{2}

      Что власть по сравнению с мудростью? Что тьма перед истиной, скрытой в древних рукописях? Какой безумец согласится променять вечность в окружении редчайших манускриптов, зачарованных фолиантов и бесчисленного множества книг, чьи страницы хранили больше силы, чем все армии магов?       К счастью, Валтор не был ни безумцем, ни глупцом, и его заточение в услужении светлой стороне было вполне комфортным, в отличие от той же Гриффин. Со скромного хранителя золотого архива спрос невелик, а вот директрисе ведьм, может, и каяться придется, если кто из её подопечных ведьм решит пойти по пути Ведьм Прародительниц.       Впрочем, мироздание, а может и сам Дракон на пару с Фениксом, словно издеваясь не могло не испоганить Валтору ближайшую вечность появлением в его прекрасном книжном мире шумных и невежественных фей.       Краткая передышка в виде нескольких месяцев летних каникул закончилась и как всегда в начале учебного года, в библиотеку хлынул целый поток недоучек в блестящих мини-юбках, чьё понимание магии ограничивалось «ну, я помахала руками и оно сработало».       Они слонялись между стеллажами, теряли книги, роняли бесценные гримуары на пол, будто те были не дороже бульварных романов, вырывали страницы, неумело пытались подчинить магические гримуары, хотя колдовать в библиотеке строжайше запрещалось, — в общем, вели себя как стихийное бедствие.       Валтор наблюдал за этим, с каждым днём всё больше убеждаясь, что справедливость в этом мире отсутствует как понятие. — Они снова всё разнесут, — хмуро заметил он, поправляя белоснежные манжеты рубашки. — Конечно, разнесут, — спокойно подтвердила мисс Барбатея, библиотекарь. — Они делают это каждый год.       Барбатея была единственной феей, которую Валтор не уважал, нет, но считал достаточно вменяемой, чтобы допускать до сокровищ золотого архива без навязчивого желания приложить знаком подчинения, чтобы точно ничего плохого с книгами не случилось. Вероятно, она была единственной во всей Алфее, кого Валтор не мечтал убить особо изощренным способом даже во времена её ученичества. Возможно, именно поэтому они вполне мирно уживались на одной территории. — И снова мне убирать, — пробормотал Валтор, провожая недобрым взглядом стайку полуголых девиц в неприлично коротких юбках.       Те едва ли заметили взгляд Валтора и вскоре потерялись в лабиринте стеллажей. Чернокнижник тяжело вздохнул. Библиотекарь и хранитель архива для них все равно что предмет интерьера, ни здрасьте, ни до свидания, о вежливости вспоминают только, когда надо что-то найти. — Фарагонда, как всегда, «не нашла бюджета» на обновление защитных чары для архива? — Конечно. У неё же «нет денег». — Барбатея пальцами изобразила кавычки, закатывая глаза. — Но на новые статуи для внутреннего двора у неё деньги есть. — На статуи — да. На улучшение системы поиска — нет. — Прекрасно. — Валтор усмехнулся.       Барбатея поправила сползшие на нос круглые очки, усмешка у неё была совсем не добрая. При всей слащавой сахарности фей, с возрастом из них получаются очень интересные собеседники. Правда не прибить их до сего светлого момента, тот ещё подвиг, достойный заметки в каком-нибудь издании «герои магического измерения».       Они обменялись ещё парой по-светски бессмысленных фраз, обмениваясь последними сплетнями и разошлись. Мисс Барбатею отвлекли ученицы, страждущие получить книгу для очередного жутко важного проекта. Можно подумать потом пара-тройка эссе не будет ходить по рукам с минимальными изменениями и дополнениями!       Валтор раздражённо развернулся и зашагал между стеллажами, решив, что единственный способ сохранить рассудок — это сделать вид, что ленивые идиоты не существуют.       Именно в этот момент перед чернокнижником появилась она. Девчонка с растрепанными ярко-рыжими волосами и пронзительно голубыми глазами. Судя по растерянному и слегка виноватому виду, она была первокурсницей из какого-нибудь отсталого мирка внешнего кольца.       Рыжая фейка ойкнула, уставившись на Валтора любопытно-удивленными глазами и немного помявшись выпалила. — Здравствуйте! Мне нужна книга, но я не знаю где её искать…       Валтор смерил девчонку задумчивым взглядом. Что-то в ней было смутно знакомое. Сестра какой-то из примелькавшихся в его владениях учениц? Вряд ли, обычно он не запоминает такие мелочи. А тут прям царапает… — Попробуйте поисковую систему, стойка в виде крыльев бабочки — без особого энтузиазма посоветовал он. — А как ей пользоваться?       Валтор закатил глаза. Из какой глухой деревни приехала рыжая, что она даже элементарных вещей не знает?! — Приложи руку к стойке и озвучь свой запрос. Библиотека сама всё найдет. И да, после прочтения книги надо положить на ту же стойку, тогда они вернутся на полки силами библиотеки, а не мисс Барбатеи.       Девчонка кивнула, явно стушевавшись от недружелюбного тона Валтора. Впрочем, ему было все равно. Рыжая ещё раз поблагодарила его и убежала книжки для проекта искать.       Валтор на это только плечами пожал, сделав мысленную заметку сделать рядом с поисковой стойкой памятку для таких вот рыжих, как поиском пользоваться. Он не нанимался информбюро подрабатывать! — … и всё же, где-то я уже видел похожее лицо…       Не прошло и пяти минут как гулкая дрожь сотрясла воздух библиотеки. А затем начался персональный кошмар Валтора. Устаревшая поисковая система библиотеки сошла с ума.       Полки задрожали, книги с грохотом начали срываться с мест. Какой-то том с проклятиями пролетел мимо головы Валтора, едва не заехав уголком, обитым металом, в глаз мага. Древние манускрипты взвились в воздух, взметая пыль. Надрывный шелест из вихря тысячи страниц сливался в жуткую мелодию.       Древние фолианты с возмущённым шипением выпускали защитные руны, отпугивая всех, кто осмелится их потревожить. Заклинания, веками заключённые в переплетах, просыпались, угрожая сделать очень много нехороших вещей. — Что за… — О нет! — это встревоженный голос Барбатеи прорвался сквозь скрежет ворот архива и шелест книжного вихря. — Редкие книги! Золотые ворота…       Библиотекарь всплеснула руками, хватаясь за голову. Барбатея, сохранявшая спокойствие даже при нашествии студенток, теперь выглядела так, будто готова была лишиться чувств.       Где-то среди книжного торнадо мелькнуло виноватое лицо рыжей. Она спряталась от падающих книг под стойкой поисковой системы. — Тебя же просто просили воспользоваться системой поиска! — рявкнул Валтор, уворачиваясь от особо крупного фолианта. — Я воспользовалась! Она сломалась! — откликнулась рыжая, прижимая кролика к груди.       Валтор тяжело выдохнул, собирая остатки терпения. — Фарагонда! — рявкнул он, обращаясь в пустоту. — Ты уже десять лет обещаешь обновить чары! А я должен разгребать это?!       Он взмахнул рукой, останавливая в воздухе десятки книг, затем жестом отправил их обратно на полки. Волны магии прокатились по помещению, приглушая хаос, но Валтор уже знал — этот день будет долгим. — Э-э… — жалобно протянула рыжая, прижимая к груди какую-то книгу и попискивающего кролика. — Кажется, я что-то сломала?       Валтор закрыл глаза. Сосчитал до пяти. Слишком коротко. До десяти. Всё ещё мало. До пятидесяти. Глубокий вдох. Выдох. Открыть глаза.       Барбатея причитала над разбросанными книгами, вручную собирая тяжеленные тома с отбитыми уголками и треснувшими переплетами.       А Валтор вдруг осознал, что это ему теперь разбираться с этим хаосом. Ему восстанавливать систему. Ему потом чинить и расставлять все книги по местам. И ему за это даже не платят! — Фарагонда, — он повернулся к директрисе, чей цокот каблуков уже звучал в коридоре. — Либо вы немедленно уберёте отсюда эту ходячую катастрофу, либо я её задушу одним из ваших уставов. Поверьте, они достаточно длинные.       Рыжая испуганно пискнула, прячась от злого и страшного хранителя архива за директрисой. Сухонькая и невысокая Фарагонда едва ли могла закрыть фею своим телом, но Валтору было не до девчонки. — Думаю нам пора переделать систему библиотечного поиска. — Да неужели?!       Валтор уже собирался выдать ещё что-то колкое, но вдруг застыл, уставившись на один из разворотов с фотографией нимфы Дафны.       Фарагонда, проследив за взглядом чернокнижника отрицательно покачала головой. Валтор прищурился.       Темните, мадам директриса.