Глава 11

Мягкий утренний свет едва пробивался сквозь плотные шторы в комнате Криса. В замке стояла та редкая, звенящая тишина, которая бывает только на рассвете, когда даже призраки в коридорах, кажется, ложатся подремать. Крис лежал на спине, заложив руки за голову, и безучастно смотрел в потолок. Вчерашний день прокручивался в его сознании, как заевшая кинопленка: ничтожные статы Фриска, его запредельное уклонение, загадочный исписанный листок... Все эти кусочки пазла никак не желали складываться в единую картину. Тишину комнаты нарушало только странное, ритмичное «клац-клац-клац». Крис скосил глаза на прикроватную тумбочку. Его смартфон лежал экраном вверх, и прямо по нему, как гигантский светящийся кузнечик, ритмично подпрыгивала Душа. С каждым её «приземлением» на виртуальную клавиатуру раздавался характерный звук нажатия клавиши. Крис приподнялся на локте, наблюдая за этой картиной. Душа действовала с поразительной точностью, метко попадая по буквам своим нижним краем. — Эй... — Крис не выдержал и тихо рассмеялся, качая головой. — Ты чем там занимаешься? Решила освоить профессию смс-менеджера? Душа замерла на букве «!» и, слегка подлетев вверх, развернулась к нему, довольно пульсируя алым светом. — О, Крис, ты проснулся! — отозвалась она в его голове, ни капли не смутившись. — Я тут провожу важные дипломатические переговоры со Сьюзи! Она вчера написала, что «эти печеньки были настолько хороши, что она почти забыла, как сильно хочет кого-нибудь побить». Я просто уточняю, входит ли в её планы на сегодня «побить завтрак» или мы идем на тренировку. — Ты переписываешься с ней от моего имени? — Крис улыбнулся еще шире, представляя, как Сьюзи читает сообщения, набранные прыгающим сердцем. — И что она отвечает? — Ну, — Душа сделала сальто в воздухе и снова плюхнулась на экран, чтобы отправить сообщение. — Пока что она прислала три эмодзи топора и картинку сэндвича. Я интерпретирую это как «Да, я голодна и опасна». Крис, не отвлекай, у меня тут Т9 иногда глючит под моим весом, приходится перепечатывать! Крис снова откинулся на подушки, слушая веселое «клацанье». Несмотря на всю серьезность ситуации с Фриском, это утро казалось на удивление нормальным. Крис наблюдал за этим ещё пару секунд, пока Душа не начала слишком уж яростно вколачивать буквы в экран, явно пытаясь отправить Сьюзи какой-то особо длинный пассаж. — Так, ладно, дипломатия окончена, — с усмешкой сказал Крис. Он резко подался вперёд и, проявив несвойственную ему прыть, накрыл Душу ладонями, буквально «сгребая» её с экрана телефона. Красное сердце, не ожидавшее такого вероломства, возмущенно запульсировало прямо у него в руках, пытаясь выскользнуть сквозь пальцы, как скользкая магическая рыба. — Эй! Верни! У нас там важный чат! Я ещё не объяснила ей разницу между «поесть» и «пожрать»! — заверещала Душа в его сознании. Крис, не обращая внимания на протесты, второй рукой быстро перехватил смартфон и убрал его под подушку. Душа в его ладонях продолжала дергаться, щекоча кожу теплым покалыванием магии. — Хватит на сегодня технологий, — Крис разжал пальцы, позволяя сердцу вылететь на свободу. — А то Сьюзи решит, что у меня случился приступ гиперактивности или я перепил кофе Азгора. Душа зависла перед его лицом, обиженно раздувшись и светясь чуть ярче обычного. — Ты просто ревнуешь, что у меня со Сьюзи общий вайб! — заявила она, сложив невидимые руки на груди. — Она, между прочим, единственная, кто оценил мой юмор про топоры! Крис только хмыкнул, чувствуя, как телефон под подушкой завибрировал от пришедшего ответа. — Всё, угомонись. Нам нужно вставать. Сегодня явно будет очередной день, полный «скрытых механик» Фриска, так что прибереги энергию. Душа напоследок сделала недовольный вираж вокруг его головы, но всё же успокоилась, неохотно возвращаясь ближе к его груди. Крис потянулся, слушая, как дом начинает понемногу просыпаться. Где-то внизу уже послышался звон посуды — Фриск наверняка уже вовсю хозяйничал на кухне, даже не подозревая, что его статы вчера стали главной темой обсуждения между человеком и его прыгающим сердцем. Тем временем на кухне царило мягкое утреннее спокойствие, нарушаемое лишь тихим шкварчанием масла и ритмичным стуком ножа о доску. Фриск, закатав рукава своего синего свитера, с почти хирургической точностью нарезал сочные ириски для начинки своего фирменного пирога. Его движения были плавными и уверенными — здесь, среди ароматов корицы и теста, он чувствовал себя в абсолютной безопасности. Он как раз потянулся за формой для выпечки, когда реальность внезапно изменилась. Из глубокой тени дверного проема бесшумно, словно сотканная из самого ночного воздуха, вынырнула Чара. Прежде чем Фриск успел среагировать (даже с его запредельным уклонением, когда он не ждал подвоха от своих), её руки крепко обхватили его поперек груди, буквально пригвождая к кухонному столу. — Попался, — прошептала она ему прямо в затылок с интонацией, от которой у любого другого пошли бы мурашки по коже. Фриск вздрогнул, но тут же расслабился, узнав хватку сестры. — Чара! — он неловко попытался повернуться, но она только сильнее сжала объятия, заблокировав ему руки. — Ты что, тренируешь навыки скрытного похищения поваров? Доброе утро, кстати. — Никаких «добрых утр», пока я не получу свою порцию внимания, — отрезала Чара, уткнувшись подбородком в его плечо. — Ты вчера весь день бегал то с Андайн, то с Азгором. Теперь ты мой. Фриск прыснул, глядя на свои руки, которые теперь могли дотянуться разве что до скалки, но не до плиты. — Чара, это очень мило, правда, но мне нужно доделать тесто. Если я сейчас не поставлю пирог в духовку, мы будем завтракать сырой мукой. Может, ты меня отпустишь? Обещаю, я не сбегу в Жаркоземье. — Нет, — коротко ответила она. — Работай так. У тебя же «запредельные навыки», вот и покажи, как ты справляешься в экстремальных условиях. Я буду твоим... утяжелителем. Фриск снова попытался отшутиться, чувствуя, как её хватка становится только упрямее. — Слушай, если ты планировала стать моим вторым свитером, то выбрала не самое подходящее время. На кухне и так жарко! К тому же, боюсь, Азгор не оценит, если я подам пирог, в котором случайно запечена твоя челка. — Меньше слов, больше дела, шеф-повар, — Чара даже не шелохнулась. — Давай, я верю в твою многозадачность. Или ты хочешь сказать, что великий Фриск не может испечь пирог, когда у него на спине висит его любимая (и очень голодная) сестра? Фриск покачал формой для выпечки, пытаясь приноровиться к новому «центру тяжести». Его серая маска спокойствия на миг дрогнула, уступая место искреннему замешательству, смешанному с весельем. — Ладно, — выдохнул он, аккуратно поддевая лопаткой начинку. — Но если пирог получится кривым, я скажу Ториэль, что это был твой авторский дизайн «Хаос и корица». Тишину кухни нарушил звук шаркающих тапочек. В дверях показался Азриэль — взъерошенный, сонный, он едва разлепил глаза и вяло потирал их кулаком. Даже не глядя в сторону плиты, он на автомате направился к чайнику. — Слушай, Фриск... — пробормотал он хриплым спросонья голосом. — Ты не видел, куда я вчера дел свою... Аззи осекся на полуслове. Он наконец сфокусировал зрение и замер, уставившись на странную «двухэтажную» конструкцию у стола. Его глаза медленно округлились, а рука, потиравшая глаз, так и застыла в воздухе. Фриск, почувствовав затылком присутствие брата, мгновенно напрягся. Он понял, что со стороны это выглядит максимально нелепо: он, наполовину прижатый к столешнице, с испачканными в муке руками, и Чара, которая висит на нем мертвой хваткой. — Аззи! — Фриск нервно дернулся, пытаясь высвободить хотя бы один локоть. — Это... это совсем не то, о чем ты подумал! Я просто готовил, а Чара решила... ну, она решила провести проверку безопасности! Азриэль постоял секунду в тишине, а потом на его мордочке расплылась широкая, лукавая ухмылка. Сонливость как рукой сняло. — О-о-о, — протянул он, складывая руки на груди и качая головой. — Понятно. Значит, проверка безопасности? А я-то думал, вы тут осваиваете новый вид парной кулинарии. И как успехи? Чара помогает тебе перемешивать тесто силой мысли или просто работает рюкзаком? Фриск покраснел и предпринял еще одну попытку отстраниться, почти выскользнув из захвата. — Да ладно тебе, Аззи, не начинай! Чара, всё, шутка затянулась, отпусти, мне правда нужно... Но не тут-то было. Почувствовав, что «добыча» ускользает, Чара только крепче сомкнула руки в замок, еще плотнее прижимаясь к его спине и буквально впечатывая Фриска обратно в край стола. — Никуда он не пойдет, — отрезала Чара, бросив на Азриэля победный взгляд. — Вчера ты и Крис торчали с ним всё утро, обсуждая свои «важные дела». Теперь моя очередь проводить с ним время. И если мне для этого нужно приклеиться к нему намертво, я это сделаю. Фриск, поняв, что сопротивление бесполезно, на мгновение замер. На его лице отразилась целая гамма чувств, которая в итоге сменилась мягкой, немного виноватой улыбкой. Он слегка повернул голову к Чаре, так что их лица оказались совсем рядом. — Чара, это, конечно, очень мило, правда, — тихо сказал он, и в его голосе прозвучала искренняя теплота. — Я ценю твое рвение. Но... можно меня всё-таки отпустить? Хотя бы чтобы я мог поставить форму в духовку, не обжегши тебе нос? Чара на секунду задумалась, глядя ему прямо в глаза, но потом лишь сильнее уткнулась подбородком в его плечо. — Нет, — твердо повторила она. Азриэль, наблюдая за этим, тихо рассмеялся, доставая из шкафчика кружку. — Смирись, Фриск. Ты сегодня официально перешел в личную собственность Чары. Я пойду разбужу Криса, он такое зрелище пропустить не должен. Фриск, услышав обещание Аззи привести Криса, в панике попытался сделать шаг вперед. — Аззи, стой! Не надо никого звать! — воскликнул он, уже представляя, как Крис и его Душа будут подкалывать его за эту «кулинарную идиллию». Но Чара была категорически против того, чтобы её живая грелка куда-то уходила. Когда Фриск рванулся вперед, она, не разжимая рук, резко и с силой дернула его на себя, возвращая в «исходную позицию». Однако из-за того, что Фриск уже сместил центр тяжести, равновесие было потеряно. Его ноги поехали по гладкому полу, и он завалился назад. Чара, проявив чудеса устойчивости, крепко уперлась ногами в пол и удержалась, но Фриск фактически рухнул спиной прямо на неё, оказавшись в своеобразном полулежачем кольце её рук. — Куда-то собрался? — хмыкнула она, победно глядя на него сверху вниз. Фриск, тяжело дыша и чувствуя, как его затылок покоится на её плече, замер. Он посмотрел на неё снизу вверх. Его серые глаза на мгновение потеплели, а на губах заиграла странная, едва уловимая полуулыбка, которая совершенно не вязалась с ситуацией «пленника». — Знаешь, Чара... — тихо произнес он, и его голос стал на октаву ниже, приобретая ту самую бархатистую уверенность, которую он обычно прятал. — Если ты так сильно хотела, чтобы я оказался у твоих ног, тебе не обязательно было устраивать ловушку. Тебе достаточно было просто... попросить. Я ведь и так всегда на твоей стороне. Чара, ожидавшая очередной шутки про «рюкзак» или возмущенных просьб отпустить, на мгновение буквально окаменела. Её пальцы, до этого крепко сжимавшие его свитер, непроизвольно дрогнули. Она во все глаза смотрела в его спокойное лицо, пытаясь понять, что сейчас произошло. В её голове что-то явно «закоротило»: это была не типичная фраза «хорошего брата» и не обычный юмор. Это прозвучало... слишком двусмысленно. — Что ты... — она запнулась, чувствуя, как к щекам предательски подступает жар. — Что за чушь ты несешь, идиот?! Фриск же, воспользовавшись её замешательством, аккуратно высвободил одну руку и, как ни в чем не бывало, похлопал её по ладони. — Я просто говорю, что твой метод «захвата» очень эффективен. Но мой метод «сдачи в плен» мог бы быть гораздо приятнее для нас обоих. Поможешь мне встать или мы так и будем проверять, насколько крепкий у нас пол? Чара молчала, всё ещё сбитая с толку его тоном и этой странной фразой. Она медленно разжала руки, давая ему подняться, но взгляд её оставался прикованным к нему. В этот момент она впервые за долгое время не знала, как съязвить в ответ. Азриэль, который застрял в дверях, наблюдая за этой сценой, только присвистнул. — Ого... Фриск, кажется, ты только что применил запрещенный прием. Даже у меня в ушах зазвенело от такой «дипломатии». Чара стояла неподвижно, пока Фриск не спеша поднимался на ноги, отряхивая муку с рукавов. На её лице застыло выражение крайнего недовольства, но глаза выдавали лихорадочную работу мыслей. Она резко скрестила руки на груди, пытаясь вернуть себе привычный ореол опасности и контроля. — Очень смешно, Фриск, — наконец выдавила она, вздёрнув подбородок. — Вижу, ты научился болтать всякую ерунду у Санса. Не думай, что твои сопливые речи на меня действуют. Просто... мне расхотелось пирога. Делай что хочешь. Она круто развернулась на каблуках и, не глядя на хихикающего Азриэля, стремительно вышла из кухни. Её шаги по паркету коридора звучали нарочито громко и уверенно. «Идиот. Какой же он идиот», — чеканила она про себя, впиваясь ногтями в собственные ладони. Но как только Чара свернула за угол, где её не могли видеть ни Фриск, ни Аззи, вся её напускная броня моментально осыпалась. Она резко остановилась и прижалась спиной к прохладной стене, тяжело выдохнув. Маска «меня это не задело» сползла, обнажая совершенное смятение. Чара прижала горячую ладонь к щеке, которая теперь пылала ярче, чем её старый свитер. Сердце колотилось в каком-то рваном, сумасшедшем ритме. — У моих ног... на твоей стороне... — прошептала она, зажмурившись. — Что это вообще было? Она со стоном сползла чуть ниже по стене, закрывая лицо обеими руками. Эти слова Фриска, произнесённые тем самым непривычным, бархатистым тоном, продолжали звучать в её голове на повторе, выбивая из колеи. Она злилась на него за этот «запрещённый приём», злилась на себя за то, что её так легко «закоротило», но больше всего её пугало то, что в глубине души ей... совершенно не хотелось, чтобы он прекращал. — Приятнее для обоих, значит? — Чара открыла глаза, глядя в пустоту коридора, и её взгляд на мгновение стал непривычно мягким, прежде чем она снова взяла себя в руки. — Ну подожди, Фриск. Посмотрим, как ты заговоришь, когда я верну должок. Глубоко вздохнув и вернув лицу ледяное спокойствие, она решительно направила сь к своей комнате, хотя кончики её ушей всё ещё предательски горели красным.