Часть 12

      Шум песка ворвался в сон, разрывая тёплую дрёму на части.       Дэя проснулась мгновенно — сердце колотилось где-то в горле, тело сжалось в комок раньше, чем разум понял, что происходит. Песок. Этот звук она запомнила навсегда — шелест, с которым Арвиэль являлся в их убежище.       — Даррен, — выдохнула она, вцепливаясь в его руку.       Даррен вскочил с ложа мгновенно, заслоняя её собой, и синий огонь вспыхнул на его пальцах раньше, чем песок начал собираться в фигуру. Дэя не раздумывала — метнулась к нему, прижалась к спине, обхватила руками за талию, спрятала лицо между лопаток. Руки её дрожали, но хватка была мёртвой — она вцепилась в него так, будто от этого зависела её жизнь.       — Успокойся, — коротко бросил Даррен, накрывая её руки своей ладонью. — Я здесь.       Песок взметнулся вихрем, закрутился в центре пещеры и опал, явив Арвиэля Дакрэа.       Повелитель Хаоса стоял в двух шагах от них, и его трёхзрачковые глаза смотрели прямо на них — сквозь них, в самую суть. Чёрный плащ струился, не касаясь пола. На тонких губах застыла странная полуулыбка.       — Рэн, — произнёс он, и голос его прозвучал как шелест песка по камню. — Я дал тебе срок — месяц.       — Ты рано, — жёстко ответил Даррен. Синий огонь на его пальцах разгорался ярче.       — Время в Хаосе течёт по-разному, — Арвиэль сделал шаг вперёд и вдруг... остановился. Прикрыл глаза. Втянул воздух носом.       Тишина повисла в пещере — тяжёлая, звенящая. Арвиэль открыл глаза и посмотрел на них с новым выражением. Три зрачка в каждом глазу завращались быстрее, вбирая информацию, анализируя, смакуя.       — О, — сказал он тихо. — О-о-о.       — Властелин... — начал Даррен.       — Молчи, — перебил Арвиэль, и в голосе его прозвучало что-то странное — не гнев, не насмешка, а... любопытство. Чистое, почти исследовательское любопытство. — Дай угадаю. Только что? Пару часов назад? Судя по запаху — даже меньше.       Дэя вжалась лицом в спину Даррена, чувствуя, как горит кожа. Она знала, о чём он говорит. Этот запах — их близости, их страсти — висел в воздухе, въелся в простыни, впитался в камни.       Даррен напрягся, но не отступил.       — Тебя это не касается.       — Всё, что касается Хаоса, касается меня, — возразил Арвиэль, но в голосе не было угрозы. Только удивление. — Ты, внук. Ты, который тысячу лет никого не подпускал ближе чем на шаг. Ты, который клялся, что никогда не повторишь ошибок матери. Ты взял её. Эту маленькую человеческую девочку. И судя по запаху... — он снова втянул воздух, — взял по-настоящему. Всей своей демонической сутью.       — Я сказал, тебя это не касается.       — Касается, — отрезал Арвиэль, и три зрачка в правом глазу остановились, зафиксировавшись на лице внука. — Потому что я чувствую её на тебе. Её запах въелся в твою кожу. Она теперь часть тебя. А значит — часть Хаоса.       Он сделал ещё шаг вперёд. Теперь между ними было не больше метра.       — Ты знаешь, что будет дальше, Рэн?       — Знаю, — голос Даррена звучал глухо.       — Человек не может жить в Хаосе. Даже с каплей Хаоса внутри. Даже с твоей защитой. Хаос будет высасывать её. Медленно. Незаметно. А когда высосет ее разум— уже будет поздно.       Дэя вздрогнула. Пальцы, вцепившиеся в рубашку Даррена, побелели.       — Я смогу защитить её, — жёстко сказал Даррен.       — Ты не сможешь, — спокойно ответил Арвиэль. — Хаос не предоставит тебе такой возможности. Он просто берёт своё. Её жизненная сила будет таять с каждым днём. С каждым часом. С каждой минутой, проведённой здесь. Ты не заметишь — ты слеп, слишком любишь, чтобы видеть правду. А однажды она просто не проснётся.       — Нет, — выдохнул Даррен, и в этом слове было столько боли, что Дэя почувствовала её физически.       — Да, — отрезал Арвиэль. — Ты думал, я пришёл забрать её? Забрать ту, что ты пометил? — он усмехнулся — горько, почти сочувственно. — Нет, внук. Та, кто носит твою метку, для меня неприкосновенна. Я не настолько чудовище, чтобы отнимать у своего внука единственную радость за тысячу лет.       Дэя замерла. Метка? Она не понимала, о чём он говорит, но чувствовала — это важно. Это меняет всё.       — Тогда зачем ты пришёл? — голос Даррена сел до хрипа.       — Сказать правду. И дать шанс.       Арвиэль перевёл взгляд на Дэю. Три зрачка смотрели на неё — не страшно, не угрожающе, а оценивающе. Взвешивающе.       — Девочка, выйди.       — Нет, — Даррен заслонил её плечом. — Она останется.       — Рэн, она должна услышать это сама. Я не заберу ее.       Арвиэль помолчал, собираясь с мыслями.       — Человеку не место в Аду. В Хаосе. В мире, где правит первозданная сила и тьма. Ты, Дэя, — исключение. В тебе есть капля, которая позволяет тебе дышать здесь, чувствовать, даже колдовать. Но капля — это не защита. Это приговор.       — Приговор? — прошептала Дэя.       — Ты будешь таять. Медленно, но неотвратимо. Год, два, может, десять — если повезёт. А потом Хаос заберёт тебя. Растворит. Сделает частью себя.       — Нет, — выдохнула Дэя. — Я не хочу...       — Поэтому у тебя есть выбор, — перебил Арвиэль. — Вернуться в мир людей и жить там. Или...       Он замолчал, глядя на Даррена.       — Или?       — Или принять перерождение. Стать демоном. Полностью. Не наполовину, не с каплей, а целиком. Тогда Хаос станет твоим домом, а не могилой.       Дэя замерла.       — Стать... демоном?       — Да. Ритуал перерождения. Болезненный. Опасный. Ты можешь не выжить. Но если выживешь — останешься с ним навсегда. Вечность.       Тишина. Арвиэль смотрел на них — на внука, застывшего каменным изваянием, на девушку, вцепившуюся в него с отчаянной силой.       — У тебя нет времени, Рэн, — тихо сказал он. — Хаос не бывает милосердным к тем, кто ему не принадлежит полностью. Он её поглотит. Со временем. А время в Хаосе течёт быстрее, чем вы думаете.       — Сколько осталось времени? — спросил Даррен, и голос его дрожал.       — Если судить по человеческим меркам? — Арвиэль прищурился. — Месяц. Два. Может, три. Если она сильная.       — Этого мало.       — Поэтому я и пришёл. Чтобы ты успел попрощаться... или решился.       Он развернулся, собираясь уходить.       — Властелин, — окликнул его Даррен.       Арвиэль обернулся.       — Есть ещё один способ. Древний. Тот, что использовали в начале времён.       Три зрачка в глазах Арвиэля замерли.       — Ты говоришь о Клятве Крови?       — Да.       — Это безумие, Рэн. Ты отдашь ей половину своей сути. Половину силы. Половину жизни. Если она умрёт — умрёшь и ты.       — Я знаю.       — Если она предаст — ты сгоришь.       — Знаю.       — Если...       — Я знаю! — рявкнул Даррен, и синий огонь взметнулся до потолка. — Я всё знаю, дед. Но я не могу без неё. Не хочу. Если она уйдёт — я всё равно умру. Просто медленнее.       Арвиэль смотрел на него долго. Очень долго. Потом перевёл взгляд на Дэю — на эту маленькую, дрожащую, но не отступающую девчонку, которая смотрела на его внука так, будто он был центром вселенной.       — Она того стоит? — тихо спросил он.       — Она стоит всего, — ответил Даррен.       Арвиэль кивнул — медленно, задумчиво.       — Тогда решайте. Клятва Крови или перерождение. Выбирать вам. Но быстро. Время не ждёт.       Он начал таять, осыпаться песком.       — Я буду наблюдать, Рэн. И если вы выберете Клятву — я сам проведу ритуал. В Сердце Хаоса. Там, где сила течёт рекой.       Песок осел. Тишина. Дэя стояла, вцепившись в спину Даррена, и не могла пошевелиться. Слишком много информации. Слишком страшно. Слишком...       Он развернулся рывком, прижал её к себе, вжал лицом в грудь. Руки его дрожали — впервые она чувствовала, как дрожит этот древний, несгибаемый демон.       — Дэя, — выдохнул он куда-то в макушку. — Дэя, прости меня.       — За что?       — Я не сказал тебе. Не предупредил. Знал, что Хаос забирает людей, но надеялся... надеялся, что успею придумать что-то...       — Тсс, — она прижала палец к его губам. — Не надо. Мы придумаем вместе. Ты слышал? У нас есть выбор и еще немного времени.       Он посмотрел на неё. В синих глазах плескалась такая боль, такая любовь, что у Дэи перехватило дыхание.       — Я не хочу тебя терять. Я только тебя обрел. — прошептал он.       — И не потеряешь. — Она обхватила его лицо ладонями. — Что бы мы ни выбрали — мы будем вместе. Ты обещал.       — Обещал, — эхом повторил он.       — Тогда не смей отступать.       Он улыбнулся — слабо, через силу — и прижался лбом к её лбу.       — Глупая, но такая смелая.       — Твоя.       — Моя.       Они стояли, обнявшись, посреди пещеры, и синий огонь горел вокруг них, согревая, защищая. А где-то там, за стенами, ждал Хаос. Ждало будущее. Ждал выбор.       Но сейчас они были вместе. И это было главным.