Арка 2. Трещина — Глава 1. Лагерь

      Я не предложил им сесть вперёд.       Мужчина — Джеф — понял это без слов и, неловко пригнувшись, устроился на заднем сиденье рядом с Моникой. Она всё ещё прижимала к себе сумку, будто в ней лежало нечто хрупкое, хотя, судя по звуку, там были лишь пластиковые бутылки и какие-то мелочи. Двери я закрыл сам, мягко, без хлопка.       Пистолет лежал на пассажирском сиденье рядом со мной, не в руке — рука должна быть свободна, — но достаточно близко, чтобы пальцы нашли его раньше, чем мысль оформится.       — Далеко? — спросил я, не оборачиваясь.       — Минут десять, — ответил Джеф. — Если по просёлочной.       Я кивнул и вывел «Форд» обратно на трассу.       Они сидели тихо. Слишком тихо для людей, которые только что были в шаге от смерти.       Иногда я видел в зеркале, как Моника смотрит на меня — не благодарно, скорее настороженно. Правильно. В этом мире благодарность — валюта недолговечная.       Лес постепенно сгущался. Дорога сузилась, асфальт сменился гравием, потом утрамбованной землёй. Озеро мелькнуло между стволами — гладкая поверхность, спокойная, будто всё происходящее вокруг её не касалось.       Лагерь показался не сразу. Сначала — дым, тонкая серая нить над кронами. Потом — несколько палаток, растянутых между деревьями, пара машин, припаркованных полукругом, и бревенчатый домик у самой воды.       Баррикад не было.       Ни заграждений, ни ям, ни колючей проволоки. Лишь машины, расставленные так, что между ними оставались проезды. Это говорило о временности — люди ещё не решили, что остаются надолго.       Но наблюдатель был.       Я заметил его по движению — лёгкое покачивание ветки на дереве справа. Мужчина, сидящий на самодельной площадке метрах в трёх над землёй. В руках винтовка. Ствол направлен в сторону дороги, но не в меня. Пока.       Я сбавил скорость.       — Мы дома! — крикнул Джеф, высовываясь из окна раньше, чем я успел его остановить.       В лагере началась суета. Люди выходили из палаток, кто-то поднялся с земли, где чистил рыбу. Движения не панические, но быстрые.       Навстречу нам вышли пятеро мужчин. Два дробовика, винтовка, пара пистолетов. Стволы не подняты, но и не опущены.       Впереди шёл седовласый мужчина среднего роста. Спина прямая, шаг ровный, будто он до сих пор носит форму. Лицо без лишней мимики, взгляд спокойный, внимательный. Не суетится, не торопится — оценивает.       Рядом с ним — здоровяк. Широкие плечи, шея почти сливается с затылком. Глаза тёмные, злые, как у человека, который давно решил, что мир ему что-то должен. Он держал дробовик слишком крепко — пальцы побелели.       Я остановил машину в нескольких метрах от них и заглушил двигатель.       Тишина стала плотной. Только потрескивал костёр где-то сбоку.       — Это он! — Моника первой выскочила из машины. — Он нас вытащил!       Она почти споткнулась, добежав до группы, и кто-то поддержал её за локоть. Джеф вышел следом, кивнул седовласому.       Я подождал секунду, прежде чем открыть дверь.       Выходя, я не держал оружие в руках. Дробовик остался в машине. Пистолет — на поясе. Руки свободны.       Я сделал несколько шагов вперёд и остановился на дистанции, которая устраивала всех.       — Кто главный? — спросил я спокойно.       Здоровяк дёрнулся, будто собирался ответить, но седовласый чуть повёл плечом вперёд, и тот осёкся.       — Я, — сказал мужчина. Голос ровный, негромкий. — Майк.       Я отметил: не «мы», не «здесь все равны», не «никто». Конкретно. Это хорошо.       — Артур, — представился я.       Имя легло на язык привычно. В прошлой жизни меня называли иначе, но это имя я носил достаточно долго, чтобы оно стало частью меня. Настоящее им знать незачем.       Майк смотрел на меня открыто, не опуская взгляда. Не вызов — оценка.       — Как вы встретились? — кивнул он на Джефа и Монику.       — Подобрал на трассе. Их окружили.       Здоровяк фыркнул.       — А сам что искал? — спросил он, глядя не на меня, а на мою кобуру.       Я перевёл взгляд на него. Медленно, без раздражения.       — Людей.       Майк едва заметно кивнул.       — Мы берём пополнение, — сказал он. — Если человек не создаёт проблем.       — И если будет полезен, — вставил здоровяк, шагнув чуть вперёд.       Вот и первая трещина.       Я увидел, как несколько человек позади переглянулись. Не страх. Ожидание.       Майк не обернулся к здоровяку. Не одёрнул, не подтвердил. Просто продолжал смотреть на меня.       Это уже говорило о многом.       — Проблем от меня не будет, — произнёс я.       Здоровяк хмыкнул, явно не впечатлённый.       Я позволил себе лёгкую паузу.       — Что касается пользы… — я кивнул в сторону машины. — У меня в багажнике баул с оружием и боеприпасами. Пара карабинов, два дробовика, несколько пистолетов. Патроны. Я оставлю себе личное оружие, остальное готов отдать лагерю.       Слова ещё не успели закончиться, а воздух уже изменился.       Глаза людей позади Майка оживились. Кто-то невольно сделал шаг ближе. Даже здоровяк перестал изображать презрение и посмотрел на машину иначе — как на сундук.       Майк позволил себе едва заметную улыбку — не радостную, скорее удовлетворённую.       — Это хорошая новость, — сказал он.       Он не спросил, правда ли это. Не потребовал доказательств. Просто принял информацию к сведению.       — Хорошо, — добавил он после короткой паузы. — Ты принят, Артур.       Здоровяк кивнул, будто это решение принадлежало и ему.       — И где ты всё это взял? — спросил Майк.       Взгляд его стал внимательнее.       — Снял с трупов, — ответил я.       Я не улыбался.       Тишина чуть загустела.       — Трупы организовал ты? — уточнил он.       — Часть из них.       Несколько человек позади него переглянулись. Здоровяк усмехнулся.       — Уверен, они были плохими людьми и заслужили этого, — произнёс Майк, не сводя с меня глаз.       Это был не вопрос. И не утверждение.       Проверка.       Я выдержал паузу.       — Они стреляли в мою дверь, — сказал я. — С дробовика.       Здоровяк коротко хохотнул.       — Тогда да, — пробормотал кто-то сбоку. — Заслужили.       Майк кивнул.       — У нас свои правила, — сказал он. — Не красть у своих. Не угрожать своим. Работать на общий лагерь. Остальное обсудим позже.       Я посмотрел на людей за его спиной — кто-то уже шёл к машине, явно желая увидеть багажник. Женщина лет сорока с перевязанной рукой наблюдала из-под навеса. Пара подростков выглядывали из-за бревенчатого домика.       Лагерь дышал. Неровно, но живо.       — Где можно поставить машину? — спросил я.       — Вон туда, ближе к домику, — ответил Майк, указывая кивком. — И потом поговорим подробнее.       Здоровяк всё ещё смотрел на меня с лёгкой неприязнью. Не страх. Не уважение. Скорее — раздражение тем, что появился кто-то новый, с оружием и без просьб.       Я отметил это и позволил себе лёгкую, почти незаметную усмешку.       Вторая встреча с людьми прошла лучше первой.