— 2 —

Тем вечером Беллами намеренно отключил свой телефон. Ну, он сделал это не сразу, а только после того, как Миллер, который был где-то на Карибских островах со своим парнем, прислал ему ссылку на пост в одной из соцсетей. Там было фото его и Кларк этим утром около офиса Кейна. Ниже было вопиющее количество смайликов и подпись: "ОМГ! Вы это видели? Неужели мы это пропустили?" Комментарии буквально разделились между теми, кто твердил, что всегда это знал, и теми, кто отказывался верить, что это не фотошоп. Там было больше сотни человек. И это только в первые пятнадцать минут после публикации. Он благодарил всех богов за то, что график съёмок романтической комедии Октавии был таким жёстким, что она включала телефон только дважды в неделю. Она звонила вчера утром, так что у него есть пара дней, чтобы придумать ответ на всё, что она скажет, а вечер посвятить мистеру Диккенсу. Дело было не только в том, что Кларк – лучшая подруга его сестры. Всё было куда хуже. Октавия знала, что Беллами влюблён в девушку едва ли не с первого взгляда. И тот дурацкий перелом руки он получил на съёмках из-за желания показать ей, как он хорош. Ну, и заработать бонусные очки в индустрии. Но всё равно это было глупо. Хотя фанатам понравилась и его самоотверженность, и химия между персонажами, хотя на экране между ними не подразумевалось ни капли романтики. За прошедшие годы они значительно сблизились, хотя и продолжали цепляться друг к другу по мелочам. У них была лишь одна серьёзная ссора за всё время. Технически, её начала Кларк, но есть вероятность, что ему не стоило устраивать громкий тройничок с девушками из массовки через стенку от её номера. В свою защиту Беллами мог бы сказать, что пытался избавиться от мыслей о ней. Долго. Тщательно. Очевидно, безрезультатно. В итоге он снизил количество случайного секса до физиологически необходимого минимума. Это не только не помогало, но и могло вызвать скандал, ведь его популярность росла. Помимо прочего, рассерженная Кларк выглядела чрезвычайно сексуально. Настолько, что после каждой стычки с ней, принимая вечером душ, он кончал куда более бурно, чем с любой, даже самой умелой, случайной девушкой. Мазохизм ли это? Чёрт, возможно. Когда следующим днём Беллами всё же включил телефон, то бегло просмотрел все сообщения от друзей, спрашивающих, как они могли это пропустить. Затем позвонила Кларк и предложила встретиться за ланчем, чтобы обсудить их историю, и через час он уже парковался у её дома. Он поправил часы на руке, проверяя, что широкий кожаный ремешок точно скрывает знак на его запястье, и глубоко вздохнул, когда увидел, как девушка спускается с крыльца. Она выбрала широкие джинсовые шорты и бледно-зелёный топ с открытыми плечами и свободными рукавами. Чёрт возьми, она решила его убить. Беллами на мгновение стиснул зубы, чтобы не дать своему возбуждению стать заметным. Кларк села на пассажирское сиденье и быстро поцеловала его в щёку, казалось, ничего не замечая. — Что это было? — спокойно уточнил Беллами, пока они выезжали на более оживлённую улицу. — Я увидела одну из своих соседок в окне напротив, — тем же тоном ответила девушка, и ему оставалось только кивнуть. Верно, это только игра. Он привёз их в маленькое семейное кафе, где подрабатывал, когда был подростком и ещё не начал не просто зарабатывать, а вообще сниматься в кино. Владельцы, пожилая итальянская пара, помнили его и любили, как одного из своих многочисленных племянников. Беллами обнял их и быстро познакомил с Кларк. Они потратили совсем немного времени на ожидание своего заказа, болтая о реакции друзей на вчерашнюю публикацию, но его глаза постоянно возвращались к тому, как она рассеянно теребила хитро переплетёную фенечку на своём запястье. Беллами не мог не задаваться вопросом: а что, если под ней такой же знак, как у него? Хорошо это или плохо? Обрадовалась бы Кларк этому или нет? Насколько ему известно, она никому не рассказывала о своей метке. О его знали только Октавия и Эхо. Он остался с ней в хороших отношениях, но, если быть честным, всё шло к расставанию ещё до появления знака, он был просто последней каплей. Даже сам Беллами надеялся, что их метки не совпадут. Очаровательная официантка принесла им еду, и теперь они могли поговорить. Ему пришлось напомнить себе, что он здесь по делу, а не просто на свидании с прекрасной девушкой. — Итак, у меня есть кое-какая идея, — заговорила Кларк, дожевав кусочек лазаньи. — Конечно, она у тебя есть, — вздохнул он, накалывая равиоли на вилку. — Эй, нам нужен план, — упрекнула она и сделала глоток малинового лимонада с мятой — Да, нужен, — подтвердил Беллами. — Для наших друзей и всех остальных. Выкладывай, принцесса. — Мы могли бы сказать, что столкнулись на студии, потом пошли к тебе репетировать сцену, немного выпили, чтобы расслабиться... — А потом начали ссориться, — вставил он. — Зачем это? — подняла брови она. — Для правдоподобности, — ухмыльнулся он и аккуратно взял её руку в свою. — Официантка смотрит на нас, — почти не двигая губами, прошептал он. Кларк заметно расслабилась, наклоняясь к нему через стол, и он непроизвольно повторил её движение. — Хорошо, — мягко улыбалась она. — Мы начали ругаться. Что было дальше? — Дальше? — он облизнул губы. — Я поцеловал тебя, чтобы заткнуть. Потом всё произошло само собой, — он потянулся ещё немного и быстро чмокнул её в губы. Когда он отстранился, Кларк выглядела слегка ошеломлённой, но не разозлённой. Это заставило что-то в его груди зашевелиться. Возможно, надежду. — Хорошая история, — пробормотала Кларк, слегка краснея. — Да, неплохая, — подмигнул он. — Ешь свою еду. — Что бы я делала без твоего разрешения, — беззлобно закатила она глаза. Беллами тихонько рассмеялся и вернулся к своим равиоли, с удовольствием отмечая, что она так и не убрала свою руку из его. После ланча он решил насладиться всеми преимуществами их фиктивных отношений и предложил прогуляться по парку. Кларк согласилась, поставив условие, что тогда он купит ей мороженое. Несмотря на то, что деревья в парке давали приличное количество тени, народу было не так много, и всё же пара девочек-подростков из компании, лениво расположившейся на лужайке, подошла к ним за автографами. Кларк уткнулась ему в грудь, хихикая, когда девочки упомянули вчерашнее фото, и Беллами почувствовал невероятное тепло, которое никак не было связано с калифорнийской погодой. Он отвёз её домой и настоял на том, чтобы проводить до входа. Уже на крыльце он услышал хлопок соседской двери и почти не думал, за секунду притягивая Кларк к себе за талию одной рукой, а второй обхватывая её затылок и целуя. Она ахнула, но тут же расслабилась, положив ладони ему на грудь. Она была такой мягкой, такой настоящей в его руках, что на какое-то время Беллами забыл, что на самом деле Кларк – не его. Он отстранился, заправляя прядь волос ей за ухо, и выражение лица девушки было таким мечтательным, что на мгновение ему показалось, что она тоже этого хотела. Волшебство момента разбилось вдребезги, когда её телефон издал громкий сигнал о входящем сообщении. Кларк прочитала его и прикусила губу. — Завтра вечером тебе стоит остаться у меня, — сказала она, не поднимая взгляда от телефона. — Рейвен приедет утром, и будет хорошо, если она тебя здесь увидит. — Да, ты права, это будет хорошо, — ответил он, подавляя желание накричать на неё. — Я приеду к шести, захвачу ужин. — Договорились, — мягко улыбнулась она, сжимая его руку. Беллами быстро попрощался и уехал. Добравшись домой, он налил и залпом выпил ледяной воды, а потом швырнул стакан на пол. Стекло разлетелось сотней мелких осколков, идеально описывающих его собственное состояние. Он решил, что уберёт их позже. В этот момент Беллами был слишком зол на себя, на Кларк и на ситуацию в целом.