Глава 12. Рациональность

      Я поехал дальше обычного.       Не к фермерским складам, не к заправкам и не к типовым супермаркетам, которые мы уже вычищали методично, как зубы утром, а в сторону небольшого городка Мерилтаун, отмеченного на карте несколькими жирными квадратиками с надписью «банк».       Для такого места — избыточно.       А где банки, там и инкассация, и хранилища, и охрана.       А где деньги — там всегда больше оружия, чем положено по штату.       Я сказал, куда собираюсь.       Всегда говорил.       Это не было заботой — это было правилом.       Если я не вернусь, направление поиска должно быть понятно.       Но ехать со мной я не позволял.       — Ты ведёшь себя так, будто бессмертен, — заметил однажды Дендзел, когда я заводил двигатель.       — Я веду себя так, будто не люблю медленных, — ответил я и закрыл дверь.       Он покачал головой.       Но спорить перестал.       Городок встретил меня привычной тишиной, в которой было слишком много звуков: шарканье, случайный металлический звон, хлопок где-то вдалеке.       Зомби было много.       Не орда, но достаточно, чтобы шум не прощался.       Я оставил машину в тени за автосервисом и дальше пошёл пешком.       Грань раскрылась легко — прохладный сдвиг, как шаг в воду без всплеска.       Отделение шерифа оказалось почти нетронутым.       Дверь взломать пытались — поцарапанная сталь, следы инструмента, но не довели до конца.       Я прошёл внутрь сквозь металл, выждал секунду, вышел, включил фонарь — и снова в       Грань.       Пусто.       Запах оружейного масла всё ещё держался в воздухе, как будто кто-то недавно протёр стволы.       Стойки с карабинами, ящики с патронами, несколько дробовиков — не всё, но достаточно, чтобы поездка уже оправдалась.       Я работал быстро.       Выходил на секунду, брал, уходил.       Движения экономные, без суеты.       Это не было азартом.       Это была арифметика.       Потом банки.       Хранилища оказались вскрыты частично, но не дочиста.       Люди в панике чаще хватают наличность, чем думают о сейфах глубже.       Я не поленился.       Сейфовая комната была тяжёлой, гулкой, с запахом пыли и железа.       Внутри — ячейки, часть вскрыта, часть цела.       Я перебирал содержимое без спешки.       Монеты.       Слитки.       Ювелирные изделия.       Золото.       Серебро.       Платина.       В нынешнем мире это выглядело странно — как пережиток старой веры.       Еда ценнее.       Патроны ценнее.       Но я думал не о сегодняшнем дне.       Я думал о десятилетиях.       Когда люди рано или поздно вытеснят зомби.       Когда анклавы станут городами.       Когда снова появится торговля не по принципу «два мешка муки за канистру бензина», а с мерой и эквивалентом.       Бумажки не вернутся.       А металл — вернётся.       Монеты удобнее коровы.       Слиток проще, чем считать патроны.       Я не знал, доживу ли до этого.       Но привычка планировать на десятилетия никуда не делась.       Я сложил металл в баул — не весь, ровно столько, сколько мог унести без глупостей.             Ценность сейчас — нулевая.       Потенциал — огромный.       Единственный минус — время.       Грань я расходовал щедро.       Слишком щедро.       К последнему банку я уже чувствовал лёгкую сухость в голове — как после долгого напряжения.       Сорок минут.       Я никогда не тратил больше сорока пяти.       Пятнадцать минут — неприкосновенный запас.       Это правило я установил себе в первый же день.       Никогда не использовать всё.       Всегда оставлять на неожиданность.       Когда я услышал крики и выстрелы на соседней улице, рука инстинктивно дёрнулась.       Потом замерла.       Не моё.       Я отступил глубже в помещение, не шевелился и ждал.       Выстрелы стихли быстро.       Крики — тоже.       Тишина после таких звуков всегда густая.       Я вышел, когда всё успокоилось.       Картина была стандартной.       Перевёрнутая машина.       Разбросанные пакеты.       Зомби, склонившиеся над телами.       Семья.       Мужчина лежал в стороне, рука всё ещё сжимала пустой пистолет.       Женщина — рядом.       Ребёнка я не видел.       Я стоял в тени здания и наблюдал, не вмешиваясь.       В машине кто-то шевелился.       Дверь дёрнулась изнутри.       Зомби начали бить по стеклу.       Я мог помочь.       Теоретически.       Но у меня осталось пятнадцать минут.       И я не знал, сколько ещё сюрпризов припасёт этот город.       Рисковать собой ради неизвестного — плохая инвестиция.       Стекло треснуло.       Из машины выбежала женщина.       Молодая.       Споткнулась почти сразу.       Подняла голову.       Увидела меня.       — Пожалуйста! — её голос сорвался, почти визг.       Я шагнул в Грань.       Мир стал глухим.       Она увидела, как я исчез.       И в её глазах мелькнуло понимание — не мистическое, а простое: её оставили.       Я не отвернулся.       Просто наблюдал.       Зомби настигли её быстро.       Движения стали неровными.       Тело перестало быть человеком через несколько секунд.       Я бы ушёл совсем.       Но рядом с машиной лежал рюкзак.       Тяжёлый.       Из него вывалились консервы.       Много.       Судя по весу — семья перед этим успела обчистить супермаркет.       Привлекли шумом.       Бывает.       Я приблизился в Грани к мертвецам, которые уже потеряли интерес к происходящему и переключились на лёгкую добычу.       Один шаг.       Выход на секунду.       Мачете под основание черепа.       Хруст.       Снова в Грань.       Повтор.       Движения без эмоций.       Не гнев.       Не милость.       Работа.       Когда последние тела осели, я материализовался ещё раз, подхватил рюкзак и ушёл.       На это ушло меньше минуты.       Пятнадцать минут неприкосновенного запаса остались нетронутыми.       Я вернулся к машине и закинул рюкзак и сумки в багажник.       Руки не дрожали.       Ничего внутри не ёкнуло.       Я не чувствовал ни вины, ни облегчения.       Просто сделал выбор.       Рациональный.       Холодный.       Я не спасаю всех.       Я спасаю систему.       И если для этого нужно пройти мимо чужого крика — значит, так тому и быть.       Двигатель завёлся с первого раза.       Я выехал из городка, оставляя за спиной ещё одну историю, которая могла бы быть моей, если бы я позволил эмоциям управлять расчётом.       Пятнадцать минут Грани остались со мной.       И я был доволен тем, что не потратил их впустую.