День 4. — 1

Ким Джин Ха, придя в сознание первее сестры, вскоре находит в себе силы подняться с пола и потрясти спутницу за плечи. Она, очнувшись несколько мгновений спустя, нехотя приподнимается на локтях, после чего с трудом разлепляет чувствительные к солнечным лучам глаза. Вечерний полумрак сменился утренним светом, а прежняя прохлада — привычной духотой. У Хван Мин Со начинает усиливаться тупая боль в затылке по мере того, как она лениво поднимается с пола. Очень кстати оказавшийся поблизости брат заботливо придерживает сводную под локоть, помогая ей устоять на ватных ногах. — В порядке? — Интересуется он, далее отшагивая от собеседницы, дабы сохранить стандартную дистанцию между молодыми людьми. — Да... Вроде нормально. — Рассеянно кивает девушка, натягивая на лицо улыбку в знак благодарности за оказанную помощь. — Ты как? — Не лучше. — Хмыкате юноша, после чего напрягается, услышав из-за входной двери протяжную сирену.

«Им Ын Чхан был убит мафией.»

«Ин Ын Чхан был мирным жителем.»

— Господи... — Шепчет ученица, впоследствии обречённо взвывая и запрокидывая голову от бессилия. После услышанного она окончательно запуталась, поскольку в голове никак не укладывалось, кому из класса необходимо было избавляться от пары друзей. Теперь слова Ко Кён Джуна казались ещё более убедительными: одноклассников, по всей видимости, убили именно из-за нежелания трогать остальных. Скудное количество информации позволяло выстраивать фундамент для создания теорий, однако сведений было слишком мало для того, чтобы начать кого-то подозревать. Итак, когда Мин Со приходит к разумному выводу, что сегодня всем следует полностью сфокусироваться на поиске мафии, её отвлекает очередная раздавшая за стеной сирена. Казалось, с предыдущего объявления прошло уже больше минуты, однако в действительности утекло не более нескольких мгновений.

«До закрытия последнего голосования доктор выбрал, кого исцелить. Была выбрана Ким Со Ми.»

Упоминание знакомого имени пробуждает в девушке шквал различных мыслей, из-за бесконечного потока которых ученица невольно напрягается. Неужели доктор — это кто-то из окружения вице-президента? Может ли эта роль принадлежать самой Со Ми? Подругу выбрали после того, как за неё начали отдавать голоса, или уже после? Полностью отданная безрезультатным поискам ответов на мучающие вопросы, Хван Мин Со даже умудрилась пропустить мимо ушей очередное извещение.

«Наступило утро.»

«Участники, определите мафию и начинайте голосовать.»

— Эй. — Голос Джин Ха вырывает спутницу из размышлений неожиданно резко, отчего та вздрагивает. — Чего застыла? — Просто задумалась. — Живо отмахивается девушка, дважды мотнув головой, чтобы окончательно избавиться от назойливых мыслей. — Понял. — Юноша не решается продолжать поднятую тему, поскольку ему не особо хочется раздражать сестру в самом начале дня. Вместо этого он, вскоре перехватив взгляд собеседницы, кивает в сторону двери. — Давай подвинем кровать. Ученица смотрит в сторону выстроенной накануне баррикады, и её тело моментально одолевает мучительная слабость, вызванная нежеланием занимать себя каким-то физическим трудом. Однако вариантов не остаётся — как ни крути, Мин Со оказывается вынуждена составить брата компанию в этом нелёгком деле. Приложив совместные усилия, родственники, благо, быстро сдвигают двухъярусную постель на её прежнее место, после чего они немедленно покидают комнату. Телефоны подростков вибрируют после одновременно пришедшего на них уведомления. Сообщение, отправленное Ким Джун Хи в приложении жуткой игры, гласит: «Подойдите к кухне. Все, сейчас.», и как раз-таки оно определяет дальнейший маршрут молодых людей. На протяжении всего пути девушка придерживается молчания: было ощущение, словно тем для разговора вовсе не осталось. Обсуждать происходящее не хотелось, а обыденные вопросы казались неуместными и отчасти глупыми в сравнении с реальными проблемами. По этой причине одноклассники приближаются к месту сбора в гнетущей тишине. Дверь, ведущая в комнату просторное помещение, настежь открыта, так что подошедшие родственники, несмотря на собственное нежелание, всё-таки лицезреют тело погибшего. Ученица, невольно поморщившись при виде малоприятной картины, бегло оглядывает юношу: его руки раскинуты в обе стороны, лицо побледнело, а подле головы лежала окровавленная тряпка. Только вот орудия убийства нигде не было видно... В нос ударяет мерзкий запах с металлическим послевкусием на языке, от которого девушку невольно начинает тошнить. Однако она, вскоре взяв себя в руки, молча отступает от входа, позволяя остальным любопытным подросткам приблизиться и заглянуть внутрь. — Жуть... — Бормочет находящаяся поблизости Чхве Ми На, заслоняя приоткрытый рот ладонью. Хван Мин Со слегка прищуривается, косясь в сторону подруги, чьё волнение показалось ей чересчур уж неискренним: голос прозвучал равнодушно, взгляд был пуст и безэмоционален. Однако наблюдательница, завидев, как сильно трясутся чужие руки, вскоре убеждается в обратном. Поздно приходит осознание, что не стоит лишний раз накручивать себя и выстраивать какие-то доводы до получения весомых доказательств. Нельзя было приписывать кому-либо причастность к убийству Им Ын Чхана лишь из-за личной неприязни или доли сомнения. Любое сказанное слово имело последствия, и в большинстве случаев они были не самыми благоприятными. — Хватит. — Неожиданно подаёт голос Ким Джун Хи, пресекая чужую неуместную заинтересованность и быстро закрывая дверь, ведущую на кухню. — Не на что тут смотреть. Президент класса огибает взглядом толпу, образовавшую подле него полукруг, а далее шумно вздыхает, собираясь с мыслями. Ученица, прежде равнодушная к происходящему, делает шаг ближе и молча дожидается, когда староста начнёт говорить. — Во-первых... — Наконец произносит он, привлекая к себе внимание присутствующих. — Кто-то должен будет помочь мне перенести Им Ын Чхана. — Я могу. — Откликается Чжин Да Бом, неловко переминаясь с ноги на ногу. Обращённые к нему несколько пар заинтересованных глаз вынуждают уношу окончательно растеряться и увести взгляд. — Хорошо. — Кивнув однокласснику в знак благодарности, юноша спешит вернуться в первоначальной теме. — Во-вторых, я хотел спросить: почему не все присутствовали на вчерашнем голосовании? — А зачем? — Отвечает облокотившийся о стену Ко Кён Джун, исподлобья глядя на президента класса. — Нам даже подозревать некого. Четвёртый день здесь, а до сих пор нихера не можем вычислить мафию. — Нам всё равно стоит держаться вместе и работать сообща. — Вступается за друга Ли Юн Со. — Сообща? — Хмыкает хулиган, после чего скрещивает руки на груди и слегка задирает подбородок, плавно переводя взгляд на новую собеседницу. — Однажды мы уже сделали совместный выбор. Могу напомнить, чем это кончилось. Хван Мин Со, как, в прочем, и все остальные присутствующие, невольно напрягается после услышанного. Чужие слова пробуждают в сознании воспоминания, притупить которые не удаётся, сколько бы девушка не трясла головой. Мелькающие перед глазами фрагменты пережитого кошмара стремительно омрачают без того нахмуренное лицо ученицы. — Так говоришь, будто сдал телефон тогда. — Встревает О Чжон Вон, медленно спуская брови к переносице. Раздражённый неожиданным вмешательством Кён Джун кривит губы, нехотя концентрируя внимание на однокласснице, нагло влезшей в чужой разговор. — Я просто подумал своей головой и, как ни странно, оказался прав. — Хулиган, не к месту ухмыльнувшись, начинает приближаться к ученице. Он осознавал: сейчас не лучшее время для стычек или новых конфликтов, однако промолчать в ответ на замечание было равносильно унижению. — Вчера поступил так же, потому что не хотел участвовать в очередном наивном бреде, который вы наверняка выдумали бы. — Мы, в отличии от некоторых, пытаемся разобраться, а не просто тычем пальцем в небо. — Серьёзно? И на каких тогда основаниях вы за Пэк Ын Ха вчера проголосовали, умники херовы? — Заканчивайте. — Неожиданно произносит староста, прерывая словесную перепалку, медленно, но верно перетекающую в ссору между одноклассниками. Ко Кён Джун, взбешённый нападками Чжон Вон, нервно усмехается и отступает, в то время как сама девушка отводит взгляд, старательно скрывая своё недовольство под маской безразличия. — Я понял, почему вы отсутствовали. На этом закроем тему. Надеюсь, что сегодня все придут на голосование. После слов Ким Джун Хи на толпу опускается гнетущее молчание, однако погрузиться в собственные мысли подростки не успевают, ведь Хван Мин Со спешит продолжить прерванную ранее мысль: — Всё-таки Кён Джун прав. — Юноша, чьё имя было упомянуто говорящей, живо оборачивается, а президент класса невольно щурится, концентрируя своё внимание на ученице. — За все три дня мы не нашли ни одну мафию.Имеются в виду только голосования. Если сегодня не сделаем правильный выбор, то шансы на победу сократятся вдвое. — А какие есть варианты? — Возникает Пак Джи Су. — Пока никаких. — Честно признаётся ученица, вскоре возобновляя свои размышления вслух. — Однако... мы можем попробовать связать смерти Им Ын Чхана и Нам Ён У. — А чего там связывать? — Бормочет задумчивый Ким Джин Ха, цепляя и несильно стискивая пальцами нижнюю губу. Обычно сводный делал так, когда стрессовал. — Они вдвоём были не разлей вода. Только друг с другом, наверное, и дружили. Всем на них плевать было, разве нет? — Именно. — Подхватывает собеседница, наконец уловив идею, какую не могла сформулировать в голове на протяжении прошедших мгновений. — У этих двоих не было ни врагов, ни чересчур близких друзей. Очевидно, их убили, не имея мотива. Сделали это, потому что... — ...не хотели вредить кому-то другому. — Добавляет осознавший чужую мысль юноша, отнимая руки от лица и невольно вскидывая брови. Наконец он понял, что конкретно имел в виду Ко Кён Джун во вчерашнем разговоре с сестрой. И если тогда подобный вариант не стал рассматриваться по причине отсутствия доказательств, то сейчас невзначай брошенная теория окончательно подтвердилась. — А если мы не знаем каких-то подробностей? — Интересуется растерянная Чхве Ми На, поочерёдно оглядывая каждого из говорящих. — Вы не можете наверняка говорить за Ын Чхана или Ён У. — Резве есть другие варианты? — Мин Со, скрестив руки на груди, поворачивается к однокласснице. — Если да, то можешь предлагать. Если нет, то это остаётся нашей единственной зацепкой. Сразу после сказанного девушка теряется: по такой логике выходит, что одна из её подруг со стопроцентной вероятностью является членом мафии. И от осознания этого становилось поистине жутко, ведь отныне без того хрупкое доверие ко всем участницам компании подрывалось. До определённого момента они не убивали друг друга, но теперь учащиеся, каких можно было пустить в расход, закончились, из-за чего необходимо было готовиться к любому развитию событий. — В таком случае, мафии как минимум три. — Подмечает Ли Юн Со, не без волнения оглядывая присутствующих. — Минимум три? — Поначалу Ким Джун Хи недоумевает, однако вскоре он, взглянув на класс, осознаёт, исходя из чего спутницы сделала именно такой вывод. Его окружение, подруги вице-президента класса и трио баскетболистов – вот три группы, на которые делились одноклассники. Юноша, обречённо опустив плечи, хватается за голову и запускает пальцы в волосы, приводя мысли в порядок. — Блин... — Какая же фигня... — Негромко вздыхает Со Ми, чем впоследствии привлекает к себе нежелательное внимание. — Кстати. — Неожиданно громко говорит Шин Сын Бин, пугая остальных своим внезапно сделанным дополнением. — Почему никто не говорит, что до этого дня доктор ещё ни разу не пользовался своей способностью? — А сегодня применил её на Ким Со Ми. — Продолжает Джин Ха, с легким прищуром взглянув на вице-президента. Девушка, упомянутая в чужом диалоге, растерянно смотрит в сторону пары друзей, остановивших на ней свои пристальные взоры. Она хотела ответить, однако не сумела вовремя подобрать нужных слов; когда фраза пришла на ум, влезать в разговор стало слишком поздно. Учащиеся принялись обсуждать возможных кандидатов на роль доктора, а заместитель старосты, по итогу не сумевшая вставить свои пять копеек, неожиданно ощутила дискомфорт. Положение спасла лишь вовремя появившаяся под боком Хван Мин Со. — Ты в порядке? — Интересуется подруга, с недоверием косясь в сторону собеседницы. — Выглядишь нехорошо. — Вот уж спасибо за комплимент. — Хмыкает ученица, демонстративно закатывая глаза, но при том оказываясь не в силах сдержать улыбку. Намерения спутницы были искренними, и это не могло не порадовать. — Нормально всё. — Ладно, прости. Показалось. — Отмахивается вторая, перенаправляя своё внимание на толпу, чьи громкие обсуждения превращались в белый шум на фоне диалога девушек. — И что скажешь насчёт... этого всего? — Думаю, комментарии излишни. — Смерив подростков строгим взглядом, Со Ми хмурится и вскоре вновь концентрируется на однокласснице. — Но всё-таки... у тебя есть предложения, кто мог меня вылечить? — Понятия не имею. Знаю только, что это точно не я. — М-да, на что я вообще рассчитывала? — Но если серьёзно... — Вскоре продолжает говорить ученица. — Кажется, доктор – это кто-то из девчонок. Лично я подозреваю Ан На Хи. — Думаешь? — Тянет вице-президент, мысленно анализируя услышанное предположение. — Вряд ли это она. На Хи обязательно вылечила бы Чан Хён Хо, будь у неё такая возможность. — Тоже верно... — Хмурится собеседница, глядя в сторону подруг, принимающих участие в разговоре с классом. — Кто тогда? Пак Джи Су? — А её кроме себя и Ча Ю Джуна никто больше не интересует. Так что Джи Су тоже можно не рассматривать. — Какие ещё варианты, если не они? По правде говоря, я уже начинаю подозревать тебя... — Ну... — Нахмурив брови, заместитель старосты в очередной раз обращает внимание на класс, и совсем скоро она кивает в сторону одной из одноклассниц. — Что насчёт неё? — Чхве Ми На? — Переспрашивает Мин Со, проследив за чужим пристальным взглядом. — Я не могу со стопроцентной уверенностью сказать, что это именно она... но если доктором всё-таки является кто-то из наших, то Ми На — отличный кандидат. Девушка некоторое время молчит, размышляя над предложением, а далее медленно кивает, восстанавливая зрительный контакт со спутницей. Она хотела ответить, но оказалась перебита старостой и лишь к этому моменту осознала, что прежний гул прекратился, а подростки уже готовились покинуть злополучный коридор. — Соберёмся в одиннадцать. — Говорит юноша, наблюдая за тем, как одноклассники стремительно разбредаются по обеим сторонам коридора. Затем он обращает внимание на стоящего поблизости знакомого. — Да Бом, пошли. — Пойдём? — Интересуется Ким Со Ми, пихая собеседницу в бок. Ученица, растерянно опустив брови, сначала поворачивает голову к подруге, а после отрицательно качает ею, глазами выискивая среди удаляющейся толпы Ко Кён Джуна. «Лучше иди одна» — бросает она невзначай. Уже через секунду взгляды молодых людей пересекаются, и Хван Мин Со, подавив слабую улыбку, пальцем подзывает хулигана ближе. Когда она оборачивается, чтобы попрощаться с вице-президентом, то не находит спутницу на прежнем месте, однако, благо, вскоре замечает её вдалеке: Со Ми, не желавшая лишний раз тратить своё время, всё-таки прислушивается к дельному совету собеседницы и уходит. — Что-то хотела? Неожиданно скоро возникший перед девушкой одноклассник вынуждает её опешить. Кён Джун, внимательно следя за знакомой, чьи ладони никак не могли найти себе место, со вздохом скрещивает руки на груди и чуть скучающе склоняет голову в сторону. Однако, несмотря на внешнюю вдумчивость, внутри баскетболист ликовал: ранее ему приходилось вытягивать из знакомой ответы, вчера она самостоятельно отвечала на некоторые из поставленных вопросов, а сегодня вовсе осмелилась завести диалог первая. Это не могло не порадовать. — Да, хотела. — Отвечает ученица после краткого молчания. Далее она добавляет с недвусмысленным намёком на президента класса и Чжин Да Бома, которые могли ненарочно стать свидетелями их диалога: — Давай отойдём? Хулиган, очевидно, был не в восторге из-за того, как старательно спутница оттягивала диалог и тщательно утаивала его суть. Но любопытство оказывается сильнее; юноша, воздержавшись от лишних вопросов, послушно следует за Хван Мин Со и на протяжении всего пути смотрит на неё до неприличия сосредоточенно. — Итак... — Начинает девушка, едва подростки успевают скрыться за углом. — Что скажешь? — Просто пиздец какой-то. — Признаётся Ко Кён Джун, сосредотачивая внимание на дальней стене очередного коридора, ничем не отличающегося ото всех прочих. — Мне понравилось, что ты признала мою правоту. В остальном... никаких хороших новостей. — Потешила твоё самолюбие, да? — Хмыкает собеседница, моментально возвращая себе строгий вид. — А теперь попрошу ответить серьёзно. У тебя появились подозрения? Или, может, новые идеи? — Понятия не имею, кому понадобилось убивать Им Ын Чхана. Ещё я, кстати, задумался над тем, кто может быть доктором... Ученица заметно замедляется после услышанного. Она переплетает руки на груди и невольно щурит глаза, косясь в сторону говорящего. — Ты. — Отвечает он, оказаваясь не в силах сдержать улыбку после того, как замечает чужую заинтересованность. — Я? — Переспрашивает Мин Со, нервно хихикая и стремительно уводя глаза от лица собеседника, дабы ненароком не наткнуться на его взгляд. — Странное преподложение. Лично я думаю, что это Чхве Ми На. — Бредовая идея. — Хулиган нахально ухмыляется, прекрасно осознавая реакцию спутницы на обращённую к ней критику. Юноше чересчур нравилось выводить одноклассницу на эмоции: это доставляло ему какое-то нездоровое удовольствие. — Ми На трусиха. Она лечила бы только себя, разве нет? — Ага. Тебе виднее, умник. — Девушка цокает, впоследствии демонстративно отворачивая голову в сторону. Несмотря на внешнее недовольство, мысленно она поражается тому, как быстро диалог меняет своё настроение с серьёзного на более легкомысленное... Хотя, может, беспечный настрой был задан ещё с момента, когда Мин Со, нелепо улыбаясь, подозвала знакомого пальцем? — Недотрога. Тебе даже слова лишнего не сказать: сразу дуешься. — Дуюсь? Не смеши. — Старательно игнорируя прикованный к себе взор Ко Кён Джуна, девушка начинает с наигранным интересом пялиться себе под ноги. — Так говоришь, будто сам не бесишься, когда чужое мнение разнится с твоим. — Ого... Мы прямо-таки созданы друг для друга, не думаешь? — Шутливо отвечает хулиган, не сдерживая тянущиеся в обе стороны уголки губ. — И, вообще-то, не я виноват, что в класс набрали одних идиотов. — Слушай, заткнись лучше. — Шикает ученица, обречённо вздохнув и потерев парой пальцев переносицу. — Ты тогда не гунди. — Вскоре юноша останавливается, вынуждая спутницу поступить аналогично. Молодые люди, вставшие посреди коридора, вскоре восстанавливают неоднократно прерванный ранее зрительный контакт. — Больше вопросов не осталось? — А ты всё сказал? — Подхватывает собеседница, подчёркивая своё очевидное недовольство, вызванное чужими подколами. — Так-то, провоцировать тебя я могу бесконечно, но... не думаю, что у нас есть на это время. — Верно мыслишь. Далее между подростками возникает неловкая пауза, однако и та не задерживается надолго, поскольку Хван Мин Со стремительно берёт инициативу в собственные руки. — Увидимся позже, да? — Спрашивает она уже без прежнего презрения в голосе. — Ага. Хулиган одаривает ученицу непривычно тёплой улыбкой, чем вынуждает её растеряться. В ответ он получает несколько неуверенных взмахов ладонью: девушка, давно свыкшаяся с тем, что обычно встречи знакомых обрываются на полуслове, ощущает себя немного некомфортно, когда приходится прощаться с юношей; это, наверное, выглядело крайне неловко со стороны. К тому же, поведение спутника показалось ей... странным? Он всегда таким был, или она заметила только сейчас? — «Я себя накручиваю.» — Мин Со делает глубокий вдох, а затем, напоследок кивнув знакомому, быстро отворачивается. Кён Джун, не оставляя девушку без внимания ни на секунду, остаётся стоять на месте, словно вкопанный. Он невольно хмурится ровно до того момента, пока одноклассница не скрывается за ближайшим поворотом, а сразу после запускает ладонь в пряди и принимается трепать волосы, старательно собираясь с мыслями. Хулиган корит себя за неоднозначное поведение, однако сделать ничего с этим не может, пусть даже знает, каким дураком выступает в глазах окружающих. Виною противоречивых действий была надолго забытая симпатия к Хван Мин Со. Однажды юноша подавил свой интерес, о чём уже успел ни раз пожалеть: игнорируемые чувства вновь очнулись, и сейчас прежде ничего не значащая искра разгорелась до состояния всеобъемлющего пламени. Вообще-то, случись это при других обстоятельствах, Кён Джун был бы только рад затеять игру, главным призом в которой стала бы любовь девушки. Однако в условиях новой реальности хулиган просто-напросто не мог позволить себе подобного безрассудства, ведь в последнюю очередь хотелось, чтобы ученица стала его слабостью. Юноша понимал, что, если он хочет оставаться неуязвимым, необходимо скорее отдалить от себя ученицу и сосредоточиться на поиске мафии. Но отказаться от общения с одноклассницей не получалось, как бы сильно Ко Кён Джун ни старался. Баскетболист старался найти здравое объяснение недоразумению, параллельно с тем игнорируя очевидную истину: Мин Со уже стала его слабым местом. Точнее, она никогда не переставала им быть.

Полтора часа спустя.

Двое учащихся, перекинувшись парой незамысловатых фраз, проходят в спальню и прикрывают за собой дверь, оставляя позади отныне окончательно опустевший коридор. Привычно жаркая погода на улице никак не оставляла в покое: беспощадно палящие солнечные лучи пробивались даже сквозь приоткрытые жалюзи, образуя на стенах чередующиеся полосы света и теней. Подростки, не изменяя обыденности, разбились на небольшие группы. Они заперлись в комнатах, где могли спокойно обсудить друг с другом всё, что успело произойти накануне. Девушка, несколькими мгновениями ранее покинувшая своих подруг, вскоре вышла из душного помещения и позволила себе сделать глубокий, до неприличия громкий вдох. Пустые разговоры, большую часть которых ученица благополучно пропустила мимо ушей, уже давно наскучили. Пора было переставать пустословить и начинать действовать. С мыслью о том, что мафия сама себя не найдёт, Хван Мин Со отправилась в сторону кухни, откуда ещё сегодняшним утром уносили тело Им Ын Чхана. По-началу в коридоре было совсем уж пусто, однако вскоре надоедливую тишину прервали чужие голоса, раздавшиеся из-за двери. До ушей девушки долетали лишь обрывки фраз: «...ничего сказать не... страшно... почему она?..». Ученица, ощутив прилив нестерпимого любопытства, вынужденно прервала свой неторопливый ход, а далее, бегло оглядевшись, приникла к металлической поверхности и напрягла слух. — ...всё отрицаешь. Я считаю, что она мафия. — Возражает Пак Джи Су, даже не пытаясь скрыть своё очевидное недовольство. — Хочешь сказать, что я совсем дура, да? — Нет-нет-нет. — Живо отмахивается Ча Ю Джун, приблизившись, судя по приглушённым шагам, к своей возлюбленной. — Просто Хван Мин Со не кажется подозрительной. — «Я?» — По спине неожиданно пробежались противные мурашки. — Да какая разница?! — Взвизгивает собеседница, несдержанно топая ногой. — Кажется, не кажется... У неё же на лице всё написано! Вспомни, как она на Чхве Ми Ну сегодня смотрела! Девушка, упомянутая в диалоге молодых людей, невольно жмурится и отступает от двери, когда одноклассница переходит на крик. В груди поселяется неприятное чувство, являющееся чем-то средним между негодованием и злостью. С одной стороны, происходящее сильно пошатнуло ученицу, однако обижаться на знакомую тоже не выходило: отношения с Джи Су изначально были напряжённые, а потому она выглядела как та, кто имеет полное право не доверять Мин Со. Их за подруг-то особо никто не считал... — «Блин.» — Появившееся на миг переживание вскоре вытесняется страхом. — «Если не найду никаких доказательств, то на голосовании предложат меня в качестве подозреваемой. Пак Джи Су точно убедит остальных, и тогда я...» Задумываться о неблагоприятных исходах вовсе не хотелось. Сделав глубокий вдох и выдох, девушка вскоре возобновляет свой ход, старательно подавляя мысли, связанные с недавно подслушанным диалогом. Конечно, ничего утешительного разговор одноклассников не сулил, однако совсем без хорошего тоже не обошлось, ведь чужие слова сумели замотивировать ученицу на более качественный поиск улик. В ином случае может увеличится шанс собрать наибольшее количество голосов сегодняшним вечером. Хван Мин Со приблизилась ко входу на кухню, однако не успела даже схватиться за ручку, так как её перебил раздавшийся со стороны знакомый голос. — Какие люди. — Хмыкает Ко Кён Джун, пряча телефон и ладони в карманах олимпийки. — Интересно, почему я не удивлён? — Мне-то как интересно... — Отвечает девушка, нехотя отступая от двери. — Неужели доказательства искать пришёл, умник? — Угадала. — Хулиган подступает ближе и останавливается лишь в тот момент, когда ему приходится наклонять голову, чтобы не прерывать зрительный контакт с собеседницей. — Полагаю, у тебя такая же причина? — Ага. — Одним ловким кивком сбросив с лица лишнюю прядь, спутница в привычном для себя жесте скрещивает руки на груди. Её почти осуждающий взгляд всколь пробегается по остановившемуся напротив юноше. — Но, думаю, лучше мне вернуться позже. — Почему же? — Интересуется одноклассник сразу после того, как хитро прищуривает глаза и позволяет себе неуместную улыбку. — Надеюсь, не из-за меня? — Слушай, просто не задавай лишних вопросов. Мин Со, не желая продолжать тупиковый диалог, спешит отвернуться, но уже через мгновение принуждённо останавливается: кто-то хватает её за руку. Ученица сначала обращает внимание на сомкнутые вокруг своего запястья пальцы, а затем, запросто вырвавшись из некрепкого хвата, глядит на баскетболиста вполоборота головы. — Заканчивай уже. — Возражает Кён Джун, едва заметно хмуря брови. — Если будем работать вместе, то быстрее закончим и точно ничего не пропустим. Девушка по-прежнему молчит. Она даже глазом не повела: вероятно, сейчас её волновали не столько слова хулигана, сколько собственные размышления. Или даже переживания? — Ну так что? — Продолжает юноша, а далее, встретившись с полным презрения взглядом собеседницы, безучастно пожимает плечами. Он делает шаг назад, недвусмысленно намекая на свой грядущий уход. — Ладно. Уговаривать тебя не собираюсь. — Господи... — Раздавшийся впоследствии девичий голос был сильно схож с шипением. Пробормотав что-то себе под нос, Хван Мин Со лениво подаётся навстречу хулигану, ни на секунду не переставая чувствовать раздражение: неясно как, но баскетболист всё-таки сумел расколоть её. — Хорошо. Надеюсь, что обойдёмся без глупостей. — О чём вообще речь? — Усмехается Ко Кён Джун, молча наблюдая за тем, как спутница живо проходит мимо одноклассника и, старательно игнорируя его существование, вскоре скрывается на кухне. Ученица, пройдя в просторное помещение, поначалу даже теряется от обилия мест, в которые можно было спрятать орудие убийства. Пристально рассматривая множественные ящики и коробки, она отчего-то даже не рассматривает тот вариант, что в комнате может вовсе не оказаться никаких улик. — «Здесь просто не могло совсем ничего не остаться. В конце концов, мафия — это простые школьники, а не опытные убийцы...» — Задумывается девушка, приблизившись к металлическому столу и коснувшись ладонью прохладной поверхности. — Постой. — Голос хулигана раздаётся чересчур неожиданно, из-за чего Мин Со невольно вздрагивает. — Около твоей ноги. Видишь? — Чего ты... — Не успев договорить, собеседница натыкается взглядом на окровавленный платок, скорее даже обрывок ткани, какой уже видела несколькими часами ранее. — Это здесь ещё с самого утра лежит. Неужели не видел? — Не заходил сюда. — Отмахивается юноша, быстро концентрируя своё внимание на другом. — Ладно, не будем отвлекаться. — Ага-а. Вскоре растеряв интерес друг к другу, подростки принимаются исследовать содержимое всех попадающихся под руку ящиков. В основном они находили лишь кухонные принадлежности или иные похожие предметы, никак не связанные с убийством одноклассника. Ученица, ранее горящая желанием найти доказательства чего-либо присутствия на месте преступления, теряла былой энтузиазм с каждым последующим открытым шкафчиком, в котором, как и во всех предыдущих, не находилось совершенно ничего полезного. — Блин. — Недовольно бормочет девушка, впоследствии неосознанно сильно хлопая металлической дверцей. Она неприлично громко вздыхает и упирается обеими руками в поверхность столешницы, стараясь всё-таки сосредоточиться на деле, а не корить себя за беспомощность. Более-менее усмирив бушующий в груди шквал эмоций, Хван Мин Со лениво отталкивается от прежней опоры. Девушка, на миг обернувшись, бегло оглядывает сосредоточенного спутника, а затем, стараясь собраться с мыслями, устремляет взгляд на стену перед собой. И совершенно неожиданно её внимание приковывает к себе нечто, что вынуждает ученицу замереть и даже слегка растеряться. Приклеенный к вертикальной поверхности продолговатый магнитный держатель, на котором висит набор ножей, расставленных от наименьшего к наибольшему, не представлял бы из себя ничего интересного, если бы не факт отсутствия одного из приборов. Того, что находился в самой середине возрастающего ряда. Мин Со становится немного не по себе от мрачного осознания: сейчас она стояла на месте, где несколькими часами ранее мафия выбрала себе орудие для убийства одноклассника. Девушка, стремительно уводя взгляд в сторону, возвращается к работе, однако с этого момента перед её глазами безостановочно мелькают фрагменты, выдуманные очень не кстати богатым воображением. Сознание ученицы словно пытается воссоздать ситуацию со стороны, и у него это, вообще-то, почти получается, только вот один из моментов по-прежнему остаётся нерешённым: заместо убийцы Им Ын Чхана мозг видит размытый тёмный силуэт, личность которого по прежнему оставалась для большинства загадкой. — Нашла что-нибудь? — Спешит поинтересоваться Ко Кён Джун, неряшливо задвигая ящик и далее бесстыдно усаживаясь на ближайшую столешницу. — У меня одна херня. — Тоже. Кроме приборов вообще ничего нет. — Обречённо вздохнув, собеседница тоже временно прерывает свои поиски. Она, перехватив чужое внимание, быстро кивает в сторону набора ножей. — Разве что нашла, откуда взяли оружие. — Думаю, это очевидно. Ну и... не настолько уж важно. — Юноша, несомненно, был прав: это очевидно, но оттого не менее жутко. Да и куда вообще мог деться нож после того, как им воспользовались? — Что дальше? Есть честно, я не горю желанием ползать здесь на четвереньках ради доказательств. — Я не знаю. — Честно отвечает Хван Мин Со, а далее, окончательно отчаявшись, уныло опускает плечи. — Тогда, думаю, нет смысла задерживаться. — Подытоживает хулиган, быстро сползая с металлической поверхности. — Скорее всего, нож забрали, так что искать его надо точно не здесь. Шикнув ругательство себе под нос, девушка, всё-таки не сумев совладать с очередной бурей неоднозначных эмоций, несдержанно отшвыривает от себя стоящий поблизости пластиковый стаканчик. Находящиеся в нём столовые приборы тут же разлетаются по полу, гремят и образуют грохот, противный скрежет, от какого наблюдающий за происходящим юноша невольно жмурится. Поначалу он молчит, не прекращая глядеть в сторону одноклассницы, а задать вопрос осмеливается лишь около минуты спустя: — Совсем с ума сошла? — Слушай... — Ученица, кажется, уже готова была оскорбить баскетболиста, однако она, благо, сумела вовремя подавить неожиданно возникшее желание. Сейчас было не лучшее время для стычки. — Ты же уходить собирался? Иди. Только, умоляю, не раздражай. — Теперь я точно не уйду. — Мрачно отвечает Кён Джун, осторожно поступая ближе к собеседнице. — Что случилось? — Ничего. — Ага, оно и видно. — Хмыкает хулиган, остановившись в паре метрах от спутницы и вскоре найдя себе очередную удобную опору. Он молча вслушивался в чужое неровное дыхание, параллельно с тем подбирая слова, которые сумеют успокоить чужие нервы. Жаль только, что на ум вовсе ничего не приходило. — Волнуешься? — Нет. — Отмахивается девушка, понимая глаза к потолку и упрямо поджимая нижнюю губу. — Да. Пойми: твоя упёртость нихрена тебе не даст, Мин Со. — Твоя настойчивость тоже. — Нервно сглотнув, ученица начинает беспокойно перебирать пальцы. Поначалу молодые люди разделяют друг с другом гнетущую тишину, которая норовила кончится скорым уходом юноши, однако собеседница начинает говорить ещё прежде, чем это успевает произойти: — Меня так всё бесит. Особенно... Пак Джи Су. — Она-то что сделала? — Подхватывает баскетболист, косясь в сторону одноклассницы и невольно хмурясь при виде чужого бегающего из стороны в сторону взгляда. — Она подозревает меня. Не спрашивай, откуда я знаю, но будь уверен: информация достоверная. — Крепче вцепившись пальцами в край столешницы, Хван Мин Со останавливает свой растерянный взор на Ко Кён Джуне. — Я волнуюсь, что она может навязать остальным свои предположения. Думаю, очевидно, к чему всё тогда приведёт... — Ты поэтому так вцепилась в этот поиск улик? — Да. Не смогу доказать чью-либо виновность — окажусь среди кандидатов на вылет во время голосования. А умирать тут из-за этой стервы я, знаешь ли, тоже не намерена. — Не умрёшь. — Выдыхает хулиган, вскоре оттолкнувшись от столешницы и глянув на спутницу через плечо. — Давай ещё раз внимательно всё посмотрим. — Ты же, кажется, уходить собирался. — С лёгким презрением в голосе отвечает девушка, прищурившись сразу после того, как глаза останавливаются на знакомом. — Альтруистом себя почувствовал? — Просто подумал, что тебе точно никак не справиться без моей бесценной помощи. — Придурок. — Усмехается ученица в ответ чужому задорному тону, наконец найдя в себе силы выпрямиться. — На благодарность можешь не рассчитывать. — Не бойся, обойдусь без твоего сердечного «спасибо». Губы молодых людей трогают едва заметные улыбки, однако учащиеся тактично скрывают друг от друга секундный прилив хорошего настроения. Они быстро расходятся в противоположные углы просторного помещения, и ещё перед тем, как подростки успевают сосредоточиться на работе, Мин Со спешит поинтересоваться: — А ты, случаем, не смотрел на шкафу? — Тянет девушка, с задранной головой глядя в сторону некрупной щели, образовавшейся между потолком и верхом высокой мебели. — Нет. — Откликается юноша, сначала проследив за пристальным взглядом собеседницы, а затем не постеснявшись задать вопрос: — Серьёзно думаешь, что там будет что-то кроме слоя пыли? — Ну, попытка не пытка. Вскоре отмахнувшись от спутника, ученица в пару широких шагов сокращает расстояние между собой и шкафом. Далее она, бегло оглядевшись, хватается за ближайший стул, спинку которого вскоре подставляет вплотную к металлическим дверцам. — Осторожнее. — Встревает Кён Джун, неосознанно делая шаг навстречу однокласснице. — Слишком ненадёжно это выглядит. — Ничего страшного. Устою. — Пару раз качнув шатающийся предмет мебели, Хван Мин Со, наконец отыскав относительно стабильное положение погнутых ножек, медленно взбирается на сидушку, параллельно с тем ощущая, как при подъёме неприятно трясутся колени. — Господи... — Слушай, а с чего ты вообще взяла, что мафия именно спрятала нож? Почему не забрала? — Продолжает хулиган, внимательно наблюдая, чтобы девушка продолжала удерживать равновесие. — Это даже звучит разумнее. — Да, звучит. — Кивает собеседница, зацепившись пальцами за край шкафа, и, после привстав на носки, она несмело запускает руку в щель, до какой едва дотягивалась. — Но можно было поступить умнее: спрятать орудие убийства, чтобы направить нас на ложный след. В таком случае, ища нож у кого-то из одноклассников, мы бы только зря тратили время. Да и держать у себя оружие... это как-то слишком сомнительно, разве нет? — Ладно, спорить не буду. — Баскетболист, не осмелившись подступить слишком близко к знакомой, останавливается в нескольких метрах от неё. Он продолжает говорить, чуть скучающе оглядев помещение. — Получается, если мы всё-таки найдём нож, то можно считать, что среди мафии есть кто-то не тупой? — Думаю, да. Но я... Блин... — После сказанного следует краткое молчание, сразу по истечении которого глаза ученицы округляются, а брови невольно подскакивают кверху. — Обалдеть! Нашла! Ко Кён Джун, мгновенно откликнувшись на слова спутницы, делает шаг по направлению к говорящей, однако в следующее же мгновение замирает от растерянности. Девушка, вслепую придвинув пальцами незнакомый предмет чуть ближе, обхватывает рукоять и, наощупь определив, что держит в руке кухонный нож, начинает вынимать предполагаемое орудие убийства из щели. Только вот, едва она успевает вытащить на свет окровавленное лезвие, как вдруг неустойчивые ножки стула подгибаются. — Мин Со! — Восклицает юноша, едва ли не подбежав к свалившейся на пол однокласснице. — Блять, ты издеваешься, да? Не убилась? Склонившись над ученицей, что мгновенно сгибается в позу эмбриона, он, несмотря на свои попытки сохранить бесстрастие, всё-таки начинает всерьёз беспокоиться за знакомую. — Твою ж... — Шипит собеседница, кривясь от тупой боли, пронзившей всю правую половину тела. Она даже руки подставить не успела: одна из ладоней бо сих пор крепко сжимала нож, а вторую, принявшую на себя всю силу удара, невыносимо жгло после падения. Сдержав поток ругательств и промычав себе под нос что-то невнятное, девушка отвечает лишь мало время спустя: — Нормально. Цела. — Дура. — Рвано вздыхает баскетболист, а затем, присев подле спутницы, придерживает её под здоровый локоть, помогая подняться на ноги. — Нахер так пугать? — Прям уж ты испугался. Не смеши. — Усмехается Хван Мин Со, осторожно накрывая пальцами ушибленное бедро. — Вот блин... Почти одновременно взгляды подростков останавливаются на крепко стиснутом в девичьей руке ноже, лезвии которого покрыто редкими бордово-коричневые каплями давно высохшей крови. — Я же говорила! — Неожиданно подаёт голос ученица, однако в следующий же миг опускает невольно приподнятые уголки губ, осознавая: сейчас не место радости или восторгу. Чужое лицо омрачается, и далее голос звучит уже в разы серьёзнее. — Ну, то есть... Нож мы нашли. Что дальше? — Ага. Не знаю, как он нам поможет, но, думаю, есть смысл попытаться использовать его на голосовании. — Хочешь попробовать расколоть кого-нибудь из мафии? — Постараюсь. Потому что больше вариантов не остаётся. — Хулиган глядит под ноги, и совершенно неожиданно он указывает пальцем куда-то под столешницу. — Ты резинку выронила. Глянь, она около ножки. Растерявшись сразу после чужого замечания, Мин Со начинает хлопать по неглубоким карманам юбки. Разве она вообще брала с собой резинку? Не сумев скрыть негодования на своём лице, девушка оборачивается и замечает на полу аксессуар, при виде которого её тело вздрагивает, словно по нему пропускают электрический разряд.

Вчера.

Компания подруг, очевидно, находилась не в самом лучшем расположении духа. Особенно если учесть, что Им Ын Чхан испортил всем настроение своей утренней истерикой. — И всё-таки, как нам вычислить мафию? — Подаёт голос Ан На Хи, перебирая пальцы при попытке подавить излишнюю нервозность. — Я думала об этом, пока мы переносили тела. — Встревает Хван Мин Со, ловкими движениями пальцев заплетая косичку из тонкой пряди чужих волос. — Предлагаю начать с тех, кто объективно слабее остальных. — В смысле? — Переспрашивает потерянная собеседница, раздражая девушку своей слащавой безобидностью, едва не подходящей на наигранную. — А что неясного? Ну... Условно, Ко Кён Джун нашим провокация не поддастся: слишком упёртый. Ли Юн Со тоже разговорить не получится, потому что О Чжон Вон вечно плетётся за ней хвостиком. А вот кто-то вроде... — Пэк Ын Ха. — Предлагает вице-президент, медленно накручивая на палец волосы. — Да. Мы могли бы надавить на неё, вынудить раскрыть свою роль, или, может, вовсе узнать её самостоятельно... — Ученица на мгновение замолкает. — Если вы согласитесь присоединиться, то я могу придумать план. — Звучит неплохо. — Усмехается Ким Со Ми, с хитрым прищуром глянув в сторону подруги. — Не перестаёшь радовать. — Думаю, работать в команде куда выгоднее, нежели в одиночку. — Улыбается та в ответ, а затем, оглядев получившуюся тонкую косу, обращается к четвёртой находящейся в помещении однокласснице: — Чхве Ми На, давай сюда свою резинку.

Настоящее время.

— Это не моя. — Откликается Мин Со, чувствуя, как к горлу поднимается противный ком. — Не твоя? — Переспрашивает Кён Джун, взгляд которого, метнувшись на спутницу и вскоре обратно к полу, стремительно тускнеет. — Вчера я заплетала Чхве Ми Не две косички. — Стараясь наглядно воссоздать события минувшего дня, девушка обхватывает две ближайшие ко лбу пряди. Её сдавленный голос становится заметно тише. — Вот так, с двух сторон. И... одну из косичек я заплела такой же резинкой... — Чхве Ми На. — Повторяется хулиган, неосознанно хмурясь после одной из многочисленных промелькнувших в сознании мыслей. Ученица, прежде молча стоящая на месте, словно вкопанная, осмеливается податься вперёд, однако её останавливает спутник: он в очередной раз хватает одноклассницу за руку, не позволяя той приблизиться к улике. И если в прошлый раз собеседница отпихнула чужую ладонь, то сейчас она отнеслась к ситуации более терпимо. — Сначала я сфоткаю, окей? А потом подумаем, как поступим с этой резинкой. — Ты же думаешь, что Ми На мафия, да? Я могу понять, так... — Пока я ничего не думаю. — Честно отвечает юноша, перебивая говорящую и вскоре хватаясь за свой мобильный. — У нас целый день впереди. Времени ещё дохера, поэтому не будем торопиться. В ответ — молчание. Молодые люди, на мгновение позабывшие о компании друг друга, отвлекаются на собственные размышления. — «Господи, неужели я такая глупая? Как можно было не замечать настолько очевидных вещей?» — Возникшая в голове мысль заставляет Мин Со усомниться не только в Ми Не, но и во всём остальном своём окружении. Девушка ведь замечала странности за подругой, но успевала, как ей думалось, "вовремя" закрыть на происходящее глаза... Следующая же догадка, скользнувшая в сознания, звучала ещё более бредово: вдруг подросткам удалось бы избежать вчерашней напрасной смерти Пэк Ын Ха, окажись ученица чуть более бдительна? — «Нет, я уже накручиваю себя... Бред какой-то. Да и рано не доверять кому-либо, пока его вина полностью не подтвердилась.» — Слушай, если хочешь, ты можешь идти. — Вдруг подаёт голос Ко Кён Джун, удачно вырывая спутницу из пучины её навязчивых мыслей. — Разберусь тут сам. — Ага, конечно. — Хмыкает Хван Мин Со, прилично отступая от говорящего, однако не спеша покинуть просторное помещение. — Именно так сказал бы член мафии, чтобы избавиться от доказательств в моё отсутствие. — Ну-ну. — Улыбается хулиган, признавая свою неправоту. — Как знаешь. Можешь остаться. Скрывать мне всё равно нечего. А далее, перехватив взгляд собеседницы, баскетболист медленно поднимается на ноги и прячет телефон в кармане. Что ж, он хотел воспользоваться своей способностью комиссара и проверить роль Чхве Ми Ны, однако теперь юноша, по всей видимости, вынужден был на неопределённое время отложить этот момент, ведь недоверие, какое высказала одноклассница, было двусторонним.