Часть 19

Знаете, есть одна такая философская фраза, смысл которой приходит с годами. Звучит она «будь проще», или, в народной версии — не выёбывайся. Я пытаюсь следовать этому правилу, да всё никак не выходит. Ну какие культисты? Какой Мирак? Какая Дева?! — Северная. Северная Дева отплывает из Виндхельма в Солстхейм, на Воронью Скалу. Если б не ебучие братья Дури… Дальше я не слушал. Война за свободу Скайрима остопиздила и не планировала никак заканчиваться. Империя трещала по жопному шву. Каждый месяц Говна Пирога приезжал какой-то уёбок из Талмора с миссией всех помирить и каждый договорнячок заканчивался невнятным пиздежом и мятыми яйцами. Тулий хуйло, Ульфрик наркоман. Один гордый герой просто не хочет общаться с идиотом, второй великий стратег не желает уступать бомжу. Припоминаются какие-то былины и эпосы тысячелетней давности. Эльфы смеются над людьми, а хаджиты и аргониане заполоняют провинции. По моему просто людей тихо меняют на хаджитов, под предлогом всей этой хуеты. В тавернах сидеть стало невыносимо. Кто нордская свинья, а кто имперская собака, наверное, самые важные вопросы человечества, сразу после исчезновения двемеров. Завлечься в подобную дискуссию было проще простого, а тут я подставился сам. Пришел имперец узнать, где там корабль на Солстхейм. А чей Солстхейм? Имперский или скайримский? Данмерский же, нет? А данмеры теперь кто? Империя же. — Имперскость твоя заебала! — сказала мне какая-то бабка в порту и харкнула в ноги. — Да пошла ты нахуй — отозвался я и снова провалился в фрустрацию. Атаки культистов невольно провоцировали воспоминания о Темном Братстве. Интересно, эта организация как вообще? Жива? Может я ассасин? Как раз подслушал о неком мальчишке Аретино, что творит бурое таинство. Или черное? Плевать. Я приехал в Виндхельм, спешно покинув Айварстед, долго ехал из Рифтена и очень устал. Кишка натужно вздохнула, я вспомнил, что ничего не ел, но узнать про корабль было важнее. Только где эта Северная Дева?! В целом, мне нравится моё положение, без вступлений во всякие гильдии, фракции, сообщества и прочие «братства». Братств с меня хватит. Есть Ривервуд, узкий круг общения и легкая усталость от пророчеств. Драконы, вампиры, война — это всё, конечно, хорошо. Угрозы, так сказать, общественные. А вот эти культисты — угроза персонально моя. Стало быть, её и надо решать в первую очередь. Седобородые меня признали, ясно? Меня! Так что пора и этому ублюдку Мираку показать, с кем он решил закуситься. — Мы работаем там, где могли найти работу. Нордам не нравится разгружать свои корабли, так что этим занимаемся мы. Иногда, правда, груз пропадает — развел руками аргонианин, что курил у дверей в какую-то контору. — Да похуй мне на вас, чернотопные, подумал я, проходя внутрь. —Добро пожаловать в Восточную Имперскую компанию в Виндхельма. Орт Эндарио, к вашим услугам. — тут же видел я короткостриженого имперца. Прекрасно, он-то и расскажет мне про Северную деву. — Гьялунд Пуд Соли занимается транспортировкой. Однако, времена нынче лихие, билет вам встанет не в одну сотню септимов. Плохо. Что сказать? Плохо! Я вышел из порта и направился в город. Нужно послать гонца, чтобы Лидия собрала мне жалование или что там. Денег было впритык. Скампово семя. Как же холодно! Я мечтал о кружке мёда и жаренном кабанчике. Хотелось вытянуться у огня, обложится шкурами. Шкурами меховых животных. Хотя… Сейчас бы не помешало… — Понаехали, блядь, уёбки, сука, замоташки! Нет тут пепельной бури, дура! Сымай нахуй Шпионишь да?! Ёбаный рот блядь! Пока неды воюют вас тут под шумок с аргонианцами нахуй везут сюда блядь! Всё ваша империя любимая перед Талмором ноги раздвигает! Ща! Сценка, которую я наблюдал почти в любом трактире Морровинда развернулась прямо на городской площади Виндхельма, едва я пересёк ворота. Только вот участники поменялись ролями. Абсурдности добавляли обвинения пары пьяных нордов в сторону перепуганной данмерки. Я не сдержал смех и сдавленно прыснул в кулак. Поскольку было раннее утро и народа кроме нас четверых не было, я обратил на себя внимание. Блядь. Спасибо за внимание. Я уже слишком часто мямлил, чвякал, хуякал, пока тёрся у бара, где начиналась потасовка. Вот этот нервный дурацкий момент, который всё время оттягивает драку, на самом деле, чаще всего заканчивался для меня фингалом, а потому, наученный горьким опытом я подошел размашистой походкой к тому усатому норду в дурацком чепце, что покрепче и чуть присев, сразу ударил ему в бороду. Ну, в щетину, в смысле. Ох и твёрдое же ебало. Однако, явное алкогольное опьянение оппонента сыграло мне на руку. В руку. Похуй, громила обмяк и как подкошенный рухнул на землю, где его, слава Талосу, подхватил его подвыпивший собрат, что-то лебезя и извиняясь. Данмерка смотрела на меня диким взглядом, выражая то ли ужас, то ли восторг, пока я шевелил пальцами, проверяя, ничего ли не сломал. — Спасибо, мутсера — услышал я старый знакомый скрипучий акцент. Но нам следует поторопиться, пока не пришли стражники. Скорее! И вот я опять убегаю от стражников. Ёбаная жизнь. Мы влетели в какой-то трактир и я, наконец, смог отдышаться. — Суварис ?! Сестра, кто это с тобой? — подскочил к нам длинноволосый данмер с крученой козлиной бородкой. — Этот имперец спас меня от нордов. — Чертовы расисты, ты не пострадала? — с досадой отозвался братец. Я лишь криво усмехнулся. Как интересно всё переменилось. Одно извержение Красной Горы и вот гордые данмеры ненавидят расизм. Кто бы мог подумать. — Добро пожаловать в клуб «Новый Гнисис» — подошел ко мне еще один мер с высоким хвостом на голове. — Я Амбарис Рендар, — представился он и предложил мне выпить. Я не стал отказываться, тем более услышал давно забытое «мацт», который тут несколько раз называли маитом, когда я обсуждал данмерское поило. Спустя немного времени мы все сидели за столом. Я жевал сухую пересоленную скрибятину и запивал её забытой рисовой бражкой. Прекрасный вкус. Послушав мою историю, где я плёл про троюродного дядю, что жил на Вварденфелле и у которого я отдыхал в детстве, эльфы прониклись ко мне уважением. Это были уже не те чванливые, высокомерные данмеры, презиравшие имперцев. Со мной сидели измученные работяги, что мечтали вернуться на родину. Внезапно, Амбарис подскочил и исчез за дверью в конце зала. Через мгновение появился и подозвал меня. Я последовал к нему и увидел полный комплект тяжелых имперских доспехов. Не думал, что спасение данмерки приведет меня к такой амуниции. Откуда у эльфа доспехи я спрашивать не стал. Тут же сбросил свои засаленные шмотки и облачился. Кожаные ремни натянулись, я был чуть крупнее доспехов, однако, попрыгал на носочках и броня села как влетая. Теперь я выглядил как легат Имперского легиона. Стальной двуручник за спиной добавлял значимости. К такому рыцарю только на блатном гуаре подъезжать. Меры за столом встретили меня в новом облачении громом оваций. Они искренне радовались тому, что их, наконец, заметили. Что за них заступились. Знали бы они, как их предки оскопляли имперцев в юртах. Эх, хорошо что не знают. Теперь данмеры неиронично верны Империи и это хорошо. Верно говорили, сохранять нейтралитет долго не выйдет. И я был уже в шаге от того, чтобы поддержать генерала Тулия.