When She Passes By

Если бы жизнь Аделии была программой по фигурному катанию, то за последние две недели она набрала бы максимальные баллы за компоненты, но сокрушительно провалилась бы в технике - по крайней мере, в той её части, что касалась школьной программы. Пока её тело училось дышать в унисон с Ильей на льду, её мозг решительно отказывался понимать разницу между тригонометрическими функциями и магическими заклинаниями. В школе жизнь кипела своим чередом. В коридорах, пахнущих свежезаваренным кофе и новыми учебниками, Аделия чувствовала себя странным гибридом: для местных она была «той самой русской», а для себя - запутавшимся в координатных плоскостях подростком. — Аделия, если ты еще раз нарисуешь схему тройного акселя на полях контрольной по тригонометрии, я начну выставлять тебе оценки в оборотах, а не в баллах, - мистер Стерлинг поправил очки, глядя на неё поверх тетради, - Твой синус ушел в глубокое пике, а косинус вообще решил не возвращаться из Москвы. Сзади раздалось приглушенное фырканье. Петя, сидевший за ней, уткнулся лицом в сгиб локтя, стараясь не расхохотаться. Илья, чей затылок девушка видела через два ряда, сидел подозрительно ровно - верный признак того, что он тоже едва сдерживает улыбку.  На перемене к ней подошла Эмбер, сияя безупречной калифорнийской улыбкой. Хоть и жили они в Вирджинии, в Эмбер всегда было что-то солнечно-западное. — Забей на Стерлинга, - шепнула она, облокачиваясь на шкафчик, - Он просто злится, что его жизнь плоская, как лист А4, а у тебя она - в 3D. Кстати, Илья весь урок пялился на тебя так, будто пытался прожечь дыру взглядом. Что между вами происходит? — Мы тренируем синхронность, Эмбер, - Аделия старалась, чтобы её голос звучал максимально сухо, - Нам нужно чувствовать друг друга на расстоянии. — Ага, - подмигнула Эмбер, - Синхронность сердечного ритма? Очень профессионально. В этот момент мимо них проплыла Алиса, окруженная свитой из чирлидерш. Она даже не посмотрела на девушек, но бросила через плечо: — Говорят, на региональных будут проверять не только прыжки, но и IQ. Тебе, Петросян, стоит прикупить калькулятор побольше.

•••

Тренировка в тот день была похожа на танец на грани обморока. Воздух на катке «North» в Фэрфаксе был кристально чистым и колючим. Миссис Ванг сегодня была в образе фурии: её свисток резал тишину арены, как скальпель. — Илья! Руку ниже! - кричала она, - Аделия! Ты не бревно, ты пушинка! Почему ты заходишь на выброс так, будто идешь на плаху? Доверие! Где ваше доверие?! Они зашли на параллельное вращение. Аделия видела Илью - его сосредоточенное лицо, прядь волос, прилипшую ко лбу, напряженные плечи. Они кружились в центре льда, превращаясь в единый размытый вихрь. В какой-то момент, когда они оказались максимально близко, их руки соприкоснулись - всего на секунду. Электрический разряд был настолько сильным, что девушка чуть не сорвала ребро. — Почувствуй меня, - прошептал Илья, когда музыка стихла и они замерли, тяжело дыша, глядя друг другу в глаза, - Просто... перестань считать секунды. Слушай мой вдох. Аделия кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Её мир сузился до этого холодного прямоугольника и тепла его ладони, которое всё еще жгло кожу сквозь тонкую ткань перчатки.

•••

Расплата настигла её вечером. Дядя ждал её в прихожей, и его лицо не предвещало ничего хорошего. В руках он сжимал распечатку из электронного журнала - отчет о «успехах» по математике. — Аделя, я всё понимаю, - начал он, и в его голосе не было привычного юмора, - Но три двойки подряд? Учитель пишет, что ты на уроках «отсутствуешь ментально». Это фиаско, Снегурочка. — Дядь, я исправлю... - Аделия попыталась проскользнуть мимо, но он преградил путь. — Исправишь. Сидя дома. С этого момента ты на домашнем аресте. Никаких тренировок, никакого катка и - боже упаси - никаких прогулок с тем чуваком. Учебник в руки. Ты заперта. Дверь её комнаты закрылась с оглушительным щелчком. Аделия упала на кровать, чувствуя, как к горлу подкатывает ком бессилия. Окно в её комнате выходило на задний двор, где старые дубы шелестели листвой, обещая свободу, которая теперь казалась недосягаемой. Она пыталась учить формулы, но вместо графиков видела лед и глаза Ильи.

•••

Полночь. Фэрфакс погрузился в сонную, липкую темноту. Темноволосая сидела у окна, тупо глядя на страницу с логарифмами, когда услышала странный звук. Тихий стук - будто кто-то бросил горсть песка в стекло. Она присмотрелась. Внизу, в тени огромного дуба, стояли три фигуры. Петя сидел на своем велике, Эмбер махала рукой, а Илья... Илья стоял прямо под окном, держа в руках складную лестницу, и откуда он её взял - оставалось загадкой. — Эй, узница замка Иф! - шепотом крикнул Петя, - Выходи, мы привезли тебе немного здравого смысла! Аделия распахнула окно, обдав комнату ночной прохладой. — Вы с ума сошли! Дядя спит в соседней комнате! Если он проснется, он меня в Сибирь отправит! — Он не проснется, - Илья начал карабкаться по лестнице, пока его голова не оказалась на уровне её подоконника. Он выглядел невероятно в свете луны - взлохмаченный, с азартным блеском в глазах, - Мы не можем тренировать синхронность, если один из нас сидит в темнице. Спускайся. — Илья, я не могу... - прошептала Аделия, хотя её сердце уже танцевало чечетку. — Ты можешь всё, Петросян, - он протянул ей руку, - Прыгай. Я тебя поймаю. Обещаю. Это как на льду, помнишь? Доверие. Девушка оглянулась на дверь, потом на учебник математики, который внезапно показался ей самым скучным предметом во вселенной. Она перебросила ногу через подоконник, вцепилась в руку Ильи и начала спускаться. Адреналин обжигал вены, страх смешивался с восторгом. Когда её ноги коснулись земли, Петя издал победный клич, который тут же подавила Эмбер, закрыв ему рот ладонью. — Бежим! - скомандовала Эмбер. Они рванули к воротам. Илья подхватил Аделию, она запрыгнула на его велик, и они скрылись в ночной мгле Фэрфакса. Ветер бил в лицо, запахи леса и свободы кружили голову. Позади осталась математика, домашний арест и строгий дядя. Впереди была вирджинская ночь, тепло спины Ильи и четверо друзей, готовых перевернуть этот мир ради одного часа под звездами. — Знаешь, - прошептала Аделия, прижимаясь к Илье, когда они неслись по пустой дороге, - Математика - это всё-таки полезно. Я только что рассчитала, что вероятность того, что мы не попадемся - пятьдесят на пятьдесят. Илья рассмеялся, и этот звук был самым прекрасным, что она слышала за всю неделю. — Забудь про цифры, Аделя. Сегодня мы считаем только звезды. Они мчались в сторону старого парка, и за ними тянулся шлейф из искр, смеха и юности, которую не могли запереть ни одни двери мира. Ночной Фэрфакс казался им огромной игровой площадкой, лишенной взрослых и правил. Побег из окна стал тем самым катализатором, который превратил обычную усталость в безудержную, почти истерическую веселость. В конечном итоге они осели в круглосуточном «Waffle House» на окраине города. Заведение светилось ядовито-желтым неоном, отражаясь в лужах бензиновой радугой. Внутри пахло пережаренным беконом, кленовым сиропом и дешевым кофе, который официантка Долли наливала им с видом женщины, видевшей в этой жизни всё, включая инопланетян. — Итак, - Петя с энтузиазмом вонзил вилку в гору вафель, - план на утро: заходим в школу с видом победителей лотереи. Учебников нет? Скажем, что мы их пожертвовали приюту для безграмотных логарифмов. — Я могу сказать, что мой пес съел мой калькулятор, - предложила Эмбер, размешивая сахар в третьей чашке кофе, - Проблема в том, что у меня нет пса. Зато есть Илья, который выглядит так, будто он только что совершил государственную измену. Илья сидел рядом с Аделией, и его колено периодически задевало её ногу под столом. Каждый раз этот случайный контакт посылал в мозг Аделии сигналы, которые явно противоречили законам логики.  — Моя вина, - пробормотал Илья, безуспешно пытаясь разрезать вафлю пластиковым ножом, - «Моя вина». Правильно? Я украл лучшую ученицу у мистера Стерлинга. Но признайтесь, вафли в два часа ночи вкуснее тригонометрии. Они смеялись до икоты, вспоминая, как Илья чуть не свалился с лестницы, когда дядя громко чихнул за стеной. Они обсуждали всё на свете: от теорий заговора про миссис Ванг до того, почему в Вирджинии такие странные названия улиц. Время тянулось, как густая карамель, и когда небо над лесами Фэрфакса начало сереть, они поняли, что возвращаться домой уже нет смысла.

•••

В школу они ввалились в состоянии функциональных зомби. У них не было тетрадей, не было сна в глазах, но зато в карманах шуршали обертки от конфет, а в душах всё еще горел огонь ночного бунта. Первым уроком была литература. Миссис Коллинз увлеченно рассказывала про трагизм в поэзии Эдгара По, но её голос действовал на Аделию и Петю как колыбельная высшего качества. Сидя за одной партой на последнем ряду, они медленно, но верно погружались в пучину сна. Голова девушки отяжелела и мягко опустилась на плечо длинноволосого. Тот, в свою очередь, даже не шелохнулся - он уже видел сны о бесконечных гитарных соло, и его голова уютно пристроилась на макушке Аделии. Со стороны они выглядели как идеальная иллюстрация к понятию «сладкое изнеможение». Илья, сидевший через ряд, замер. В его груди вдруг что-то остро кольнуло. Это не был страх или гнев, это был едкий, липкий укол ревности, который заставил его челюсти сжаться. Ему казалось, что это он должен быть тем плечом, на котором спит Аделия.  Он вырвал листок из блокнота - единственного, что у него было, быстро свернул острый, как игла, самолетик и с филигранной точностью запустил его в спящих красавцев. Бумажный снаряд вонзился точно в ухо Пете. — А! Что?! - Петя подскочил, едва не опрокинув парту. Аделия резко выпрямилась, хлопая ресницами и пытаясь понять, почему Эдгар По вдруг превратился в летящий объект. — Проснулись, сони? - прошипел Илья, сверля их взглядом, в котором мешались сарказм и необъяснимая обида, - Тут вообще-то про смерть и воронов рассказывают, а не про сиесту в Мексике. — Илья, ты придурок, - зевнула Эмбер, сидевшая впереди него, - Дай людям досмотреть сон. Твоя ревность так фонит, что у меня сейчас волосы заискрят.

•••

В столовой на большой перемене всё шло своим чередом: гул сотен голосов, запах пиццы и бесконечные сплетни. Компания заняла свой столик. Аделия вяло ковыряла салат, чувствуя, как реальность после бессонной ночи начинает слегка плыть. — Илья! - внезапно раздался звонкий девичий голос. К их столу подошла симпатичная девушка на класс младше - маленькая брюнетка с ярко-розовым бантом в волосах. Она выглядела смущенной, но решительной.  — Илья, привет. Слушай... - она замялась, теребя край своего худи, - Почему ты перестал отвечать на мои сообщения? Мы же... ну, мы же договорились сходить в кино на прошлых выходных. Ты просто исчез. В воздухе повисла звенящая пауза. Петя замер с куском пиццы во рту. Эмбер приподняла бровь. Илья, обычно такой острый на язык, вдруг покраснел до корней своих светлых волос. — О... э-э... Привет, Лили, - он начал лихорадочно крутить в руках пустую банку из-под газировки, - Я... понимаешь, у нас сейчас очень плотные тренировки. Миссис Ванг, она... она просто зверь. Я вообще телефон в руки не беру. Совсем. Никакого времени. — Но ты же в инстаграме ночью выкладывал сторис из «Waffle House», - тихо заметила Лили, и в её голосе прозвучала обида, - Ладно, я поняла. Извини, что отвлекла. Она быстро развернулась и ушла. Илья проводил её взглядом, выглядя как человек, который только что наступил на мину. — М-да, - протянул Петя, засовывая все тот же кусок пиццы себе в рот, - «Никакого времени». Мастер маскировки, уровень Илья. Аделия почувствовала, как внутри неё что-то с треском обломилось.  «Мы же договорились сходить в кино...»  Слова Лили крутились в голове, как заезженная пластинка. Внезапно вся магия ночной прогулки, все эти взгляды и случайные касания показались ей чем-то фальшивым.  «Может, я просто следующая в очереди? Или, еще хуже, я та самая, из-за которой он бросил эту милую девочку?» - подумала она. Чувство вины вперемешку с разочарованием накрыло её холодной волной. Ей захотелось немедленно отгородиться от Ильи, выстроить вокруг себя ту самую ледяную стену, которой она так славилась в Москве.

•••

Тренировка прошла под знаком отчуждения. Помимо того, что спортсменка нарушила запрет дяди и после побега пошла еще и на каток, Миссис Ванг свистела, кричала, требовала отдачи, но Аделия была как в тумане.  Когда они с Ильей вышли на лед для отработки парных элементов, она чувствовала каждое его движение как угрозу. Он пытался взять её за руку, но она подавала её холодно, кончиками пальцев.  — Аделия, ты опаздываешь на долю секунды! - кричала Ванг, - Где искра? Где доверие?! Вы катаетесь как два чужих человека в переполненном метро! На заходе на параллельный прыжок девушка намеренно сбавила скорость. Она не хотела быть «вместе». Она не хотела чувствовать его ритм. В итоге вместо чистого каскада у них получился разброд: Илья прыгнул идеально, а Аделия лишь обозначила движение, едва не упав на приземлении. — Что с тобой? - спросил Илья, когда они подъехали к бортику. В его голосе была искренняя тревога, - Ты как будто не здесь. После той Лили в столовой ты... — Всё нормально, Илья, - отрезала она, даже не глядя на него, - Просто я поняла, что математика была не самой большой моей ошибкой. Нам нужно сосредоточиться на спорте, а не на... ночных прогулках. Она оттолкнулась от борта и уехала на другой край катка, оставив Илью стоять в полном одиночестве посреди сияющего льда.