No Surprises

В холле тренировочного центра веяло льдом, дорогим парфюмом и чистым, концентрированным стрессом. Аделия шла рядом с Ильей, чувствуя, как взгляды сотен пар глаз сканируют их. Здесь была элита. Здесь были те, кто завтра мог оказаться на обложках спортивных журналов. — Ебать тут народу, - вполголоса прошептал Илья, поправляя сумку, - Такое чувство, что мы в фильме про супергероев, и у каждого второго суперсила - это тройной аксель. Аделия хотела что-то ответить, но её взгляд зацепился за знакомый профиль. У информационного табло стояла высокая, статная девушка в форме сборной штата. Рыжие волосы были затянуты в тугой, идеальный хвост. — Соня? - голос спортсменки дрогнул. Девушка обернулась. Секунда недоумения, а потом её лицо озарила широкая, чисто американская улыбка, за которой всё еще проглядывала старая добрая Москва. — Адель?! Да ладно! Привет! Это была ее подруга. Они вместе начинали еще в юниорскую эпоху, когда коньки были больше их самих. Соня уехала в США три года назад, и тогда это казалось концом света. — Соня, блин, я тебя не узнала! - Аделия бросилась обниматься, - Ты выглядишь как... как настоящая чемпионка. — Ой, брось, - Соня рассмеялась, по-свойски хлопнув Аделию по плечу, - Тут из нас всех выжимают соки не хуже, чем в Москве. Только вместо оров на тебя смотрят с вежливой улыбкой и говорят «Ты можешь лучше, дорогая», а в глазах - желание придушить. Аделия представила Илью. Соня окинула его профессиональным взглядом. — Красавчик. Илья, да? Слышала, вы же в Фэрфаксе освоились. Смотри, не обижай Аделию, а то я тебя найду и сделаю из твоих шнурков удавку.

•••

Вечер выдался свободным. Ванг, вымотанная бюрократией, дала им амнистию на три часа. — Идите, проветрите мозги, - проворчала она, - Только если увижу вас в баре или с гамбургером в руках - кастрирую обоих без наркоза. Ричмонд вечером был чертовски хорош. Старинные кирпичные здания, увитые плющом, перемежались с дерзким неоном и граффити. Аделия и Илья бродили по центру, чувствуя себя так, словно они сбежали из-под стражи. Они фоткались у каждого столба, у каждой витрины с дурацкими сувенирами. — Стой, вот здесь! На фоне этого дракона! - Илья притянул Аделию к себе, вытягивая руку с телефоном. Щелчок. На экране они растрепанные, с горящими глазами, на заднем фоне - размытые огни города. Они долго гуляли по набережной реки Джеймс. Воздух был прохладным, пахло осенью и чем-то странным. В какой-то момент они остановились у парапета. Илья замолчал, глядя на темную воду. — Знаешь... я до сих пор иногда не верю, что ты здесь, - тихо сказал он, - После того, что я натворил... Аделия посмотрела на него. В свете фонарей его лицо казалось высеченным из камня, но в глазах была такая уязвимость, что у неё перехватило дыхание. Она сделала шаг вперед. — Заткнись, - прошептала она. Девушка потянулась на носочках и быстро, почти невесомо, коснулась губами его щеки. Запах его парфюма смешался с запахом холодного ветра. Это длилось секунду, но для Ильи мир в этот момент просто перестал вращаться. Его мозг выдал синий экран смерти, а сердце пробило чечетку о ребра. Аделия отстранилась, чувствуя, как щеки горят огнем. — Пошли в отель, а то Ванг нас реально прибьет. Она быстро зашагала вперед, а Илья стоял еще секунд десять, прижимая ладонь к щеке, как будто боялся, что тепло её поцелуя испарится. На следующий день тренировка прошла на таком адреналине, что Ванг только диву давалась. Аделия летала. Илья ловил её так уверенно, будто она была частью его собственного тела. Они снова пересеклись с Соней, и та высказала вполне положительное мнение. И вот - вечер короткой программы. Запах лака для волос, звон коньков, ослепительный белый свет софитов. Аделия чувствовала, как под костюмом кожа покрывается мурашками. Илья взял её за руку у борта. Его пальцы были ледяными, но хватка - железной. — Не бойся, - шепнул он. Скрипки взрезали тишину арены. Они скользили по льду, оставляя за собой тонкие, изящные росчерки. Тройной тулуп - синхронно, как в зеркале. Выброс - Аделия приземлилась так чисто, что лед даже не хрустнул. Поддержка - высоко, мощно, на одном дыхании. Катание было сродни всем их душевным разговорам, таким же трепетным и сжигающим дотла. Когда музыка стихла, зал взорвался. Аделия тяжело дышала, глядя в трибуны, которые казались океаном из огней. Они сидели в зоне ожидания, вцепившись в руки друг друга. Миссис Ванг стояла рядом, тяжело дыша, её лицо было непривычно бледным. На табло загорелись цифры. Второе место. Они отстали от лидеров всего на полтора балла. — Да! - Малинин вскинул кулак вверх. Девушка лишь закричала от восторга, бросаясь ему на шею. Второе место на короткой программе после всего, через что они прошли - это была победа. Грандиозная, со вкусом шампанского и пота. Миссис Ванг внезапно обняла их обоих. Сильно, по-матерински, едва не раздавив. — Мои дети... - пробормотала она, и Аделия увидела, что глаза строгого тренера подозрительно блестят, - Вы сделали это. Послезавтра произвольная. И там мы заберем всё.

•••

После таких воодушевляющих результатов, они решили немного придаться беззаконию и ускользнули в комнату Ильи. Там пахло кондиционированным воздухом и едва уловимым ароматом мужского дезодоранта. После оглушительного рева трибун и яростных объятий миссис Ванг здесь, на пятом этаже, тишина казалась практически осязаемой, особенно в сочетании со свежестью комнаты. Аделия сидела на краю застеленной кровати, всё еще в своем соревновательном костюме, накинув сверху широкую олимпийку. Илья пристроился рядом, прислонившись спиной к спинке кровати, и его колено едва касалось её бедра. — Ну что, звоним? - Илья вытащил телефон, его пальцы всё еще немного подрагивали от пережитого напряжения. Экран вспыхнул, и через секунду из динамика вырвался такой ультразвуковой визг, что Илья едва не выронил мобильный. — ВТОРОЕ МЕСТО! ВТОРОЕ! - Эмбер орала так, что изображение на экране дрожало от тряски ее рук. Камера дернулась, и в кадр влезла довольная физиономия Пети. Они сидели в гостиной у Аделии. На заднем фоне, на огромном диване, виднелась массивная фигура ее дяди. Он не прыгал и не визжал, но на его лице блуждала редкая, по-настоящему гордая улыбка, а в руке он сжимал пульт, как скипетр. — Мы тут чуть телевизор не разбили, когда вы на выброс пошли! - Петя улыбался, поправляя прилипшие ко лбу волосы. — Ребят, спасибо... - прошептала Аделия, улыбаясь во весь экран, - Ваша поддержка бесценна. — Вы были просто ахуенны, - Эмбер придвинулась ближе к камере, - Илья, ты сегодня даже не выглядел как зомби на коньках. Почти грация, чувак! Они проболтали еще минут двадцать. Друзья пересказывали, как они переживали каждый элемент, как дядя Аделии комментировал судейство, и как они теперь собираются праздновать удачный прокат пиццей. Когда звонок завершился, в комнате снова воцарилась тишина, но теперь она не была пустой - она была насыщенной и чертовски неловкой. Илья отложил телефон на тумбочку. Свет от настольной лампы падал на лицо темноволосой, подчеркивая остатки макияжа и блестки на веках. Она смотрела на свои руки, нервно перебирая пальцами край олимпийки. — Странно всё это, да? - нарушила молчание Аделия, - Две недели назад я думала, что моя жизнь - это куча дерьма. А сейчас... мы в столице штата, у нас второе место за короткую, и я сижу в твоем номере, хотя это запрещено всеми правилами. Илья усмехнулся, глядя в потолок. Они замолчали. Напряжение между ними можно было резать ножом - оно искрило, как ужасно неисправная проводка. Чтобы сбросить этот морок, Аделия начала рассказывать про Москву. Не про предательство Артема, не про лед, а про те идиотские моменты, которые делают жизнь сносной. — У нас был один тренер по ОФП, - хихикнула она, - у него был ужасный парик. Ну, знаешь, такой, который выглядит как крашеные сопли. И однажды на растяжке он так сильно наклонился, что парик приземлился прямо на голову моей подруге. Мы не могли тренироваться неделю - просто ржали каждый раз, когда видели его. Илья слушал, завороженный тем, как меняется её лицо, когда она смеется. Вся пережитая драма последних недель смывалась этими простыми, человеческими историями. — Знаешь, я тоже боялся, - вдруг признался Илья, понизив голос, - Не чемпионата. А того, что ты никогда больше не посмотришь на меня так... как раньше. Аделия перестала смеяться. Она медленно повернула голову к нему. Илья сидел совсем рядом. Запах мыла смешанный с легким, едва уловимым ароматом пота после проката теперь ассоциировался у неё с безопасностью. — Илья... - начала девушка, но слова застряли в горле. Он не дал ей договорить. Парень медленно, словно боясь, что она исчезнет или превратится в статуэтку, протянул руку и коснулся её щеки. Его пальцы были горячими и шершавыми. Аделия не отстранилась. Напротив, она почти незаметно прильнула к его ладони. Мир вокруг перестал существовать. Не было отеля, не было Ричмонда, не было надвигающейся произвольной программы, были только они двое в коконе из мягкого света лампы. Илья подался вперед. Его дыхание коснулось её губ - прерывистое, тяжелое, пропитанное тем самым мандражом, который не под силу унять никаким тренировкам. Аделия закрыла глаза. Их первый поцелуй не был похож на сцену из фильма. Он был робким, почти неуклюжим. Блондин действовал так осторожно, будто боялся сломать её, а она, затаив дыхание, пыталась поймать этот момент, не давая ему ускользнуть. По вкусу что-то между гигиеническим блеском, адреналином и бесконечным облегчением. Когда Илья притянул её ближе, обхватывая её талию руками, Аделия почувствовала, как внутри неё что-то окончательно встало на свои места с щелчком, дополнительно провернувшись на ключ, чтобы никто не смог достать это «что-то» из души. Они отстранились друг от друга через вечность, хотя прошло всего несколько секунд. Оба выглядели так, будто их только что ударило молнией. Малинин смотрел на неё, глупо улыбаясь, а она прикусила губу, чувствуя, как сердце выстукивает безумный ритм. — Ого... - выдохнул Илья, запустив руку в свои светлые волосы, - Это было... ну... — Неплохо для первого раза, Малинин, - Аделия попыталась вернуть себе привычный ироничный тон, но её голос дрожал от нежности, - Над техникой еще поработаем. Илья тихо рассмеялся и снова крепко прижал её к себе, утыкаясь носом в её макушку. — Иди спать уже. Послезавтра нам нужно золото. Или, как минимум, не опозориться. Петросян кивнула, нехотя отстраняясь. Она встала, поправила волосы и направилась к двери. На пороге она обернулась, не решаясь выйти за порог. Илья все так же сидел на кровати, глядя на нее так, будто она была единственным источником света во всем мире. — Спокойной ночи, Илья. — Сладких снов, Аделия. Она все же вышла в коридор, чувствуя, как ее ноги едва касаются ковра. Скоро была произвольная программа. Но сегодня она была абсолютно, безоговорочно счастлива в этом холодном и шумном городе. И этот первый, стеснительный поцелуй значил для неё гораздо больше, чем все медали мира. Упав на кровать, девушка посильнее завернулась в олимпийку, в которую до жути въелся его запах и закрыла глаза, расплываясь в улыбке.