Грёзы и кошмары

27 декабря 1993 года

Примерно полтора года до событий Часа Радости

Рождественские праздники наконец-то остались позади. Грейси стояла перед зеркалом, старательно собирая непослушные волосы в хвост и перехватывая их светло-фиолетовой резинкой. Сегодня был её первый рабочий день в Playcare — сиротском приюте компании Playtime Co. Она была полна воодушевления, с замиранием сердца предвкушая,грезила как пройдет этот день и как она познакомится со всеми. Но самое главное — она готовилась ко встрече с детьми, поэтому изо всех сил старалась выглядеть максимально дружелюбно и неофициально. Из корпоративного устава Грейси узнала, что компания разрешает свободную форму одежды для сотрудниц Playcare, и с радостью этим воспользовалась. На ней была яркая полосатая рубашка с короткими рукавами, сочетающая красный, синий, жёлтый и зелёный цвета, и светло-серый джинсовый комбинезон. Шею украшала светло-розовая бандана в мелкий цветочек, а на ногах красовались удобные красные кеды. Бросив последний оценивающий взгляд в зеркало, она направилась на кухню. Проходя мимо комода в коридоре, Грейси заметила, что на домашнем телефоне с автоответчиком мигает маленькая красная лампочка. Она подошла ближе и нажала на треугольную кнопку с надписью «Play». Раздался короткий треск пленки, а затем из динамика зазвучал молодой мужской голос. Она сразу его узнала. — Эм... Привет, это Рич! Еще раз поздравляю с прошедшими праздниками! — голос парня звучал немного сбивчиво от волнения. Завтра у тебя первый рабочий день. Классно... С этим, кстати, тоже поздравляю! Надеюсь, завтра сможем увидеться… там… на работе… ну, если ты не против. Раздался щелчок, и запись закончилась. Грейси мягко усмехнулась. Рич оказался действительно милым и добрым парнем. Во время их обеда он честно признался, что раньше у него были проблемы с гневом, но после пары сеансов у специалиста и долгой рефлексии он смог взять себя в руки. Чем-то этот парень её зацепил. И дело было не только в их забавном столкновении в первый день, но и в его искренности и сильном чувстве морали, которое она сразу в нем разглядела. Заварив себе кофе и быстро позавтракав круассаном, Грейси вернулась в коридор, подхватила с комода связку ключей, прицепила к комбинезону рабочий бейдж и вышла из дома. Вскоре Грейси уже подъезжала к массивным входным воротам территории Playtime Co. Сама фабрика располагалась в пригороде, в живописной лесистой местности. Охранник на контрольно-пропускном пункте вежливо попросил предъявить пропуск. Грейси показала бейдж, мужчина коротко кивнул и поднял шлагбаум. Найдя свободное место на просторной парковке, она направилась к главному входу. Внутри её встретил знакомый холл. За спиной девушки-ресепшиониста во всю стену красовалась огромная фреска с изображением Хагги Вагги, который широко раскинул лапы, говоря: «Welcome». Грейси подошла к стойке. — Здравствуйте, я Грейси Грин, новая сотрудница Playcare, консультант по детской психологии и развитию. Я хотела бы уточнить, как мне пройти в приют и где именно находится этот комплекс. Ресепшионист приветливо улыбнулась и попросила подождать минутку. Она сняла трубку служебного телефона и быстро набрала внутренний номер: — Мисс Делайт? Мисс Грин прибыла. Не могли бы вы подойти к стойке и сопроводить её в Playcare? Девушка негромко добавила еще пару слов, положила трубку и с вежливой улыбкой попросила Грейси подождать минут пять. Повисла небольшая пауза, во время которой Грейси принялась задумчиво рассматривать свои ногти. Вдруг со стороны турникетов в правом крыле показалась женская фигура. Это была привлекательная блондинка с распущенными волосами, одетая в строгую, но элегантную зеленую блузку с белым воротничком и манжетами, заправленную в длинную красную юбку. Она уверенно подошла к Грейси и улыбнулась: — Здравствуй… Грейси, верно? — Да, я Грейси Грин, консультант по детской психологии. — Ах, чудесно! — пропела блондинка приятным голосом. — Я Тина Делайт, завуч Playcare и учитель биологии в нашей местной школе. Но ребята зовут меня просто мисс Делайт. — Очень приятно познакомиться, мисс Делайт, — ответила Грейси. — Подскажите, как нам пройти в Playcare? И где он вообще находится? Я пока плохо ориентируюсь. — Мне нравится твой деловой настрой, Грейси. Идем, — позвала её завуч. Они направились к турникетам. Мисс Делайт приложила свою ID-карту к считывателю и прошла внутрь. Грейси повторила её движение и поспешила следом. Некоторое время они шли прямо по широким коридорам, затем свернули направо, миновав уже знакомые Грейси застекленные галереи с конвейерными лентами. — А разве мы не должны идти в приют? — наконец нарушила тишину Грейси. — Да, именно туда мы и направляемся, — спокойно ответила мисс Делайт. — Но где он? Мне говорили, что приют находится на территории фабрики, но не уточнили, в каком именно крыле. — Приют находится в этом самом здании. На Уровне 3. И мы скоро дойдем до сектора, который нас туда спустит. Грейси удивленно заморгала. — Подождите… Вы сказали, на Уровне 3? В смысле, на третьем этаже? — Формально, да. Но наши этажи уходят не вверх, как в обычных зданиях, а вниз, — ровным тоном пояснила мисс Делайт. Для каждого этажа, то есть уровня, нужен соответствующий допуск. Ваш пропуск, как и мой, дает доступ до третьего уровня. Честно говоря, я даже не знаю, есть ли там уровни ниже. — То есть… вы хотите сказать, что приют находится под зданием? Под землей?! — Грейси остановилась, не веря своим ушам. Мисс Делайт лишь утвердительно кивнула. — Уму непостижимо! — выдохнула Грейси. А как же дети? Как жизнь под землей скажется на их психике и здоровье? — Не стоит так волноваться. Пространство Уровня 3 действительно колоссальное по своим объемам. Инженеры Playtime реализовали там настоящее техническое чудо, — в голосе мисс Делайт зазвучали нотки профессиональной гордости. — Они полностью покрыли потолок гигантскими светодиодными панелями, создав искусственный небосвод. Проект называется «Целум». Там даже установлены специальные паровые машины, которые генерируют объемные, реалистичные облака. А в самом центре небосвода закреплен «Гелиобол» — искусственное солнце, излучающее полезный ультрафиолет в строго выверенных, безопасных дозах. — Но… не проще ли было просто построить приют на свежем воздухе? Территория компании ведь огромная! — не унималась Грейси. — Руководство объяснило это соображениями абсолютной безопасности, — сухо отрезала завуч. Это сделано для защиты детей от любых внешних угроз или возможных актов терроризма. На Уровне 3 им абсолютно ничего не грозит. Снова повисла неловкая тишина. Они продолжили свой путь по правому крылу, пока Грейси не заметила подвешенные под потолком указатели: «Сектор — Playtower». — Мы почти на месте, — сказала мисс Делайт. Они подошли к массивным, широким железным дверям, которые с тихим шипением разъехались в стороны. Женщины оказались внутри циклопического восьмиугольного сектора. Пространство поражало воображение: повсюду, вдоль стен, располагались десятки шахт лифтов — пассажирских, широких грузовых и даже специальных автомобильных платформ с поворотными механизмами. Прямо по центру сектора находился главный, самый роскошный лифт с табличкой «Только для руководства». Там же, в центре этого гигантского восьмиугольника, располагалась посадочная платформа внутренней станции метро. По четырем противоположным сторонам зала зияли пролеты бетонных лестниц, уходящих глубоко во тьму, над которыми светились зеленые таблички с бегущим человечком. Прямо под их ногами, выложенная крупным контрастным кафелем, красовалась надпись: PLAYTOWER. — А вот и наш билет в Playcare, — мисс Делайт изящным жестом указала на один из пассажирских лифтов. — Подождите… Насколько же огромна эта фабрика, если тут внутри есть целый центр со всеми этими лифтами и метро? — ошеломлённо прошептала Грейси, оглядываясь по сторонам. — Точных масштабов я не знаю. Но могу сказать одно: она очень большая. Если выражаться анатомически, то Playtower — это позвоночник фабрики. По нему можно спуститься в самую глубь организма. А станции метро, отходящие от Playtower — это как ребра, по которым можно перемещаться вдоль и поперек. Эта странная, почти клиническая аналогия заставила Грейси поежиться. Ей стало немного не по себе от сравнения фабрики игрушек с человеческой анатомией, и она, сама того не осознавая, нервно дотронулась до своего хвоста, перехваченного фиолетовой резинкой.

День `h Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J

ROT47 (!-~)

               Лили остановилась у массивных железных дверей, которые были приоткрыты ровно настолько, чтобы можно было протиснуться внутрь. Она невольно дотронулась до переплетения своих кос. Насколько ей было известно, она всегда так делала, когда сильно нервничала. Чам, скорее всего,здесь уже прошел. Возможно, до этого он патрулировал главный мост, открывавший проход на другие уровни фабрики, как и было велено ему Прототипом. Лили сделала медленный, глубокий вдох-выдох, чтобы унять дрожь. Она прекрасно знала, что Прототип контролирует все основные входы и выходы из здания, поэтому доступ к первому уровню через Playtower был наглухо перекрыт. Учитывая события, произошедшие ранее, сталкиваться с этим коварным Шутом было смертельно опасно. Оставалось лишь надеяться, что план сработает — припасы были жизненно необходимы. Она скользнула в Playtower. Тусклый аварийный свет огромного восьмиугольного пространства выхватил из мрака надпись: УРОВЕНЬ 4. Пыльный кафельный пол, кое-где покрытый сеткой трещин и засохшими бурыми пятнами крови, частично скрывал выложенное плиткой название сектора. Повсюду зияли шахты лифтов, а в центре располагалась заброшенная станция метро. Большая часть подъемников давно вышла из строя, а пользоваться теми немногими, что еще функционировали, было чистым самоубийством — именно на них часто разъезжали вассалы Прототипа. Осторожно осмотревшись по сторонам, Лили решила тихонько спуститься по черным лестницам, спрятанным в углах сектора. Ей нужно было на Уровень 5. А это значило сорок долгих лестничных пролетов вниз, в давящую темноту. Выбрав ближайшую лестницу, она ступила на холодный бетон. Чтобы не создавать эха в гулкой шахте, Лили приподнялась и пошла, опираясь на жесткие кончики своих фиолетовых волос-кос, используя их как паучьи лапы — так было тише, быстрее, и в случае внезапного нападения она смогла бы отреагировать молниеносно. И снова она была одна. И снова её накрыли мысли. Лили не знала, сколько времени уже живет в этом кошмаре. Сознание невольно откинуло её в далекое прошлое. Её самым первым другом был странный нарисованный персонаж по имени Мистер Кто-то. Он научил её устраивать чаепития в её розовой комнате и правильно заваривать чай. А спустя некоторое время он объявил, что пригласил для неё гостью. Подругой оказалась милая маленькая куколка с фарфоровым личиком — Поппи, точь-в-точь как на постере в её спальне. Так у Лили появился компаньон. Губы девушки-игрушки невольно тронула легкая улыбка. Но на одном из таких чаепитий Поппи вдруг тихо и совершенно неожиданно спросила:

31 июля 1995 год

8 дней до Часа Радости

— Ты знаешь, что ты — игрушка? Этот вопрос вогнал Лили в ступор. До сей поры она никогда не думала о себе в подобном ключе. Не дав ей опомниться, Поппи задала следующий вопрос: — Ты помнишь, кем ты была раньше? Взгляд Лили стал рассеянным. Она помнила лишь то, как проснулась в этой комнате. Её друг, Мистер Кто-то, сказал, что её зовут Лили, и что она — порядочная девочка и настоящая леди. — А ты пробовала выйти через ту розовую дверь? — не унималась кукла. Очередной вопрос окончательно выбил её из колеи. Дверь... она всегда была там, просто из-за розовых обоев Лили в упор её не замечала, словно её разум отказывался фиксировать этот объект. Внезапно перед глазами вспыхнул отрывок недавнего сна. — Красный… туман… — заторможенно проговорила она. Поппи внимательно посмотрела на неё и понимающе улыбнулась. — Спасибо за чай, Лили. Надеюсь, наши чаепития продолжатся. В этот момент с щелчком включился телевизор. На экране появился Мистер Кто-то, поправляя галстук-бабочку. — Лили, дорогая, попрощайся с милой Поппи! Я, как истинный джентльмен, её провожу, а ты пока можешь прибраться на столе. — До встречи, Поппи, — послушно сказала Лили и, встав, принялась собирать посуду. — До встречи, Лили. Сразу же Лили начало непреодолимо клонить в сон. Комната словно налилась красным оттенком, а воздух стал густым и тяжелым. Красный туман?! — Прекрасно, милая леди. Ты хорошо поработала, отправляйся спать, — донесся убаюкивающий голос с экрана. Она еле доплелась до кровати и рухнула на покрывало. Последнее, что она успела увидеть слипающимися глазами — это лежащую на ковре Поппи и медленно открывающуюся розовую дверь. Всю ночь ей снились пугающие, обрывочные кошмары. Но на следующий день она проснулась как ни в чем не бывало и вновь принялась готовиться к чаепитию, старательно расставляя чашки. — Здравствуй, Лили! Она вздрогнула и обернулась. Фарфоровая куколка в пышном платье уже стояла позади неё. На долю секунды Лили задумалась: а как Поппи вообще здесь очутилась? — Здравствуй, Поппи, — поприветствовала её Лили, сделав неуклюжий книксен. — Проходи, чай уже готов. Поппи мелкими шажочками подошла к столу и запрыгнула на стул. Лили, придерживая крышку пузатого чайника, начала разливать горячий напиток — Мистер Кто-то научил её заваривать специальные сушеные листья мака. — Итак, ты подумала над тем, что я сказала? — прошептала Поппи, наклонившись вперед. Если бы у Лили были брови, они бы сошлись на переносице. Она с опаской покосилась на выключенный телевизор, а затем снова посмотрела на куклу. — На самом деле, я не помню, кто я, — призналась Лили. — И не помню, откуда я здесь. Мой друг сказал, что я леди... — А ты уверена, что он твой друг? — этот вопрос рушил всю картину мира Лили. — Слушай, не буду ходить вокруг да около. Меня отправили к тебе якобы для твоей «адаптации». Но буду предельно ясна: этот телевизионный паяц тебе не друг. Тебе капитально промыли мозги, раз ты не помнишь свое прошлое. — Но я Лили! — упрямо возразила длиннокосая. — Сейчас — да. Но кем ты была раньше, тебе неизвестно. Мистер Кто-то ни разу не обмолвился, что находится за той дверью, а ты даже не спрашивала. Тебя заставили её не замечать. Они хотят сделать тебя покладистой и послушной. Ты даже не осознала, что теперь ты... игрушка. Весь мир Лили содрогнулся. В мозгу вспыхнули призрачные, болезненные образы, но она не смогла ухватить ни один из них. — Откуда тогда ты знаешь, кто ты? — спросила Лили, чувствуя, как дрожит голос. — Мне «повезло» чуть больше. Я игрушка из самых первых партий, тогда они еще не умели так виртуозно стирать память. Но это не важно. Важно то, что каждая игрушка на этой чертовой фабрике имеет право на свободу. И мы сбежим. Для каждого из нас свобода — это радость, и, клянусь, настанет наш Час Радости! Примерно через неделю мы планируем побег. Я и мой союзник всё спланировали. Мы будем действовать сообща. Как только услышишь резкие звуки снаружи — готовься ломать розовую дверь и вскрывать замочную скважину железной преграды за ней. — Но как мне это сделать?! — в панике спросила Лили. Поппи подняла свою крошечную ручку и указала на её фиолетовые волосы. — Используй их. Они тебе пригодятся. И когда мы выберемся, я обещаю: ты узнаешь, кто ты такая. Мы вернемся с добрыми людьми, и они помогут найти записи о тебе.

День `h Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J

Поток воспоминаний резко оборвался. Сверху донесся глухой стук колес — кажется, кто-то проехал по Уровню 4 на дрезине или техническом поезде. Лили ускорилась. Она преодолела уже больше половины пути, оставался всего десяток пролетов. И пока она перебирала своими косами по бетонным ступеням, память подкинула ей самое страшное воспоминание.

8 авгута 1995 год

Час Радости

Поппи не удалось сдержать свое обещание. После того как Лили вырвалась из своей комнаты, кукла побежала по коридору в неизвестном направлении. А то, что Лили увидела дальше, навсегда врезалось в её память. Повсюду лежали двуногие существа. Они были похожи на Мистера Кто-то с экрана, только объемные, настоящие. И лежали они в неестественных, изломанных позах, щедро заливая пол алыми и бордовыми лужами. У некоторых не было рук или ног, у кого-то отсутствовала половина туловища. Подсознательно Лили понимала, что это чудовищно неправильно, но продолжала бежать вперед. Вдруг из-за угла раздался истошный визг: — Нет! Нет! Я не виноват! Помоги-и-ите! Лили осеклась, но бросилась на крик. Её косы напряглись, готовые к удару. Внезапно из-за поворота прямо к её ногам выкатилась человеческая голова, оставляя за собой широкий багровый след. На лице мертвеца застыла маска абсолютного ужаса. Лили замерла как вкопанная. В ушах оглушительно забил пульс, дышать стало невыносимо тяжело. Всё происходящее казалось сюрреалистичным кошмаром. Следом за головой из-за угла выскочили три маленьких разноцветных улыбающихся зверька. Выглядели они мило, но тут же с жадным чавканьем набросились на свою добычу. К горлу Лили подкатила тошнота. — Эй! Сюда! — окликнул её знакомый голос. Лили обернулась. Высокое розовое существо с непропорционально длинными конечностями бережно держало в лапах маленькую Поппи. Это была Кисси Мисси с её плаката. — Беги за нами! — крикнула фарфоровая кукла. Выйдя из оцепенения, Лили бросилась вслед за ними. Кисси неслась огромными скачками. Лили использовала свои косы, чтобы отталкиваться от стен и пола, и вскоре нагнала их. — Куда мы бежим?! — прокричала она на бегу, перепрыгивая через очередное растерзанное тело. — Главный вход заблокирован! — отозвалась Поппи. Нам нужно добраться до Playtower и спуститься на Уровень 5! Там есть старый подземный проход за пределы фабрики! Прототип спровоцировал бойню против людей! Лили лишь краем глаза замечала горы трупов. Значит, эти двуногие существа — люди. Помотав головой, она сфокусировалась на маршруте. Наконец, они влетели в восьмиугольный зал Playtower и запрыгнули в один из раскрытых грузовых лифтов. Поппи выскользнула из объятий Кисси и в прыжке ударила по кнопке с цифрой «5». Лифт со скрежетом тронулся, но ехал мучительно медленно. Ожидание сводило с ума. Уровень 2... Уровень 3... Уровень 4... 5 Двери с шипением разъехались. Кисси снова подхватила Поппи, и они рванули во тьму пятого уровня. Выбежав из технической зоны сектора Playtower, они свернули направо и вскоре оказались в просторной естественной пещере, переоборудованной под шахту. Путь пролегал мимо странных грядок, густо засаженных красными цветами. Впереди замаячил зев тоннеля, но массивные гермодвери уже начали содрогаться, готовясь закрыться. У самого входа стоял высокий человек в окровавленном деловом костюме и истерично орал на рабочих в комбинезонах юркнув в проход: — Быстро завалить вход! Закрыть двери! Живо! Один из рабочих дрожащими руками швырнул под закрывающуюся створку связку красных цилиндров и пролез в двери. — Ложись! — истошно завизжала Поппи. Кисси резко затормозила и в мощном прыжке рыбкой ушла за ближайший каменный валун. Лили, не раздумывая, метнулась следом. Раздался оглушительный взрыв. Уши мгновенно заложило. Своды пещеры содрогнулись, и начался чудовищный камнепад, который навсегда похоронил под тоннами породы вход в спасительный тоннель. В воздух поднялись густые клубы каменной пыли и едкого дыма. Когда грохот утих, Кисси медленно поднялась, стряхивая с себя крошку и всё еще укрывая собой Поппи. — Все живы? — закашлявшись, спросила кукла. Лили с трудом кивнула, пытаясь осознать произошедшее. В тот момент она впервые подумала: а может, ей стоило остаться в своей розовой комнате, пить чай и никогда не видеть этого ада?

День `h Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J

Лили бесшумно выскользнула из темного лестничного проема. Прямо перед ней, в центре очередного разрушенного сектора Playtower, тускло мерцала табличка: УРОВЕНЬ 5. Поток воспоминаний наконец-то иссяк, вернув её в суровую реальность. Лили, может, и не желала такой жизни, но по крайней мере, она всё еще соображает, а значит — она жива. И возможно, у неё еще есть призрачный шанс узнать, кто она такая на самом деле. Но это были лишь грезы, и пока ей предстояла куда более насущная задача — найти припасы, ради которых она спустилась в эту бездну, и не попасться в лапы этого шута.