Глава 2: Искупление и Разряд

В таверне «Пьяный дракон» пахло элем и жареным мясом, но Макс всё ещё чувствовал на языке фантомный привкус хлорки. Они с Лирой сидели за дальним столом, обсуждая планы на завтра, когда к ним подошел высокий, грузно ступающий мужчина в потертых металлических доспехах. Он снял шлем и тяжело опустился на стул напротив. Макс поперхнулся напитком, и кружка с грохотом опустилась на деревянную столешницу. Широкое лицо, густые усы, глубокая морщина между бровей и глаза… Эти полные первобытного ужаса, расширенные глаза. Это было лицо водителя того самого грузовика. Лицо, которое впечаталось в сетчатку Макса за долю секунды до удара. — Меня зовут Бром, — голос рыцаря был хриплым, полным какой-то неизбывной тоски. — Я слышал, вам нужен защитник. Танк, который примет удар на себя. Я не прошу много золота. Я просто… ищу искупления за одну страшную ошибку прошлого. Я не справился с управлением… своей лошадью, и пострадали невинные. Макс сглотнул вставший в горле ком. Его собственное подсознание играло с ним в жестокие игры. Водитель, убивший его в реальности, теперь сидел перед ним в выдуманном мире, отчаянно пытаясь защитить его, чтобы хоть как-то загладить вину. — Мы берем тебя, Бром, — тихо, но твердо ответил Макс. На следующий день их отряд отправился в Ущелье Скорби. Засада случилась внезапно. Огромный Каменный Голем, сливавшийся со скалами, обрушил на них свой пудовый кулак. Бром, как и обещал, бросился вперед. Он поднял свой ростовой щит, принимая на себя сокрушительный удар. Раздался хруст металла и костей — рыцаря отшвырнуло к скале, как тряпичную куклу. — Бром! — закричал Макс. Голем медленно повернулся к Лире, которая в панике пыталась сотворить защитный барьер. Макс почувствовал, как внутри него закипает чистый адреналин, смешанный с абсолютным отчаянием. Он вытянул руки вперед, пытаясь вспомнить хоть какое-то боевое заклинание, но вместо огня или льда почувствовал, как воздух вокруг него начал искрить. Запахло озоном. И горелой плотью. «Фибрилляция желудочков! Заряжай на двести!» — раздался резкий женский голос, который шел не из ущелья, а словно звучал прямо в черепе Макса. Его руки затряслись. Между пальцами заплясали ослепительно-синие дуги молний. «Всем отойти! Разряд!» БАХ! Ослепительная вспышка разорвала Элдорию на части. В тот момент, когда Макс выпустил из рук сноп ветвистых молний, ударивших в голема, его собственная грудная клетка выгнулась дугой с такой силой, будто его ударили кувалдой. Небо Элдории пошло рябью, как сломанный монитор. На одну жуткую, растянутую секунду вместо облаков Макс увидел квадратные белые плитки больничного потолка и слепящие хирургические лампы. Горы превратились в зеленые шторы реанимации. Магия с оглушительным треском разорвала голема на куски, но Макс рухнул на спину, задыхаясь. Его грудь дымилась, а сердце билось так сильно, что, казалось, сломает ребра. Мир снова стабилизировался. Небо вновь стало синим. Лира подбежала к нему, плача от испуга. — Макс! Что это была за магия?! Ты нас чуть не убил! А где-то очень далеко, за пределами этого мира, ровный писк кардиомонитора сменился частым, прерывистым ритмом. Пип-пип-пип-пип... Сердце Макса снова забилось. Он только что выиграл себе еще немного времени в коме.