2. Опасное любопытство

Эва

Кай позволил мне пригласить друзей с курса и также Исмана, потому что он хотел с ним познакомиться, если мы собираемся и дальше встречаться. Пока было неясно, как эту историю мы должны в дальнейшем рассказывать родителям, а может и вообще не собирались, но главное было то, что брат был на моей стороне и даже изъявил желание наконец познакомиться с Исманом. Агния хорошо заобщалась с Рэймссом — он тоже учился на юридическом вместе со мной и был близким другом. Мерцелла чувствовала себя не очень комфортно, судя по ее лицу, она ненавидела эти шумные места и вечеринки, а потому старалась оставаться в стороне и общаться только с Дией. К тому же, в клубе были и чужие, не только мы, а потому кузина вдвойне чувствовала дискомфорт, в отличие от меня, которой отрываться так нравилось куда больше. Папа редко отпускал нас с Дией в такие места, только по особому поводу и только к Каю. Мы с Дией были лишены обычной жизни, например напиваться где-то в баре, доезжать на такси домой, отбиваться от парней, желающих взять твой номер. Ничего из этого у нас никогда не было. Может, оно и к лучшему, но человек неизведавший это все, всегда будет тянуться узнать, каковы они на вкус — такие вот проблемы. Поэтому после второго коктейля я и залезла на барную стойку. В клубе Кая хотя бы нам позволено было делать что угодно. Пока, конечно, он не стянул меня вниз. Я видела, что это хотел сделать Исман, но он испугался, что мой брат ему переломает кости, если он ко мне притронется при нем, а нам не хотелось злоупотреблять разрешением Кая. Исман вообще трясся перед моим братом, что выглядело почти смешно. Мужские взгляды скользили по мне, задерживались на бёдрах, на талии, на губах — и я ловила их краем глаза, позволяя себе играть с этим вниманием. Оно было лёгким, поверхностным, почти безобидным, и веселило меня. Пока я не наткнулась на взгляд цепких ледников. В углу, где находились вип места, сидели две верзилы. Взгляд одного из них, который выглядел более пугающим, вцепился в меня. И вцепился так, будто готов был наброситься и… не уверена, что это было похоже на то, что он собирался разорвать меня на куски. Я, может, и привыкла к вниманию лишь Исмана и своего брата, но глупой никогда не была. И прекрасно понимала этот мужской взгляд, скользящий по моему телу томно, цепко, липко, жарко. Я остановилась потому что… стыдно признать, но на меня никто так никогда не смотрел. Даже и Исман. Так — заставляя уши гореть, жар приливать к лицу и хотеть скорее отвести взгляд, но и продолжать смотреть украдкой. Агния прервала этот момент странного немого поединка, когда заиграла песня Love dont let me go. — Страшно-красивый альбинос, сидящий рядом с наследником Вольфов, раздел тебя взглядом, — прошептала она мне на ухо. Я не знала наследника Вальфов и видела его впервые, как и мужчину рядом с ним. — А мне-то что, — улыбнулась я подруге. — Точно, тебя ведь не привлекает экзотика, — Таврено закатила глаза и мы вместе хохотнули, а потом бросились танцевать. Меня не не привлекала экзотика, меня не привлекали мужчины Кольца или люди, как-либо связанные с ним. Меня не привлекали мужчины, у которых руки в крови. Всё было просто. Иначе я не стремилась бы так отчаянно вырваться из собственной семьи, оказаться от них как можно дальше, в идеале конечно разрушить всю организацию, но на такое обычной девчонке сил не хватит. Я это прекрасно понимала. Я еще несколько раз ловила взгляд альбиноса, он преследовал меня. Это слегка, совсем немного нравилось мне, чего таить. Что-то между «я вас всех ненавижу» и «но взгляд привлекательного мужчины мне льстит, даже если у меня есть парень». Я отошла к бару. Грега я хорошо знала, он готовил мне обалденные коктейли всякий раз, когда Кай меня сюда приводил. Вернее, когда мне позволено было идти с братом. — Дай что-нибудь такое, чтобы расслабило, но чтобы Каю не пришлось тащить меня на плече, ладно? Он и без того меня за танец убить готов. — Конечно, дет… Эва. Я засмеялась, ведь Грег хотел сказать «детка», но вспомнил, что у Кая есть уши даже в подсобке. Когда он мне выдал светло голубую жидкость, которая мало походила на что-то безвредное, я почувствовала какое-то движение и жар сбоку, но в этот момент уже поворачивалась. И носом чуть было не впечаталась в широкую грудь. Страшно-красивый, экзотический и, скорее всего опасный, альбинос уже возвышался надо мной. Пришлось задрать голову. Его габариты…впечатляли. Рубашка обтягивала его накаченную грудь довольно вызывающе. Его взгляд теперь был куда откровеннее и нахальнее, чем издалека. И выглядел он теперь тоже куда привлекательнее, чем издалека. Глаза его оказались серо-голубыми. Я заметила золотую серьгу в ухе и несколько маленьких тату вдоль шеи. Беги. Беги. Беги, Эва.

Амен

— Амен, ты куда, блять, ты спятил? С каждым шагом, которым я приближался к младшей Эль Кассар, почему-то мое сердце отбивало удары все быстрее. Когда я почти подошел к ней, она резко развернулась, хлестнув по моей груди своими волосами, запах которых донесся до меня оглушающим эффектом. Музыка в клубе вдруг стала тише. Для меня одного. Она подняла глаза. Светло зеленые, озёрные, большие. Они так подходили ее зеленому топу. Или наоборот. На ее ключицах и шее капли пота стекали прямо вниз — в ложбинку между округлых небольших грудей. Я заметил это. Я черт возьми заметил. Блять. И я также заметил, как не без интереса она всматривалась в мое лицо. Что, маленькая, нравится? — Ой, простите, — засмеялась она, и я также заметил только теперь очаровательную родинку над ее губой. Я был прав. Смесь латинской крови и арабской делали ее чертовски красивой. А сладкий голос ее звучал именно так, как я ожидал от этих красивых губ. — А я хотел вас угостить, — указал я на ее бокал, не придумав ничего лучше. Амен, блять, Вальдек, что ты делаешь? — Сама угощаюсь, — она подмигнула мне и улыбнулась, уже намереваясь пройти, но что-то щелкнуло в моей голове. Что-то чертовски опасное. Я сделал шаг в сторону, не давая ей пройти. Ты не можешь произвести попытку заигрывания и надеяться, что на нее никто не клюнет. Нет, маленькая, так эти игры не играются. Мне нужно было несколько минут, иначе интерес и любопытство просто образуют опухоль в моем мозгу. И я молился лишь о том, чтобы они не образовали жуткое напряжение в штанах, но, к сожалению, я уже был очень близок к этому. Эва выгнула бровь и задрала подбородок, посмотрев на меня с каким-то вызовом. Всем своим видом показывая, что тот факт, что она еле достает мне до плеча, не делает ее менее властной. Определенно. Девчонка сейчас обладала самой огромной властью. И виски в моей крови тоже. — Амен, — я протянул правую руку, на которой было кольцо. Она намеревалась ее пожать, ради любезности только, очевидно, но ее лицо резко изменилось, когда она услышала мое имя и взглянула на руку. Затем снова подняла взгляд на меня. — Сын Кольца, который… — выдохнула она с каким-то…отвращением? Что это? Она будто выплюнула эти два слова. — Который что? — Не общаюсь с сыновьями Кольца, — ее голос внезапно обрел такую сталь, какую-то даже ненависть, злость, резкость. Это был такой контраст, что не заметить его было невозможно. И, если бы, я был обычным парнем, возможно, даже испугался бы. — Не общаешься с сыновьями Кольца? — засмеялся я, но то, как серьезно Эва на меня смотрела, дало мне понять, что она не шутит. Я убрал руку, которую она так и не пожала, в карман. Поверить не могу. Девчонка реально не пожала мне руку. — Очень интересно, — произнес я разглядывая ее. — А с братом как общаешься? — Брат исключение, если бы не был братом, уже молилась бы богу о его смерти тоже. Вау. Колючая. Эва хотела пронестись мимо, но в моей голове снова щелкнуло. Я схватил ее под локоть. Она опустила взгляд на мою руку с таким бешенством, что адреналин в моей крови подскочил от этого. После таких сцен обычно следует дико горячий секс в уборной. Но что-то мне подсказывало, что я скорее лишусь члена, чем это случится. И раньше, чем это со мной сделает сам Эль Кассар, это сделает его сестричка, потому что молнии, которые она метает глазами, определенно могли убивать. Я нагнулся слегка ближе к ее лицу, отчего она инстинктивно потянулась назад, увеличивая расстояние, которое я продолжал сокращать в ответ. Обожаю. — Дочь Кольца, ненавидящая Кольцо, — я усмехнулся, пройдясь взглядом по ее почти идеальным чертам лица. Затем мой взгляд опустился на ее шею, которую обхватывал тонкий золотой чокер, а под ним цепочка с подвеской альбатроса. Я бы прошел еще ниже, если бы Эва не дернулась от моего взгляда и мне не пришлось посмотреть ей в глаза. Ее зеленые были подведены черным карандашом, что придавало ей кошачий соблазнительный взгляд. Красиво. — Сложно же тебе придется в этом мире. И мне, судя по всему, тоже. Ненависть в ней просто кипела так сильно, что я ощущал это пальцами. Пальцами на ее коже. А ее кожа была шелковой. Черт, наверное, если провести языком по ее бедру, она там такая же. Блядство. Эва дернула рукой, но я не позволил ей высвободиться. Дьявол. Дьявол. Отпусти девчонку, что ты делаешь! Я понятия не имел, почему все еще держу ее. Может, чтобы все еще чувствовать запах ее парфюма? Либо мне просто нравилась эта ее реакция. Никакого страха. Абсолютно ощутимое презрение на грани флирта. Что-то абсолютно новое. На долю секунды зеленые глаза коснулись моего рта. Да, она смотрела на мои губы. Секунда лишь, а может две. А затем, будто осознание ударило в нее, она с опаской подняла взгляд. Поздно, маленькая, я уже заметил. — Этот ваш мир подлежит разрушению. Вы не можете и не должны создавать другой мир в уже имеющемся мире. Нет такого, чтобы государство было в государстве, черт возьми! Больные фанатики! — Тем не менее уже создали. И ты в нем. Эль Кассар! — Сегодня мое совершеннолетие и я шагаю в мир, далекий от вашего, наконец. И кстати о мире. Судя по всему, ты не встречался с моим бешеным братом, иначе знал бы, что вот это, делать не стоит. Эва указала на мою руку, все еще удерживающую ее под локоть. — Иначе мой брат обрушит этот мир тебе на голову! Больной мафиози! Улыбка коснулась моего лица. Она так очаровательно угрожала. Больной мафиози. — Колючка, — выдохнул я, сокращая расстояние между нашими лицами до опасного. Она выдернула руку с дикой яростью. Вернее, я позволил. Ее рука была такой тонкой, что я мог раскрошить ее кости, если бы сжал чуть сильнее. Это было мило и… опасно. Очень опасно, потому что на вид хрупкие девушки были моей чертовой слабостью. Когда она выдергивала свою руку, трение пальцев прошлось по ее запястью, где была неровная линия. Я отреагировал моментально, пытаясь понять что это. Но было уже поздно. — Какого хрена здесь происходит? Стальной голос Эль Кассара, к сожалению, прервал этот момент. Он внезапно оказался рядом с нами и тут же потянул сестру себе за спину, словно я собирался ее сожрать. Справедливости ради, он делал правильно, потому что я был в шаге от этого. Теперь я видел его вблизи. Они чем-то были похожи, но у Эвы были более ярко выраженные восточные черты лица. Первым делом Кайелетт, как смекалистый человек, посмотрел на мою руку и, увидев кольцо не просто наследника, а главы, слегка выпрямился. Его челюсть сжалась, но он не подал виду. Я знаю этот взгляд, ты тоже хочешь стать главой и сместить отца. Все сыновья рано или поздно приходят к этому. — Тише, Эль Кассар, — спокойно произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и без вызова. — Мы всего лишь разговариваем. Он стоял напротив и смотрел на меня так, будто уже прикидывал, сколько секунд понадобится, чтобы сломать мне челюсть. — А я давал разрешение общаться с моей сестрой? Ясно. Заноза. Та самая, которая не даёт спокойно жить. К нам тут же подошел Тизиан, заметивший, что ситуация накаляется. Я дал ему знак рукой, что все под контролем. Я чуть склонил голову набок, разглядывая Эль Кассара так же внимательно, как он меня. Между нами повисла короткая пауза, наполненная гулом музыки, смехом и запахом алкоголя. — Думаешь, мне нужно разрешение? — спокойно спросил я. Его губы едва заметно дёрнулись. — На Эву — да. Я усмехнулся. Ну конечно. Братья из кланов всегда были отдельной категорией боли. Особенно когда дело касалось их младших сестёр. Но этот, похоже, вообще не знал слова «перебор». Я перевёл взгляд на Эву — она стояла, чуть подавшись вперёд, скрестив руки на груди. Свет неона скользил по её волосам, цеплялся за косички, блестел на загорелой коже. По-моему, она вся была создана, чтобы доводить мужчин до глупостей. Именно таких как сейчас. И она явно не выглядела человеком, которого нужно спасать. Скорее наоборот. — По-моему, Эва не нуждается в защите, она отлично справилась сама. Даже слегка перегнула, — я усмехнулся, указав на нее за его спиной. Кайелетт сделал шаг ближе. — А это мне решать, ясно? — процедил Эль Кассар. — Это я еще не показала тебе свои умения фехтования, — добавила Эва, вклиниваясь в разговор, будто брат нуждался в ее защите. Смешная. Она умеет фехтовать. Сказка. Я тоже. — Я готов посмотреть всё, что ты готова мне показать, — сказал я, улыбнувшись. Она тут же поморщилась, будто я сказал что-то особенно неприятное. Будто её передёрнуло от одного моего голоса. Впрочем, именно на это я и рассчитывал. Раздражение ей шло. Эль Кассар дернулся, словно хотел врезать мне, но, видимо, обдумал этот порыв и остановился. — Дорогая, иди к друзьям, — приказал он, даже не оборачиваясь. Но она не двинулась. Стояла на месте, скрестив руки, и смотрела на меня так же упрямо, как и раньше. Упрямая. Красивая и упрямая. Блядство. Потом она шагнула ближе к брату, наклонилась к его уху и тихо зашептала. Музыка грохотала слишком громко, но отдельные слова всё равно прорвались сквозь шум. …собственного отца. Я тихо усмехнулся. Готов поспорить, она сказала ему именно то, что говорят все. «Он — убийца собственного отца». — Я знаю, успокойся. А теперь иди к друзьям. В этот раз она подчинилась. Секунду помедлила, будто собиралась сказать что-то ещё, потом смерила меня долгим, колючим взглядом — тем самым, в котором смешивались раздражение и какое-то упрямое любопытство — и развернулась. Тёмные волосы качнулись у неё за спиной, косички скользнули по плечам, и она ушла к большому столику, где была собрана вся молодежь. Где какой-то симпатичный на мордашку парень снова трогал ее, черт возьми! *** — Виноват, что не подошел к вам сразу, — произнес Кайелетт, когда мы уже сели в его кабинете. Гул музыки до нас теперь доносился уже совсем слегка. Он сидел в большом кресле, вальяжно закинув ногу на ногу и покуривая сигару. Тизиан расположился в кресле напротив. Я же, скрестив руки за спиной и прокручивая любимую гильотину, расхаживал по кабинету между стеллажами с огромным количеством фотографий. Семейных. На шести из десяти из них он был с Эвой. Где ей два года, три, четыре и так далее. Что с ним не так, черт возьми. — Но это не означает, что вы можете скрашивать ожидание так, как вам вздумается, а именно, донимая мою сестру в моем же заведении. В голосе Эль Кассара прозвучала явная ярость. — Не знал, что это твоя сестра. Уголок губ Тизиана слегка дрогнул, но он не подал виду. Ну, лжец из меня был тоже отличный. Я так и выживал большую часть времени. Кайлетт засмеялся, откинувшись на спинку кресла. — То есть, еще хуже, ты решил, что это одна из девок тебе на сегодняшнюю ночь? Я правильно истолковал, Вальдек? Стоило ли говорить Эль Кассару, что я готов предложить ему свою дорогущую яхту, если он действительно отдаст мне сестру на одну ночь? Думаю, не стоит. Я развернулся к нему. Не стоило разжигать войну в первый же вечер моего прибытия. — Ни в коем случае. Девок на одну ночь я буду искать в клубе попроще. Обойдусь без наркоты. Я улыбнулся и, кажется, снова разозлил его. Ему не угодишь, что за темперамент. Прямо как у сестры, черт возьми. — Итак, скажу прямо, мне нужна эта территория. Я прекрасно знаю, что здесь собирается элита. А нам нужны приватные демонстрации. Запрос на дронов-убийц, кстати, был самый большой за последнее время. — Потому что все государства сходят с ума, — кивнул Кайелетт. — Именно так, — цокнул Тизиан. — Если обеспечишь защиту, не имею ничего против, — спокойно пожал плечами Эль Кассар. — Вот так просто? — я недоверчиво посмотрел на него. Такой сговорчивый? — Вот так просто. — Что, совсем? Кайелетт театрально вздохнул. — Мы потеряли несколько поставок из-за рейдов полиции, мне нужен мониторинг портов. Ах вот оно что. — Ну наконец ты заговорил на интересном для меня языке, — засмеялся я, на долю секунды задержавшись возле фотографии, где на вид четырнадцатилетняя Эва лезет на спину брата и ярко улыбается в камеру. Моя челюсть дернулась. — К тому же, — добавил Кайелетт, — я слышал ты будешь связан с моей сестрой, у меня нет причин тянуть очевидно выгодный бизнес и установленный порядок наших семей. Ах да, его сестра, которая старшенькая. Как ее там… Я посмотрел на Эль Кассара и натянуто улыбнулся. Может, он специально это упомянул?

Они

Когда Эва вернулась за столик к друзьям, она осознала, что у нее подрагивали руки. Этот мужчина нес какую-то очевидную стрессовую энергию. Хорошо, что Исман ничего не видел, а то еще не хватало здесь устраивать сцены. Эва лишь считала своим долгом оповестить сестру о том, что она видела. Она подошла к Дии и на ухо шепнула ей: — Твой суженый сейчас общается с Каем, если тебе интересно. Глаза сестры зажглись так, что Эве даже стало досадно, что она так радуется шансу выйти замуж за убийцу. — Откуда ты знаешь? — Знаю и все. Можешь дождаться, когда они выйдут и пообщаться. — Какое еще дождаться, Эва! — Дия тут же вскочила с кресла, поправила свое красное платье, задирая его чуть выше, и чмокнула Эву в нос, а потом убежала к Каю в кабинет. Эва покачала головой, потому что абсолютно не одобряла такие действия. Кай же ее прибьет, если она ворвется к ним посреди разговора. — Господин Эль Кассар, ваша старшая сестра хочет зайти, — произнесла Моника в телефон, потому что Дия была ну слишком настойчивой особой и неслась до кабинета брата, словно за ней кто-то гнался. Она нетерпеливо постукивала красными ноготками по поверхности столика Моники, и если бы Кай ее не впустил, она в принципе готова была ворваться туда. В социальных сетях она Амена никак не смогла найти, что означало его там либо не было, либо ник был какой-то совсем не очевидный, да и ни у кого в друзьях его не было. Именно потому ее распирало от любопытства. — Скажи ей подождать, я посреди переговоров, — произнес грозно Кай, уже намереваясь отключить, но Моника продолжила. — Говорит, что не может ждать. Она…очень просит. — Требует, — поправила девушку Дия намеренно громко, и Кай услышал ее голос естественно. — Да блять! Ладно, пусть зайдет. Моника нажала на кнопку пропуска в кабинет и Дия, ей сладко улыбнувшись, шагнула внутрь. Как только дверь за ней закрылась, она выдала «о» и ее глаза слегка округлились. Она ожидала увидеть мужчину любой внешности, но точно не той, что предстала перед ней. Она знала как выглядел наследник Вольфов, а потому сомнений не осталось, что дико крупный альбинос с татуировками вдоль шеи — и есть тот самый племянник дяди Томаша. Амен. Он лениво крутанулся в кресле и посмотрел на вошедшую Дию. Его взгляд прошелся по ней с головы до пят. Ничего. Ему не интересно. Он отвернулся к Эль Кассару, словно присутствие девушки его не интересовало. — Дорогая, терпение, слышала о таком? — спросил Кай, поднявшись к кресла и двинувшись к сестре, предварительно кинув взгляд на Амена. — Просто… там… ну, а вот, алкоголь нам больше не доливают, сказали, что мы превысили лимит. Дия смотрела мимо брата. Ее интересовал ярко выраженный зверь в кресле, который игнорировал ее присутствие. — На ходу придумала? — шепнул Кай, уже оказавшись возле сестры и проведя рукой по ее голове. — Если вам не доливают, значит, меня хорошо слушаются. — Не познакомишь меня с твоими друзьями? — чуть громче произнесла она, чтобы привлечь к себе внимание гостей. Амен лишь усмехнулся себе под нос. Рвение к знакомству у двух сестер определенно отличалось. Одна не знала, как убежать от него, другая же сама лезла в клетку к зверю. Ее бы энтузиазма да младшенькой. — Когда надо будет, тогда и познакомлю, — процедил Кайелетт. — А теперь иди обратно. — Кай… — Дия, иди обратно. Сестра послушалась, но прежде топнула высоким каблуком красных туфель и ушла. Воцарилась тишина. Все что Эль Кассар мог, он сделал в этот момент — сохранил достоинство сестры. Она выглядела отчаянной, а Амен выглядел совершенно безразличным. Это было заметно. Кайелетт не идиот. — А с Дией ты что-то не рвался «просто пообщаться», — усмехнулся он. Амен поднялся с кресла и поравнялся с ним. Уместное замечание. Он крутанул гильотину, не отрывая от нее взгляда, а затем поднял взгляд на Кайелетта. Тот смотрел на него изучающе и, словно, готовый напасть в любой момент. — Успею еще, — ответил Амен и указал Тизиану головой на выход. — Думаю, на сегодня мы закончили. Увидимся на посвящении. — Амен уже сделал шаг к выходу проходя мимо Эль Кассара, но внезапно остановился. — Ах да, скажи сестренке в следующий раз быть повежливее. Я об Эве. Кайелетт усмехнулся и с прищуром взглянул на новоиспеченного Вальдека, который позволял себе на сегодня уже слишком много, по мнению Кайелетта. — Это была высшая степень ее вежливости. Запомни это. И еще, — он придвинулся чуть ближе, — держись подальше от Эвы, я не буду любезничать в следующий раз. В глазах Эль Кассара полыхнула такая ярость, что сомнений не осталось: Эва для него была почти что слабым местом. Чем-то особенным. То, за что он без колебаний перегрызёт горло любому, кто окажется рядом. Амен уже собирался съязвить — язык буквально чесался отпустить что-нибудь особенно неприятное, — но передумал. Только усмехнулся уголком губ, коротко кивнул и вышел. Хотя, по правде говоря, ему стало только интереснее. Похоже, у него появилось новое, крайне сомнительное и, вероятно, опасное хобби — не держаться подальше от Эвы. Моника провела Амена и Тизиана к выходу. Когда они уходили, Амен не стал сдерживать себя и взглядом снова нашел Эву. Это было что-то на уровне инстинктов. Она стояла у того же длинного стола, окружённая компанией. Она смеялась и держала телефон перед собой, делая селфи. Рядом снова был тот самый парень с безупречно правильной, почти рекламной мордашкой. Он наклонился ближе, чтобы попасть в кадр, захватил пальцами ее косичку, и их головы почти соприкоснулись. Снова рядом с ним. Чёрт. И каково же это, блять, трогать ее гребанные косички. На кулак намотать их, допустим. Амен и сам не понял, в какой момент у него сжалась челюсть. Это было глупо. Абсолютно нелогично. Но от этого зрелища у него внутри поднялось раздражение — такое резкое, почти физическое. И бесило это его катастрофически. Ещё сильнее бесило то, что он даже не мог объяснить себе почему. Чего Амен абсолютно не замечал в этот момент, так это взгляда Дии, изучающего его, утопающего в нем. Часом позже Тизиан уже отвез Амена туда, где он мог бы снять стресс. И это почти получилось. Он яростно вбивался в женское тело какой-то брюнетки так, будто хотел проломить в ней дыру до противоположной стены. Он держал её за волосы — длинные, тёмные, почти чёрные — намотав их на кулак так туго, что кожа на запястье побелела от напряжения. Снятая на эту ночь сука громко кричала, стонала, выгибалась, и все равно не могла выбить из его мыслей эту… Еще один толчок. Еще. Кровать скрипела и билась о стену в бешеном ритме — раз, два, три, четыре, без остановки, без пощады. Каждый раз, когда веки опускались, вместо этой брюнетки, мокрой, разъёбанной и послушной, перед глазами вспыхивала другая. Тонкая. Злая. Колючая. В этом проклятом зеленом топе, оставляющем открытой узкую полоску живота. В этих коротких кожаных шортах, блядских. Горячая. Непокорная. Полная жизни и протеста. Только бы заглушить это видение. Амен зарычал сквозь зубы, почти по-звериному, и с размаху вдавил брюнетку лицом в подушку. Та захлебнулась криком, тело содрогнулось в оргазме, который он даже не заметил. Потому что в голове всё ещё стояла она. Пальцы все равно покалывало от желания коснуться гребаных издевательских прядей волос девчонки из Кольца, ненавидящей Кольцо.