Пролог. Часть 2: О, этот парень был волшебником!

Дэн провела рукой по своему лицу, издав приглушенный кожей звук дыхания, прежде чем села и затуманенным взглядом огляделась вокруг, пытаясь узнать время. 6:19 утра. — Черт возьми.. – пробормотала она, прижимая руку к лицу и пытаясь заглушить надвигающуюся головную боль и тошноту. — Дэн? – раздался сонный голос рядом с ней, и Дэн шмыгнула носом, сморщив нос и посмотрев на своего парня. На секунду ей потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, что Мэтт спал в ее, Рене и Эллисон общежитии прошлой ночью, когда он прищурился на нее, немного потянувшись, когда он проснулся окончательно. — Почему ты не спишь? — Не знаю, я с похмелья, как дерьмо, – ответила она и собиралась встать с кровати, когда резко остановилась. Это что... крик? Она обернулась и уставилась на стену, словно могла видеть сквозь нее и в общежития по ту сторону коридора. Мэтт зевнул, садясь и почесывая волосы. — Кто это, как думаешь? Покачав головой, Дэн встала и пошарила в поисках выключателя, ударив его по пути и проигнорировав возмущенный крик Эллисон с другой кровати, когда свет заполнил комнату. Дэн успела сделать себе кружку кофе, когда снова услышала крики, и остановилась, чтобы снова посмотреть на дверь. — Я думаю, это идет из общежития Нила, – сказала она вслух, как раз вовремя, чтобы Мэтт присоединился к ней на кухне и крепко обнял ее со спины, зарывшись лицом в ее шею. – Ты видел, как они пришли вчера вечером? – спросила она, поворачиваясь в его объятья. — Не знаю, мне было все равно, – рассеянно сказал он, начиная покрывать поцелуями ее кожу, и она закатила глаза. Но она не оттолкнула его, даже когда схватила его за шею и сказала: — Серьезно, я встревожена. Это похоже на крик ребенка. — Ты обычно такая, – раздался легкий голос, и Дэн посмотрела на дверь в другую комнату, где стояла Рене, выглядя уставшей, – Встревоженная, я имею в виду. Эллисон как раз присоединилась к ним в гостиной, выйдя из ванной и вытирая рот, словно ее только что вырвало, а Дэн бросила в нее бутылку Экседрина, не отрывая глаз от двери, словно, если смотреть достаточно долго, если слушать достаточно долго, она могла понять, какие неприятности затевают ее товарищи по команде на этот раз. — Пойду постучу в их дверь, – решила она, наконец, высвобождаясь из объятий Мэтта. Он и так уже некоторое время назад перестал ее целовать и теперь лениво дремал у нее на плече, даже если ему приходилось довольно неловко наклоняться, чтобы это сделать. Мэтт со скулежом плюхнулся на стойку и позволил Рене оттащить себя к дивану, пока Эллисон передавала им двоим бутылочку Экседрина. Дэн оставила дверь открытой, когда она как раз проходила через коридор и начала тихонько стучать в комнату, которая, как она знала, была общежитием Нила (а также Кевина, Эндрю, а часто и Аарона с Ники, хотя теперь они оба технически делили свое собственное общежитие с Мэттом). — Ребята? – позвала она довольно тихо. Подойдя ближе, она поняла, что именно из этой комнаты доносился весь шум, но ей все равно не хотелось будить других студентов. — Ребята, – позвала она снова, когда не последовало никакого ответа, и вдруг шум внутри стих. Она подождала секунду, а затем раздался громкий грохот изнутри комнаты и еще несколько расстроенных криков, прежде чем снова воцарилась тишина. Она не могла избавиться от ощущения, что голоса звучали как у детей, а не как у трех (возможно, пяти) двадцатилеток, которые должны были там находиться. Дэн открыла рот снова, как раз когда дверь щелкнула и распахнулась, чтобы показать 4-футового ребенка с коричневой кожей и копной темных, вьющихся волос на голове. Ее рот тут же закрылся, а затем снова открылся, когда она осознала то, что увидела. — Кто ты? Ты знаешь, где моя мама? – спросил ребенок. — Спроси ее о моей! – раздался изнутри другой голос, и медленно, медленно, словно она даже не хотела знать, Дэн подняла глаза от первого ребенка, чтобы заглянуть за него в комнату. С того места, где она была, она не могла много видеть, но она увидела маленькую головку, высунувшуюся из-за дивана, а затем она уставилась в пару подозрительно знакомых карих глаз. — О, Боже... — Дэн, неужели все они, о-о-о, Боже мой.. – раздался голос Мэтта у нее за спиной, и маленький мальчик, все еще стоявший в дверях Монстра, поднял глаза, поднял глаза, чтобы посмотреть на Мэтта. — Ты... знаешь, где моя мама? – снова спросил он, немного нервно, и нерешительно отступил назад, слегка прикрыв дверь и выглядя так, будто собирался закрыть ее полностью. Мэтт, не заметив другого мальчика за диваном, опустился на колени перед первым ребенком. — Привет, – сказал он, таким образом преодолевая любые сомнения. — Я Мэтт! Как тебя зовут? – спросил он, хотя было ясно, что он хотел узнать, где Эндрю, Кевин и/или Нил. — ...Ники... – сказал мальчик. У Мэтта немного отвисла челюсть, но он поднял ее с удивительной легкостью. Дэн подозревала, что он, несмотря на то, что у ребенка было такое же имя (и лицо), как у одного из их сокомандника, не совсем пришел к тому же безумному выводу, к которому пришла она сама. — О! – сказал он, улыбаясь. — Эм, Ники, ты знаешь, где находятся люди, которые здесь живут? Эндрю, Нил и Кевин? — Кевин там, – сказал Ники, поворачиваясь и указывая дальше в общежитие. — Другие, возможно, те, кого вы ищете, но они не скажут мне своих имен, – сообщил он, скрестив руки. Доброта Мэтта, казалось, отогрела ребенка, хотя он немного съёжился под потрясенным взглядом Дэн. В ответ на слова Ники брови Мэтта нахмурились, и он согласно кивнул. — Те... другие... – повторил он. — Да. Ты знаешь, где моя мама? – спросил он в третий раз. — Или мой папа, – добавил он с некоторой грустью. Мэтт почти ответил, но тут позади них раздался скрип дверных петель, и Рене присоединилась к ним через зал. Дэн обернулась, чтобы посмотреть на ее реакцию, но ее почти не было. Лицо Рене было тщательно непроницаемым, даже когда она заметила ребенка в дверном проеме. — О, кто это? – сказала она через несколько секунд. Ангельская улыбка появилась на ее лице, когда она говорила, но это было отрепетировано. Она была так же растерена, как Дэн и Мэтт. — Я Ники, пожалуйста, скажи мне, где моя мама? – закричал он, теперь уже в отчаянии, и тут рядом с Ники появилось еще одно лицо. — Аарон №2 спрятался под кроватью, – торжественно сообщил он Ники, и когда он повернулся лицом к трем взрослым, челюсть Дэн отвисла еще больше, если это вообще возможно. Перед ней стоял ребенок, которому не могло быть больше 6 лет, но с такой же татуировкой на щеке, как у их Кевина Дэя, только эта была выцветшей и размазанной, как будто ее написали маркером и ее отчаянно нужно было перерисовать. У него были ярко-зеленые глаза и темные волосы, и, несмотря на то, что он выглядел моложе, он был почти такого же роста, как Ники. Мэтт моргнул. — Аарон... Аарон №2? – спросил он, выглядя несколько испуганным. — Ну, он не хочет называть нам своего имени! – фыркнул Кевин. — И он выглядит точь-в-точь как Аарон №1! Как нам его называть! Кто ты? – потребовал он дальше, обращаясь к Мэтту, и Мэтт уставился на него, все еще стоя на коленях и теперь, наконец, придя к выводу, к которому Дэн пришла несколько минут назад. — Рене? – спросила Дэн немного рассеянно. — Хм? – ответила она, голос ее был таким же напряженным. — Позвони тренеру.