Чаепитие

День ab Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J 2?5 7:G6 52JD 27E6C E96 u:CDE $925@H

Странная и донельзя сюрреалистичная картина разворачивалась в этом зале. Лили Лавбрейдс сидела во главе длинного прямоугольного стола из темного дерева, отчаянно нервничая и пытаясь унять нарастающую внутри тревожность. Она сфокусировалась на простом, механическом действии — разливала горячий чай из мака по изящным фиолетовым чашкам с выступающим узором в форме сердечка, которые аккуратно покоились на блюдцах. Лили была антропоморфной шарнирной куклой с приятной загорелой кожей, на лице которой отсутствовал нос. Зато у неё были выразительные, большие овальные глаза с глубокими чёрными радужками, аккуратные круглые уши, вечно румяные щёки и застывший в легкой улыбке рот, обрамлённый ровными белыми зубами. На каждом веке трепетала лишь одна, но невероятно длинная и изящно изогнутая ресница. Её самой заметной, выдающейся особенностью были густые, ярко-фиолетовые волосы. Обычно, когда она находилась в спокойствии, они были собраны в большую, сложную причёску, похожую на шиньон, а затем плавно распускались в три длинные, функциональные косы. На лбу всегда небрежно свисала одна прядь густой чёлки. На затылке виднелось массивное золотое кольцо, надежно удерживающее несколько косичек, которые проходили сквозь него и свободно выступали наружу. Одета она была в свою неизменную фиолетовую футболку и чёрные плотные подтяжки, на переднем кармане которых гордо красовалась вышитая жёлтая звезда. Подтяжки плавно переходили в чёрную треугольную юбку с контрастной белой ромбовидной окантовкой. На ногах Лили носила аккуратные фиолетовые туфли фасона мэри джейн и чёрные гольфы выше колена с белой отделкой, на каждом из которых также была вышита жёлтая звезда. Она аккуратно, исподлобья подняла взгляд и посмотрела вперед, на противоположную строну стола. Там сидела Поппи — маленькая, хрупкая фарфоровая кукла, её давняя и, казалось, навсегда потерянная подруга. Лили осторожно опустила взгляд, всё ещё нервничая и совершенно не зная, как начать этот тяжелый разговор. — Просторненько у тебя тут! В моей коробке такого, конечно, не было! — сказала Поппи, её звонкий голос разрезал повисшую тишину. — Д-да… — только и смогла выдавить из себя Лили. Зал, в котором они сидели, действительно поражал своими масштабами. Он представлял собой невероятно просторное, двухуровневое помещение с высоким, уходящим во мрак потолком и замкнутой архитектурной композицией. Второй этаж был оформлен в виде широкого балкона, который опоясывал пространство по всему периметру, служа своеобразным мостом к другим комнатам верхнего яруса. Балкон надежно поддерживался массивными колоннами и был украшен тёмными, резными деревянными перилами, что создавало стойкое ощущение нахождения в старом, заброшенном аристократическом особняке. — И миленько… — задумчиво добавила Поппи, оглядываясь. Стены этого огромного зала были бережно оклеены обоями с вертикальными полосами в приглушённых, меланхоличных оттенках — от бледно-розового до глубокого сиреневого. Вдоль величественной лестницы висели картины в массивных декоративных рамах. Лили понятия не имела, откуда эти портреты и пейзажи взялись в её убежище, но убирать их не стала — они придавали этому мертвому месту хоть немного домашний, пусть и слегка устаревший, ветхий уют. На нижнем уровне, прямо за массивным столом, зияли широкие арочные проходы, ведущие в другие недра и коридоры особняка, делая пространство не давящим, а еще более объемным. Над головами нежданных гостей нависала старинная подвесная люстра, а сам зал слабо освещало несколько тусклых настенных светильников, расставленных по углам. Освещение было очень мягким, с тёплым желтоватым оттенком, но из-за поглощающей тьмы фабрики в углах зала преобладали густые фиолетово-синие тени, словно подстраиваясь под цвет волос самой хозяйки. Лили заставила себя поднять голову и в который раз окинула взором тех, кто сидел за её столом. Рядом с Поппи сидел Джиблет. Её очень хороший, преданный друг. Но он изменился до неузнаваемости, и Лили слишком хорошо знала, почему. Выглядел он, мягко говоря, пугающе. Его правая глазница теперь была скрыта грубой чёрной кожаной повязкой. Само его тело... его буквально вывернули наизнанку. Он больше не был жизнерадостного ярко-оранжевого цвета; теперь его плюш был тёмным, бугристым, похожим на грязную картошку. Повсюду на его изломанном теле виднелись грубые хирургические швы, кое-где на предплечьях жутко проступали и торчали вены, а на стертых коленях красовались нелепые заплатки. Там, где раньше находился милый собачий нос, теперь был безжалостно вкручен массивный металлический болт. Он был одет в потертый тёмный кожаный жакет с высоким воротником, застегнутый на единственную пуговицу посередине. На груди тускло поблескивала бронзовая брошь с рельефом головы Хагги Вагги. На лапах — всё те же, но теперь изорванные перчатки. Из-под левой перчатки, которая была кое-как стянута нитками, отвратительно торчал пропитанный запекшейся кровью синтепон. Свою шляпу он давно потерял, оголив небольшой хвостик на макушке, а его элегантная трость теперь представляла собой орудие — электрическую дубину. Слева от Лили, через один пустой стул, сидела Кисси Мисси. Она тоже выглядела ужасно, но в этот раз Лили не знала причин её увечий. У огромной розовой игрушки полностью отсутствовала правая рука — из плечевого сустава торчал лишь окровавленный синтепон и обрубок ее скелета. Вся её правая часть — половина лица, ключицы, бок вплоть до самого живота — была жестоко обгоревшей, шерсть сплавилась в черную корку. Правый край её всегда улыбающихся губ был тёмным от въевшейся сажи, а правый глаз наполовину прикрыт, сильно поврежденный. Её массивное тело было туго обмотано одной сплошной, бесконечной линией грязного бинта. Лили было невыносимо жалко её; если бы у неё были инструменты и время, она бы обязательно пришила ей потерянную руку обратно, но такой возможности сейчас не предвиделось. И, наконец, главная загадка минувших мгновений её жизни. Настоящий, живой человек. Он сидел рядом с обезображенным Джиблетом. Незнакомец был облачен в плотный желтый защитный комбинезон, на левой стороне груди которого алел фирменный значок в виде цветка мака. На нем были плотные черные резиновые перчатки и такие же тяжелые черные резиновые сапоги. Его лицо было полностью скрыто массивной защитной маской с затемнённым визором, который лишь тускло отражал свет светильников, надежно скрывая глаза, эмоции незнакомца. На его спине крепилось странное, громоздкое устройство в виде ранца, удерживаемое системой прочных ремней. Этот механизм имел цилиндрическую форму. От двух сторон устройства тянулись толстые гофрированные шланги, внутри которых, казалось, были скрыты стальные тросы. Эти шланги напрямую подсоединялись к тяжелым манипуляторам со стволом-рукоятью, за которые незнакомец крепко держался. Из самих манипуляторов торчали искусственные, человекоподобные разноцветные руки на пружинах. Лили могла с уверенностью сказать: именно благодаря нему, этому странному, молчаливому незнакомцу в желтом, она воссоединилась со своими старыми друзьями и чудом спаслась от озверевшего в край Хагги Вагги.

День ab Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J 2?5 7:G6 52JD 27E6C E96 u:CDE $925@H

c 9@FCD 367@C6 E62 E:>6

Лили давно перестала считать дни. Пустые коридоры стали для неё привычным маршрутом, а эхо собственных шагов — единственным спутником. Одиночество её почти не тревожило, или она так себя обманывала. Возможно, так даже безопаснее думала она, хотя и постоянно жила в страхе. После того как она впервые за долгое время услышала голос Джиблета, её скудные припасы начали стремительно истощаться. Она всерьез подумывала о том, чтобы развести собственную крысиную ферму у себя в темном подвале, в точности как когда-то делал её старый пластилиновый друг. Но пока фермы не было, ей снова пришлось выйти на охоту ради пропитания. Охотиться на игрушек она напрочь отказывалась — это был её нерушимый, священный принцип, отделявший её от монстров этого места. Шагая по полутемным, заваленным мусором коридорам не так далеко от её родной Сладкой улицы, Лили внезапно уловила движение. В полумраке, в самом конце длинного коридора, показалась странная двуногая фигура, полностью облаченная в желтое. Эта фигура стремительно приближалась. Лили, мгновенно сгруппировавшись, быстро осмотрелась и заметила под потолком люк вентиляции. Она привычным движением распустила свой шиньон. Одну из своих мощных фиолетовых кос она использовала как прочную опору, упершись в стену, а двумя другими ловко и быстро орудовала, как собственными руками. С легкостью сорвав решетку люка, она бесшумно юркнула внутрь тесной шахты, затаила дыхание и стала ждать, что же случится дальше. Приближающиеся тяжелые шаги стали слышны отчетливо, громко и где-то совсем поблизости. Кажись, эта загадочная фигура бежала изо всех сил. Лили заострила свой взгляд, вглядываясь сквозь щели, наблюдая за происходящим. Фигура в желтом тяжело промчалась прямо под ней. Лили сдавленно, облегченно выдохнула и, словно змея, выскользнула из спасительного люка обратно в коридор. Незнакомец отдалялся, даже не подозревая о её присутствии. Эта фигура была невероятно странной и совершенно незнакомой — Лили раньше никогда не видела подобного обитателя в стенах фабрики. На спине у него болталось то самое странное устройство с разноцветными руками. Она вспомнила, что уже видела нечто подобное... среди гниющих трупов персонала. Первое, что леденящей мыслью пришло ей на ум: это проделки Прототипа. Хоть от этого жестокого деспота давно не было ни слуху ни духу, Лили помнила, как из-за провала их восстания сироты из приюта попали в руки этого шута из плоти и металла. Неужели он всё-таки извратил их и превратил в своих новых, послушных вассалов? Следующее, что пришло в её гудящую голову: от кого или зачем этот желтый так отчаянно бежал? К её огромному сожалению, долго размышлять не пришлось. В конце коридора, откуда только что прибежал желтый, внезапно выросла фигура куда больших размеров. Секунда — и она с бешенной, неестественной скоростью понеслась прямо в её сторону. Коридор разразил яростный, оглушительный и до боли знакомый длинный рев. Хагги Вагги. Огромное, безмерно потрепанное синее существо с непропорционально длинными конечностями. Лили заметила, что части его левой руки не хватало, но это ничуть не умаляло его скорости. Монстр несся по коридору, круша всё на своем пути, лязгая зубами, и несся он прямо на неё. Лили не стала ждать. Она активировала свои фиолетовые косы и, с силой отталкиваясь от скользких стен и низкого потолка, начала ускоренно бежать прочь. Хагги позади неё непрерывно рычал, с хрустом рвал металл обшивки, уничтожая всё на своем пути. Благодаря своему «паучьему» бегу на косах, Лили почти добралась до спины той самой убегающей желтой фигуры. Незнакомец резко повернул направо по развилке коридора. Лили, находясь в страшной спешке и панике, не смогла придумать ничего лучше, кроме как инстинктивно последовать за ним. Рев синего чудовища был слышен пугающе близко. Удирая, Лили с ужасом взглянула назад — Хагги тоже снес угол, повернул за ними и теперь по прямой, никуда не сворачивая, продолжил свою смертоносную погоню. Лили почти поравнялась с фигурой спереди. Впереди тупиком виднелись массивные двухстворчатые двери. Подождите... это же те самые бронированные двери, которые всегда, сколько она себя помнила, были наглухо закрыты! Рядом с ними в стену была вмонтирована электронная панель с синим значком ладони. Лили никогда не знала, как их открыть, а в условиях этой гонки на выживание это казалось и вовсе невозможным. Она судорожно начала просчитывать варианты. Вступить в кровавый бой с этим озверевшим в край монстром, рискнуть своей жизнью, чтобы незнакомец успел спастись? Или же проявить жестокость: толкнуть этого желтого прямо в зубастое лицо синего чудовища, выиграть пару секунд и попытаться сбежать самой? Впрочем, по мере бега незнакомец уже перестал казаться ей рядовым безмозглым вассалом Прототипа, и ей было искренне жалко обрекать его на верную смерть. Вдруг этот человек на бегу вскинул свой манипулятор и выстрелил какой-то синей пластиковой рукой на длинном натянутом проводе. Ладонь с хлопком ударила по сканеру. Двери с громким шипением мгновенно начали разъезжаться в стороны. Кем бы ни был этот незнакомец, он был далеко не так прост, как казалось на первый взгляд! Они проскользнули в щель и продолжили свой отчаянный побег, оказавшись в сырых технических тоннелях. Хагги с грохотом вломился следом, и не думая отставать от своей добычи. Это были не просто тоннели, а какие-то запутанные, древние катакомбы. Им пришлось бежать по бесконечному лабиринту из труб и бетона. Кажись, незнакомец был в превосходной физической форме, раз уж мог поддерживать такой бешеный темп наравне с куклой так долго. Наконец, вырвавшись из давящих технических тоннелей, они оказались в колоссальных, объемных каменных пещерах, уходящих глубоко во тьму нижних уровней. Они стали бежать, убегая по сквозной, старой стальной дорожке, которые шатко располагались вдоль отвесных стен пещеры. Здесь было сыро и довольно темно, но у незнакомца, на удивление, оказался при себе фонарик, выполненный в виде желтой звездочки с небольшим табло, на котором светился пиксельный смайлик. Хагги, с ревом вывалившись из тоннелей, быстро окинул взглядом окрестности, заметил беглецов и без раздумий бросился вниз по конструкциям за ними. Монстр стремительно нагонял. Пульс Лили начал невыносимо стучать в висках. Она всерьез подумала, не развернуться ли ей, не активировать ли косы как лезвия и не вступить ли в бой, хоть животный страх и сковывал её тело. Вдруг старые крепления не выдержали. Пару стальных платформ прямо перед бегущим незнакомцем с протяжным скрежетом сорвались вниз, оставив смертоносную пропасть. Незнакомец не растерялся. Активировав своё хитроумное приспособление, он выстрелил одной из своих рук далеко вперед, целясь в торчавшую из скалистой стены толстую арматуру. Рука намертво вцепилась в металл. Человек бесстрашно выпрыгнул вперед и, качнувшись над бездной как гигантский маятник, ловко перелетел пропасть между обвалившимися пролетами лестниц, удачно приземлившись на твердое основание. Лили же, подбежав к краю, заволновалась, совершенно не зная, что ей делать. Она стояла на самом краю шаткой стальной решеточной платформы. Хагги уже почти настиг её — его зловонное рычание глушило ее. Драться она панически не хотела, но казалось, что теперь точно придется, другого варианта спастись не виднелось. Внезапно и пугающе резко она почувствовала, как твердая опора уходит из-под её ног. Металлические заклепки лопнули. Платформа, на которой она стояла, тоже с грохотом сорвалась вниз вслед за первыми. Хагги, чудом успев затормозить у самого обрыва, остановился и издал полный ярости и разочарования громогласный рев. Стремительно падая в черную пропасть, Лили была полностью дезориентирована. Она не понимала, где верх, где низ, и не знала, за что ей зацепиться. Она судорожно, в панике махала во все стороны своими длинными фиолетовыми косами, отчаянно надеясь ухватиться хоть за какой-нибудь выступ или трубу. И чудо действительно произошло. В темноте её косы обвили что-то упругое. Рука... Сквозь пыль и мрак было слабо видно, но казалось, это была та самая синяя пластиковая рука с натянутым стальным тросом. Ей чудом удалось удержаться, крепко обхватив её косами. С высоты уцелевшей платформы кто-то с силой начал тянуть её наверх. Тот незнакомец… точно… Это был он! Вися над бездной, Лили была бесконечно благодарна и внутренне сильно радовалась этому событию. Теперь она была абсолютно уверена: этот человек точно не был безмозглым вассалом Прототипа. Она бы прямо сейчас назвала его своим Ангелом. Наконец, мощный механизм ранца притянул её достаточно близко к краю спасительной платформы. Она подтянулась с помощью своих стальных кос, перевалилась через край и тяжело встала прямо перед своим спасителем. Повисла звенящая тишина. Хагги Вагги, оставшийся на той стороне обрыва, глухо зарычав напоследок, развернулся и ушел восвояси в темноту тоннелей. А они стояли, тяжело дыша, и смотрели друг на друга в этой крайне неловкой тишине. Лицо незнакомца всё так же надежно закрывала черная маска-визор, так что прочесть хоть какие-то его эмоции сейчас было абсолютно невозможно. — Спа… спаси… бо, — неловко, с запинкой проговорила Лили, отряхивая юбку. Незнакомец молча поднял большой палец вверх, а затем, развернувшись на каблуках резиновых сапог, как ни в чем не бывало пошел дальше по платформе. — Постой! Кто ты… куда ты идешь?! — воскликнула Лили, делая шаг вслед. Незнакомец остановился. Медленно повернувшись к ней, он просто вытянул руку и показал пальцем вперед, во мрак пещеры. Он явно не был разговорчивым, как уже успела заметить Лили. Но ведь любого человека судят исключительно по его поступкам, а не по пустым словам, не так ли? И его самоотверженный поступок лишь укрепил её веру в то, что этот молчаливый путник не желает ей зла. По крайней мере, ей так казалось. Незнакомец снова побрел вперед, сверкая желтым комбинезоном. Лили простояла еще секунду, чуток обдумывая, что же ей делать, и задумчиво глядя на широкую спину удаляющегося человека. А затем, приняв решение, она оперлась на свои косы, быстро, словно грациозная паучиха, просеменила ими по металлу решетки и поравнялась с незнакомцем. Она опустилась рядом с ним, бодро зашагала на своих двоих ногах и привычным жестом собрала косы обратно в элегантный шиньон. — Я иду с тобой! — заявила Лили неожиданно воодушевлённым голосом. Незнакомец не остановился, лишь слегка повернул голову в её сторону и молчаливо, утвердительно кивнул. Лили же в ответ тепло улыбнулась, по-настоящему обнажив свои белые зубы. За столь долгое, мучительное время этот загадочный человек в желтом был единственным, кто подарил ей искренние положительные эмоции. Живя в полном одиночестве на заброшенной, гниющей фабрике, окруженная тоскливым антуражем следов кровавой бойни и разрухи, обычно просто неоткуда было взять светлые чувства. Но рядом с этим незнакомцем Лили странным для нее образом чувствовала себя хоть немного-то спокойно. Вдруг её голову словно ударило током: мысль о Прототипе. Этот деспот слепленный из машин и костей опасен как никогда. А может ли этот новый герой, этот Ангел что спас ее, выступить против него? Хоть в открытую драку с Хагги он и не вступал, предпочитая бегство, но он ведь уже доказал, что может невероятно хладнокровно и эффективно действовать в самых экстренных ситуациях. Этот вопрос тревожно оставался на подкорке её сознания. Вновь повисла тишина, которую нарушал лишь ритмичный, тяжелый топот резиновых сапог незнакомца по стальному полу. Лили с любопытством оглядывала его сверху донизу. Он был чуть выше её ростом, уверенно ходил на своих двоих ногах и был облачен в эту странную, функциональную желтую одежду. Как-то раз, в далеком прошлом, она уже видела труп настоящего человека в одном из закрытых исследовательских помещений комплекса, и он был одет почти так же. Из обрывков слухов она слышала раньше, что именно эти исследователи помогали проводить опыты и превращать несчастных детей в живых игрушек, и что они, эти люди в желтом, явно не были добрыми. Могла ли Лили считать этого конкретного незнакомца… добрым? — Я… Лили! — длиннокосая кукла попыталась нарушить затянувшуюся тишину и начать диалог с позитивной ноты. Незнакомец всё ещё упрямо и молча шел вперед, не издав ни звука. — А ты молчаливый… — вздохнула она. Слушай, скажи мне. Прозвучит, наверное, странно, но ты, случайно, не злой?… Просто я видела раньше исследователей… точнее, не я… ой… то есть… я видела… но не исследователей… точнее… исследователей, но не живых… Они были… не совсем… добрыми… при жизни… мне так говорили, — запинаясь, путаясь в словах, говорила Лили, чувствуя, как снова начинает нервничать. Она остановилась и выпалила: — Короче, ты злой?! Незнакомец замер. Лили, шедшая с ним бок о бок, по инерции прошла чуть дальше, но тоже резко остановилась, повернув свой испытующий взор на фигуру в желтом. Он чуток простоял в неподвижности, словно обдумывая её слова, а потом… просто молча пожал плечами. Крайне неоднозначный ответ. Но Лили пока что мысленно запишет у себя карандашом, что он не злой. В конце концов, ведь именно он только что спас её от падения в бездонную пропасть. Незнакомец снова зашагал, и Лили поспешила вновь поравняться с ним. — Э… Как тебя зовут? — с надеждой спросила Лили. Незнакомец не ответил. Даже не посмотрел на неё. — Хм… Могу я тогда назвать тебя… — Лили призадумалась, активно перебирая у себя в пластиковой голове различные варианты. — Ладно, придумаю позже! — наконец оптимистично выдала она. — Но это будет однозначно очень хорошее имя, ведь ты меня спас! — радостно сказала Лили, звонко хлопая в ладошки. Незнакомец всё так же невозмутимо и молча шел вперед. — Значит, решено! Я буду называть тебя каким-то хорошим именем! — воодушевленно повторила Лили, продолжая хлопать. Она уже открыла рот, чтобы задать тот самый вопрос. Она так отчаянно хотела спросить его: «Станешь ли ты моим другом?». Но слова застряли в горле. Она внезапно вспомнила тот самый, проклятый день. День, когда они с друзьями попытались поднять великое восстание против тирании Прототипа, и с треском провалились. Прототип тогда жестоко наказал её. Он сжег волосы Лили дотла. Она всё ещё помнила ту адскую, всепоглощающую боль — ведь если она могла управлять своими косичками как конечностями, то она могла и в полной мере чувствовать всё, что с ними происходит. Механическая тварь возомнившая себя божеством, растянув свою жуткую пасть в металлической улыбке во все зубы, своим переливающимся, скрипучим и не менее жутким многоголосым тоном произнесло: «Лили! Если ты опять начнешь заводить себе таких… "друзей". То считай, что ты мертва… Я сам лично вырву твои волосы с корнями, а затем выверну тебя наизнанку, как уже сделал с твоим дружком! А теперь… катись… отсюда. Я буду считать до трех!» Лили же тогда не оставалось ничего иного, кроме как жалко удрать с поля проигранной битвы, захлебываясь слезами и стоная от жуткой, сжигающей боли. В тот день она потеряла всё: своих друзей, свои волосы и свой единственный шанс наконец узнать, кто же она такая на самом деле. И хотя её волосы со временем отросли, её уверенность в завтрашнем дне не вернулась. С тех самых пор она пыталась просто выживать, тихо и незаметно шарахаясь по теням от всех вассалов и от самого этого железного шута. Вдруг её плеча мягко коснулась рука. Лили немного дернуло от неожиданности. Это была рука незнакомца. Или же её друга, как она его теперь про себя называла. Её помутневшее зрение снова сфокусировалось на реальности. Она смотрела на незнакомца в желтом. Он осторожно убрал руку с её плеча. Кажись, она на ходу впала в некий ступор, транс из-за нахлынувших тревожных воспоминаний. А еще она с ужасом заметила, что вся её фигура, волосы и глаза ярко светятся фиолетовым неоном в полумраке пещеры — явный признак её крайней нервозности. — Извини… Я… я просто сильно занервничала, — неловко попыталась оправдаться и улыбнуться Лили. Незнакомец сделал шаг ближе, и приобнял её тяжелой рукой за плечо на секунду, а затем, отпустив, снова ободряюще показал большой палец вверх. Этот простой, человеческий жест подарил ей такое нужное тепло и некую забытую уверенность. Хоть Лили до сих пор и понятия не имела, кто скрывается под этой маской, но она теперь точно знала, что внутри он добрый. Они снова дружно зашагали по металлическим мостикам. И на этот раз Лили шла уверенно, гордо высоко подняв голову и выпрямив спину, а не как обычно — еле волоча ноги и понурившись от страха. Они шли по бесконечным платформам мостика в полной тишине. Но на этот раз тишина не была тяжелой или давящей. Она работала как надо, умиротворяя и не нарушая ту хрупкую идиллию, что создалась между незнакомцем и Лили. Вскоре незнакомец заметил в стене зев очередного входа в технические тоннели и указал на них рукой. Логика была проста: если из прошлых таких же тоннелей они благополучно пришли сюда, то из этих здешних они, возможно, наконец найдут выход . Пройдя в пасть тоннеля, где царила кромешная тьма, Лили, как живой фонарь, начала излучать мягкое фиолетовое свечение, освещая путь. Незнакомец кажись чуть удивленно посмотрел на неё сквозь визор. — Не переживай, со мной всё в полном порядке. Я могу издавать это свечение и по собственному желанию! — гордо заявила Лили. Незнакомец лишь понимающе кивнул. Они довольно долго петляли по сети узких технических тоннелей, пока наконец не вышли через массивные двухстворчатые двери в какую-то заброшенную, но хорошо освещенную лабораторию. Лили с опаской осмотрелась. Повсюду на столах валялись разбитые стеклянные колбы и мутные склянки, сломанный, не рабочий инвентарь. А стены и пол покрывала та самая мерзкая пурпурно-розовая жижа, которая росла здесь повсеместно, словно грибы. Один такой огромный, пульсирующий сгусток этой массы намертво блокировал проход в следующее помещение. — Похоже, нам нужно искать другой выход. Эту отвратительную жижу нам никак не убрать голыми руками, — констатировала Лили. Незнакомец же внимательно, по-хозяйски осматривался по сторонам. Заметив, кажись, то, что ему было нужно, он уверенно поплелся в угол комнаты. Лили аккуратно, стараясь не наступать на розовую слизь, пошла за ним, с любопытством наблюдая за действиями своего спасителя. Он подошел к одной из дальних стен лаборатории. На ней была смонтирована странная панель — трёхсторонний шестиугольник с желтой окантовкой, по центру которого ярко горел зеленый индикатор. Человек что-то быстро нажал на рукояти правой руки своего устройства. Красная ладонь на конце манипулятора с лязгом втянулась внутрь цилиндра, а на её место выскочила тяжелая, массивная металлическая рука, свободно расправив стальные пальцы. Этой металлической рукой он, не целясь, выстрелил прямо по источнику зеленого света в центре шестиугольника. По стальному тросу и самой руке тут же слабо, с треском заискрились небольшие разряды молний. «Значит, этот шестиугольник — источник электричества, а эта рука может выступать проводником и переносить ток», — быстро додумалась Лили, восхищаясь инженерией. Незнакомец, не убирая руку-проводник, обернулся и потащил искрящийся кабель к противоположной стене. Там на панелях висели еще два таких же устройства. Первый шестиугольник был кабелем подключен ко второму, а уже от второго шли два толстых провода в разные стороны, подключаясь к двум массивным кнопкам на консоли. Кнопка слева была помечена выцветшей надписью «Cold» (Холод), а кнопка справа — надписью «Hot» (Жар). Незнакомец, действуя четко по алгоритму, сначала своей заряженной металлической рукой коснулся второго шестиугольника, запитав его током. Тем самым он активировал систему: загорелись индикаторы на обеих кнопках, и ожил первый шестиугольник сверху. Удовлетворенный результатом, он снова сменил насадку. Теперь из правого манипулятора вылетела желтая пластиковая рука. Он выстрелил ею и с силой нажал на загоревшуюся кнопку с надписью «Cold». Раздался треск. Затем он выстрелил этой же желтой рукой и коснулся верхнего шестиугольника, который теперь светился морозно-синим цветом. На тыльной стороне желтой руки на маленькой панели тут же загорелся графический значок снежинки. Втянув ледяную руку обратно, он уверенно побрел в сторону дверей, наглухо заблокированных пульсирующей жижей. Лили, затаив дыхание, пристально наблюдала за всем этим технологическим волшебством. Незнакомец вскинул манипулятор и выстрелил желтой замораживающей рукой прямо в самый центр розовой массы. Раздался громкий треск, жижа мгновенно покрылась толстой коркой инея и полностью заморозилась, превратившись в хрупкую глыбу. Это крайне удивило и даже немного озадачило Лили. Но на этом Рыцарь не закончил. Он в последний раз сменил руку на тяжелую металлическую, выстрелил ею в застывшую глыбу льда, затем сильно сжал рукоять ствола манипулятора и резко, с оттягом, отпустил его. Металлическая рука, сработав как поршень, издала мощнейший кинетический импульс и вдребезги разбила ледяную преграду, словно ударом кузнечной кувалды. Осколки розового льда брызнули во все стороны, освобождая проход. Вот тут уже Лили откровенно и искренне удивилась: — Ого! Ты, оказывается, и такое умеешь! Фантастика! — захлопала она в ладоши. Незнакомец, довольный собой, поднял палец вверх. Лили, широко улыбнувшись, повторила его жест в ответ. Она быстро приблизилась к нему, хрустя льдом под туфлями, и они вместе вышли в освободившиеся двери. Они оказались в очередном широком техническом коридоре Playtime Co., но, хвала небесам, на этот раз помещение было хотя бы хорошо и ровно освещено люминесцентными лампами. Они стали внимательно рассматривать новую локацию. В разных углах этого просторного зала штабелями стояли тяжелые промышленные контейнеры с фирменной надписью Playtime Co. Незнакомец, оглядываясь по сторонам, задрал голову наверх и увидел под самым потолком решетку шахты вентиляции с массивным люком. Потолок был слишком высок, чтобы допрыгнуть. Незнакомец легонько тронул Лили за плечо. Кукла тут же откликнулась и посмотрела на него. Он молча указал пальцем в перчатке наверх. Лили, проследив за направлением его взгляда, тоже увидела наверху спасительную шахту вентиляции с люком. — А, я поняла! Вентиляция! Отличный ход! — бодро согласилась Лили. Она снова посмотрела на незнакомца — он, кажись, уже промышлял новый план. Оценив расстояние, он перевел взгляд на один из самых больших стальных контейнеров, свободно стоявших в дальнем углу зала, и целенаправленно направился прямо к нему. Лили, не отставая ни на шаг, последовала за ним. Он остановился вплотную возле металлического ящика и вопросительно посмотрел на куклу. — Что будем делать теперь? — поинтересовалась Лили. Незнакомец указал пальцем на её мощные фиолетовые косы, а затем перевел палец на край тяжелого контейнера. Для наглядности, он вскинул свой ранец, выстрелил обеими руками из манипуляторов, намертво вцепился в края контейнера и с натугой начал тянуть его на себя по бетонному полу. Скрежет металла оглушил комнату. — А! Теперь мне всё ясно! Мы будем вместе тянуть эту тяжелую коробку! — догадалась она. На это незнакомец утвердительно покивал головой в маске. Лили мгновенно оживила все три свои стальные косы. Они вытянулись, как змеи, обвили металлические ручки и края контейнера, и она со всей своей синтетической силой тоже начала тянуть. Контейнер, поддавшись их совместным усилиям, начал уверенно двигаться по полу. Так, работая в слаженной команде, они дотащили эту неподъемную железную коробку и установили её ровно на то место, прямо под потолочным люком. Незнакомец указал на люк. Лили всё прекрасно поняла без слов: сейчас они будут пробираться по этой шахте. Человек пропустил даму вперед. Лили легко запрыгнула на контейнер. Затем, вытянув косы наверх, она с силой отворила люк вентиляции и, уже подтянувшись на руках, ловко проскользнула внутрь пыльной шахты. Незнакомец, тяжело ступая резиной, также взобрался на контейнер, подтянулся на руках и втиснулся в узкий проход следом за ней. Лили и незнакомцу пришлось долго ползти на четвереньках, минуя несколько пыльных разветвлений и поворотов, прежде чем Лили, посмотрев сквозь очередную решетку в полу, радостно заметила знакомый, приятно затемненный коридор, который вел прямиком на её Сладкую улицу. — Эй, нам сюда! — прошептала Лили спутнику. Она с помощью кос выбила люк вентиляции наружу и изящно спустилась вниз, мягко приземлившись на острие своих кос, в точности как она делала это в прошлый раз. Спустя несколько секунд, пыхтя, за ней аккуратно спустился и незнакомец в желтом, страхуя себя тросами своего устройства. Лили одернула юбку, поправила подтяжки и, переминаясь с ноги на ногу, посмотрела на своего спасителя. — Слушай… я хотела бы, чтобы ты пошел со мной на Сладкую улицу. Там находится мой дом… если ты, конечно, не против такой компании. Будешь моим почетным гостем, — сказала Лили, её голос звучал немного неуверенно и трогательно застенчиво. Но человек, на её огромное удивление и радость, молча поднял целых два пальца вверх, одобряя идею. — Чудесно! — просияла Лили. Но только не забудь мне напомнить по пути выловить несколько жирных крыс на ужин! И они, плечом к плечу, пошли вперед по знакомому коридору.

(Некоторое время спустя)

Лили шла в приподнятом настроении, с карманами юбки, полными пищащих пойманных крыс, а незнакомец мерно шагал рядом, всё так же храня свое уютное молчание. Лили действительно, искренне была рада его компании, и его немота её больше ничуть не смущала. Им оставалось пройти всего несколько заброшенных помещений, чтобы наконец сесть на техническую вагонетку, которая довезет их прямиком до Сладкой улицы. Но вдруг сзади, разрезая тишину, послышался громкий, до боли знакомый окрик: — Лили?! — голос Поппи был наполнен шоком и неверием. — Мясник?! — одновременно с ней, но с явным ужасом, воскликнул Джиблет. Лили резко обернулась. Кисси Мисси, изуродованная и перемотанная бинтами, и Джиблет, похожий на Франкенштейна с болтом вместо носа, с невероятно потрепанными видами стояли рядом с маленькой куклой Поппи. Все, кроме невозмутимого незнакомца в желтом, застыли на месте. Они стояли, словно вкопанные, и смотрели друг на друга совершенно ошарашенными, круглыми глазами. Вот так нежданная встреча!

День ab Месяц 2F8FDE Год a__d

`_ J62CD 27E6C E96 w@FC @7 y@J 2?5 7:G6 52JD 27E6C E96 u:CDE $925@H

Настоящее время.

Лили медленно вернулась с кухни в просторный зал, аккуратно держа на руках и на дополнительных импровизированных подносах из своих кос блюдца с дымящейся едой. Это было её коронное, фирменное блюдо — запеченная крыса с хрустящей корочкой. Она молча расставила порции на столе перед своими ошеломленными гостями. Закончив сервировку, она прошлась долгим, изучающим взглядом по всем присутствующим, неловко и натянуто улыбаясь. — Угощайтесь… дру… зья! — с запинкой произнесла Лили. Она тяжело опустилась на свой стул во главе стола, поправила непослушную прядь волос и, взяв вилку, попыталась приступить к трапезе, делая вид, что всё в порядке. — Знаешь, Лили… — тихо начала Поппи. — Хоть разговор по пути сюда у нас откровенно и не задался, но… скажу тебе так. Мне безумно жаль за всё то, что с тобой… произошло. Лили поперхнулась крошечным кусочком мяса и громко закашлялась. — Кхе-кхе… Что?! — её глаза округлились. — Обязательно было заводить этот разговор прямо сейчас, за едой?! Поппи виновато опустила фарфоровую голову. — Прости… Я просто хотела искренне извиниться. Для начала. Мне… мне невыносимо стыдно это просить после всего, что мы пережили… но нам… нам снова нужна твоя помощь. Лили выронила вилку. Она со звоном ударилась о фарфоровое блюдце. — Я… не знаю, Поппи… — голос Лили задрожал, страх ледяной рукой сжал горло. — В прошлый… в тот самый прошлый раз… Нам ведь… нам ведь так и не удалось избавиться от Прототипа… Ты… ты и сама прекрасно знаешь, чем это закончилось… — Да, мы проиграли, — с горечью признала кукла. — Мы потеряли тогда наших самых верных, самых ценных друзей… ДогДэй… Хоппи… Я ведь долго думала, что мы навсегда потеряли и Джиблета в той мясорубке… Но, к счастью, как ты видишь своими глазами, всё обошлось… И я… я всё ещё каждый день скорблю по ним. Да, я прекрасно понимаю, что мои слова сейчас для тебя — не более чем пустой, раздражающий звук… Но с появлением… нашего Ангела… — Или Мясника… — вклинился Джиблет, поправляя свою кожаную повязку на глазу. — Так его теперь все называют там, внизу. Лили нахмурилась, уловив несостыковку в списке выживших. — Подождите. А как же Доуи Доуман? — с надеждой вопросила Лили. Джиблет тяжело вздохнул, и его изуродованные плюшевые уши горестно поникли. — Он… погиб… — глухо ответил пес. Поппи всхлипнула и продолжила: — И это произошло из-за меня… Это была исключительно моя вина… Но… послушай, Лили. У нас теперь есть реальная, новая надежда. Наш страж. Ангел… Мясник… Так они звали того незнакомца в желтом, что сидел рядом с Джиблетом. И тут Джиблета словно прорвало, он затараторил своим скрипучим, надтреснутым голосом, активно жестикулируя электрической дубиной: — Слушай сюда, подруга. Я не из тех сопливых псов, кто подолгу сидит и жалеет самого себя. Скажу тебе так, как есть: с моей точки зрения, эта жизнь — вообще одна сплошная трагедия, пока не случается то самое, неизбежное. Думаешь, ты просто так, случайно оказалась в таком положении? Нет! Мы все до единого хотим убить Прототипа. И на этот раз у нас есть четкий, рабочий план. Резервная копия из главного архива базы данных Playtime Co. Джиблет подался вперед, опираясь лапами на стол, его единственный глаз лихорадочно блестел. — Не волнуйся о том, что может случиться, подруга. Мясник со всем этим справится. Ты хоть знаешь, кто сидит с нами за столом? Этот парень лично, своими руками отправил в промышленную дробилку саму Мамочку Длинные Ноги! Он уложил спать навсегда, навечно, этого психопата КэтНэпа! А затем спустился в ад и навсегда отключил этого безумца Харли Сойера! Лили медленно, с нарастающим ужасом повернула голову и взглянула на молчаливого незнакомца в желтом скафандре. Пазл в её голове с пугающим щелчком сложился. Так вот почему тогда, в пещере, на её наивный вопрос, добрый ли он, этот человек… просто пожал плечами. С одной стороны… она отчасти его понимала. Эти кровожадные создания сами годами напрашивались на жестокую взбучку, они творили неописуемые зверства. Но с другой стороны… он хладнокровно убил людей. Тех кто были навечно, проклятием заперты в этих плюшевых телах монстров… И… если он так быстро, так легко избавился от самых сильных, непобедимых оверлордов этой фабрики… Какова вероятность того, что в один прекрасный день он решит избавиться… и от них всех?! Мясник?! Так его называют там?! «Нет!» — мысленно закричала Лили, пытаясь отогнать панику. «Если бы он хотел избавиться от меня, он бы сделал это еще тогда, на мосту!» Она отчаянно, до боли в груди хотела верить в то, что незнакомец, который спас её от падения, не был безжалостным злодеем. Она резко вскочила со стула. — Кхм-кхм! — Лили громко прочистила горло, прерывая тишину. — Давайте-ка я приберу всё это. Сегодня был слишком долгий, слишком тяжелый день для всех нас. Давайте просто отдохнем. Утро вечера мудренее. Хотя… в этой дыре не поймешь, утро сейчас вообще или глубокий вечер. Она начала суетливо, своими косами и руками собирать нетронутые тарелки со стола. — В этом огромном особняке довольно много пустых спален. Выбирайте себе комнаты на любой вкус и отдыхайте, сколько вашей душе угодно, — безапелляционно заявила хозяйка. Собрав посуду, она остановилась у дверей кухни, повернулась и указала подбородком на человека в желтом: — И да. Мясник ты там или Ангелок… постирай свой костюм. Ванная на втором этаже по коридору. От тебя невыносимо воняет кровью и гнилью.