Глава XII: Напарники

Леон смотрел на нее и не мог отвести взгляд. Она была красивой. Не той холодной красотой, которой славятся модели с обложек, а живой, настоящей. - Мара, - выдохнул он снова, и имя это прозвучало как вздох. Она смотрела на него секунду, другую, а потом ее лицо приняло выражение хитрого кота, который только что стащил со стола сосиску. - Господи, какой ты бледный, - сказала она, подходя ближе. - Ну ка, признавайся сколько ты уже не спал? - Неделю, - ответил он, и голос его сел. - Почти. - Я так и знала, - вздохнула Мара, - Синяки под глазами как у панды, только без бамбука. Ну-ка иди сюда. Она протянула руки и обхватила его лицо ладонями. Пальцы - теплые, чуть шершавые - легли на скулы, и она принялась ворочать его голову в разные стороны, будто осматривала новый экспонат в музее. Большой палец провел под глазом, касаясь темных кругов. Леон замер. Он не знал, что делать, не знал, как дышать, не знал, что эта близость делает с ним. От нее веяло чем-то легким, «домашним», почти неразличимым запахом трав, от которого кружило голову. - М-да, - протянула она, - Видок тот еще. Если бы не знала, что ты живой, подумала бы, что зомби. Или что ты нашел работу в фильме ужасов. Там как раз требовался актер на роль "уставшего до смерти". - Я думал, ты умерла… - Да что ж вам так не терпится меня в могилу вогнать?! – театрально вскинула руки, садясь обратно на стол, - Я же и обидеться могу. Но не успел Леон сказать больше, как тишину разорвал голос Винсента. - Это ты меня в могилу вгонишь! Ты снова сбежала?! Уже четвертый раз за неделю! Он вскочил из-за стола, и стул отлетел назад, ударившись о стену. Леон вздрогнул, но Мара даже не моргнула. Она сидела на краю стола, болтая ногами, и смотрела на Винсента с ленивым спокойствием. - Ты должна быть в лазарете! - рявкнул он, нависая над ней. - Тебе прописан постельный режим! У тебя ножевое ранение, ты потеряла литр крови, а ты…! - Тебе жалко что ли? Я же не могла пропустить такой момент, - ответила Мара, пожимая плечами. – Тем более врачи сказали, что со мной все отлично и меня отпустили. - Неправда! - Винсент ударил ладонью по столу, и планшет подпрыгнул. - Мне недавно звонил врач! Он сказал, что ты оскорбляла персонал, кидалась в них одноразовыми шприцами и требовала выписать тебя, угрожая физической расправой! Мара помолчала секунду, потом чуть склонила голову. - Нет… И что? Винсент открыл рот, готовясь излить все, что накопилось. Но девушка опередила его. - Ты только сильно не нервничай, - добавила она, и в голосе ее послышалась та самая насмешливая нотка, которую Леон знал так хорошо. - А то растеряешь волосы не только на голове. Винсент замер. На секунду. Потом его лицо перекосилось, и он резко шагнул вперед, схватил Мару за щеки и начал щипать их с какой-то свирепой нежностью. - Из-за кого я облысел, а?! - приговаривал он, тиская ее лицо. - Из-за кого я теперь каждое утро смотрю в зеркало и вижу бильярдный шар?! Из-за тебя! Из-за маленькой вредительницы, которая не может усидеть на месте! - Ай! - Мара попыталась отстраниться, но Винсент держал крепко. — Отпусти! У тебя так и так ничего не росло! Тогда Мара потянулась к его лицу и ухватилась за бороду - длинную, аккуратно подстриженную. Потянула. - А это тебе за щипки! - заявила она. - Я вообще красивая! А ты мне щеки оттянешь, и буду я как бульдог! - Будешь знать, как сбегать из лазарета! - не сдавался Винсент. Леон стоял и смотрел на эту сцену, не в силах переварить информацию. Только что он видел перед собой грозного главу организации, человека со шрамом через все лицо, который говорил о биотерроризме и борьбе с корпорациями. А теперь этот же человек щипал за щеки девушку, которую, до недавнего времени, он считал мертвой. - Ты как? - раздалось справа. Леон повернул голову. Рядом стояла девушка, с легкой улыбкой на губах. мужчины - чуть поодаль. - Похоже, у тебя культурный шок, - заметил первый. - Это нормально. Мы все через это проходили. - Они всегда так? - спросил Леон, кивая на Винсента и Мару, которые уже прекратили щипаться и теперь о чем-то спорили вполголоса. - Всегда, - ответил второй. - У них весьма странные отношения. Он ей как большая нянька. А она ему - как бельмо на глазу. Но ты этого не слышал. - Джилл Валентайн, - представилась девушка, протягивая руку. - Я слышала о тебе. Раккун-Сити… Я там была, прямо ад на земле. - Карлос Оливера, - пожал его руку. - Тоже пережил Раккун-Сити. Только мы с Джилл были с другой стороны баррикад. - Крис Рэдфилд, - кивнул массивный парень. И тут же в голове что-то щелкнуло. - Я тебя знаю, - сказал он, - Ты же брат Клэр. - Давно не виделись, - протянул руку Крис. Это было после того, как он выбрался из Раккун-Сити. Где-то в декабре Клэр отправила Кеннеди письмо с просьбой сообщить Крису о ее местонахождении, когда ее схватили за незаконное проникновение на объект Umbrella в Париже. Ему удалось лично разыскать Криса, рассказать ему о ситуации Клэр. Леон не сразу его узнал. - Да, пожалуй, - пожал ему руку, - Как там Клэр? Крис чуть заметно улыбнулся, и в его каменном лице промелькнуло что-то человеческое. - Она в порядке. Леон смотрел на них, чувствуя, как внутри что-то отпускает. Эти люди не были похожи на тех, с кем он работал раньше. Кеннеди неосознанно перевел взгляд на Мару и Винсента, которые продолжали ссориться. - Это у нас нормально, - усмехнулся Карлос. - Привыкай. - Знаешь, - сказала Джилл, глядя на Мару, которая как раз отбивалась от Винсента, - Это она нас всех собрала. Меня, Криса, Карлоса. И еще многих, кого ты пока не видел. - Мара? - Леон не поверил. - Она находила нас по одному, - добавил Карлос. - Приходила, говорила, что есть шанс остановить этот кошмар. - И вы соглашались? - спросил Леон. - Лично я согласился, когда она спасла мне жизнь в третий раз. После этого отказывать как-то неудобно. И тут голос Мары разнесся по комнате, перекрывая возню. - Я в полном порядке и не надо твоих нотаций! Мне два раза повторять не надо, я и на первом разе не слушала. Винсент, который уже открыл рот, чтобы начать очередную тираду, замер. Потом медленно, очень медленно выдохнул и произнес одно слово: - Таракан. Мара дернулась. Леон видел, как ее тело напряглось, как глаза расширились за мгновение до того, как она прыгнула. Она взлетела на Винсента, как кошка, обхватив его шею руками и ногами, и замерла, торжествуя. Мужчина просто поднял руку и надавил пальцем на ее бок - туда, где под рубашкой угадывалась свежая рана. Мара выдохнула. Не вскрикнула, не заорала - просто выдохнула, будто ее ударили под дых. Руки разжались, ноги соскользнули, и она тихонько сползла на пол, оседая у ног Винсента. - Ты… - прошептала она, глядя на него снизу-вверх. - Ты… нехороший… человек… Винсент развернулся к Леону, подошел к столу, взял с него тонкую папку и протянул агенту. - Контракт, - сказал он. - Основные пункты можешь изучить позже. Добавлю только, что ты можешь уйти в любой момент. Без объяснений. Без выходного пособия. Просто встать и уйти. Никто тебя держать не будет. Это не армия и не правительство. Это COBRA. Леон взял папку, но не открыл. Он смотрел на Мару, которая уже соскочила с пола, отряхнулась и теперь стояла рядом, заглядывая через плечо Эшфорда в контракт. - Эй, а почему я так не могу?! Так нечестно! - У тебя другой контракт. - Ага, а перед ним, случайно, не стояло слова «РАБСКИЙ»? Винсент не обратил на нее внимания. Он повернулся к остальным. - Джилл Валентайн, - кивнул он в сторону девушки. – Полевой агент и спец по бомбам. Крис Рэдфилд - полевой агент, бывший военный пилот. Карлос Оливера - аналитик и… иногда тоже полевая работа, также служил в службе противодействия биоугрозам в Umbrella. Мара открыла рот, чтобы что-то добавить, но Винсент не дал ей этой возможности. - И это наш… клоун, - сказал он, и в голосе его прозвучала усталая нежность. - Шут, циркач, вечный источник головной боли. Ты ее знаешь, как «Мара», но вне миссий называй «Сара». Или «проблема». И то и другое подходит. Он повернулся к ней и увидел, что на лице у девушки красовался ярко-красный клоунский нос. Пушистый, круглый, совершенно нелепый. Когда она успела..? - Где ты это взяла?! - рявкнул Винсент, срывая нос одним движением. - Нашла, - ответила Мара, ничуть не смутившись. Винсент посмотрел на нос, потом на нее, потом снова на нос. Затем медленно положил его в карман пиджака. - Конфискую. - Ты просто хочешь носить его втайне от всех, - парировала Мара. - Я тебя знаю. Ах, ты ж шалунишка. Эшфорд в очередной раз проигнорировал ее слова и повернулся к Леону. Лицо его снова стало серьезным. - Все необходимые материалы мы тебе выдадим, но я хочу рассказать тебе об основах, - начал он, - COBRA не находится под властью какого-либо государства. Ни американского, ни европейского, ни какого-либо еще. Никакие законы на нас не действуют. По крайней мере, официально. Однако приказы сверху все же приходят, и выполнять их – наша обязанность. Он сделал паузу, давая Леону время осознать услышанное. - Также нас поддерживают правительства многих стран. Финансируют, снабжают информацией, закрывают глаза на методы. Потому что мы делаем то, на что у них не хватает ни полномочий, ни смелости. Мы - серая зона. Незаконные законники. Понятно? - Понятно, - кивнул Леон. - Структура простая, - продолжил Карлос. - Полевые агенты – это мы. Лаборатории - там работают те, кто создает вакцины, изучает вирусы и паразитов, ищет уязвимости. Аналитический отдел - те, кто собирает информацию, прогнозирует угрозы, ищет следы. Есть связисты и отделы, которые занимаются биотерроризмом до, во время и после. До - предотвращают. Во время - борются. После - ликвидируют последствия. Он замолчал, давая Леону возможность задать вопросы. Но вместо Леона заговорила Джилл. - Мы не первый год охотимся за Umbrella, - сказала она, - Корпорация распалась год назад. Официально. Благодаря информации, которую Сара собрала в Раккун-Сити. Но на черном рынке до сих пор продают их вирусы. G, T, паразиты, все, что они успели создать и распространить. И не все ученые были схвачены. Некоторые до сих пор работают в подпольных лабораториях. На кого - мы пока не знаем. - Есть еще один, - голос Криса прозвучал глухо, будто из-под земли. Все повернулись к нему. Он стоял, прислонившись к стене, и в его глазах горел холодный огонь. - Альберт Вескер, - сказал Крис. - Он был одним из главных исследователей, а также двойным агентом, когда присоединился к только что созданному спецподразделению полиции Раккун-Сити «S.T.A.R.S.», где работали мы с Джилл. Мы думали он умер, но этот сукин сын оказался куда живучее. Он замолчал, и в тишине стало слышно его дыхание - тяжелое, с хрипотцой. - Помимо этого, - продолжил Карлос, - Он ввел себе вирус-прототип, который получил от Уильяма Биркина, ты должен его помнить. Благодаря нему Альберт обрел сверхчеловеческие силу, ловкость и способность к регенерации. Добавить к этому его разившийся комплекс Бога и получим идеального психопата, вздумавший построить новый мир. - Новый мир..? – переспросил Леон и взглянул на Мару, - Так это он послал Краузера тебя поймать? - Что?! – сведя брови к переносице, Эшфорд развернулся к ней. До этого девушка спокойно сидела в стороне со скучающим взглядом и собирала башню из карандашей, слушая в пол уха. Но после вопроса Леона ее лицо перекосилось, а глаза так и кричали: «Кто тебя за язык тянул?!». - Объяснись. - Объяснять то по сути и нечего, - вздохнув, она пожала плечами, - Кажется, после случая в России Ал объявил за мной охоту. - Зачем? – вышел вперед Крис. - Не знаю. К сожалению, свой номерочек он мне не оставил. - Врешь, - голос Винсента прозвучал холодно, - Иначе бы не скрыла этого. - Я не скрывала, просто не сказала. Точной информации все равно нет, так что зачем зазря сотрясать воздух? Винсент смотрел на нее долго, тяжело, потом перевел взгляд на Леона. - Хорошо, - сказал он, и в голосе его зазвенел металл. - Тогда будем решать проблемы по мере поступления. А сейчас - о твоем месте в COBRA, Кеннеди. Он подошел к столу, взял папку с контрактом и повертел ее в руках. - Ты будешь полевым агентом, - сказал он. - В паре с Королевой хаоса. Она - твой напарник. Ты - ее. Работаете вместе, спите вместе, едите вместе. Отвечаете друг за друга. Она за тебя - головой, ты за нее - остальным. Вопросы? - Есть! - Мара подскочила со стула, и глаза ее сверкнули. - Я против! - Тебя никто не спрашивал. - Я работаю одна. - Больше не работаешь, - отрезал Винсент. - Твои одиночные вылазки закончились, когда я тебя без сознания тащил в лазарет. Дальше - только в паре. Мара скрестила руки на груди, сверля его взглядом. Потом вздохнула, развернулась к Леону и развела руками. - Хорошо, - сказала она. - Давайте тогда выслушаем пострадавшую сторону. Она повернулась к Леону, ожидая поддержки. Кеннеди посмотрел на нее, потом на Винсента, потом снова на нее. - Я согласен, - сказал он, и голос его был спокойным. Мара замерла. Ее глаз дернулся. - Мы не будем выслушивать пострадавшую сторону, - быстро сказала она, отворачиваясь от него. - У него явно мозги от недосыпа поплыли. Мне напарники не нужны. Я прекрасно со всем справляюсь одна. - Правда? - Винсент приподнял бровь. - А твоя несанкционированная вылазка? - Это была вынужденная мера. - Угон самолета? - Выбрала из двух зол. - А полученное ножевое ранение, потому что полезла в пекло без прикрытия? - Это был… - она запнулась. - Это был несчастный случай. - Вот именно, - кивнул Винсент. - Поэтому - напарник. - Он меня к лодке приковал! - выпалила Мара, тыча пальцем в Леона. - Наручниками! - За это он получит от меня открытку на Рождество, - спокойно ответил Винсент. Мара открыла рот, закрыла, потом сжала губы в тонкую линию. - Мы с ним не сработаемся. - По-моему вы отлично ладили в Испании. - Я не буду ни с кем работать и точка. И мы оба знаем, что ты не сможешь меня заставить, - затем она посмотрела на парня, - Без обид Леон, дело не в тебе, а во мне. Винсент вздохнул, помолчал секунду, потом посмотрел на нее с выражением человека, который держит в рукаве козырного туза. - Две недели отпуска в конце августа - начале сентября, о котором ты так просила - сказал он. - Оплачиваемый. Без доступа к связи и работе. Мара замерла. Ее глаза расширились. - Две недели? - Две недели. - Полностью оплачиваемый? - Полностью. - Без звонков и заданий? - Только в крайнем случае. Она не раздумывала ни секунды. Развернулась к Леону, схватила его руку и энергично потрясла. - Приятно будет работать, напарник, - сказала она с самой лучезарной улыбкой, которую он когда-либо видел на ее лице. - Очень приятно. Мы сработаемся. Я уверена. Леон смотрел на нее, чувствуя, как ее пальцы сжимают его ладонь с неожиданной силой. - А как же «я не буду ни с кем работать»? - спросил он. Мара замерла, потом медленно подняла лицо с выражением абсолютной невинности на лице. - Не понимаю, о чем ты, - сказала она, развернулась и направилась к двери. - А ну стой, - голос Винсента остановил ее. Он подошел, взял ее за шкирку, как нашкодившего котенка, и развернул к себе. - Куда это ты собралась? - Домой, - ответила Мара, даже не пытаясь вырваться. - У меня еще официально неделя отпуска, между прочим. - Нет, - отрезал Винсент. - Ты идешь в лазарет. На койку. Анализы. Обследование. Ты еще не сдала ничего, а уже сбежала. - Мне не нравятся врачи, - сказала Мара, и в голосе ее послышались жалобные нотки. - Они злые. Они колют иголками. Они заставляют пить противные лекарства. - А мне не нравится мысль о том, что ты сдохнешь от заражения, потому что не доела антибиотики, - парировал Винсент. - Так что идем. - Нет. - Идем. - Нет! Послышался глухой стук. Все повернулись на звук - башня из карандашей, которую Мара строила на краю стола, рухнула. Карандаши покатились по полу, и на секунду внимание всех переключилось на эту маленькую катастрофу. И спустя несколько секунд повернулись обратно. В руке Винсента остался только пиджак. Пустой. Мара исчезла. Он медленно перевел взгляд на дверь. Она стояла в проеме - в дурацком неряшливом парике, съехавшем набок, больших очках и с клоунским носом на лице, который откуда-то снова взялся. В руке она держала крест - серебряный, тонкой работы, тот самый, который Леон носил в нагрудном кармане. Он машинально хлопнул себя по груди. Пусто. Креста не было. И судя по тому, как спокойно Мара вертела его в пальцах, не было его уже давно. Она стащила его, когда они поднимались на лифте. Или когда обхватывала его лицо руками. Или когда жала ему руку. Или когда - он не знал, но она это сделала. Ловко. Незаметно. Как всегда. - Всем пока, - послала она воздушный поцелуй, - Увидимся через неделю. И вышла в коридор, оставляя за собой сладковато-травяной запах и чего-то еще - того, что было только ее. Леон стоял, глядя на пустой дверной проем, и чувствовал, как внутри поднимается что-то теплое, почти смешное.