Вечность назад. Искусство

— Это конечно прекрасно, но я говорил не об этом. — голос валы постепенно утрачивал вкрадчивость по мере того, как Мелькор терял терпение. Айну сделал короткий жест рукой, привлекая внимание собеседника. — Отпусти себя, я знаю, что ты это можешь. Перестань продумывать все шаги наперед и просто... делай. Как же тебе объяснить... — осанвэ Мелькора — настойчивая, спутанная, накрыла стоящего рядом майа водопадом из обрывков слов и незаконченных образов. Майрон потряс головой, пытаясь вернуть мысли на место и тяжело вздохнул. Концентрация рассеялась, и идеально правильный икосаэдр из пылающей лавы, висящий в воздухе перед двумя воплощёнными, снова оплыл, рассыпался и упал вниз, обратно в расселину. — Я не понимаю, чего ты хочешь, Мелько... — голос майа прозвучал устало и уныло. — «Отпусти себя»! Вот, отпустил, доволен? — в доказательство своих слов огненный дух ткнул пальцем в расселину, на дне которой приглушённо мерцала раскалённая порода, снова лишённая формы. — Я хочу, чтобы ты работал с Силой так же, как с наковальней. Я видел, ты можешь мыслить свободно, я выбрал тебя из-за этого. Ты словно боишься, что все выйдет из-под контроля, но именно этого я от тебя добиваюсь. Не контролируй — владей. Подул ледяной ветер, заставив Майрона поежиться. Они стояли среди заснеженных скал, у жерла пробужденного валой вулкана. Утумно лежал восточнее, с вершины можно было различить черный дым, поднимающийся над Первой крепостью. После пары секунд молчания выражение лица Мелькора изменилось — задумчивость и лёгкое раздражение уступили место решительности. Айну прошептал что-то, взмахнул обеими руками, и бесчисленные тысячи льдинок оторвались от скал вокруг, зависнув перед валой хаотичным, бесформенным вихрем. Высокая, резкая нота — лёд со свистом и скрипом устремился вверх, собравшись в огромный, сложный кристалл-снежинку, почти паутину, сиявшую мертвенно-синим на фоне черного неба. Жест — и идеальная фигура падает вниз, в вулкан, вновь разбиваясь на тысячи сверкающих осколков, но лишь на миг, прежде чем испариться от глубинного жара. Ввысь выстрелило облако пара, но вала снова помахал руками, уже плавнее, — и на головы воплощённых посыпался хлопьями мягкий, ослепительно-белый снег. — Видишь? Майрон долго молчал, глядя то в огонь внизу, то на снег, то на пар. — Это было красиво... Но ничего не осталось. Лёд растаял, снег рассеялся, никто, кроме нас, не запомнит этого. Так в чем смысл? — В том, чтобы быть сейчас. Потом я смогу так снова — нет смысла беречь и заключать в монументах из камня каждый момент. Стрела летит в цель и ломается, кровь вытекает из фана, враг погибает. Ценишь ли ты стрелу? Хочешь ли сохранить? Важна победа, которую она приносит; сила, чтобы натянуть тетиву, и твое искусство. Творение — это битва с унати, и победа в ней — не мраморная статуя, а миг власти над Ардой. Понимаешь? Майа медленно, молча кивнул, по-прежнему пристально глядя в пламя. Протянул вперед руку, закрыл глаза — струйки огня и лавы понемногу потянулись вверх, то сплетаясь в жгуты, то снова распадаясь бесформенным, но живым облаком — дышащим, мерцающим, текучим. Пальцы Майрона медленно сжались в кулак — раскалённая лава приняла форму пасти, выдохнула в ночь фонтан ослепительно-яркого пламени — прекрасный и пугающий, но мгновенно рассеявшийся в темноте ночи. «Да. Смотри.» Огненный дух распахнул глаза, почувствовав осанвэ Мелькора. Вала встал рядом, выбросил руку вперёд — и от пальцев заструились тени, окутывая пламенную фигуру, вплетаясь в нее. Майа сосредоточился снова, стараясь не думать о результате, достраивая картину уже не по плану, по интуиции. В небе над северными горами развернул змеиное тело гигантский фантомный дракон. Крылья его — адское пламя, чешуя его — живые тени. Очи его — провалы из тьмы и огня — посмотрели вверх, в глаза звёздам, будто бросая вызов. Воздух содрогнулся, когда творение двух падших взмахнуло гигантскими крыльями, поднимаясь вверх, летя прямо к звёздам. За несколько долгих секунд через небо за ним протянулся след из искр и тени, чернее ночи вокруг.

***

Здесь, в Валиноре они оградили себя от зла, что Мелькор приносит в Арду. Но даже Манвэ не мог не вздрогнуть на троне Таникветили, когда в небе над Средиземьем взорвался призрак чудовищной твари. Рок Валар, созвездие Валакирка, — пусть на миг, но погасло. Брат напомнил, что Арде не будет покоя, пока царствуют два Короля.