~~~ 7 ~~~

      Сидел Дмитрий Иванович в Петропавловке и в сотый раз перечитывал свой главный тезис: «Что можно разбить, то и нужно разбивать; что выдержит удар, то годно».       Взглянул он на тяжелую дубовую дверь камеры, окованную железом, и почувствовал прилив исследовательской страсти.       «А ведь это, — подумал он, — и есть мой ultimatum действительности! Ежели дверь рассыплется — значит, была она гнилью и пережитком. А ежели выдержит — значит, имеет право на существование».       Разбежался Дмитрий Иванович и со всей нигилистической силой ударил в дверь плечом.       Дверь даже не шелохнулась. Зато плечо отозвалось такой болью, что в глазах потемнело и голова закружилась.       На грохот заглянул в «волчок» караульный солдат.       — Вы чего это, ваше благородие, об стену бьетесь? — поинтересовался он. — Нешто хмельного затребовать хотите? Так не положено, у нас тут не ресторация.       Писарев, держась за ушибленное плечо, посмотрел на дверь с глубокой задумчивостью.       — Нет, хмельного не пью, — прокряхтел он, возвращаясь к столу. — Я проводил натурный эксперимент.       Обмакнул перо в чернильницу и добавил в рукопись: «Полагаю, что сия инстанция проверку на прочность выдержала и в настоящий момент является единственно неоспоримой истиной в моем распоряжении».