Часть 11

      Выключенный телефон Гермиона снова возвращает к жизни лишь в такси и обнаруживает миллион пропущенных звонков из офиса. Странно, но в душе нет и грамма волнения - сейчас ей все равно, что там случилось. Теперь это не ее проблемы.       — Слава Богу ты жива! — секретарша Кингсли встречает ее панической радостью.— Что вчера было, ты не представляешь! Малфой уволился! Ты ушла и тут такое началось!       — Кингсли на месте? — обрывает торопливую речь секретарши. Пэнси была права насчёт Драко. Но подумает об этом Гермиона немного позже.       — Да, и он... Он тебя ждёт,— активно кивает головой.— Мы тут все испугались, куда ты пропала? Ты же никогда прежде не отключала телефон, а тут... Так, а что вы не поделили с Малфоем?       Грейнджер окидывает ее взглядом, искренне не понимая, зачем люди собирают сплетни? Разве в их жизни совсем ничего не происходит?       Она не отвечает на любопытство сотрудницы и идет прямо в кабинет начальника. Ей не хочется, но надо. Пора расставлять точки и закрывать вопросы.       Кингсли сидит спиной к входной двери и с кем-то говорит по телефону. Гермиона показательно громко закрывает двери и мужчина вздрагивая, торопливо поворачивается.       Девушка сразу замечает неполадки с лицом шефа - его левый глаз заплыл кровью, а губа распухла. Кто-то его хорошенько приложил кулаком, или же Кингсли упал? Такого раньше не было, но мало ли...       — О, мисс Грейнджер! Я вам очень рад!       — Что у вас с... — показывает на свой глаз, как бы намекая на проблему. — Вы попали в аварию?       — Не важно, — отмахивается от вопроса. — Значит, давайте сразу к делу. К сожалению, ваш отпуск отменяется. По личным обстоятельствам мистер Малфой не стал подписывать с нами контракт по истечению испытательного срока. Так что сделка с итальянцами снова ваша. Мы поедим туда с вами вдвоём и все организуем. Я думаю...       — Ничего не выйдет, мистер Бруствер, — спокойно и четко говорит девушка, открыто перебивая. — Я подумала над вчерашней ситуацией и решила, что мне пора двигаться дальше. Так что я увольняюсь. Надеюсь, вы сами справитесь с итальянцами.       Кингсли точно не ожидал от нее ничего такого, судя по его перекошенной удивлённой физиономии. Гермиона просто поднимается и уходит, не давая шефу сказать ничего лишнего. В конце концов, закон на ее стороне.       Ей казалось, что будет трудно говорить с Бруствером, но нет. Злость и обида на его поступок придали ей сил и уверенности. Пэнс права, она не на помойке себя нашла!       Гермиона заходит в свой уже почти бывший кабинет, чтоб забрать личные вещи. Драко, как и обещал, вернул ей все барахло - аккуратно сложенные папки, документы, ее стул на колёсиках.       И снова сожаление пополам со стыдом затапливают ее по самую макушку. Господи, но она точно дура...       Девушка выгребает из ящика заколки, помады, резинки, все свое добро скидывая в коробку. В двери нерешительно стучат, и Грейнджер напрягается - ей ни с кем не охота говорить.       — А я тут принесла новый горшок для кактуса...— Трелони выглядит какой-то напуганной. — А то прежний разбился...       — Забирайте кактус себе. И поливайте его пореже, — Гермиона подхватывает коробку и выдавливает напоследок кривоватую улыбку. — Извините, если была с вами груба.       Сивилла ошарашенно и часто моргает, а затем тоже нерешительно улыбается. Она делает шаг в сторону, выпуская из кабинета Грейнджер, а потом абсолютно беспардонно и резко хватает ее за руку:       — Он хороший парень, — сжимает крючковатые пальцы на девичьем локте. — Выбери его, ладно?       Трелони на миг впивается в девушку взглядом, а затем разжимает сухую ладонь и в привычной манере легкого безумия начинает возиться с горшком и лейкой. Словно и не было этих внятных, осознанных слов и короткого совета. Все ж с головой у женщины явные проблемы.       Гермиона хмурится, но больше ничего не говорит. Она выбрала. Но теперь вопрос в том, захочет ли принять ее выбор Драко.

***

      Пэнси беспощадна в своем желании найти Гермионе какое-то особенное платье. Сама же девушка еще не решила, стоит ли ей вообще посещать мэнор. Она попыталась Драко позвонить, решительно перешагнув через свою гордость, но телефон у него ожидаемо выключен.       Внутри рождается тревога, хоть Грейнджер и гонит ее прочь. Малфой взрослый мальчик, так что...       — Господи, к твоему постному выражению лица ничего не подходит! — откидывает в сторону очередной наряд.— Скажи хотя бы, какой хочешь цвет? Надо выбрать что-то яркое, чтоб в этот вечер все смотрели только на тебя!       — Я не хочу, чтоб на меня пялились все гости,— хмурится, сдвигая на переносице брови. Может, позвонить еще раз? Вдруг он уже включил телефон? Необходимость решить возникший конфликт зудит под кожей и не дает сосредоточиться на любых других задачах.       — Если ты так настроилась с ним поговорить, позвони сама, — Пэнс знает ее сто лет и иногда Гермионе кажется, что подруга научилась читать ее мысли.       — У него отключен телефон, — какой смысл отнекиваться. Наверное, можно было бы поехать к нему домой, она ведь отлично знает адрес, но... А что если он выключил девайс, лишь бы не слышать ее?       — Он дома, — вдруг заявляет жена Поттера. — Я тоже не смогла дозвониться, поэтому самым наглым образом поехала к нему. Это он с тобой может играть в обиженного и оскорбленного, со мной такой номер не прокатит.       — И... Как он? — странная смесь неловкости и облегчения сжимает грудную клетку, не давая свободно дышать.       — Если не считать жёсткого похмелья и разбитых кулаков, то нормально,— пожимает худыми плечами девушка, снимая с вешалки очередное платье. — На вот, примерь это.       Что ж, Гермиона догадывалась, кто так разукрасил Кингсли. Бывшего начальника ей не жаль - так ему и надо. Но все равно внутри нее господствует печаль и легкая грусть. Эти эмоции словно утягивают ее на дно, не давая ясно думать.       — Я сказала Драко, что ты решила не ехать на ужин к его родителям, — вдруг заявляет Пэнси, застёгивая платье на спине Гермионы. Ее интонация буднична, а настроение бодрое.       — Что? Зачем? — Грейнджер отшатывается от подруги, словно та двинулась умом и ее безумие заразно. — Я... Так что, мне действительно лучше туда не ехать?       — Рехнулась? Это я ему так сказала! Пускай твое появление на ужине будет сюрпризом! А ты поедешь! И будешь там самой красивой девушкой из всех приглашённых.       — Тогда зачем ты соврала Малфою? — в голове у Гермионы настоящий бардак. Она и в лучшие времена всегда была далека от интриг и любовных игр, а тут, находясь на грани истерического припадка, Грейнджер вообще не понимает, куда катится ее жизнь и как остановить это чертово свободное падение.       — Пусть думает, что ты тоже обиделась на него, — коротко объясняет Пэнс, поправляя челку. — Ты пробовала с ним поговорить? Пробовала. Поехала на работу, звонила ему. И это уже его проблемы, что он все проспал, потому что накануне лечил свое разбитое сердце алкоголем. Ему не семнадцать - хочешь заполучить женщину - как минимум не отключай телефон.       — Пэнси,— Гермиона выдыхает и внимательно смотрит на девушку. — А ты не думала, что Драко обидится на меня еще сильнее?       — Нет, конечно! Ты же в итоге придёшь на ужин, — улыбается, подмигивая ей.— Поверь мне, он обрадуется, и из нудного выяснения отношений ваш разговор станет обменом сожалениями и извинениями. Нельзя давать мужчинам думать, что они в чем-то правы. Это портит их, поверь моему опыту.       — Ты замужем месяц, а с такой философий может до двух и не дотянешь,— вздыхает Гермиона, абсолютно не понимая коварного плана подруги.       — Ну мне же ты доверяешь? — заходит с козырей Пэнси. — А теперь сотри с лица эту хмурую мину и давай примерим вон то красное платье. Мне кажется, оно идеально подойдёт для пылких извинений.

***

      Вопрос, как Гермионе добраться до Уилтшира, решается невероятно быстро. Оказывается, Пэнси тоже поступило приглашение на ужин от Нарциссы Малфой, что не удивительно, учитывая, как тесно их семьи дружат.       Но изначально подруга не собиралась идти, а хотела отметить праздник со своим мужем - ведь это первое Рождество в новом статусе. Но переиначить планы не составило труда. Это же Пэнси и ее неуёмное желание приключений.       — Мне все еще неудобно, что ты из-за меня решила ехать, — озвучивает свои мысли Гермиона. Ей надоело молчать в кресле у визажиста, и вообще надоело готовиться к этому дурацкому событию, как к чему-то максимально грандиозному в ее жизни!       — Ты что, я не пропущу такое веселье! — ее глаза горят живым, горячим блеском. — Тем более, ужин в пять вечера, мы быстренько выразим своим визитом уважение Малфоям, передадим тебя в заботливые руки Драко и уедем. Тут дороги два часа - так что успеем и вернуться домой, и выпить под елкой, и потрахаться. Делов то.       — Боже, Пэнс, — морщится Гермиона, не ожидая услышать настолько подробный план празднования Рождества подруги. — Иногда ты невыносима.       — Да ладно тебе,— оглядывает свое отражение в большом зеркале с подсветкой. — Ты сама то как? Волнуешься?       До тошноты. Ей так страшно, волнительно и хочется сбежать. Возможно, если бы Пэнс не прицепилась к ней, как пиявка, не оставляя ее наедине ни на минуту, то Гермиона действительно никуда бы не поехала, а закрылась где-то в отеле, так как ее дом активно готовят к продаже, и не вылезла бы оттуда до конца всех праздников.       На работу ей ходить не нужно, финансовая подушка есть, можно даже подыскивать съемное жилье - к покупке нового дома она пока не готова морально.       Вчера, после изнурительного похода по магазинам, Грейнджер еще успела поговорить по телефону с Роном. Адвокат Малфоя таки довел дело до суда, который состоится пятого января. Рональду светит штраф и общественные работы.       Уизли даже зачем-то поблагодарил Гермиону, что она не дала делу ход и все обошлось малой кровью, а не заключением на семь лет, которым его пугал Забини. Рон опять извинялся, желал ей счастья, но девушке настолько это не нужно, что она положила трубку прямо посреди разговора. Все, больше их ничего не связывает.       Странно под конец года оказаться на абсолютно пустой дороге, где впереди нет ни единого маяка и якоря, что удерживали ее прежде. Ни парня, ни дома, ни работы... То, что она так старалась достичь, сберечь, приумножить - все обернулось пылью и развеялось ветром. Девушка перевернула листок старой жизни, а что там, на новой странице, ей даже думать страшно.       Грейнджер понятия не имеет, что будет делать, если Драко не захочет с ней говорить. Да, Пэнси вообще отрицает такую возможность, но, а вдруг? Ей потребуется время, все забыть. Много времени. Малфой ворвался в ее привычный серый мир яркой вспышкой ослепительного света, к которому девушка привыкла непозволительно быстро. И сейчас, тьма подступает семимильными шагами, холодя сердце и заставляя руки подрагивать.       — Оу, — выдыхает Гарри, почесывая затылок, когда Гермиона спускается по лестнице со второго этажа у них дома.— Это... Ради кого бы ты не надела это платье, уверен, ему понравится.       — Еще бы, ведь его выбрала я! — Пэнси коротко целует мужа в щеку, обнимая за талию. — Мне нравится произведённый эффект и я даже не стану нудеть, что ты пялишься на грудь моей подруги.       Гарри краснеет, видимо не зная, как реагировать на слова жены. Но в ее тоне лишь веселье и шутка, ничего серьёзного. Он целует супругу в висок и что-то шепчет на ухо, от чего девушка тоже краснеет. Гермионе даже интересно, что такого смог выдумать Поттер - заставить смутиться Паркинсон - ну, это надо уметь.       — Ладно, нам пора, если мы не хотим опоздать, — она отстраняется от мужа, легко подталкивая его к выходу. — Иди в машину, а мы следом.       Гарри не нужно объяснять, зачем его пытаются тактично выставить за двери его же дома. Мужчина улыбается еще раз Гермионе, молчаливо ее подбадривая, и уходит, прихватив с вешалки пальто.       — Если там будет бывшая Малфоя, а она там будет, так как их семьи тоже дружат, — тон подруги меняется, звеня серьёзностью. — Не вздумай тушеваться и молчать. Она стерва, каких свет не видывал. Ты не Драко, и не обязана глотать ее гадости.       — Я не... — точно, изначально же у них с Драко был план. Интересно, должна ли она его придерживаться теперь? Девушка два дня подбирала слова, придумывала какие-то фразы, но все мимо. Ей страшно и она понятия не имеет, что говорить Малфою.       Пыл ссоры давно остыл, оставив по себе привкус горечи и сожаления. Да, ей как минимум стоило выслушать мужчину, а не бросаться в него претензиями и предметами интерьера. Сейчас даже сама ситуация выглядит совсем не драматичной - ну да, шеф решил ее подвинуть и отдал проект другому сотруднику. В том году он так же поступил с Невиллом, но саму Гермиону это никак не смутило. Кингсли порой совершал странные поступки, но пока это напрямую не коснулось самой Грейнджер, она закрывала на это глаза. Больше так поступать она не станет.       Странно осознавать, что девушка одновременно потеряла и работу, и отношения. И речь сейчас не о Роне вовсе. Она может отнекиваться, но Пэнси права, Грейнджер жила у Малфоя и по сути не собиралась съезжать до праздников. Да, найти жилье было в ее планах, но... Но ей нравилось засыпать и просыпаться рядом с мужчиной, который даже во сне бережно обнимал ее, прижимая к горячему телу.       И вот взвешивая две потери, страшно понимать, что работа оказалась вовсе не в приоритете. Ну да, неприятно. Однако сердце сжимается тоскливо и больно совсем не за Кингсли и кабинетом в офисе. Оно тоскует за мужчиной, в глазах которого помещался целый бушующий океан.       — Ты там будешь такой же гостей, как и бывшая Драко. Возможно, учитывая все, что межу вами с ним было и будет, у тебя даже больше привилегий, — продолжает напутственное слово Пэнс. — Ты должна знать, что Асторию очень любила Нарцисса, в то время, как Люциус недолюбливал потенциальную невесту. Так что отец Драко будет в любом случае на твоей стороне.       — Ты так настраиваешь меня, словно я не на ужин еду, а на ринг боев без правил, — все внутри Гермионы клокочет от волнения и самого настоящего страха. — Я буду там лишь для того, чтоб поговорить с Драко. И не собираюсь влезать ни в какие их семейные распри. И планирую уехать домой с вами.       — Ну-ну, — улыбается девушка, скаля белоснежные зубы. — Просто хочу, чтоб ты была готова, и на гадости отвечала тем же.       — Ты меня пугаешь, — старается свести к шутке, но улыбка получается какой-то дёрганной и искусственной. — Там же будут приличные люди.       — Ожидалось, что итальянцы тоже будут приличными, — хмыкает, напоминая о том Зимнем бале. Справедливое замечание, от которого Грейнджер совсем не легче. — На вот, накинь. К этому платью не подойдёт твое пальто.       Подруга протягивает ей меховое манто, и Гермиона скептически вздёргивает бровь. Она сама не любит такие предметы женской роскоши, предпочитая всегда практичность.       — Ой, да ладно! Один день можно побыть роскошной женщиной! — закатывает глаза Пэнс. А потом как-то вдруг закусывает губу и порывисто обнимает подругу. — Все будет хорошо, Грейндж. Вот увидишь! Это Рождество принесёт тебе счастье!       Гермиона чувствует, как глубоко трогает ее слова и забота Пэнси, и так же порывисто обнимает подругу в ответ. Знать, что у тебя есть хотя бы один человек, на которого можно рассчитывать в любой жизненной ситуации - это дорогого стоит.