Глава 17: Защита рода Малфоев

На следующее утро Гермиона вышла из дома раньше обычного. Ночь была неспокойной: ей чудились шаги Рона в коридоре и голос Драко на кухне. Она надеялась, что работа в лавке и привычные запахи зелий вернут ей почву под ногами. Но стоило ей завернуть за угол Косого переулка, как вспышка магического фотоаппарата едва не ослепила её. — Мисс Грейнджер! Какая редкая удача! — ядовито-сладкий голос Риты Скитер разрезал утренний туман. — Неужели слухи верны? Наша «Золотая Девочка» сменила львиную гриву на змеиную кожу? Рита выглядела как всегда вызывающе: ярко-зеленая мантия, очки в стразах и самопишущее перо, которое уже нетерпеливо заплясало над пергаментом. — Рита, у меня нет времени на ваши фантазии, — Гермиона попыталась пройти мимо, но Скитер ловко преградила ей путь. — О, это не фантазии! Читатели «Пророка» в ужасе! Скажите, это правда, что вы скрываетесь от законного мужа в компании Малфоев? Говорят, вчера вас видели на квиддиче в весьма... семейной обстановке. Драко Малфой утешает разбитое сердце героини войны? Или это новый способ выторговать себе место в аристократическом обществе? — Отойдите, — процедила Гермиона, чувствуя, как внутри закипает гнев. — А как же маленький Скорпиус? — не унималась Рита, поднося диктофон почти к самому лицу Гермионы. — Вы используете ребенка, чтобы сблизиться с его отцом? Или это Малфой использует вас, чтобы очистить свое имя перед судом истории? Толпа зевак уже начала собираться вокруг. Гермиона поняла, что если она сейчас ответит, Скитер перевернет каждое её слово. — Без комментариев, Рита. Воспользовавшись тем, что мимо проезжала грузовая тележка с ингредиентами для аптеки, Гермиона резко свернула в узкий проход между лавками. Она почти бежала, слыша за спиной каблуки Риты и её выкрики: «Гермиона, правда всё равно выплывет! Рон Уизли убит горем!» Она ворвалась в лавку Малфоев, захлопнув дверь и с силой задвинув засов. Сердце колотилось в горле. В помещении было темно, пахло остывшим котлом и пылью. Гермиона прислонилась спиной к двери, пытаясь отдышаться. — Грейнджер? — донесся из глубины лаборатории голос Драко. — Ты почему так рано? И почему ты выглядишь так, будто за тобой гналась стая дементоров? — Скиттер. Гермиона едва успела ответить, как снаружи вновь послышался настойчивый стук каблуков Риты о брусчатку и её пронзительный голос, требующий «справедливости для обманутого героя войны». Драко медленно вышел из тени стеллажей. Он был безупречен: мантия из тончайшей шерсти, идеально уложенные волосы, ледяное спокойствие на лице. Но в его глазах, когда он посмотрел на тяжело дышащую Гермиону, промелькнуло что-то острое, как сталь. — Грейнджер, сядь за стол, — негромко, но властно приказал он. — И не смей оборачиваться. Прежде чем она успела возразить, Драко рывком распахнул тяжелую дубовую дверь лавки. Рита Скитер, уже занесшая кулак для очередного стука, отшатнулась. Её самопишущее перо замерло в воздухе, а фотограф, стоявший чуть поодаль, судорожно вскинул камеру. — Мистер Малфой! — взвизгнула Рита, мгновенно расплываясь в хищной улыбке. — Как вовремя! Мы как раз обсуждали с вашей... помощницей характер ваших отношений. Скажите, каково это — делить кров с женщиной, которая разрушила идеальный брак ради ваших галеонов? Драко сделал шаг вперед, выходя на порог. Он не стал выхватывать палочку, он просто посмотрел на Риту так, словно она была особенно мерзким ингредиентом для зелья, который забыли выбросить. — Послушайте меня внимательно, Скитер, — его голос разнесся по переулку, заставляя прохожих остановиться. — И проследите, чтобы ваше перо зафиксировало каждое слово без ваших обычных эпитетов. Гермиона замерла у стола, вслушиваясь в каждое слово. — Мисс Грейнджер находится здесь не как «помощница» и не как «беженка». Она — полноправный партнер и совладелец этого предприятия. Но это деловая часть, — Драко сделал паузу, и его голос стал еще холоднее. — Что касается личного... Гермиона Грейнджер находится под полной и безоговорочной защитой рода Малфоев. Любой выпад в её сторону — будь то в печати или на улице — я буду расценивать как личное оскорбление моей семьи. Рита открыла рот, но Драко не дал ей вставить ни слова. — И чтобы у вас не осталось пространства для маневров: если я еще раз увижу ваш диктофон ближе чем в десяти ярдах от неё, я задействую все юридические ресурсы Мэнора, чтобы ваше имя исчезло со страниц «Пророка» навсегда. Драко обернулся к фотографу, и тот в страхе опустил камеру. — Мы закончили. Убирайтесь отсюда. Он зашел внутрь и с грохотом закрыл дверь, отрезав ошеломленное молчание толпы. Гермиона сидела неподвижно, её пальцы всё еще сжимали край стола. — «Защита рода Малфоев»? — тихо переспросила она, поднимая на него глаза. — Драко, ты понимаешь, что ты сейчас сделал? Ты фактически объявил войну Министерству и Уизли от своего имени. Драко подошел к ней и, проигнорировав её вопрос, просто положил руку на спинку её стула. — Я сделал то, что должен был сделать человек, который вчера ел с тобой пиццу на полу, — он коротко усмехнулся, хотя его взгляд оставался серьезным. — Пусть пишут что хотят. Но теперь они знают: чтобы добраться до тебя, им придется сначала пройти через меня. И, поверь, я гораздо менее приятный собеседник, чем Поттер.

***

В обед колокольчик над дверью звякнул не суетливо, как у Скитер, а властно и размеренно. На пороге стояла Нарцисса Малфой. Она была облачена в дорожную мантию глубокого сапфирового цвета, а её лицо, обычно непроницаемое, сейчас хранило печать ледяной решимости. Драко, который только что закончил проверку защитных заклинаний на окнах, замер. — Мама? Ты должна была быть в Мэноре со Скорпиусом. — Скорпиус под присмотром Типпи, Драко, — чеканя слова, произнесла Нарцисса, даже не взглянув на сына. Её глаза были прикованы к Гермионе. — А я здесь, потому что утренний выпуск «Пророка» доставили в Мэнор быстрее, чем я успела допить свой кофе. Драко хотел что-то сказать, но Нарцисса коротким жестом заставила его замолчать. — Выйди в лабораторию, сын. Мне нужно поговорить с мисс Грейнджер наедине. Как женщина с женщиной. И как Малфой с той, кого мой сын только что провозгласил частью нашей семьи перед лицом всей магической Британии. Драко колебался, переводя взгляд с матери на Гермиону, но та лишь едва заметно кивнула ему. Когда дверь в заднюю комнату закрылась, Нарцисса медленно подошла к прилавку и опустилась на стул напротив Гермионы. — Вы понимаете, что он сделал, Гермиона? — голос Нарциссы утратил официальную сталь, став тихим и пугающе серьезным. — «Защита рода» — это не просто красивая фраза для отпугивания репортеров. Это древний магический кодекс. С того момента, как Драко произнес это вслух, магия Мэнора признала вас. Если вы пострадаете — пострадает репутация и магия нашего дома. Гермиона выпрямила спину, стараясь не отводить глаз. — Я не просила его об этом, миссис Малфой. Но я благодарна ему. — О, я знаю, что вы не просили, — Нарцисса слегка наклонила голову, и в её взгляде промелькнуло нечто, похожее на горькое понимание. — Малфои редко делают то, о чем их просят. Мы делаем то, что велит нам инстинкт выживания и... преданность. Мой сын не просто защитил партнера. Он сжег за собой мосты. Он официально объявил, что ваше благополучие для него важнее, чем мир с Министерством или одобрение старых чистокровных семей. Она на мгновение замолчала, рассматривая свои безупречные перчатки. — Вы дали Драко то, чего не смог дать никто из нас после войны — веру в то, что его ум ценнее его клейма. Но знайте: защита рода Малфоев — это не только щит. Это и бремя. Теперь каждый враг нашей семьи станет вашим. Каждый, кто ненавидит Драко, будет целиться в вас. Гермиона слегка улыбнулась — грустно, но твердо. — После того, как я пережила войну и предстоящий развод с человеком, которого считала другом, миссис Малфой, враги — это последнее, что меня пугает. Нарцисса внимательно вглядывалась в её лицо несколько долгих секунд. Затем она медленно протянула руку и накрыла ладонь Гермионы своей. Её кожа была холодной, но хватка — удивительно крепкой. — Сириус вчера прислал мне сову, — вдруг мягко произнесла она. — Знайте, что если вам понадобиться, то я готова вам помочь. Ни одна женщина не должна переживать такое.