Глава 5. О долге, книге и цветах

      Гажил бездумно пялился на перчатку, когда Лаксус наконец распрощался с назойливым Советом и поравнялся с ним. Эрза и остальные ушли вперед вместе с Яджимой, Гажил же предпочел задержаться, особенно после того, как краем уха услышал нечто весьма возмутительное.       — «Даю согласие на брак», значит? Это как понимать? — хмуро уточнил он, поднимая взор на соплеменника.       — А как понимать это? — вопросом на вопрос ответил Лаксус, с ухмылкой кивая на ту самую перчатку. Гажил только сейчас понял, что так и не смыл с нее кровь, а значит, и советники, и (что много хуже) сама Леви могли это заметить. Если в ближайшем будущем он не прослывет стремным извращенцем, которого возбуждает вид крови его жертв, то это можно назвать везением.       — Не твоего ума дело, — огрызнулся Редфокс, зачем-то пряча руку за спину. Будто от Лаксуса подобное спасет. Тем более что слабый запах на перчатке все еще остался. Запах, который, возможно, уже чувствует только он и который, похоже, стал его личным проклятием. С той самой встречи в зале образ МакГарден и ее аромат не выходили из его головы, проникали под кожу, оседали в легких. А больше всего пугало, что он действительно собирался ее укусить. И если бы не добровольное причинение боли разбитым стеклом, то одному Акнологии известно, чем бы это закончилось.       Представители их клана — по натуре своей однолюбы и после утраты любимого навсегда остаются в одиночестве. Для дракона поставить метку означает бесповоротно привязать к себе и привязаться самому. Поэтому к выбору партнера они подходят с осторожностью и нередко ставят метку только в первую брачную ночь.       Определенно, Редфокс не был готов встретить свою «судьбу». И уж тем более он не был готов признавать ее и брать в жены. Не после того, как собственными лапами чуть не распорол ей брюхо. И вообще, он планировал жить в одиночестве до скончания веков и умереть с ним в один день, какая-то там невеста в этот сценарий точно не вписывалась.       — А вот тут ты ошибаешься, Железный, — Дреяр как будто залез ему в голову, хотя на самом деле всего лишь парировал колкостью на колкость. Скрестив руки на груди, Громовой дракон внимательно посмотрел на сородича. — Ты уже зависим от этой девки, и даже не пробуй отрицать. Ты бы рожу свою в зале видел. Про сужающиеся зрачки и попытку пометить ее как свою женщину вообще молчу.       — Совпадение.       — Не верю.       Драконы обменялись прожигающими взглядами.       — Редфокс, — Дреяр вздохнул. — Что бы ты там ни думал, брак со светлой волшебницей — твой долг перед кланом. Тебе не нужно ее любить или как-то заботиться. Хотя раз вы истинные, то скоро проблема чувств отвалится сама по себе. Просто женись на этой МакГарден, через год обрюхать ее — и вуаля, оба клана в мирном союзе, с легендарным ребенком и счастливы.       — Повторю для тупых. Не вмешивай меня в это, — упирался Гажил. — Если все так легко, то сам детей и делай.       — Предлагаешь мне свою женщину? — Лаксус насмешливо вскинул бровь. — Жалеть-то потом не будешь?       Гажил отвел глаза. Хотел бы он сказать, что нет, но что-то будто заставляло молчать. Ему начхать на эту Мелкую и с кем она окажется в постели, кто поведет ее под венец и чьего ребенка она будет носить под сердцем. Ему начхать на все это, но… почему-то сама мысль о том, что рядом с Леви может появиться другой мужчина, казалась жутко неправильной. Инстинкты кричали, как ненормальные, что она принадлежит лишь ему, даже если он против «судьбы» и не согласен на свадьбу. И это противоречие рвало мозг и убивало логику, заставляя Железного путаться в собственных мыслях и желаниях.       Лаксус, видимо, заметил его состояние, поскольку довольно оскалился и шагнул ближе.       — Драконы не крадут у своих, так что расслабь булки и попрощайся с холостяцкой жизнью, — хмыкнул он, хлопнув Железного по плечу и развернувшись в направлении запахов Нацу, Эрзы и Венди. — И помни: это твой долг. Без согласия на политический брак нам эти земли все равно не покинуть, так почему бы не воспользоваться тем, что вы истинные? Из такой свадьбы вполне может что-то выгореть в будущем, особенно когда твои инстинкты окончательно проснутся, а она начнет по тебе сохнуть, как и положено «судьбе дракона». Уж лучше заключить политический брак между истинными, которые точно не разбегутся и через год наплодят детишек, чем между чужими, которые поубивают друг друга при первой возможности и пустят по пизде все договоренности. И вообще, давай уже свалим отсюда, напрягает так долго стоять на виду у волшебничков.       На этих словах Редфокс сдержался от порыва озирнуться и безмолвно последовал за Дреяром, зашагавшим прочь. Советники и дружки МакГарден наверняка наблюдали за ними все это время, а возможно, и слышали. Утешало, что хотя бы самой невесты здесь сейчас не было — он бы сразу почуял. Но маги точно не преминут лишний раз подгадить и доложить ей все лично. Что ж, мнение будущей жены о нем и так далеко не лучшее, а хуже станет навряд ли. В конце концов, нельзя испортить то, что уже испорчено.       Проходя мимо очередной колонны, Редфокс отчетливо уловил присутствие тех самых Джета и Дроя. Несмотря на угрозы, парни так и не вызвали его на разборки, но обязательно сделают это, едва подвернется возможность, а Совет их упустит из виду. Пока что же за этой парочкой зорко следили Белно и Оуг, чтобы те, не дай Мавис, не надумали вредить гостям и тем более жениху.       Железный на миг остановился и посмотрел на колонну. За той мгновенно встрепенулась пара теней, после чего по коридору эхом раздался топот убегающих ног. Недолго поглядев им вслед, Железный продолжил идти.              Нужная комната нашлась без проблем. Вещи и правда оказались внутри, Гажил о них буквально споткнулся, чудом не улетев к кроватям.       — Нахера было брать столько шмоток? — рыкнул он, с чувством пиная один из чемоданов — Гажил более чем уверен, что Эрзы, как, в общем-то, и все остальные. Сама Эрза вместе с Венди, судя по звукам и запахам, уже вовсю устраивалась в соседней спальне, так как гостей, по всей видимости, разделили по гендерному признаку. Там же околачивался и Яджима, по какому-то явно ошибочному мнению считавший, что находиться в компании менее пугающих дам ему будет куда спокойнее. По какой причине он решил, что так действительно спокойнее, а из драконов Эрза — менее пугающая, — оставалось только догадываться. Догадываться и молиться, чтобы бедняга не наступил ненароком на сумки с набором тортиков.       — Да ладно тебе, не ворчи, — вслед за Гажилом в комнату ввалился Нацу, который услышал их приближение и тут же примчался от девчонок. Едва перешагнув порог, он принялся с воодушевлением вертеть головой и втягивать носом воздух, словно в наивной надежде, что обещанную трапезу им принесли прямо сюда. Маги точно не откажут себе в удовольствии указать гостям на отсутствие манер и пригласить их отобедать в самый огромный и богатый зал. Железный даже не удивится, если при этом его специально посадят рядом с будущей женой, чтобы доставить максимальный дискомфорт из всех возможных.       Лаксус же, вошедший самым первым, молча стоял у стены, думая о чем-то своем — наверняка о сложившейся ситуации. И вид у него был максимально недовольный. Еще бы, ему предстоит отчитаться перед Макаровым по связной сфере, в подробностях описав все произошедшее. А учитывая развитие событий, вопросов последует масса, и не факт, что только от одного Макарова. Железный искренне надеялся, что до него очередь с допросом тупо не дойдет. Хватит и того, что Мастер однозначно заставит его жениться, втайне радуясь, что столь ответственная обязанность спала с плеч внука. То, что этот самый внук имел наглость дать согласие на его брак без его же ведома, Редфокс еще обязательно припомнит им обоим.       Как и весь магический замок, выделенная драконам спальня была полна раздражающих оттенков, наляпистой мебели и прочей роскошной, но бесполезной ерунды. На фоне этого великолепия ущербными казались не то что обшарпанные временем и волшебниками сумки Титании, а даже сами драконы. Стойко навязывалось ощущение, что покои выдали не по статусу, хотя, если задуматься, Гажил теперь, как-никак, жених одной из них и неотъемлемая часть мирного соглашения между двумя враждующими кланами, так что вычурность комнаты вполне оправдывала себя. Маги всегда любили выпендриться перед другими, лишний раз потешив свое самолюбие.       Стараясь отогнать мрачные мысли о неизбежной (по вине Лаксуса) женитьбе, Гажил прошелся взором по неуютным стенам, чересчур узорчатому ковру и слишком чистому полу. На широком столе лежала открытая резная шкатулка с горстью разноцветных камней внутри, не представляющих драконам никакой ценности. Подле нее расположились длинное перо для письма и нетронутый лист бумаги. На подоконнике открытого настежь окна стояла высокая хрустальная ваза со свежей ветвью глицинии, благоухание которой вальяжно заполняло собой пространство. Рядом пылилась кем-то забытая книга о драконах, явно выбивавшаяся из общей композиции. Желтые с золотым отливом занавески трепыхались на ветру, пуская блики по потертой обложке.       — О, маги притащили эту вонючую траву, — Нацу скривился от проникшего в легкие цветочного аромата. Гажилу же показалось, что он окончательно свихнулся, потому что среди этих зловоний нос на мгновение уловил запах Леви. Легкий, почти выветрившийся, как будто она здесь недавно была. Возможно, она помогала с приготовлением комнаты.       Взгляд сам собой остановился на треклятом букете. Лиловые бутоны изящно свисали со своих стеблей и грациозно убивали последние ошметки настроения. Драконов в принципе сложно назвать любителями каких-либо растений, духо́в и прочей дряни, хоть мало-мальски имеющей запах, ввиду обостренного обоняния. Даже женщины их клана куда охотнее принимали в подарок оружие, еду или трофей из битвы в виде клыка или когтя. Потому со стороны магов этот жест был либо неудачной попыткой проявить внимание, либо удачной попыткой вывести из себя.       — К обеду можно спускаться через пятнадцать мину… Господин дракон, чем вы заняты? — Яджима вошел аккурат в тот момент, когда Драгнил выставил вазу в окно с четким намерением выбросить.       — Ничем, — заверил тот с самой яркой улыбкой, на какую был способен, и поспешил вернуть глицинии на место. Правда, что-то Редфоксу подсказывало, что это ненадолго и уже вечером на подоконнике ничего не окажется, а в дворовых кустарниках обнаружатся осколки и подвядшие цветы.       — Что с вашей рукой? — тем временем взор советника прилип уже к локтю жениха, о ране на котором тот успешно забыл.       — Небольшая царапина, — отмахнулся Редфокс, невольно подмечая, что перчатка теперь вновь на виду, ведь поранился он как назло с той же стороны. Впрочем, старик ее словно проигнорировал, продолжая смотреть исключительно на окровавленные чешуйки, в лучах солнца отливающие серебром.       — Если понадобится целитель, дайте знать. Я вернусь за вами, когда придет обеденное время, а пока что располагайтесь и отдыхайте с дороги, — Яджима вежливо улыбнулся и учтиво поклонился, решив предоставить гостей самим себе. Уже разворачиваясь к выходу, он вдруг задержался взором на подоконнике и приблизился к нему. — Ох, Леви-чан, ну, что за рассеянная девчонка, снова оставила книгу где попало, — ворчал он, поднимая фолиант и хмурясь после прочтения названия на обложке. Быстро взглянув на драконов, старый волшебник поспешил уйти.       — Я тоже пойду, связной шар остался у Эрзы, — Лаксус зажмурился, пытаясь смириться с безысходностью перед звонком любимому деду. Макаров ему точно устроит почасовое дознание на тему «в смысле жених другой и невеста истинная».       Дверь за Лаксусом закрылась, а Гажил продолжал неподвижно стоять и глазеть на несчастное дерево. В голове неохотно роились мысли, собираясь во что-то целостное, но не совсем понятное. Прохладный ветер влетел в покои, дергая шторы и сдувая на пол листок с пером.       — Она читает книги про драконов?..       Вопрос Гажила утонул в звоне вазы, которую Нацу все же выбросил из окна.