Глава 11. "Мой друг, я очень и очень болен".

Алиса могла посчитать, сколько времени она не ощущала ничего, кроме ноющего на плече ожога, держащего ее, как шарик на веревочке, здесь, на земле. — Это шутка? Десять долларов, все такое?.. — тихонько пробормотав еще что-то малосвязное, она поставила чашку на стол. Ее наверняка сейчас стошнит. Казалось, что в кофе подмешали чьи-то останки. Ну неужели хотя бы один день не может пройти спокойно?.. — Нет. — Эртель упал на диван, прикрыв лицо руками. — Я сообщил Эду, там сейчас… Разбираются. Как вынести труп, чтобы персонал отеля не узнал. Нам эти разборки…- по лицу Алисы он понял, что зря вообще открыл рот. Девушка всегда была бледной, а сейчас, кажется, позеленела. Она все пыталась куда-нибудь сесть, но на месте долго оставаться тоже не могла: ее шатало как на корабле во время шторма. И тошнило, видимо, так же. Вася не знал, что вообще может сделать. Что для нее, что в принципе с ситуацией. Подойти к ней он не решался, со вчерашнего даже думать о их взаимоотношениях было странно. У него, может, мозгов и не было, зато было чувство такта. Нэт… Что это такое? Самоубийство, убийство, несчастный случай? Нет, нечаянно сам себе горло не перережешь… Эртеля не отпускал затянувшийся шок. Даже у него, почти никогда не теряющего самообладание, нехило дрожали руки. Как? Когда его убили? Еще вчера, когда Алиса вернулась в номер? Утром? Алиса из комнаты куда-то пропала, в ванной включилась вода. Ему тоже не помешало бы умыться чем-нибудь ледяным. Лучше — сразу прыгнуть в снег. Он покосился на окно, но вспомнив, что с седьмого этажа лететь далеко, предпочел все же зайти в ванную комнату. Как ни странно, но включённая вода текла впустую. Сама Алиса сидела на полу, уставившись на какой-то шампунь на полочке в ванной. — Я думала, хотя бы внутри отеля безопасно. Никто не достанет. — краем глаза заметив Васю, она заговорила с ним, как всегда имитируя речь с посторонним предметом. — Блять… — вцепившись в волосы и уткнувшись лицом в колени, она сжалась в таком напряжении, что, наверное, могла бы вырвать их себе с корнем. — Выйди отсюда, мне нужно побыть наедине с кафельной, блять, плиткой. Вася попытал удачу осторожно коснуться ее руки, но девушка вывернула ему запястье с такой силой, что он сам чуть не упал на пол. Она не хотела, чтобы он вел себя так же, как раньше. Диссонанс где-то в подсознании продолжал расти. Поэтому он только зашипел, принявшись растирать руку, припася парочку едких комментариев на будущее. Он просто смотрел, как она практически выворачивается наизнанку, пытаясь сохранять холодную голову. Наверное, это и его вина тоже. Хах, Наверное. — Слушай, на случай, если ты все еще думаешь на счет… — Я надеюсь, что все еще думаю, да. Полезно. Думать. Отстань. Запястье горело, но парень особо не обращал внимания: он надеялся, что Алиса хотя бы дышит. Хотелось бы, чтобы за ними всеми в целом закрепилась эта полезная привычка. Опять Нэт его подводит. Мысль о том, что неэффективные сотрудники будут съедены или проданы в рабство все еще мало кого радовала. Его, вот, например, давно пора было продавать. — Давай таблетку… — Нет. — Алиса смотрела на него так, будто это он поубивал всех этих людей, и теперь пытается убить ее. Он вдруг понял, что не исключено, что убийство Нэта она уже повесила на его совесть. — Не надо. — немного тише добавила она, замотав головой. — Это как водка. Я подсяду. — Эртель не сомневался, что она отгрызет ему руку, если он посмеет протянуть ей эту несчастную упаковку с успокоительными. Что в них такого-то?.. Это ведь не мощные рецепторные подавители, правда? Он еще раз поднял на нее глаза. С любым другим человеком он знал бы что делать: обнять и плакать вместе. С Алисой… Вряд ли он не пожалеет, если попробует. Недавний случай был разовым послаблением. Видимо, придется по старинке, держа дистанцию. — Жалеешь? — минуту спустя, он сел рядом, облокотившись на ту же стенку и откинув голову назад. — Что ввязалась во все это. Я предупреждал, что может быть Так. — уже не в первый раз напомнив, Вася смотрел теперь влево от себя. Он был бы рад просто вернуть ее обратно, если бы не знал, что «там» — не сильно лучше. После его вчерашнего концерта для нее были сожжены последние мосты в нормальную жизнь. Эну, да как она до сих пор жива? Как вообще дожила до двадцати двух в здравом уме? — Нет. — немного подумав, Алиса отозвалась поразительно спокойно. Успела же… — Я понимаю, что зря истерю. Ты с первого дня предупреждал и с гордостью рассказывал о вашем полу-терракте. И Ангелов ты тогда… Я наверное понадеялась, что они так, упали пару раз виском на острый конец трости, в процессе самообороны… С тобой все ясно, я все понимаю… За ночь обдумала. Знаешь… Здесь все равно лучше, чем дома. Не по факту даже, а просто потому, что сюда меня никто не тащил. Сама захотела. Мне просто приносит дополнительный стресс постоянная смена обстановки. Особенности… — Характера? — Диагноза. — вряд ли она была с собой до конца честной, когда раз за разом решала, что может еще немного посмотреть на мертвые тела без особого ущерба для здоровья. Самоубийца. — Я определилась с тем, чего хочу добиться, и я не уверена, что готова потратить еще больше времени на оплакивание своих метаний. Это, конечно, не светлая мечта, к которой нужно стремиться, но во всяком случае четкая цель. — сжав руки, девушка отодвинулась от Васи еще дальше. — Ни дня без истерики…- злясь на саму себя, она впилась ногтями в кожу. — Знаешь, мне уже Надоело. — Потому что ни дня без крови. — Эртель пытался защитить ее от ее же нападок, как ему казалось, соврешенно несправедливых. Вася все же предпринял попытку приобнять ее, за что поплатился моментально: Алиса со всей силы врезала ему локтем под ребра. — Никаких. Удерживающих движений. Тем более — без предупреждения, мать твою. — Эртель активно закивал, согнувшись и приложив руку к месту удара, давая понять, что усвоил. — То, что тебе один раз позволили распустить руки не значит, что… — Я понял, правда. — парень показательно убрал руки за спину, переплетая их между собой. Одна все еще ныла там, где начиналась кисть. — Не после того, что ты вчера выдал. — Алиса убрала одну руку в карман. — Я просто…- ну и что в такой ситуации можно сказать? Как можно оправдаться? Хотел как лучше? Хотел за нее заступиться? Да как будто за Алису было нужно заступаться. Она давно решила этот вопрос наедине с собой. А он просто… Разошелся. Мог бы и к родственникам ее наведаться, что уж там. Они же тоже «плохие». — Моральный урод я просто. — в конце концов ответил он. — Прости. Прости меня, пожалуйста. На тебя и так свалилось много, а я просто…иначе решаю проблемы. — Поножовщиной. — ядовито хмыкнула Алиса. — Как будто ты не для этого в кармане нож таскаешь. — фыркнул он в ответ. — Я таскаю его, чтобы защищаться. А не чтобы людей в лапшу нарезать. Он заслужил, я не спорю. Я, может быть, даже желала бы ему какой-то такой смерти. Но не от твоих рук. Ты представляешь, как это — участвовать во всем этом, не имея возможности тебя остановить? Дело вообще не в том, что там с ним. Да плевать мне на него, я даже рада. Проблема в том, что я начинаю понимать, что там с тобой. Мне казалось, что я, может быть, начинаю привыкать к человеку, которому хватило наглости добровольно записаться мне в друзья. Но я не смогу доверять отмороженному садисту. Не просто жестокому по необходимости человеку, а маньяку. Есть же разница между «мы убиваем, когда нам надо заработать», и «мы убиваем, когда хотим, а хотим мы часто и сильно». Ты ебнутый, Эртель. Поэтому ты такой странный?.. — Не я один, все, кто так или иначе связан…- он, было, начал оправдываться заново, но долго не продержался. Алиса видела, что ему стыдно. Но этого не было достаточно. — Ты и Нэта терпеть не мог. Теперь он мертв. Ты рад? — отстраненно пробормотала она. — Ты на что-то намекаешь? — Вася, кажется, начинал раздражаться. Ну конечно, теперь он виноват во всем, вплоть до начала второй мировой войны. Он даже перестал обращать внимание на то, что на Алисе все еще лица нет. — Я просто спрашиваю. — повернув к нему голову, она через силу заставила себя посмотреть ему в глаза. Он прекрасно понимал, что она его изучает. Хочет найти там что-то от того помешательства, которое видела вчера. И он честно пытался что-то такое из себя не выпустить, одними глазами изображая саму невинность. Пауза затягивалась. Эртель чувствовал, что с каждой секундой его сомнения Алиса все больше в нем разочаровывается и делает выводы. Она постоянно делает выводы, и если день назад они еще могли быть достаточно позитивными, то сейчас наверняка сводятся к одному: она его на километр к себе не подпустит. Метафорически, конечно, но это будет ощущаться достаточно явно. Он рад смерти Нэта? Он просто шокирован. Он… Не знает? Ривер мешал ему жить куда меньше, чем сам Эртель — ему. Вот ведь иронично вышло, он планировал погулять на Васиных похоронах… Что ей сказать? Он вдруг задумался о том, что ни с кем отсюда ещё не сближался так же, как с Алисой. Скорее всего, теперь она тоже займет позицию по другую сторону баррикады от него. — Нет. — все же выдохнул он. — Ты любишь додумывать. — А ты бледный как экран монитора. — что отрицать было глупо. По глазам Алисы было сложно читать, о чем она думает. Они всегда были одинаковыми. Тусклыми и уставшими. Даже когда она смеялась над его кривляниями. Стало тише. Ей казалось, что свет в ванной начал мигать, но оказалось, что это только у нее в глазах. Алиса думала. Явно что-то против него, но главное, что вообще думала, а не билась в припадке. За то, что будет дальше, Эртелю было страшно. Может, это он думает, что она быстро приспособится, потому что сам привык… А на деле все это окончательно помутнит ее рассудок. Какая же он всё-таки гнида…неосторожная. Вася сидел с ней рядом на кафельной плитке, но сама Алиса находилась где-то очень далеко. — Я очень часто думаю о смерти. Не последний месяц. Уже почти полтора года. Всю жизнь было не так страшно, а теперь... После двадцати будто счётчик запустился. — тихо начала она. — Я не совсем понимаю, зачем живу, если только не для того, чтобы оставить после себя что-то великое. Понимаешь? Во мне нет никакой эмоциональной ценности как в человеке. Я никого не люблю, не умею дружить, и как личность из себя почти ничего не представляю. Я хочу, чтобы это как-то компенсировало то, что я совершенно… Совершенно не понимаю, зачем вообще нужны эмоциональные инвалиды вроде меня, которые еще и живут по три дня. Но в этом плане другим людям будто проще. После них останутся чувства и маленькие истории, семьи. Они не потратят время впустую. А ты… тебе как будто, ни до того, ни до другого нет дела, ты так легко все это рушишь. — Ты тоже испытываешь эмоции, не закапывай себя глубже положенного. — Вася поджал губы, наблюдая за тем, как она продолжает впиваться ногтями в руку почти до посинения. Но он понимал, что она имеет в виду. Она всего пару раз на его памяти улыбалась. Не потому что была счастлива, просто что-то ей казалось забавным. И чаще она испытывала не чувства, а стресс, который еще надо как-то выразить. А она — явно не умеет. — Ты когда-нибудь думал о том, что случится, если ты в один день умрёшь даже раньше, чем должен ? Неожиданно. Кирпич с неба, я не знаю… Всем ведь хочется, чтобы после них что-то осталось. Кроме трупа. Или нескольких. — его слова она пропустила мимо ушей. Ждала ответа только на поставленный вопрос. — Нет. — почти честно признался он. — Я всю жизнь бегаю. С места на место. Я только тем и занимаюсь, что слежу, чтобы после меня ничего не осталось. Никаких упоминаний, друзей, следов, по которым можно будет выйти, хоть чего-то. Ты была права, когда предположила, что я каждый раз меняю образ. Я нигде не задерживаюсь. Люди склонны для начала приедаться. А потом… Начинать копаться. Не просто копаться, а прямо копошиться… — немного подождав, он отвернулся. Наверное, нужно воспринимать это как какое-то откровение в дополнение к извинениям? В целом, конечно, хорошо что хоть так, но не засчитано. — Понятно. — она кивнула, зажмурившись. — Я трачу на это время…- пробормотала она. — На тебя и на болтовню. Девушка думала, что может все же стоит что-то употребить. Таблетки и сигареты не помогают, а на алкоголь переходить было страшно. С другой стороны — сколько можно? Она уже неделями не в своем уме. У нее мир перед глазами дрожит, трещит, и, чтоб его, мигает. Сколько еще… — Времени у нас достаточно. — он поднялся на ноги, пройдя обратно в комнату. Таблетки, если он правильно помнил, под подушкой. Достав пачку, он покрутил ее в руках. – Для попытки кибернезироваться и для пары разговоров между хорошими друзьями. Взглянув на пачку, он перечитал название несколько раз. И выругался. Твою ж мать… Кто ей такие вообще продал?! Он с трудом удержался от того, чтобы в одном душевном порыве смыть всю ее в раковину. — Ты не хороший друг. — скривив губы, бросила она с запозданием. — Но, надо отдать должное, прирожденный собеседник. За это, наверное, спасибо. — Да это ведь на самый крайний… — выдохнул он, все еще занятый изучением таблеток. Наверняка именно на таких она сидела, как она говорила, пару лет назад, когда ее едва не приписали к недееспособным. Он отдал ей их, стащив перед этим из ящика Эда, и сильно ее тогда напугал. Она отказывалась брать и говорила, что даже смотреть на них не хочет. — Вестники… А ему-то такие были зачем… Ему почему-то не хотелось проверять, все ли таблетки в ячейках. Вот, уже можно было начинать плакать. Ему, конечно, а не ей. Он не был уверен, что Алиса вообще умеет. Ей этого навыка сильно не доставало: девушка не врала, что не может правильно выражать эмоции. Вместо слез или истерики он всегда видел примерно одинаковую картину: ее слегка трясло, и взгляд становился еще темнее обычного. Она сжимала кожу на руках и пыталась с ним разговаривать о чем угодно. Да хоть о погоде. И закуривала, видимо, таблетки, вместо того, чтобы их запивать. И по нарастающей… С каждым разом все хуже. Точно, воды бы хоть налить… Набрав из-под крана холодной воды, он бросил еще один сомнительный взгляд на пачку. Подмешать таблетку? Он бы в жизни никому не позволил это пить. Она и сама не хочет. Но вытащить ее оттуда надо…хотя бы на кровать перетащить. — Алис, Алиса. — он снова заглянул внутрь, протянув ей стакан. Она молча кивнула, вылив почти весь стакан в раковину, и плеснув небольшую часть воды себе в лицо. Пить не стала. Смотреть на ее состояние было больно. Он понимал. Он правда понимал, и ему хотелось, чтобы она об этом знала, и… — Пойдем. — перебив ход его мыслей, Алиса сама встала на ноги, немного его озадачив. На руке у нее краснел след от ногтей. До крови, конечно… — Пойдём. — ему оставалось только молча согласиться, плетясь за ней следом. Наверное, ему не хватало возможности тактильного контакта, чтобы чувствовать себя уверенее. Он бы очень хотел ее обнять и погладить по волосам. Но такая инициатива ему даром бы точно не прошла. Да и Алисе это не поможет, как бы ему не казалось, что должно. — Полежишь немного, отдохнёшь, я посижу с тобой, если тебе так будет спокойнее…- начал было он, но Алиса вместо кровати повернула к выходу из номера. — Ты куда? — затормозив, Эртель растерянно заозирался. — Разбираться, что произошло. Вот так мне точно станет спать спокойнее, чем просто от твоего пребывания у двери номера. Пойдем. — третий раз повторила Алиса и открыла дверь, указывая ему на выход. Она все еще была почти зелёной. — Ради всего святого, ну или во что там верят атеисты… — В результаты осмотра. — Лучше поспи. Мы сами все выясним. Я умоляю тебя, отдохни. — он и правда почти завыл, но эффекта не добился ни малейшего. — Я не усну. Быстрее разберёмся — быстрее отпустит. — Тебе хуже станет. Там труп, Алиса. Тебе оно надо? Алиса ненадолго зажмурилась. Кровь… Опять кровь… Она никогда не будет к этому готова. Но лучше уж сегодня и все сразу, чем сначала прийти в себя, а потом заново… Она не могла быть уверена до конца, что правда делает это из силы характера, а не из желания навредить себе. — Очень. Убедиться, что ты не пошутил. — изобразив слабое подобие закатывания глаз, сказала она. — А так ты мне не веришь? — вскинув брови, он сложил руки на груди, опершись на ближайшую стену. Алиса отвечать не стала. — Ты не упади главное с лестницы…- только и смог он произнести вполне серьёзное предупреждение, которое Алиса наверняка приняла за издёвку.

***

В комнате теперь было пятеро людей. Живых, во всяком случае. Алиса из последних сил заставляла себя не отворачиваться от трупа. Надо было понять, что с ним произошло, а это без осмотра комнаты неосуществимо. Картина была по-настоящему жуткой, не столько даже из-за самого Нэта, сколько из-за вечно находящейся с ним рядом Хэнеко. Девочка, как могло показаться, вообще не сильно переживала, что он мертв. Сидела рядом с его головой, что-то напевая и гладя его по волосам. Разве что сутулилась чуть больше обычного, пряча черные глаза за челкой. У Эда начинал дергаться глаз. — Кто-нибудь наконец выведет отсюда ребенка?! — первым не выдержал, как ни странно, Эртель. Эд с благодарностью ему кивнул, заодно призывая к действию. Вася вывел девочку за руку, вздохнув чуть спокойнее, когда она оказалась за дверью. Немного постояв с ней в коридоре, он вернулся на диван к Алисе. — Ну сдох и сдох… — очень тихо прошептала она, пытаясь себя успокоить. — Да у вас тут, философия, что ли, такая?! — все же Вася ее услышал, в легком шоке округлив глаза. — Сдох и сдох… у тебя родственники в морге не работают? К огромному счастью, остальные их речь понять не могли. Люси стояла у окна, сжимая и разжимая кулаки, и Вася боялся того момента, когда она повернется. Заговорить не решался даже Эд. Он наверняка думал в первую очередь о том, как незаметно вынести труп и оттереть паркет. Самый первый шок уже прошел без их присутствия, и к огромному Алисиному счастью основных разборок они не застали. У Нэта было вскрыто горло. Рваным, резким движением, судя по линии, которая проходила по шее вниз, задевая сонную артерию. Руки были сложены на горле и практически сомкнуты. Он будто пытался остановить кровь, и тело так и окоченело, навсегда застыв в этом положении. Чтобы сказать точнее не хватало врачебного заключения, и Эд с мрачным бормотанием вспоминал Аннета, которого, по его словам «нужно было беречь». Что произошло с доктором Алиса не знала до сих пор, и пока не спрашивала. И без того есть чего бояться. Алису тошнило. Вася чувствовал себя не сильно лучше. Мертвое тело уже начинало покрываться трупными пятнами, и смотреть на него становилось с каждой секундой все больнее. Судя по их цвету, Нэт умер вечером. Несколько часов назад. Еще вчера он был жив. Почему?.. Когда?.. Кто? Васе было узнать просто необходимо, хотя бы что бы Алиса не посчитала виноватым его. В номере было невыносимо холодно. Будто вместе с парнем умерло и все пространство вокруг него. Только компьютер еще жужжал, перейдя в спящий режим. — Тело надо убрать. — сквозь тишину наконец раздался голос Эда. — Иначе нас всех здесь повяжут. — он тоже избегал смотреть на Нэта. К Люси и вовсе стоял спиной. Девушка медленно прикрыла глаза руками, сматерившись. Алиса не знала немецкого, но точно могла сказать, что это — мат. Другие слова таким тоном не произносят. Когда она наконец повернулась, занервничали все. Даже Эд затормозил в дверях, ожидая от нее какого-нибудь комментария. — Убрать труп… На этом все, что вам есть сказать? — к своему удивлению Алиса обнаружила, что Люси скорее в бешенстве, чем в трауре. Глаза у нее были красные, но она не плакала. Сейчас не плакала, во всяком случае. — Может вы хотите что-нибудь добавить? Ну так, хоть приличия ради. — что было сил она врезала кулаком по стене, и на той осталась трещина в краске. Эд ее жест расценил, кажется, на сумму причинённого ущерба, и никак больше. — Я сожалею. Он мог бы прожить еще несколько лет, для нас это не мелочи. — сложив руки на груди, мужчина взглянул на нее с тем же вызовом, что и она на него. Эртель что-то ей перевел. Но если Люси была на грани взрыва, Эд оставался внешне совершенно спокоен. — Ты, мразь, не сожалеешь. — перейдя на шёпот, она стала медленно приближаться. Вася с Алисой вжались в разные углы комнаты. — Это почти полностью твоя вина. Только из-за того, что он связался с Вами, он сейчас мертв. — С нами связалась ты, а не Нэт. — все с тем же холодным напряжением отозвался Эд. Вася перевел, еще тише, чем в прошлый раз. Он пытался добавить в свой тон хоть немного сочувствия, но Ривер прекрасно слышала, как фраза звучала изначально. — Если бы не я, он до сих пор сидел бы в тюрьме. — И был бы жив! — Люси в два шага оказалась рядом с ним, занеся кулак, рывком нацелившись выбить ему челюсть, но Эд без колебаний достал из кармана пистолет. Этому жесту перевод не потребовался. Девушка смотрела на него с такой ненавистью, будто была почти уверена, что он лично зарезал ее брата. — До выяснения обстоятельств, мы не можем утверждать точно, что произошло. — вмешался сам Эртель, переключая на себя внимание. — Так что уберите труп. — снова добавил от себя Эд. — Сам убирай, я на тебя больше не работаю. — Ривер сжала кулаки снова, с вызовом уставившись ему в глаза. С мужчиной они были почти одного роста. — Твой брат мне должен огромные деньги. — перевести Вася не успел. В этом и не было необходимости. За пару лет работы здесь эту фразу уже можно было выучить наизусть. — Брата у меня больше нет! — наконец сорвавшись на крик, девушка замахнулась, чтобы ударить, но Эд снял пистолет с предохранителя, подставив ровно к ее лбу. Она так и осталась стоять, тяжело дыша, с занесенной рукой. — Урод. — как бы она не хотела, все же не смогла решиться. И минуту спустя, отступила на шаг назад. Эд в мгновение выскользнул за дверь. — Трус. — почти вслух выругался Эртель, как только закрылась дверь. — Позе́р. — добавила от себя Алиса, понявшая только половину диалога и оценившая угрозу оружием. — А ты…- Люси тут же переключилась на Васю, не зная, куда выплеснуть всю злость. — Ты его всегда терпеть не мог! Может ты его и прикончил?! Алиса чуть вздрогнула, пропустив пару вдохов. . — Ты в своем уме? — Вася схватился за трость, готовясь напасть после первой же фразы. Люси, у которой не получилось решить вопрос лично с Эдом, с удовольствием переключилась на следующий пункт в ее черном списке. — Абсолютно. Кому кроме тебя он вообще мог помешать?! — девушка замахнулась, но Эртель увернулся почти летящим движением, попытавшись ударить ее тростью по руке. Она перехватила ее в воздухе, но не удержала. — Сумасшедшая. — Эртель сделал еще один выпад в ее сторону, на этот раз задев ее ногу острой частью рукоятки. Люси, воспользовавшись моментом, ударила его по лицу, и наверняка сломала бы ему челюсть, если бы в тот же момент его не схватила за воротник Алиса, оттащив на пару шагов назад. — Оба разошлись. Труп затопчите. Или нет Нэта — нет проблем? — прошипела она, толкнув Васю на диван, а Люси указав на другую часть комнаты, где стояло небольшое кресло. — Ты по-немецки умеешь? — надувшись, он обиженно сложил руки на груди. Сказать честно, он ей польстил: фраза была составлена из ядреной смеси английского и немецкого, с ярким русским акцентом. — Ага, лучше тебя. — тут же отозвалась Люси, ответив на его вопрос вместо Алисы. — Пусть с английским, но у нее немецкий хотя бы современный, ваша светлость. Девушка вообще избегала смотреть на пол, поэтому сверлила взглядом то Алису, то Эртеля, от ненависти и бешенства желая смерти всему живому на свете, и они под описание прекрасно подходили. — По камерам можно посмотреть. — практически с вызовом бросил Эртель. — Нэт сам отключил все на этаже. Он сказал, «на всякий случай». — Люси, сжав зубы и кулаки, как всегда мысленно дала подзатыльник брату. Но если это и при жизни не помогало, то сейчас уж точно ничего не исправит. — Отпечатки пальцев? — предложил было он, но ещё пока произносил это, понял, что толку будет ноль. Тут были все они, и еще наверняка парочка местных девушек, которых они не знали ни в лицо, ни по именам. Нужных отпечатков они не найдут. — Кто его видел последним? — Люси все так же избегала смотреть вниз. Алиса только поразилась, что никто даже не накрыл тело каким-нибудь непрозрачным пакетом. — Я. — честно призналась Алиса, сложив руки в замок на коленях. Ей все хотелось хоть как-то спрятать труп, от вида которого ее тошнило. И перед глазами плыло… В какой-то степени, Алиса была безумно благодарна своей нервной системе, которая всегда реагировала с запозданием. В моменте она не терялась. Только потом — истерика, таблетки и кошмары. А сейчас, кажется, она единственная была способна рационально мыслить. — Он последние пару дней почти не выходил из номера. — Вася продолжал переводить сразу на два языка, подозревая, что Алиса все еще плохо ориентируется в разговорном немецком. Алиса кивнула, подтверждая его слова. Пожалуй, стоило рассказать о том, что Ривер планировал выяснить больше о Эде и Эртеле. Должно быть, Люси об этом не знает. Или тоже молчит. — Скорее всего, он собирался бежать. — осторожно начала она раскручивать мысль. Но ее перебил стук в дверь. Переглянувшись, негласно решили, что открывать будет Эртель, как наименее заслуживающий жалости на сегодняшний день. Этого человека никто из них не знал, и он не посчитал необходимым представиться. Все трое в гробовой тишине наблюдали, как мертвое тело заворачивают в целлофан и выносят. Должно быть, Эд за прошедшее время успел кого-то нанять для этого. Всего пятнадцать минут, для того чтобы найти человека. Куда ему там до переживаний о Нэте… Теперь говорить казалось и вовсе дикостью. Люси снова отошла к окну, немного его приоткрыв. Как бы она не прыгнула…к счастью, на окне стояла решетка. — Он отключил камеры на этажах, стал затворничать, ему были интересны мои поисковые и защитные коды…- попыталась объяснить она. — Не просто интересны, не в образовательных целях. Это хорошо видно, что именно человеку нужно, когда он задаёт вопросы… Я все думала — он ведь не такой же как я, чтобы без причины стать зависимым от этих идей… — она еще больше терялась, но пыталась объяснить, снова возвращаясь к этой мысли. — Чтобы посвятить все свое время не просто какому-то направлению, а конкретной идее, нужна цель. Если ты конечно не аутист. Тогда ты просто растворяешься в чем-то, уже позже начиная оправдывать это практической пользой. Но Нэт не такой человек, я бы поняла, будь это так. Он же достигатор. Всю жизнь занимался кодами связанными со взломом, а потом стал спрашивать о совершенно другом…такие вещи, пустые гиперфиксации — у нейротипичных людей это огромная редкость. Особенно на таком серьёзном уровне. — подняв глаза, она ждала ответа от Люси. — Он мне ничего не говорил. — как-то глуповато забормотала она… — Он же не собирался просто бросить меня здесь? Почему именно сейчас? — девушка злилась, но теперь казалась настолько потерянной, что Вася с Алисой не решались ее успокаивать. — Но… Да, да… Да, да, да. Он двинулся на тебе именно тогда, когда не смог снести твою защиту. — Ривер не знала куда себя деть. Наверное, она бы хотела посмотреть в глаза брату, но здесь не было ни его, ни его тела. — Я сначала подумала, что ты просто задела до невозможности его самолюбие, но… Он ведь не первый раз проваливался, почему именно ты? Потому что он, наверное, решил, что сбежит, если сможет так же…один, видимо. — Люси с силой захлопнула окно, начав наматывать круги по комнате. Здесь все еще стояли компьютеры, неоткрытые ящики энергетиков, валялись на тумбочке серьги, и пятно крови уже застывало на полу. — Урод малолетний… Как же ему повезло, что он сдох. — Алиса и Эртель переглянулись, и последний кисло поморщился, отвернувшись первым. — Ты. — она повернулась к Алисе, уже ожидавшей нападения. — Ты можешь открыть его компьютер? Взломай, ты же там что-то умеешь… посмотри, что он собирался делать. — Думаешь, он вел личный дневник? — тихо пробормотала Алиса. — Тебе теперь интереснее, не собирался ли он тебя кинуть, чем то, как он умер? — тут же поддержал ее Эртель. Зря они снова это начали… Люси во второй раз будто с цепи сорвалась, резким движением поднявшись на ноги. — А может ты… — Люси, сядь. — сорвавшимся после утренней истерии тоном, почти выкрикнула Алиса, подавшись вперед. Убедить Ривер удалось ненадолго. — Если его убили поэтому, то убили по указке Эда. Кому еще могла не прийтись по вкусу его идея сбежать? А кто ему мог доложить?! Чьими руками его могли убрать? Кто, в конце концов, труп нашел?! — И побежал тебе докладывать, в первую очередь, конечно. Делать мне больше нечего, больная. — стоило Люси успокоиться, как Эртель будто специально продолжал ее доводить, только подливая масла в огонь. Алиса, схватив его за плечо, потянула вниз, резким движением усадив на диван. — Пока вы не разойдётесь по разным углам, я говорить не продолжу. Это не единственная версия. — Последний раз предприняв попытку их успокоить, Алиса протерла глаза тыльной стороной ладони. — Ангелы. Второй вариант. На мой взгляд, больше похоже на правду, потому что Эду узнать о планах Нэта было неоткуда. Да и логичнее было бы тогда ограничить его доступ к технике, а не убить… Много денег на мёртвом теле не заработаешь. — Ангелы? — Люси взглянула на нее, как на душевно больную. Практически с сочувствием. — Почему Ангелы, и почему Нэт? — Потому что, если я правильно понимаю суть их философии, у них принято мстить. Мы убили двоих, одна сбежала… И здесь до сих пор находится дочь этой женщины. И были бы это свои, скорее отравили бы, а не горло вскрыли… Вряд ли у Хэнеко есть с ними связь… но все же. Нэт скорее всего просто оказался легкой мишенью из-за отключённых камер. — Кстати об этом. — перебил Вася. — То есть ребенок с ножами вместо кукол сидевший у трупа смутил только меня, да? Ничего необычного никто другой в этом не видит. — Хэнеко была со мной со вчерашнего вечера. — отмахнулась Люси. — И не тебе на нее жаловаться, сам отвечай за тех, кого притащил. Люси вернулась к разговору с Алисой, котороую они не очень красиво перебили. — И как тогда она определила наше местоположение? Все еще бред. — Я не знаю точно. — Алиса покачала головой, выражая беспомощность в этом вопросе. — Может быть, отследила нас после столкновения на складе? А какие ещё могут быть варианты?.. Либо одно, либо другое. Было бы проще, будь у нас хоть орудие убийства… есть еще предложения? Люси долго кидала полные недоверия взгляды, рассматривая то Алису, то Васю, но все же была вынуждена сдаться. По ней было видно, как она на самом деле подавлена и вымотана. — Больше вариантов нет. Пока. — задержав ненадолго взгляд на Эртеле, выдохнула она. — Но я куда больше верю в версию с Эдом. Потому что теория с Ангелами взята из воздуха. — Тебе так кажется потому, что в версии с Эдом тебе есть кого обвинить, а Ангелов ещё найти надо, чтобы что-то им предъявить. — все же не смог промолчать Эртель. Алиса бы ударила его еще раз, но за сегодняшнее утро он уже получил достаточно, чтобы начать использовать трость по назначению. В конце концов, за что его сейчас бить? За то, что он ее поддержал? — Мы будем ждать медицинского заключения по трупу?..- подходя к двери, спросила Алиса. Внезапно она обнаружила, что замёрзла настолько, что не могла свободно двигать пальцами на руках. — Если его просто не выбросили в этом мешке на ближайшую свалку. — сквозь зубы отозвалась Люси. — Значит, я займусь его компьютерами. Позже. — согласилась Алиса, опершись на дверную ручку, но пока еще не решившись открыть дверь. — Если хочешь. — Мы выясним, что случилось. — чуть дрогнувшим голосом пообещала она. Люси продолжала смотреть в упор. Будто считала, что Алиса знает куда больше, чем говорит. Сейчас, наверное, у Ривер виноват был весь мыслящий мир. — Мне кажется, нам всем надо будет поговорить немного позже. — чувствуя, что дальше речь может пойти только о взаимных подозрениях и упреках, Эртель опередил Алису в желании открыть дверь, и сделал это первым, провожая ее в коридор. — Когда вы придете в себя. — предложил Вася. — В более нейтральной обстановке. Как на счет — часов в пять, у меня в номере? Ривер насторожилась, но снова сдалась. Это было правдой. Ей нужно было остаться одной. — Ты иди, — она кивнула Алисе, — А ты поможешь мне перетащить все техническое оборудование в ее номер. Мне нужно знать, что произошло. — Не много ты на себя берешь? — сложив руки на груди, фыркнул Вася. — Все в порядке. — Алиса не дала ему договорить, потащив за собой. — Я займусь. До номера меня проводишь. Хотя бы до лифта на этаже без камер. — чувствуя себя собачкой на привязи, он поплёлся следом, так и не подведя к логичному финалу свои возмущения. — Ну ты и сволочь… — вздохнула она, стоило закрыться двери лифта. — Даже мне с моим уровнем эмпатии не пришло бы в голову так разговаривать с человеком, только что потерявшим брата. — Она первая начала. — вскинулся Вася. — А тебе, что, пять? Он обиженно промолчал и отвернулся, сложив руки на груди. Обидели его, бедного. Серебро же у нас металл хрупкий. Алисе снова захотелось его ударить.

***

Через час в ее комнате невозможно было сделать лишнего шага, не наткнувшись на клавиатуру или провод. Алиса не знала почему, но готова была поклясться, что ее это неожиданно успокаивало. Рядом с непроходимыми джунглями из техники она чувствовала себя защищённой. «Открыть» компьютер Нэта оказалось далеко не простой задачей. Ей придется выделить на это еще время, которое нужно откуда-то взять. Ей и так казалось, что у нее его катастрофически мало. Вздохнув, Алиса перевела взгляд на остатки своего ноутбука. Она готова была спать в обнимку с этим куском пластмассы, зная, что сам по себе он больше никогда не заработает. Вася, как всегда, решил наведаться к ней невовремя, застав ее за настройкой приборов на полчаса раньше, чем они договаривались. Открыв дверь балкона, она запустила его внутрь. С парня сыпался снег, и она незамедлительно отправила его в ванную комнату — сохнуть. Самого его, кажется, погода безумно веселила. В одной из белых перчаток он держал так и не выброшенный снежок, который продолжал подбрасывать в воздух, пока Алиса не пообещала его столкнуть с балкона, если хоть одна снежинка попадет на приборы. Не став испытывать судьбу, он на носочках пробрался в ваннную, задержавшись только у стола, где она перепаивала какие-то смарт часы. — Ты работаешь над новым прототипом? — присвистнул он. — Мы ведь еще даже не узнали, работает ли первый. Ответом его девушка не удостоила. Практически всем своим нутром он чувствовал, что Алиса была не рада его видеть. Не сказать, чтобы она хоть когда-то встречала его с улыбкой, но первое время ей было отрицательно все равно. Потом — просто плевать, будто бы он становился частью ее рутины. Сейчас она однозначно держалась от того, чтобы выставить его за дверь. В коридор, конечно, она его не выгнала, но дверь в ванной захлопнула, будто надеясь, что он из-за нее больше никогда не появится. Ей нужно покурить и немного подумать… Ее тщетные попытки поджечь сигарету от плиты прервал стук в дверь. Она не подошла, чтобы открыть, пока все же не смогла спокойно закурить. — Да? — спросила она, прислонившись плечом к стене. — Извините…- из-за двери послышался неуверенный, незнакомый женский голос. — Простите, вы не могли бы открыть мне?.. Это еще что… Алиса выдохнула дым, вспоминая, не убрала ли нечаянно с двери табличку «не беспокоить». Или это вообще не уборка номеров?.. В смысле «не могли бы вы мне открыть?» Это же не домофон у подъезда, где половина кнопок выжжена, и приходится названивать соседям. Это, вообще-то, ее номер. И вроде бы даже не проходной. Немного поломавшись, она все же приоткрыла дверь, оставив сигарету в зубах, свободной рукой достав нож, второй придержав дверь. Судя по тому, как девушка ждавшая ответа в коридоре отшатнулась, выглядела Алиса чуть более задолбавшейся, чем ей самой казалось. — У вас что-то случилось? — вместе с дымом выдохнула Алиса. — Здравствуйте. Девушка была на голову ниже ее, но тоже блондинкой с длинными волосами. Стараясь избегать смотреть на хозяйку номера, она переминалась с ноги на ногу. — Меня… Не важно, на самом деле. — как-то не к месту ляпнула она, заглянув Алисе через плечо. Что происходит-то, а?.. — Вы простите, я просто хотела спросить… Вы же Алиса? — С утра вроде была. — все больше теряясь, пробормотала в ответ она. — Так в чем дело? — Понимаете…- начала она, будучи готовой провалиться под землю. — Один очень важный для меня человек весь день не отвечает на звонки, и его нет в его номере, и я подумала… В общем, он упоминал ваше имя. Только имя, я спросила на ресепшне… Ну, вы из постояльцев единственная Алиса… В общем, вы не знаете, где я могу найти Нэта Ривера? Это важно, правда, простите, что побеспокоила… Алиса чуть не выронила сигарету, так и замерев, с неподвижным выражением удивления на лице. — Простите, а вы… Кто? И почему вы решили… — Я не так давно с ним. Анна, если это важно... — повторила она, будто этого было достаточно, и чуть попятилась, приняв растерянность в глазах Алисы за угрозу. — Красная резинка. — шепнул Эртель. Девушка его не услышала, зато Алиса суть сказанного различила. Она не знала, что ей ответить. Что вообще говорят в таких ситуациях? Как можно осторожно сообщить о чьей-то смерти? Просто… дать знать и захлопнуть перед ней дверь?.. — Простите, я понятия не имею, о ком вы говорите. Может, Алиса которую вы ищите уже съехала, или вы перепутали имя… Я не знаю человека с таким именем. — зажав между пальцев сигарету, она с трудом нашла силы заглянуть этой девушке в глаза. Та только заозиралась еще беспомощнее, закивав и забормотав что-то под нос. Кажется, извинилась. Расслышав в ее словах заветное «До свидания», Алиса потянула на себя дверь, только ляпнув совершенно несуразное «Ага». Дверь хлопнула, и она повернула на ней сразу два замка, ожидая что сюда вот-вот начнут ломиться с тараном. Прижавшись спиной к двери, она простояла так с полминуты, прикрыв глаза. — Да за что это все в один день … — у нее как-то сами опустились руки, и ноги подкосились. Окурок изящно слевитировал напол: по прямой вниз, и очень быстро. Открыв глаза, Алиса заметила, что на все установленные компьютеры накинут сверху плед. — Она очень настырно пыталась заглянуть через тебя внутрь номера. — просто объяснил Эртель, пожав плечами. — А мне показалось, что ты решила с ней не откровенничать. — Тебе не показалось. — подперев рукой голову, согласилась Алиса. Находиться с Эртелем в одной комнате отчего-то становилось все невыносимее. То ли оттого, что она теперь о нем думала, то ли сам он потерял часть той осторожности, которая заставляла ее чувствовать себя рядом с ним в безопасности. И, что тоже имело значение, Алиса видела, что он все понимает. И даже молчит больше обычного. Как и договаривались, к пяти часам они вместе отправились в Васин номер. У двери их уже ждала Люси. Выглядела она ещё хуже, чем с утра. Эртель зашел внутрь первым, практически сразу усевшись на письменный стол, где лежала подушка и одеяло. На единственной занятой тумбочке гордо возвышалась корона, помещенная под стеклянный купол. Одежда, вещи, перчатки и аксессуары были хаотично раскиданы по номеру в одному Рихтеру известном порядке. Алиса не знала, в какой угол ей забиться, чтобы не пришлось двигать его личные вещи. Трогать шмотки ей совсем не хотелось. В прошлый раз, когда она заглянула сюда, тут было куда спокойнее, номер не напоминал разбитый калейдоскоп. Вася, устроившись на столе, чувствовал себя совершенно спокойно, будто бы не замечал творящегося вокруг хаоса. — Так-к, — объявил он, прежде чем ему стали задавать вопросы о состоянии его номера. — Я так понимаю, новой информации у мисс Ривер для нас нет. У нас для нее, пожалуй, тоже. За исключением того, что мы имели честь познакомиться с пассией вашего покойного брата. — Люси поморщилась, уловив в его речи знакомые доисторические нотки. Такое с ним случалось только тогда, когда он старался говорить на чистом немецком. — Но девочка совершенно не в курсе происходящего, так что это нам ничего не дает, кроме информации о том, кого он предпочел в качестве спутницы для побега вместо своей сестры. — Ты сейчас нарываешься? — Скорее показываю, что нам не то чтобы есть о ком тосковать… — Да что с тобой сегодня?..- Алиса прервала его, и посмотрела на него так, будто он резко стал рыжим. — С тобой всегда так, когда в комнате больше двоих людей? Ты превращаешься в мудака первого класса? Эртель, тебя головой об кафель били? Ну? — ей, наверное, было просто обидно. Не понятно, за что. Быть может, за то что она совершенно не умеет разбираться в людях. Что за концерт вдруг снова начался? Разве он всегда себя так вел?.. — Не важно. — ответила она сама себе. — Вопрос в том, что нам троим теперь делать, чтобы не закончить как Нэт. — Если мы не можем найти убийцу… То меня здесь не держит ничего. — Люси говорила твердо, будто думала об этом не раз. — Вся моя жизнь начала идти под откос, когда я связалась с Эдом. Только ради Нэта. Я была готова оставаться здесь, но его больше нет. — девушка развела руками, облокотившись на стену. Алиса готова была поклясться, что и в ее взгляде она видела что-то странное. Не только скорбь, траур и распухшие от слез веки. Это было похоже на облегчение. — Я бы хотела оказаться далеко отсюда, но выбирать не приходится. В общем-то, говорить об этом явно не с тобой. — Нет, знаешь, я на самом деле не против. — задумчиво отозвался Эртель, выдержав недолгую паузу. — Наверное, самое время. Со всей этой дрянью, мы немного… засиделись на месте. Тебе есть куда пойти? — обратившись к Люси, он в привычной, Эртелевской манере, прищурился. Алисе захотелось срочно что-нибудь выкурить. Желательно, покрепче того, что она берет обычно. — И как это понимать? — Ривер, судя по ее реакции, услышала от него что-то из ряда вон, что для специфики общения с Васей уже становилось практически невозможным. Но не поверила она ему ни на секунду. — Ты сейчас мне намекаешь на идею сбежать? А потом выйдешь за дверь и подробно обо всем доложишь, чтобы завтра мой труп нашли в той же позе? — она попыталась изобразить фырканье и закатывание глаз, но вся ее мимика сегодня сходила на нет. Девушка выглядело безумно уставшей. — Вовсе нет, я думал сегодня остаться дома. В конце концов, можно же просто написать сообщение, если я захочу поделиться с Эдом какой-нибудь очень важной информацией… Но у меня есть куча информации, которую я по-хорошему Уже должен был ему передать. Но, прошу заметить, я разговариваю с вами, а не строчу письма начальству. — он снова сделал небольшую паузу. — Я думаю, что сейчас как раз самое время скрыться и никогда больше друг о друге не вспоминать. Нас осталось всего трое. Было шестеро, еще год назад. Это все… Начинает приедаться и пугать меня. Особенно после сегодняшнего дня. — Эртель прижал к себе подушку, взглянув на девушек поверх нее. — Я не просто предлагаю тебе бежать… Я тоже хочу. И ты хочешь, и с Алисой мы не так давно об этом говорили. По-моему, звезды сошлись. Только очень сомневаюсь, что мы сможем, если так и продолжим друг друга грызть. Соблазн сдать будет велик. Алису как к полу пришибло. Что он опять несёт? Нарочно издевается?.. Они говорили только в теории, на деле же…это же очень тяжело, это нельзя спонтанно спланировать. — Мне нужно финансирование. — Алиса возразила, глядя на него немного растерянно. Она не знала, чего еще ожидать. — Для проекта. Меня с самого начала интересует только это. — она перешла на русский, надеясь, что он хотя бы не уйдет от вопроса об этом. — Ты же понимаешь, что мне некуда деться. Как я без полномочий Эда пересеку границу, как продолжу работу?.. Это ты привык раз в неделю менять паспорт. У меня просто нет никакого опыта выживания в условиях свободного плавания без настоящих документов. — Эртель смотрел на нее, и она совершенно не понимала, что у него на уме. Обиженный, еще и чокнутый… Она сжала руку на ноже у себя в кармане, вопреки желанию упасть на пол и забиться в угол, которое у нее всегда возникло при необходимости смотреть людям в глаза. О, она просто ненавидела смотреть в глаза. Когда она делала это слишком долго, ей казалось, что они способны сожрать ее заживо. Или, что она смотрит на что-то совсем не живое. Какие глаза у трупов? Должно быть, она не увидела бы разницы, что ее и пугало больше всего… Нэту в глаза она заглянуть так и не осмелилась. Что она будет делать, если они снова резко сменят план действий? Ее никогда раньше не пугала кровь, ставшая не так давно главным кошмаром, зато всегда пугала неопределенность. А Эртель взгляд все не отводил. Что, написано на ней что-то?.. Как он к ней теперь относится? Надо было молчать, пока ему было стыдно. И можно бы было хотя бы теоретически рассчитывать на помощь. Теперь он наверняка считает, что они оба расквитались, обменявшись взаимными оскорблениями, и он ей ничего не должен. — Алис, ты не моргаешь. Не надо, я все равно не решу что ты умерла. — она не думала, что он станет говорить с ней так мягко. Со вчерашнего дня они старательно делали вид, что знать друг друга не знают, или во всяком случае в меру презирают. — Мы ведь не побежим буквально на все четыре стороны, сломя голову и с пустыми карманами, прямо сейчас. Мы организуем план. Ты — замечательно справишься с тем, чтобы замести наши следы. — он протянул вперед руку, положив ее на пол, рядом с ней. Мягкий тон, после получаса криков и шума почти гипнотизировал. — Нам всем необходима приличная сумма денег для выживания, и я понимаю, что тебе особенно важно получить их, чтобы все это было не зря. Вопрос в том, где их достать и как все это провернуть. Я…- он улыбнулся, как ей показалось, немного смущённо. Опять резкая смена настроения… Что-то тут не то. — Я не так хорош в планировании, но всегда неплохо справлялся с фокусами. — из кармана он достал ключ-карту от чьего-то номера и флэшку. — Леди, я совершенно не имею понятия, как выбираться из таких передряг, но я догадываюсь, кто в этом разобрался досконально. — приподняв двумя пальцами за шнурок флэшку, он крутанул ее в воздухе, положив перед Алисой. — Это еще что? — Еще сегодня мы говорили о том, что ситуация у нас безвыходная. Рядом с Эдом мы всегда будем обязаны наживать врагов, терять коллег и друзей, без возможности отказаться. У нас ведь нет денег. И все данные о документах у него, вплоть до номера паспорта и визы. — ему бы речи на бизнес-треннингах читать… — Ну, и по такому случаю, Я вспомнил, что при крайней необходимости умею думать, и подумал вот о чем: скорее всего Нэт собирал поддельные документы через левых лиц, раз думал сбежать, рассчитывал пути отступления, искал возможные безопасные адреса, где можно будет какое-то время прятаться. И вряд ли он запомнил все это наизусть. И потом я подумал, что план такого грандиозного побега глупо хранить на непереносном носителе, вроде этой его технической громады, которую мы перетащили к Алисе. Лучше уж что-то, на чем можно все увезти с собой. И что в целом не имеет выхода в интернет и зарегистрированной в облаке базы данных. Доисторическая флэшка, например. Я решил поискать… И нашел. Подключил к своему браслету, пролистал… Рассчитано здесь все на двоих, и с явными косяками, просто потому, что многих вещей он не знал о выживании без покровительства сверху. Но мы все же достаточно эволюционировали со времен обезьян, чтобы внести доработки в почти готовый план побега? — Вася незаметно перешел на английский, Алиса даже не сразу поняла, когда он это сделал. — С чего вдруг такая доброта? — Люси без промедлений выхватила флешку у него из рук. — Ты копался у Нэта в комнате?! Просто нашел… думаешь, кто-то в это поверит? Не на столе же она лежала. — Да я ведь не верить прошу, а посмотреть собранные материалы… — пожал он плечами. В номере повисло молчание. Воздух становился все душнее, начиная закипать под взглядом Люси. В конце концов, она кивнула. — По крайней мере, вряд ли это ты его грохнул. — вздохнула она. — Раз уж зассал настолько, что в первый же день упаковал чемоданы. — ну, говорила она явно чисто метафорически…все содержимое этих чемоданов было раскидано по комнате в каком-то оккультном узоре, образовавшемся будто бы в результате взрыва. — Так что продолжай. И получив одобрение, он продолжил. — Для меня это нормально: проснуться утром, и понять что мне все надоело, и я хочу в Париж. Потому что в Париже меня никто не знает и все едят улиток. — в целом, на него и правда похоже. Выглядело так, будто весь день он просто думал о ситуации, и принял решение в пользу почти всех сразу. Он снова улыбался и, кажется, хотел помочь. Но что-то Алисе не нравилось. В его движениях, улыбке, темпе речи…она никак не могла вывести предложенной формулой, что именно. Все же вроде в порядке, все три переменных в пределах нормы. Откуда он вообще знал, что на содействие Люси можно будет рассчитывать?.. При чем настолько, чтобы сразу принести все необходимое? Надо будет быть с ним повнимательне…иначе можно потерять куда больше десяти долларов. — Итак, леди. Небольшая афера, и никакой вражды! Мы работаем втроем против всех, помогаем друг другу сбежать, и расходимся как в море водолазы…ну или как там правильно? Корабли? Безопасность гарантирована. Вы ведь мне верите? — Конечно нет. — выдохнула Алиса, и Люси кивнула вслед за ее фразой. — Отличный настрой.