрипом сжались. Гармиту стало противно. От своей трусости, от своей нерешительности, от самой своей сущности. Тёплый свет костра прорезался через плотную рощу, служа маяком. Выдохнув, и подняв глаза к свету, Гармит заметил неясную движущуюся тень. (Грабители!) – Простой план действий сразу пришёл в голову. Стараясь не издать ни звука, Гармит достал с пояса кинжал и крепко сжал в руке, готовый отпугнуть вора. Со стороны тени донеслись звуки быстрых шагов и чавканья. Собравшись с духом и сделав глубокий вдох, Гармит выскочил перед предполагаемым вором, но перед глазами стояло совсем не то, что ожидалось. Сердце забилось быстрее, руки задрожали как сучья на ветру, кинжал выпал из руки, с лязгом упав на камень. Перед Гармитом стоял ужасающий монстр, чёрный как сама ночь. Он отдалённо напоминал волка, у него из груди в случайных направлениях торчали осколки рёбер, а из когтистых лап слезали обрывки кожи. Тварь, не обращая внимания на Гармита, дожирала оставленную им еду. Заметив Гармита, оно подняло пробирающий до костей взгляд янтарных глаз, даже казалось что он пробивался сквозь кости и пронизывал органы, если не саму душу. От боевого духа не осталось ни следа. Ноги подкосились, и не выдержав веса своего тела, Гармит повалился на землю, задыхаясь. Руки двигались сами, отчаянными движениями пытаясь отползти подальше. Горло будто сдавило тисками. Казалось, эти несколько секунд длились вечность. На мгновение разум прояснился, последние силы ушли на то, чтобы подняться с грязной земли, и рвануть в чащу, как можно дальше отсюда. Тиски вокруг горла ослабли, и отчаянный, полный ужаса крик сам сорвался с уст. ... Короткий меч едва успел отразить размашистый удар копья, с глухим звоном отбросив его в сторону. Кеми будто вообще не обращал внимания на не до конца зажившую рану, двигаясь ловко и непредсказуемо, как дикая рысь. Кончик "Кальты" сверкнул, словно молния в ночном небе, но его траектория была чётко ясна. Астин принял защитную стойку, готовясь парировать. Но направление атаки мгновенно изменилось, и руки едва успели заслонить торс мечом. Импульс от удара прокатилась по сжимающим рукоятку ладоням, а затем мощный удар ноги пришёлся в нагрудник, сбив с ног. Холодный воздух растекался по горящим лёгким, обволакивая их. Во рту пересохло, а уставшие пальцы разжались, выпуская меч на землю. — "Эмм... Тебе не хватает...ну... Защиты." – Неуверенно разглагольствовал Кеми, будто пытаясь выдумать что-то на ходу. — "И что это значит?" – Через усилие спросил Астин, жадно хватая ртом воздух. — "Я... Я не знаю. Просто продолжай, и сам что-нибудь поймёшь." Астин всё больше и больше разочаровывался в Кеми как в учителе. Странно, Астин каждый божий день тренировался с ним лет с пяти, но его наставническую несостоятельность понял только сейчас. Хотя он раньше и не разговаривал почти, а сейчас хоть какие-то советы пытается давать... — "Главное – анализируй." – Кеми наконец выдал очередную «гениальную» мысль, и довольный собой снова встал наизготовку, для эффектности раскрутив копьё перед собой. С отблеском досады в глазах, Астин снова поднялся на ноги и мысленно приготовился к новой порции боли и горечи. Только копейщик замахнулся, как со стороны лагеря донёсся громкий крик, от которого кровь в жилах застыла. Астин и Кеми молча переглянулись. Спрятав меч в ножны и схватив с земли лампу, Астин рванул через рощу, а Кеми побежал следом. Лагерь был перевёрнут вверх дном. Палатки стояли открытыми и грубо обшаренными, а на земле валялась одинокая пустая миска. Кеми разглядел следы на мягкой почве, судя по всему, волка или большой собаки. Они крутились вокруг миски, шли к палаткам, а потом резко отходили в сторону. В месте, где след обрывался, в густой траве в свете лампы что-то на мгновение блеснуло. Кеми аккуратно прикоснулся к предмету. Кончиками пальцев он почувствовал шершавый материал, грубую заточка и сколы на лезвии оружия. Это был кинжал Гармита, но где же его владелец? Примерно в метре от него шли отпечатки подошв на лесном грунте, уходящие вглубь тёмного леса. Вот и ответ. Кеми показал орудие Астину, подсветя лампой. Холодный пот выступил на лбу Астина. Он нервно прикусил губу, так сильно, что во рту почудился металлический привкус. Потерял свой город, семью, ещё и друга потеряю?! Нет! НЕТ! На бесконтрольных эмоциях Астин вырвал светильник из руки Кеми и рванул в сторону следов. — "Останься тут, на случай если кто-нибудь вернётся." – Второпях опомнился Астин. Тёмные ветви, едва освещаемые тусклым светом лампы, больно хлыстали по лицу и рукам. На хлюпающем под ногами мху было всё сложнее различать следы, пока они вовсе не исчезли. Астин замер и прислушался. Пару секунд в ушах стояла лишь гулкая тишина, изредка нарушаемая стрекотанием сверчков, но вдруг послышалось что-то ещё, не похожее на естественный звук леса. Астин быстрым шагом пошёл в его сторону, оставляя по пути насечки на возникающих в свете деревьях, и чем дальше он уходил, тем отчётливее раздавался звук. Подойдя совсем близко, стало различимо, что звук был непонятным бормотанием. Немного подсветив перед собой, Астин ничего не увидел, но опустив лампу пониже, в свете лампы проявился силуэт человека, который сжался в комок, прижавшись спиной к одинокому стволу дерева. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что это Гармит. Ран на нём не было, но казалось, он был не в себе, смотрел куда-то в землю, и тихо бормотал какой-то бред: — "Это н-невозможно... Что он-н-ни тут д-делают... Они не могли т-тут оказаться, е-ещё же не холодно..." — "Гармит..." – Облегчённо выдохнул Астин и положил руку на плечо товарища, но тот мгновенно отшатнулся. — "НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! Монстр! Отойди!" – С воплем прокричал Гармит, его зубы стучали, а колени дрожали. — "Это я, Астин! Посмотри на меня!" – Он потряс Гармита за куртку, пытаясь привести его в себя. — "Астин?.." – Тихо прошептал Гармит, будто не веря в услышанное. — "Да, это я, что случилось?" — "Т-там в лагере, б-было..." – Он сделал глубокий вдох, с трудом выдавливая из себя каждое слово. – "...Чудовище." – Сказал Гармит с паузой, будто резко передумав. — "Чудовище? Какое чудовище?" — "Клыкастая пасть, с которой капала слюна... Гнилые когти, размером с мою руки... А эти гла... за!" — издал ещё один пронзительный вопль Гармит, прежде чем снова прижаться к коре дерева. Его тело дрожало, а глаза были широко раскрыты и полны ужаса. Астин почувствовал, как холодный пот выступил на его лбу. Сердце забилось быстрее, словно отражая страх друга. Астин не мог поверить, что тот самый Гармит, который бесстрашно торговался, когда его взяли в плен, сейчас буквально оцепел от ужаса. — "Опасно тут сидеть, нужно вернуться в лагерь, пойдём..." – Астин попытался поднять его на ноги. — "НЕТ! НЕТ! Он пришёл за мной, пришёл закончить дело! Он поджидает меня..." — "Послушай меня! Я не знаю что там за чудище тебя так напугало, но если оно соизволит вернуться..." – Астин положил руку на рукоять меча. – "Я защищу тебя от него." Гармит неотрывно глазел секунд пять, взвешивая сказанное. В голове пронеслись воспоминания, о том, как Астин, несмотря на такой же страх, не убегал ни от капитана Гликары, ни от даже самого Апокрита. Гармит прерывисто вздохнул, переведя взгляд на свои ладони. Они были без мозолей, чистые и изящные. Это руки человека, который всегда убегал, не в силах принять бой. Собрав в кулак последние остатки воли, Гармит нашёл в себе силы встать. Но чтобы вернуться в лагерь, решимости необходимо было кратно больше. Парень просто стоял, как вкопанный. Астин протянул руку и ненавязчиво повёл Гармита за предплечье. Обратная дорога не заняла много времени. Гармит молча плёлся следом, нервно озираясь по сторонам и стараясь не издавать ни звука. Кеми сидел у костра, и в отбрасываемой им тени ритмично ковырял какой-то предмет ножом. Заметив приближение, он небрежно кинул предмет в огонь и просто уставился на ребят своим тяжёлым взглядом. — "Волк не возвращался." – Констатировал Кеми таким тоном, будто зачитал военный рапорт. — "Гармит... Ты–" – Начал уже было Астин, но тут же был прерван. — "Я не хочу это обсуждать." – Твёрдо сказал Гармит, не оставляя и шанса для возражения. – "...Мне нужно подумать." – Наконец отрезал он, заходя в палатку. Астин лишь с беспокойством смотрел ему вслед Ночь прошла бессонно. Гармит лежал, сверля взглядом тканевый потолок палатки. В голове раз за разом прокручивался момент встречи с чудовищем, пугающе похожим на тех, которые разрушили его жизнь. Руки ещё немного подрагивали. — "Ненавижу..." — прошипел он сквозь зубы, чувствуя, как горечь поднимается в горле и сжимает сердце. Перевернувшись на бок, он ощутил холод жесткой ткани простыни, которая казалась тяжёлой и удушающей. Рука, будто по инерции, потянулась к медальону, но остановилась на полпути и медленно опустилась обратно. За стеной по крыше забарабанили капли дождя, их холодные удары эхом отзывались в тишине помещения. В воздухе повис запах сырости и затхлой плесени, который проникал в лёгкие и вызывал неприятное покалывание. Глаза сами медленно сомкнулись, и тьма начала поглощать сознание, унося с собой боль и тревогу, оставляя лишь глухое, холодное спокойствие.