День 3.

В ночной кошмар Хван Мин Со просачивается противная мелодия, и девушка вынужденно распахивает глаза, из-за чего вскоре оказывается ослеплена ярким светом, пробивающимся сквозь окна спортивного зала. Внутри помещения стоит духота, а на улице, несмотря на ранее время, температура воздуха уже успела перевалить за двадцать градусов — настолько беспощадное было солнце. Однако, насколько бы тёплой и комфортной не казалась погода, в пределах здания сейчас царила совершенно иная атмосфера... Учащиеся поочерёдно приходили в сознание, и первым, на что они невольно обращали внимание, оказывались лежащие по периметру спортивного зала тела одноклассников. Подростки, ещё не успевшие до конца осмыслить происходящее, были бессильны перед подступающими слезами. Вскоре помещение заполонили чужие тихие рыдания и всхлипы — звуки, ставшие привычными в условиях новой реальности. Девушка, стараясь не отвлекаться на одноклассников, начинает подниматься с пола. Она невольно мычит от неприятной ломоты, возникшей во всём теле после сна на твёрдой поверхности. Тупая боль распространялась при любой активности и напряжении мышц, однако даже это не помешало ученице подняться на ноги. Первым делом она, оглядевшись, окончательно убедила себя в том, что ничего не изменилось со вчерашней ночи, и, к сожалению, всё случившееся накануне не оказалось жутким сном или галлюцинацией... — Мин Со? — Слышится хриплый голос со стороны. — А? — Девушка, вздохнув от неожиданности, лишь к этому моменту замечает стоящего неподалёку брата. Поначалу подростки молча смотрят друг другу в глаза, словно намеренно держа многозначительную паузу, которая позволяет им окончательно убедиться: происходящее более чем реально. — Ты в порядке? — Ты в порядке? — Одновременно с собеседницей интересуется Ким Джин Ха, после чего губы родственников трогают едва заметные, но оттого не менее искренние улыбки. — Я цел. — Тоже. — Кивает ученица, осознавая, что ответ «всё хорошо» будет максимально неуместен. В подобной ситуации просто невозможно чувствовать себя хорошо. — Ён У?! — Вдруг раздаётся взволнованный крик, сиюминутно привлекающий внимание всех присутствующих. — Нам Ён У! Им Ын Чхан, склонившийся над бездыханным телом, хватается за чужие плечи и начинает безостановочно трясти друга, предпринимая безуспешные попытки разбудить его. Никогда прежде юноша не выглядел настолько напуганным, а его отчаяние тем временем медленно передавалось одноклассникам, что при виде подобной картины невольно покрывались мурашками. Хван Мин Со, вскоре уведя взгляд в сторону, начинает качать головой, стремясь притупить своё яркое воображение и выгнать из сознания такое возможное разветвление событий, в котором погибает Ким Джин Ха... Невольно возникает вопрос: как девушка отреагировала бы на смерть брата? И ученица, ощутив неожиданную щемящую, вызванную неоправданным чувством вины боль под рёбрами, отказывается даже просто представить расклад, в рамках коего сводный погибает. Благо, вскоре размышления в малоприятном русле прерывает протяжная сирена, раздавшаяся из динамиков громкоговорителя.

«Нам Ён У был убит мафией.»

«Нам Ён У был мирным жителем.»

«Перед окончанием голосования комиссар применил свою способность.»

— Нет-нет-нет! — Взвывает Ын Чхан, уже не стремясь сдерживать слёзы и позволяя влаге выступить на глаза. Его громкий, пронзительный голос сильно дрожит, что вызывает у некоторых присутствующих сочувствие и ощущение, словно грудь стянули тугие ремли: тяжело было сделать глубокий вдох. — Ён У, пожалуйста, очнись... — Послушай, Им Ын Чхан, тебе... — Почти шепчет Юн Со, осторожно поступая чуть ближе к убитому горем однокласснику. — Заткнись! — Рявкает собеседник, сначала нехотя отстраняясь от тела друга, а далее неожиданно быстро вскакивая на ноги. Его внимательный взгляд сразу нашёл среди прочих лицо президента класса, и в глазах юноши сверкнул гневный огонёк. — Ким Джун Хи! Это всё из-за тебя, тварь! — Ты совсем поехавший? — Встревает Со Ми, обращаясь к разъярённому учащемуся, что сейчас подозрительно уверенно приближался к старосте. Девушка встала на чужом пути, намереваясь остановить подростка, но тот лишь нагло отпихнул неприятельницу в сторону. — Эй, придурок, успокойся уже! — Всё из-за тебя... — Бормочет Ын Чхан, даже не думая о возможности отступить. Он намерен был отомстить за чужую смерть, и настрой парня отличался своей почти пугающей решимостью. Лишь в последний момент, когда одноклассников отделяло друг от друга чуть менее двух метров, взбешённого юношу оттащили в сторону. — Сука, пусти меня! Отвалите! — Уймись уже, идиот. — Шикает Ко Кён Джун, отталкивая от себя собеседника. Напряжение, зародившееся между ними, едва ли не стало осязаемым после первых нескольких секунд зрительного контакта. — Как я, по-вашему, должен успокоиться?! — Ученик тычет в сторону президента класса, не стесняясь своего до неприличия громкого крика. — Это же он заставил нас всех сдать телефоны! Если бы мы все вчера прислушались к Ли Джу Ён или Хван Мин Со, то не стали ночёвать здесь, и тогда Ён У остался бы жив! Девушка, услышав среди остальных нарочно игнорируемых ею слов своё имя, мгновенно напрягается. Она глубоко выдыхает, почти сразу усмиряя недовольство, направленное в сторону говорящего. Теперь, вероятно, у многих в памяти всплыл пережитый инцидент и вчерашнее двоякое поведение ученицы, которая сначала публично поддержала идею, а затем бесцеремонно пошла наперекор общему плану. — Да что ты вообще несёшь? — Тянет шокированная услышанным Ким Со Ми, мысленно борясь с желанием отвесить однокласснику пощёчину. — А вдруг он прав? — Влезает в разговор Чхве Ми На, утерев слёзы рукавом рубашки и принявшись заламывать пальцы от переизбытка испытываемого стресса. — Это ведь Джун Хи настоял на том, чтобы мы все сдали телефоны! И если бы не эта идея, Ли Джу Ён... она... — Ким Джун Хи как лучше хотел, а вы только обвинять его в состоянии! — Вступается вице-президент, с явным презрением косясь в сторону говорящей. — Может, он сам ответит?! Столько людей из-за него погибло... Наверное, стоит хотя бы извиниться, разве нет? — Вновь вспыхивает без того рассерженный Ын Чхан, кивая в сторону потерянного и разбитого услышанным старосты. Президент класса, не по своей воле приковав к себе внимание толпы, тут же делает шаг назад. Юноша был бессилен перед чужими обвинениями, и они били по нему гораздо сильнее, чем скребущие на душе кошки. Особенно очевидна стала боль, испытываемая Ким Джун Хи, когда тот поднял на одноклассников блестящие на свету и бегающие из стороны в сторону глаза. — Мне жаль, что всё так вышло. — Выдавливает из себя староста. По дрожащему голосу стало ясно, что парень с трудом сдерживал подступающие слёзы. — Простите... Проходит ещё пара мгновений, сразу после которых президент класса, не желая надолго оставаться под множеством посторонних взглядов, торопливо покидает помещение. — Эй! — Кричит ему в спину Им Ын Чхан, далее обращаясь к классу. — Неужели неясно, что он мафия? Зачем иначе было избавляться от мирных?! — Как ты меня раздражаешь, придурок. — Шипит Кён Джун, медленно выходя из-за спины говорящего и в привычном для себя жесте складывая ладони в карманы. — Ли Сон Хва тоже погиб, но он был из мафии. Об этом не хочешь подумать? — Допустим, ты прав, Ко Кён Джун. — Неожиданно вмешивается Чжон Вон, смахивая упавшие на лицо пряди и смиряя одноклассника строгим взглядом. — Но что скажешь в своё оправдание? Почему не сдал вчера телефон? — Не сдал? — Хулиган нагло усмехается, быстро забывая об Ын Чхане и вскоре сосредотачиваясь на новой собеседнице. — Как раз-таки наоборот. — Хорошо, мобильные сдали все, но... каким тогда образом ты умудрился проголосовать раньше остальных? Хван Мин Со, молча наблюдавшая за чужой стычкой, нервно сглатывает и виновато опускает глаза, осознавая: если кто-либо узнает, что ученица была в курсе намерений юноши, то сразу начнёт подозревать её как соучастницу. Абсолютно не хотелось оказаться втянутой в ситуацию, участие в которой может стоить жизни. — Обвиняешь меня, О Чжон Вон? — Юноша вскидывает брови, не стирая с лица неуместную ухмылку. — В таком случае, простите, что я предпочитаю думать самостоятельно и не доверяю свою жизнь сопляку вроде Ким Джун Хи. — Ребят, вы правда именно сейчас решили все рассориться? — Вмешивается в диалог Ли Юн Со, хватая подругу за руку и заставляя её ненадолго прерваться. — У нас ещё много времени до полуночи. Давайте лучше подумаем о том, как нам выбираться отсюда. — Как выбираться? — Шин Сын Бин, прежде придерживающийся молчания, неожиданно подаёт голос. — Мы уже всё перепробовали. Видишь хоть какие-то положительные результаты? — Думаешь, у нас настолько мало вариантов? — Девушка говорила настолько уверенно, что её решительность, кажется, пробуждала в одноклассниках давно погасшую надежду. — Надо отыскать ведущего игры. Кто-то и почему-то же её создал. И все эти объявления... Мин Со, спустив брови к переносице, устремляет взгляд в сторону ненавистного громкоговорителя. Несмотря на то что слова ученицы казались абсурдными, они всё-таки имели некоторый смысл, отчего проигнорировать идею было невозможно. Пусть план слишком наивен, пусть он покажется глупым, но всяко сейчас лучше, чем бездействие и смирение. — Но этим займёмся позже. — Продолжает девушка, сделанным дополнением сбивая одноклассников с толку. — Нужно перенести остальных. — Прости... что? — Откликается вице-президент, не скрывая явного отвращение в голосе. — Это же не то, о чём я думаю? — Мы не можем оставить их вот так, Ким Со Ми. — Отвечает Юн Со, вступаясь за погибших учащихся. — Перенесём их в морозилку. Говорящая поочерёдно смотрит на каждого из присутствующих, только вот её полный мольбы взгляд ускользает от Хван Мин Со. Девушка, внимание которой перехватывает уверенно удаляющееся трио хулиганов, вскоре начинает двигаться в сторону юношей. Её хотели было окликнуть, однако не успели, поскольку ученица подала голос первая: — Ким Джин Ха. — Громко произносит она, вынуждая сводного незамедлительно остановиться и нехотя развернуться. — Далеко собрался? Хулиган, неловко перевалившись с пяток на носки и обратно, уводит взгляд в сторону, понимая: он не сумеет отказать сестре, выручившей его несколькими часами ранее. Один из стоящих позади друзей, тихо смеясь, толкает парня в спину, вынуждая сделать первый шаг вперёд. — Иди давай. — Тянет Шин Сын Бин, вскоре возвращая руки в карманы кофты. — Что насчёт вас двоих? — Продолжает Мин Со, перемещая взгляд с приближающегося Джин Ха на пару расположившихся около выхода одноклассников. — А мы тебе не братья. — Нагло хмыкает юноша, чуть задирая голову при ведении диалога. — Так что... уж нас ни в чём упрекнуть не выйдет. — Серьёзно? — Тянет мало довольная происходящим девушка, скрещивая руки на груди. — Думаете, всё зависит от меня? Или, по-вашему, мне это больше остальных надо? Появите хоть немного человечности. Собеседник выгибает одну из бровей, анализируя сказанное, а заинтригованный чужим разговором Ко Кён Джун делает шаг вперёд, чем окончательно сбивает размышляющего друга с толку. — Сейчас все на равных, Шин Сын Бин, так что, будь добр, забудь о своей гордости. — Добавляет девушка, напротив, постепенно теряя интерес к словесной перепалке. — Лучше помоги перенести тела. — Мин Со права. — Кивает Ли Юн Со, строго глядя на хулиганов. — Если делаем, то делаем вместе.

10 минут спустя.

Не так давно в спортивный зал принесли стопку покрывал, и подростки, не желавшие надолго задерживаться в одном помещении с трупами, вскоре разобрали ткань. Они быстро разбрелись по местности, без особого энтузиазма накрывая погибших учащихся и осторожно перетаскивая их ближе ко входу, откуда тела впоследствии уносили в морозилку. Среди тех, кто занимался поисками, оказалась и Хван Мин Со. Не сказать, что она была в восторге от порученного ей дела, но и отказаться никак не могла: внутренний голос терзал сильнее совести. — «Какой ужас...» — Думает девушка, косясь в сторону Кан Е Вон и неряшливо разворачивая простынь. Ладони неосознанно тряслись при виде окровавленного тела, а движения становились отрывистыми и неуклюжими, отчего ткань тотчас выскользнула из пальцев. — «Криворукая. Блин.» Ученица садится на корточки, нарочно не глядя на лежащий вблизи труп одноклассницы. Она уже готова была вытянуть руку, однако оказалась вынуждена прерваться, так как перед глазами возник знакомый силуэт. — Чего с тобой? — Хмыкает Ко Кён Джун, при приближении которого отбрасываемая юношей тень вытягивалась и медленно накрывала собеседницу. — Нервная какая-то. — Просто переволновалась. — Отмахивается Хван Мин Со, сначала вцепившись в простынь, а далее стремительно подскочив на ноги. Несмотря на то что одноклассница твёрдо обозначила нежелание вести диалог, хулиган, вопреки желанию спутницы, остаётся на прежнем месте. Девушка, старательно игнорируя чужое присутствие, вскоре возвращается к делу. Она скрывает до жути бледное лицо Кан Е Вон тонкой тканью, принимается заворачивать белые концы под тело погибшей. Ученице даже удаётся побороть, казалось, неконтролируемую дрожь в ладонях, однако теперь её сменяет другая проблема: Ко Кён Джун вместе с его нежелательной компанией. — Нравится смотреть, как другие работают? — Возражает Мин Со, ненадолго прерываясь и задирая голову, чтобы заглянуть в глаза юноше. — Или помогай, или уходи. Только не стой над душой. — Ты всегда настолько легко выходишь из себя, что это уже начинает действовать на нервы. — Не к месту улыбнувшись, хулиган делает шаг навстречу. — Мы раздражаем друг друга? Очень мило. — Саркастично хмыкнув, девушка обхватывает ноги умершей и кивает в сторону туловища Кан Е Вон. — Лучше помоги поднять её. — Ну конечно... Через пару мгновений учащиеся отнимают тело одноклассницы от пола и начинают неторопливо двигаться к выходу из помещения. Их напряжённые взгляды дважды пересекаются, но подростки не осмеливаются завести диалог: находящийся в руках труп, признаться, сильно смущал. Благо, уже чуть менее минуты спустя молодые люди укладывают тело погибшей подле ещё троих таких же, укутанных в белые ткани, после чего они быстро удаляются, оказываясь не в силах долгое время находится вблизи с покойниками. — Жуть. — Подытоживает Хван Мин Со сразу после того, как вздрагивает от неожиданно нахлынувших волн мурашек. — Ага. — Ко Кён Джун, запустив ладонь в пряди, взъерошивает волосы. Он поздно ловит себя на мысли, что взгляд уже больше минуты сосредоточен на собеседнице. И, как ни крути, невозможно было не заметить очевидную растерянность, отпечатавшуюся на её лице. — Ты точно в порядке? — А? — Откликается девушка, живо покидая собственные размышления. Лишь к этому моменту она замечает, что на протяжении всей прошедшей минуты постукивала пальцами по бедру(а это действие обычно являлось свидетельством о переживаниях ученицы). Поначалу спутница хотела ответить что-то в роде "Почему тебя вообще это волнует?", однако изо рта вырвалось совершенно иное. — Если честно, то... нет. Юноша, не осмелившись перебить впервые открывшуюся ему одноклассницу, молча выгибает бровь и заглядывает Мин Со в в глаза. Он, не желая усуглябь без того сложное положение, нарочно умалчивает о том, что тревога спутницы была более чем очевидна: она читалась в выражении лица собеседницы. — Слишком странно себя чувствую. Мне как будто... страшно, что-ли. — Наконец продолжает говорящая, полным презрения взглядом огибая помещение и невольно хмурясь, когда в сознании начинают мелькать воспоминания со вчерашней ночи. — Не могу понять, что ощущаю. — То есть? — Переспрашивает одноклассник, прищуриваясь при попытке осмыслить услышанные слова. — Как я тебе скажу, если сама не понимаю, придурок? — Теперь девушка концентрирует внимание на Ко Кён Джуне. — Я просто в растерянности. Вокруг происходит такая херь, что хочется хоть как-то повлиять, но это... невозможно. И безысходность угнетает. — Понял. — Кивает хулиган, пряча ладони в карманах и неловко переминаясь с ноги на ногу. Было желание ответить, поддержать диалог, однако мысли словно нарочно путались, отказываясь складываться в связные предложения. — Ну... всё-таки... почему ты так нервничала? — Отдельная история. — Вздыхает Мин Со, косясь в сторону тел погибших. — Я до сих пор в шоке. Не получается спокойно относиться к чему-либо, находясь в одной комнате с десятком трупов. — Знаешь... — Юноша вдруг усмехается, и его поведение, настроение, появившаяся на лице улыбкой резко контрастируют с напряжённостью спутницы. — Даже не верится, что ты со мной этим делишься. — Идиот. — Девушка, сдерживая тянущиеся в стороны уголки губ, начинает качать головой. — Чему именно ты так удивился? Тому, что это я говорю, или тому, что я говорю это тебе? — Скорее тому, что ты вообще решила поговорить со мной. — Всмысле? — Ухмыляется ученица, косясь на Кён Джуна и медленно спуская брови к переносице. — Забей. — Вскоре отмахивается собеседник, стараясь игнорировать прикованный к себе недовольный взгляд. — Ну естественно... — Вздыхает Хван Мин Со, в привычном для себя жесте скрещивая руки на груди и медленно уводя глаза в противоположную сторону. Молодые люди одновременно замолкают, уступая место навязчивой тишине, сквозь которую изредка просачиваются голоса одноклассников. Девушка, внимательно наблюдая за тем, как последнее оставшееся в помещении тело бережно отнимают от пола и тащат в сторону выхода, начинает неосознанно прикусывать обсохшие губы. Побороть возникший стресс не удаётся: он не отступает даже на фоне слабой боли. Более того, из-за собственного волнения ученица вовсе забывает, что находится сейчас в компании хулигана. Юноша же никак не мог отпустить свои размышления относительно недавнего диалога, уже подошедшего к концу. Вчера Ко Кён Джун вытягивал из Хван Мин Со ответы, а сегодня она сама делилась переживаниями, на мгновение отбросив стёб или сарказм. Приятно понимать, что взаимоотношения подростков постепенно улучшаются и крепнут, однако жутко было осознавать, какой ценой им это давалось.

Час спустя.

Девушка, оперевшись плечом о стену, начинает накручивать прядь на палец от скуки. В некрупном подсобном помещении было слишком душно, отчего волосы прилипали ко лбу, а рубашка — к телу. Хотелось как можно скорее покинуть комнату, однако такой возможности не предоставлялось: подготовленный ранее план уже был обговорён с подругами, подставлять которых не особо хотелось. — Вы уверены, что нам не стоит показать друг другу свои роли? — Неожиданно подаёт голос Мин Со, тотчас привлекая к себе внимание одноклассниц. — Как будто это разумнее, чем простое пустословие. — Снова ты начинаешь? — Откликается Ким Со Ми, смиряя собеседницу строгим взглядом. — У тебя настолько серьёзные проблемы с доверием? — Не накручивай себя, Мин Со. — Поддакивает расположившаяся неподалёку Ан На Хи. — Как знаете. Девушке остаётся лишь безучастно пожать плечами в ответ. Она прекрасно осознавала, что причиной беспокойства были не проблемы с доверием или прочие тараканы в голове, а желание пережить предстоящую ночь, однако так же ученица понимала: спорить со спутницами бессмысленно. Они, как ни крути, останутся при своём мнении, и эта черта характера подруг периодически выводила Хван Мин Со из себя. — Ты уверена, что нам сюда? — Раздаётся приглушённый девичий голос из-за стены. Находящиеся в подсобном помещении подростки напрягаются и затихают, прислушиваясь к чужому разговору. — Кажется... Ну, чем быстрее начнём, тем скорее закончим, да? — Говорит вторая собеседница, стараясь звучать как можно более убедительно. Проходит ещё пара мгновений, после которых ведущая в комнату дверь распахивается, и на пороге появляется растерянная Пэк Ын Ха. Сразу за ней, предварительно толкнув одноклассницу в спину, в подсобку входит Чхве Ми На. Девушка, едва устоявшая на ногах, разворачивается сразу после того, как её ушей доносится характерный щелчок. И она лишается дара речи, когда перед ней возникает компания из четверых подруг. — Эй? — Чужой голос дрожит, выдавая испытываемое беспокойство, а ноги, на миг ставшие ватными, делают по полшага назад. — Чего ты так трясёшься, Ын Ха? — Хмыкает Со Ми, покидая область тени и медленно приближаясь к загнанной в угол собеседнице. По пути вице-президент, освобождая руки, откладывает свой мобильный на один из захламлённых стеллажей. Девушка, отказывающаяся мириться со своим положением, предпринимает попытку побежать к выходу из помещения, однако её весьма грубо отталкивает возникшая на пути Ми На. Ученица падает на пол, после чего, кажется, даже ударяется об одну из полок, однако тупая боль в затылке была сейчас не главной из всех проблем. Телефон выпадает из кармана при падении, и уже через секунду Ким Со Ми, вскоре подняв интересующий её гаджет, начинает демонстративно вертеть находку в руках. — Гляньте-ка. — Тянет она, теряя былой интерес к Пэк Ын Ха, что сейчас отчаянно боролась с неожиданно возникшим головокружением. Хван Мин Со слегка прищуривается, наблюдая за разворачивающейся перед глазами картиной, а далее уводит взгляд в сторону. Её внимание быстро приковывает к себе оставленный без присмотра мобильный, отложенный на стеллаж. План созревает почти мгновенно, и девушка спешит реализовать его, заранее убедившись, что вице-президент полностью отвлечена на одноклассницу. Приблизившись к полкам, ученица бесстыдно подхватывает с металлической поверхности чужой телефон. Раздаётся болезненный стон, больше подходящий на протяжный крик, и тогда Мин Со, желая утолить собственное любопытство, быстро поворачивается в сторону звука. Первым делом она обращает внимание на причину, по какой Пэк Ын Ха столь отчаянно завопила: Чхве Ми На придавила её пальцы кроссовком. И, признаться, попытка узнать пароль выглядела чересчур уж жутко. Далее взгляд останавливается на Ан На Хи, которая, прикрыв рот слабо дрожащей ладонью, уводит взгляд на стену, будучи не в состоянии равнодушно наблюдать за чужими страданиями. — «Не отвлекайся.» — Мысленно корит себя девушка, дважды мотнув головой, чтобы окончательно прогнать из сознания все лишние мысли. Разблокировать телефон вице-президента оказывается довольно просто, ведь на мобильном отсутствовал пароль. Хван Мин Со неоднократно советовала подруге исправить ситуацию, однако Со Ми редко когда прислушивалась к рекомендациям других, что сейчас было даже к лучшему. Ученица достаточно скоро находит среди массы приложений единственное по-настоящему интересующее и сразу нажимает на красно-черную иконку, не внушающую особого доверия. — «Ну давай же...» Всё ужасно лагало: экран перестал реагировать на прикосновения, а приложение вовсе зависло, словно нарочно не позволяя девушке узнать роль одноклассницы. Хван Мин Со была на грани того, чтобы отшвырнуть от себя телефон, однако ей, благо, всё-таки удалось справиться с избытком раздражения. Она осторожно положила гаджет на прежнее место, а затем до ушей долетела фраза, заставившая ученицу покрыться мурашками. — Скучно. Давайте лучше посмотрим её галерею.

Два с половиной года назад.

Девочка, забившись в угол и подогнув ушибленные колени, полными слёз глазами смотрит поочерёдно на всех троих обидчиц. За первые два дня обучения в средней школе она ещё не успела запомнить одноклассниц поимённо, однако их стервозные, мерзкие лица хорошо отпечатались в памяти подростка. Широкие жуткие улыбки пугали Мин Со больше остального... Неужели кого-то могли веселись чужие страдания? — Чего ты скисла? — Подаёт голос Ким На Ри, наклоняясь ближе к своей жертве и хищно прищуривая глаза. — Мы ещё сделать ничего не успели, а ты ноешь. — Ну-ну. — Поддакивает Пак Джи У, язвенно хмыкая. Далее она дёргает подругу за рукав рубашки и протягивает ей найденный на полу мобильный. — Глянь, кстати. — О... Вот так находка. — Девчонка вертит телефон в руках так, словно он не имеет ни веса, ни ценности. Далее она предпринимает попытку разблокировать гаджет, но вскоре разочаровывается, поскольку взгляд натыкается на графический пароль. — Серьёзно? Пароль? Как скучно. — Чего ты медлишь, На Ри? — Встревает Квон Хан Ён, не без раздражения косясь в сторону подруги. Самая решительная девчонка из тройки, сделав шаг вперёд, хватает Хван Мин Со за челюсть и вынуждает её задрать голову. Девочка, испуганно взвизгнув, едва не прикусывает язык от неожиданности. Она вынужденно смотрит в объектив фронтальной камеры, и уже через мгновение у обидчиц появляется доступ к содержимому телефона одноклассницы. — Офигеть! — Восторженно восклицает Джи У, живо делая шаг ближе к Ким На Ри. — А давайте посмотрим её галерею? Ученице, оказавшейся в безвыходном положении, не оставалось ничего, кроме как продолжать тихо хныкать, сидя в углу и стараясь игнорировать тупую боль в коленках. Она даже возразить не смела: не знала наверняка, но примерно осознавала, к чему может привести подобная дерзость. Мин Со хотелось кричать о несправедливости, у неё было желание рвать и метать, ведь иначе невозможно выразить всю обиду, что испытывала девочка. Почему именно она? Ради чего это было сделано? — та пара вопросов, ответы на которые девушка не может найти и по сей день. — Ха, вы только посмотрите на эту фотку! — Хан Ён, захохотав, начинает указывать на экран гаджета, а затем беспардонно тыкать пальцем в сторону одноклассницы. — Ну и уродина. Уродина? Хван Мин Со, услышав брошенное в свой адрес оскорбление, тут же начинает скрывать лицо за дрожащими от волнения ладонями. Она цепляется изгрызанными ногтями за нежную кожу, надавливает ими сильнее, чем стоило хотелось бы, оставляя на щеках и на лбу жгучие царапины. Заполнивший подсобное помещение противный смех, лишь ставший громче вместе с тем, как усилилась чужая боль, заставлял сжиматься от ужаса и страха. В новом классе девочка была никем. Сегодня ей дали это понять.

Настоящее время.

— Прекращайте. — Неожиданно встревает Мин Со, неторопливо подступая к группе одноклассниц. Она тут же приковывает к себе внимание четверых присутствующих учениц, взгляды которых передавали весь спектр возможных эмоций: начиная презрением и заканчивая признательностью. — Снова тебе что-то не нравится? — Откликается Ким Со Ми, нехотя отворачиваясь от Пэк Ын Ха и вскоре концентрируясь на приближающейся собеседнице. — Вы уже узнали, что хотели, поэтому задерживаться незачем. — С прежним энтузиазмом продолжает девушка, останавливаясь напротив подруги и скрещивая руки на груди. — До чего ж ты дотошная-я... — Тянет нагло влезшая в диалог Чхве Ми На, демонстративно закатывая глаза. — А вам, кажется, совсем проблем мало? — Хван Мин Со невольно повышает голос на одноклассниц, однако выражение её лица остаётся по-прежнему бесстрастным. — Чем дольше мы здесь находимся, тем больше шанс оказаться пойманными. Нас станут подозревать в первую очередь, если с Ын Ха что-нибудь произойдёт. — Девочки, может лучше... — Начинает говорить Ан На Хи, в следующий же миг вынужденно прерываясь: вице-президент перебивает ученицу, даже не расслышав её слова. — Издеваешься? Мать Терезу из себя возомнила? Вот уж не смеши. — Язвит Со Ми, горделиво вздёргивая подбородок и кривя губы в раздражённой ухмылке. — Просто придерживаюсь плана. И вы все, кстати, его одобрили. Неужели что-то успело измениться? Строгие взгляды пересекаются, после чего подруги, взбешённые чрезмерной импульсивностью и, напротив, непоколебимой невозмутимостью друг друга, одновременно замирают, ожидая, когда кто-то из них в конечном итоге сдастся. Вице-президент желала скорее продолжить издевательства, приносящие ей определённое удовольствие, а вот Мин Со, напротив, хотела прервать истязания Пэк Ын Ха, при виде которых тело сковывал ужас. Единственная проблема заключалась в том, что ни одна из учениц не намерена была уступать второй. — Господи... — По истечению около двух минут бездействия девушка, ещё раз взглянув на забившуюся в углу одноклассницу, всё-таки находит силы для того, чтобы отпихнуть от себя назойливую Ким Со Ми. — Хватит с меня этого бреда. Она протягивает ладонь Пэк Ын Ха, и та, конечно, с некоторой долей сомнения, но всё-таки осмеливается принять постороннюю помощь. Она быстро поднимается на ноги, а далее не сдерживает сдавленного взвизга, когда цепкие пальцы впиваются в её руку. — Отдай ей телефон. — Обращается Хван Мин Со к вице-президенту класса, дёргая зашуганную спутницу за локоть чуть грубее, чем следовало. — Да на здоровье. — Пренебрежительно хмыкнув, ученица швыряет уже мало интересующий её мобильный в сторону Ын Ха. Конфликт оказывается исчерпан, и тогда пара девушек, не желавших надолго задерживаться в подсобном помещении, спешит покинуть злополучную комнату, игнорируя три пары глаз, что прожигали их постепенно отдаляющиеся спины. Дверь хлопает, сразу после чего Со Ми опрокидывает один из контейнеров с проводами. Пластиковая ёмкость трескается, её содержимое разлетается по бетонному полу, и оказавшаяся поблизости Ан На Хи отскакивает в сторону, не желая попасть под горячую руку подруги. — Как же меня раздражает её сучий характер! — Добавляет вице-президент, косясь в сторону выхода из помещения. Одноклассницы вскоре останавливается за ближайшим поворотом, где Пэк Ын Ха, обречённо взвыв и вытерев последние несколько слезинок с покрасневших щёк, начинает благодарить свою "спасительницу". Ученица выглядела поистине жалко, из-за чего Мин Со становилось тошно, ведь в знакомой она видела себя двумя годами ранее. Неумение постоять за себя, нерешительность, податливость к внешним влияниям — одним словом, слабохарактерность. И это, наверное, самая худшая из существующих характеристик, которую девушке, благо, удалось своевременно побороть. — Иди уже. — Вскоре отмахивается спутница, указывая ладонью куда-то вбок. Долго собеседницу уговаривать не приходится. Она уходит по первой же просьбе, оставляя одноклассницу наедине с собственными мыслями. От сложившейся ситуации ученице было не по себе: Ын Ха столь усердно рассыпалась в благодарностях, даже не подозревая, что Ким Со Ми была лишь исполнителем плана, автором которого являлась Хван Мин Со, ошибочно названная "спасительницей".

23:37.

Уже давно стемнело, однако подростки не допускали мысли о том, чтобы лечь спать. Напротив, учащиеся, несмотря на ранний подъём, до сих пор бодрствовали, не чувствуя даже капли сонливости. Молодые люди, предварительно разделившиеся на небольшие группы и недавно скрывшиеся в своих комнатах, сейчас вели активные обсуждения относительно грядущего голосования. Кажется, во всём ретритном центре была лишь одна девушка, блуждающая по коридорам в гордом одиночестве. Она шла вдоль стены, периодически постукивая ногтями по вертикальной поверхности и заглядывая в некоторые свободные помещения. Конечной точной в её маршруте стал буфет. Если брата не окажется здесь, можно будет официально объявлять тревогу. Хван Мин Со подходит ко входу, и ей навстречу практически вылетает Шин Сын Бин, по выражению лица которого можно было примерно понять состояние юноши, среди которых особенно выделялись раздражение да возмущение. — Вот только тебя здесь не хватало. — С презрением хмыкает он, не задерживаясь на прежнем месте. — Тоже рада встрече, кретин. — Бросает ученица в спину собеседника, что уже в следующее мгновение пропадает из её поля зрения. Девушка проходит в буфет, сразу после чего приковывает к себе внимание двоих находящихся внутри хулиганов. Ко Кён Джун, пробормотав что-то себе под нос, запрокидывает голову на спинку диванчика и рвано вздыхает. Ким Джин Ха, увидев сестру, напротив, живо подскакивает с сидушки. — Ты что здесь делаешь? — Интересуется он, поражённо вскидывая брови. — Не вовремя, да? — Хмыкает ученица, переплетая руки на груди. Она мельком глядит на незаинтересованного чужим диалогом хулигана, устало потирающего переносицу, а далее вновь концентрирует внимание на сводном. — Ким Джун Хи предложил собраться в вестибюле, чтобы обсудить голосование. — Пошёл он нахер со своими идеями. — Неожиданно встревает юноша, отнимая ладонь от лица и несильно ударяя ею о край стола. — Хватило вчерашнего. — Вижу, все сейчас в плохом настроении. — Верно подмечает Мин Со, опускаясь на свободный край дивана. Исходя из ситуации она делает вывод, что сегодняшним утром Кён Джун, разговаривая с ней, ещё был в относительно хорошем расположении духа. — Вас не ждать, правильно я понимаю? — Нет. — Я, наверное, тоже останусь. — Кивает Джин Ха сразу после друга. — Тогда и мне нет смысла идти. Окончательно расслабившись, девушка откидывается на мягкую спинку и прикрывает глаза, позволяя себе на мгновение забыться. Однако уже менее чем через две минуты она вновь начинает говорить, нагло вырывая спутников из их мыслей: — Вы вообще подозреваете кого-нибудь? — Неа. — Отвечает сидящий неподалёку юноша, продолжая прожигать взглядом потолок. — Даже идей нет, кому понадобилось убивать Нам Ён У. Его как будто пустили в расход, потому что не хотели трогать остальных... — Тогда, может, есть смысл обратить внимание на тех, кто в хороших отношениях со всем классом? — Предполагает ученица, нехоля разлепляя веки и быстро находя глазами собеседника. — Серьёзно? И кто же это, по-твоему? — Усмехается хулиган, отнимая затылок от сидушки и глядя в сторону одноклассницы, которая неожиданно теряется из-за заданного ей вопроса. — Ну... Ладно, таких у нас нет. — Хван Мин Со, прогнав в сознании несколько имеющихся вариантов, осмеливается озвучить ещё один: — А что насчёт Ким Джун Хи? Ты вступился за него утром, но всё-таки он слишком... — Не он. — Быстро откликается юноша, пресекая любые попытки приложить доказательства к сказанному. Далее он добавляет уже с большей уверенностью. — Это не староста. — Естественно, тебе ж виднее. — Цокает ученица, губы которой складываются в неуместную мрачную улыбку. — Слушай, если ты такая недотрога, то лучше заткнись и... — Кён Джун практически шипит, едва сдерживая раздражение, вызванное тем, что мнения окружающих, отчасти даже казавшиеся чересчур уж глуповатыми, шли врозь с его взглядами. — Эй. — Ранее придерживающийся молчания Ким Джин Ха, бесстыдно перебив приятеля, смиряет его строгим взором, который вскоре переводит на сестру. — Успокойтесь уже. Нашли, из-за чего собачиться. Подростки, обвинённые в безрассудстве, обмениваются напряжёнными взглядами, нехотя признавая неправоту и напрочь отказываясь извиняться за случившееся. Оба поняли свои ошибки, однако никто из двоих не счёл нужным попросить прощения за проявленную грубость и излишнюю придирчивость. В конце концов подростки, приняв решение провести время в тишине во избежание подобных стычек, отдаются размышлениям на волнующие темы. Погрузившись в собственные переживания, учащиеся начали постепенно терять счёт времени. Мин Со, невольно нахмурившаяся в ответ навязчивым мыслям, вскоре отворачивается от спутников. Она удобно складывает голову на плече, ни на секунду не прекращая думать о сегодняшнем дне. Особенно сильно девушку беспокоила Ким Со Ми, которая пыталась поговорить с подругой о произошедшем в подсобном помещении. Однако результаты приложенных ею усилий оказались неоправданы, ведь беседа никак не клеилась, и последняя фраза в несвязном разговоре осталась за вице-президентом класса. "Ты сильно изменилась." — вот её точные слова, ответа на которые у собеседницы не нашлось. Хван Мин Со тактично промолчала тогда, поскольку прекрасно понимала: она не менялась вовсе. Просто сейчас, осознавая нынешнее положение, ученица не стеснялась облачать своё истинное лицо, изворотливое и хитрое. — Кстати. — Подаёт голос Ко Кён Джун, отталкиваясь от спинки дивана и упираясь локтями в неприлично широко расставленные ноги. — Советую найти себе укромное место на ночь. Потому что здесь вы не останетесь. — Прекрасно... — Одними губами произносит девушка, с явным нежеланием поднимаясь на ноги. Она обращается к брату, глянув на того через плечо. — Пошли. Не будем задерживаться. — Так рано? — Собеседник хватается за телефон и глядит на время. — До полуночи ещё десять минут. — До полуночи всего десять минут, ты хотел сказать. — Сначала Хван Мин Со наблюдает за тем, как сводный недовольно отрывается от нагретого места, а далее обращает внимание на второго ученика. — Не забудь закрыть за нами. Тот лишь молча кивает в ответ, и тогда пара одноклассников направляется к выходу из помещения. Ким Джин Ха тянется по пути, разминая затёкшие мышцы, а плетущаяся позади девушка прожигает внимательным взглядом спину спутника. Юноша вскоре преодолевает порог, даже не замечая, что сестра осталась позади — кто-то схватил её за локоть. Сердце ученицы сжалось от неожиданности, но она сумела сохранить внешнюю бесстрастность. — Эй... — Тихо говорит Кён Джун, наклоняясь ближе к чужому уху. — Без обид, да? — Серьёзно думаешь, что твои слова меня задели? — Откликается собеседница, вполоборота головы глядя на хулигана: он находился непозволительно близко, но это, на удивление, ничуть не смущало. — Поверь, я столькое слышала в свой адрес, что это уже не обижает. — Хорошо... Взгляды молодых людей пересекаются, и они оказываются не в состоянии сдержать ухмылки. — Ты скоро там? — Вдруг тянет Ким Джин Ха, с расстояния наблюдая за сестрой, что подозрительно надолго задержалась в буфете. — Да. — И Хван Мин Со покидает Ко Кён Джуна, даже не удосужившись попрощаться с ним. — Охренеть можно. — Юноша демонстративно закатывает глаза, недвусмысленно намекая сводной на своё недовольство. Он понижает голос перед тем, как осмеливается задать следующий вопрос. — Вы мутите что-ли? — Совсем идиот? — Шикает девушка, живо вскидывая ладонь и в самый последний момент притупляя желание отвесить родственнику подзатыльник. — Лучше бы помолчал. — Да чего ты? — Отвечает тот, уже поднимая руки с целью защититься от чужого удара. — Просто интересно стало. — Придурок... Остаток пути молодые люди проводят в тишине. Им удаётся отыскать комнату для ночлега лишь по истечении двух-трёх минут скитаний по опустевшим коридорам, и по итогу этим помещением оказывается одна из удалённых спален, где одноклассники быстро выстраивают себе надёжную баррикаду подле двери. Лишь убедившись в том, что жизни точно ничего не угрожает, подростки садятся у стены, мысленно подготавливая себя к грядущим неблагоприятным событиям. — Когда они начнут голосовать? Чего медлят? — Взвывает Мин Со, наконец уводя ото рта изгрызанный ноготь. — Аж бесит... — Сам не понимаю. — Откликается растерянный Ким Джин Ха, искоса глядя на часы, минутная стрелка которых была опасно близко к двенадцати. Мыча от бессилия и сковавшего тело напряжения, девушка поджимает ноги, после чего кладёт на колени подбородок. Неожиданно раздаётся сирена, и тогда молодые люди одновременно поворачиваются в сторону входной двери, из-за которой прозвучало объявление:

«До конца голосования осталась одна минута.»

— Твою мать... — Сжав в ладони телефон, ученица бегло оглядывает список класса. — А если они тоже ждут? Может, нам надо проголосовать первыми? Ответить спутник не успевает: жуткий звук раздаётся во второй раз.

«Ким Со Ми проголосовала за Пэк Ын Ха.»

Сердце пропускает удар, но выбора не остаётся — Хван Мин Со, затаив дыхание и вздрогнув от накрывших тело мурашек, всё-таки голосует за одноклассницу сразу после брата. Она чувствовала себя хуже, чем просто паршиво: ещё утром Ын Ха благодарила её за помощь, называла своей спасительницей, а сейчас... она наверняка ощущала невозможное разочарование по отношению к девушке. Но разве можно было говорить о морали, когда на кону стояла собственная жизнь? Дальнейшие оповещения не отличались друг от друга, однако после определённого переломного момента чужие голоса остались устремлены на другого человека.

«Пэк Ын Ха проголосовала за Ким Со Ми.»

«Ли Юн Со проголосовала за Ким Со Ми.»

— Что?! — Не поверив собственным ушам, Мин Со хватается за отложенный в сторону мобильный и перечитывает последние два сообщения, убеждаясь: ей всё-таки не послышалось. — Нет-нет-нет... Было непонятно, что пугало ученицу больше: вероятность лишиться второго по значимости человека после Джин Ха или шанс того, что Пэк Ын Ха может пережить голосование и рассказать остальным о ситуации, произошедшей сегодняшним утром. Девушка помогла однокласснице тогда, однако она проголосовала за неё сейчас, чем крупно подставила саму себя. — Ну почему именно Со Ми? — Раздражённо шипит Хван Мин Со, предпринимая попытку самостоятельно подсчитать голоса. Раз, два три... она сбивается. Раз два, три, четыре... снова потеряла строчку. Раз, два... раздаётся сирена. Девушка задирает голову, и её потерянный взгляд останавливается на воздвигнутой ранее баррикаде.

«Голосование окончено.»

«Пэк Ын Ха, набравшая наибольшее количество голосов(9), будет казнена.»

— Господи... — Хочется выдохнуть с облегчением, но и то сделать не удаётся, ведь в неизбежной смерти одноклассницы трудно было найти успокоение. — Всё хорошо. — Неожиданно встревает сводный, сложив ладонь поверх чужого опустившегося плеча. — Не волнуйся так... Пусть крайне неуверенно, но юноша всё же заключает сестру в едва ощутимые объятия. Впоследствии спутница крепко хватается за его предплечье — единственный жест, в который она умудряется вложить весь шквал испытываемых эмоций: начиная страхом и заканчивая неочевидной привязанностью к некровному родственнику. Так, продолжая придерживаться многозначительного молчания, подростки проводят ещё около минуты. Хван Мин Со глубоко выдыхает, и практически мгновенно раздаётся объявление:

«Пэк Ын Ха была мирным жителем.»

Никто из молодых людей не успевает выругаться: они, едва успев осознать услышанное, словно по щелчку пальца теряют сознание и не успевают услышать последнюю за день сирену.

«Наступила ночь.»