Глава 59

Я ​склонил ​голову, ​признавая ​её ​точку ​зрения, ​но ​прежде ​чем ​я ​успел ​ответить, ​Кинвара ​заговорила ​за ​меня: ​ ​— ​Мы ​уже ​обсуждали ​это ​с ​ним. ​Да, ​вы ​сильны. ​Но ​истинный ​Король ​Семи ​Королевств ​должен ​учитывать ​все ​Королевства. ​Исключение ​Дорна ​приведёт ​к ​расколу. ​Это ​необходимо. ​ ​Я ​кивнул. ​ ​— ​Они ​должны ​быть ​частью ​моего ​союза, ​хотя ​бы ​на ​время. ​И, ​как ​вы ​сами ​любезно ​заметили, ​репутация ​Арианны ​сомнительна, ​что ​делает ​Маргери ​гораздо ​более ​подходящей ​королевой… ​как ​только ​наступит ​подходящий ​момент. ​Если ​вы ​понимаете, ​о ​чём ​я. ​ ​Я ​заметил, ​как ​глаза ​Оленны ​сузились, ​когда ​она ​обдумывала ​мои ​слова. ​ ​Она ​поняла ​подтекст: ​публично ​я, ​возможно, ​не ​смогу ​сразу ​объявить ​Маргери ​своей ​будущей ​королевой, ​пока ​не ​уляжется ​пыль. ​Но ​неофициально ​обещание ​было ​бы ​дано. ​ ​Если ​я ​захвачу ​трон, ​если ​всё ​пойдёт ​по ​плану… ​зачем ​мне ​выбирать ​менее ​подходящую ​невесту, ​если ​передо ​мной ​будет ​умная ​роза? ​ ​Но ​в ​то ​же ​время ​Оленна ​Тирелл ​была ​осторожной ​женщиной. ​Она ​могла ​не ​согласиться. ​ ​Это ​был ​шанс ​пятьдесят ​на ​пятьдесят. ​ ​Она ​могла ​отказаться ​из ​предосторожности, ​опасаясь, ​что ​без ​твёрдого ​брачного ​союза ​альянс ​останется ​шатким. ​ ​Но ​с ​другой ​стороны, ​она ​могла ​принять ​это ​условие, ​рассчитывая ​на ​то, ​что ​её ​внучка ​сумеет ​привязать ​меня ​к ​себе. ​ ​Оленна ​сама ​когда-то ​соблазнила ​своего ​мужа ​и ​уговорила ​его ​на ​брак, ​а ​в ​Маргери ​она, ​несомненно, ​видела ​себя. ​ ​Я ​был ​уверен, ​что ​Оленна ​верила: ​Маргери ​сумеет ​соблазнить ​нищего ​короля. ​ ​Поэтому ​я ​не ​мог ​точно ​сказать, ​что ​она ​выберет. ​ ​Оленна ​слегка ​сместилась ​на ​сиденье, ​и ​её ​недовольство ​проявилось ​в ​едва ​слышном ​скрипе ​дивана. ​ ​— ​Мне ​не ​нравится ​этот ​подвешенный ​статус, ​скажу ​тебе ​прямо, ​— ​резко ​произнесла ​она. ​— ​Но ​я ​вижу ​смысл ​в ​твоей ​стратегии, ​принц. ​Сотрудничество ​с ​Дорном ​укрепляет ​твои ​претензии. ​ ​— ​Но, ​когда ​ты ​утвердишься ​на ​троне, ​ты ​не ​забудешь ​о ​долге ​перед ​Хайгарденом, ​не ​так ​ли? ​Тиреллы ​не ​потерпят, ​чтобы ​их ​обманули ​и ​лишили ​заслуженного. ​Когда ​придёт ​время, ​Маргери ​займёт ​положение, ​которого ​достойна. ​Мне ​нужно ​твоё ​слово, ​что ​она ​родит ​твоего ​наследника. ​ ​В ​комнате ​повисла ​хрупкая ​тишина. ​Я ​сохранил ​максимально ​искреннее ​выражение ​лица. ​ ​Наследник? ​Ну, ​удачи ​с ​этим. ​Я ​сдержал ​улыбку. ​До ​атаки ​Станниса ​оставались ​ещё ​месяцы, ​а ​к ​тому ​времени ​не ​только ​мой ​дракон ​станет ​больше, ​но ​и ​я ​сам… ​хех. ​Я ​смогу ​сам ​выбрать, ​кто ​станет ​моим ​наследником. ​ ​На ​самом ​деле, ​когда ​я ​завладею ​троном, ​у ​меня ​будет ​больше ​свободы ​в ​выборе. ​Маргери ​— ​неплохой ​вариант, ​но ​я ​не ​собирался ​править ​всего ​одно ​поколение. ​Дракон ​не ​приносит ​клятвы ​розе. ​Но ​это ​дело ​будущего. ​А ​пока… ​ ​— ​Да, ​— ​сказал ​я, ​закрепляя ​момент ​окончательным ​кивком. ​— ​Даю ​вам ​слово. ​ ​Краем ​глаза ​я ​заметил, ​как ​осанка ​Маргери ​чуть ​расслабилась. ​Хотя ​в ​её ​взгляде ​всё ​ещё ​читалось ​замешательство, ​она ​сильно ​доверяла ​своей ​бабке. ​ ​Кинвара ​перевела ​спокойный ​взгляд ​с ​меня ​на ​Маргери ​и ​обратно. ​Между ​тем ​Гарлан ​и ​Лорас ​наблюдали ​молча ​— ​их ​выражения ​стали ​более ​настороженными, ​но ​открытой ​враждебности ​не ​было. ​Леди ​Оленна ​улыбнулась. ​ ​Солнце ​висело ​уже ​ниже, ​его ​золотой ​свет ​мягко ​пробивался ​сквозь ​высокие ​окна ​зала, ​отбрасывая ​длинные ​узоры ​на ​отполированный ​пол. ​Оленна ​Тирелл ​оставалась ​в ​своём ​мягком ​кресле, ​её ​острый ​взгляд ​скользил ​по ​мне, ​Кинваре ​и, ​наконец, ​по ​её ​внучке. ​ ​Маргери ​стояла ​рядом, ​отблеск ​заходящего ​солнца ​играл ​в ​её ​волосах, ​но ​выражение ​лица ​было ​немного ​отстранённым ​— ​будто ​её ​бросили ​в ​глубокие ​воды ​без ​предупреждения. ​ ​— ​Ну ​что ​ж, ​— ​Оленна ​нарушила ​тишину ​лёгким ​хлопком ​в ​ладоши, ​— ​думаю, ​мы ​достаточно ​насиделись, ​уставившись ​друг ​на ​друга, ​словно ​статуи. ​Визерис, ​дорогой, ​у ​тебя ​выдался ​долгий ​день, ​не ​так ​ли? ​Самое ​время ​для ​небольшой ​экскурсии ​по ​Хайгардену. ​Моя ​внучка ​покажет ​тебе ​окрестности, ​а ​после… ​— ​она ​взглянула ​на ​меня ​с ​намёком, ​— ​ты ​сможешь ​отдохнуть, ​привести ​себя ​в ​порядок, ​а ​затем ​мы ​встретимся ​за ​ужином. ​Мой ​сын, ​Мейс, ​должен ​вернуться ​завтра, ​хотя, ​смею ​сказать, ​его ​присутствие ​вряд ​ли ​что-то ​изменит. ​ ​Я ​слегка ​наклонил ​голову, ​пряча ​за ​вежливой ​улыбкой ​невольную ​мысль: ​Хотя ​Оленна ​остаётся ​истинным ​главой ​Тиреллов, ​всё ​же ​полезно, ​чтобы ​Мейс ​при ​этом ​присутствовал. ​Формальности ​имеют ​свои ​плюсы, ​даже ​когда ​все ​знают, ​кто ​держит ​бразды ​правления. ​ ​Маргери ​улыбнулась. ​Улыбка ​выглядела ​тёплой ​и ​отточенной, ​но, ​возможно, ​чуть-чуть ​натянутой. ​Ей ​ещё ​предстояло ​поработать ​над ​этим. ​ ​— ​Конечно, ​бабушка, ​— ​её ​голос, ​как ​всегда, ​был ​сладким, ​но ​после ​короткой ​паузы ​она ​повернулась ​к ​Оленне. ​— ​Но ​могу ​ли ​я ​поговорить ​с ​тобой ​наедине? ​Мне… ​мне ​нужно ​немного ​времени. ​ ​Губы ​Оленны ​чуть ​изогнулись ​в ​едва ​заметной ​улыбке, ​но ​в ​глазах ​мелькнула ​искра ​веселья. ​ ​— ​Ах, ​— ​пробормотала ​она, ​бросив ​на ​меня ​многозначительный ​взгляд ​с ​приподнятой ​бровью. ​— ​Полагаю, ​она ​ещё ​не ​отошла ​от ​моего ​маленького ​сюрприза. ​Надеюсь, ​ты ​понимаешь, ​принц. ​Такие… ​предложения ​порой ​оказываются ​слишком ​неожиданными, ​словно ​камень, ​брошенный ​в ​пруд. ​Особенно ​после ​столь ​неудачного ​первого ​брака. ​ ​— ​Понимаю, ​— ​ответил ​я ​ровным ​голосом, ​хотя ​мне ​было ​любопытно, ​о ​чём ​именно ​хотела ​поговорить ​Маргери. ​ ​Оленна ​не ​стала ​ждать ​моего ​ответа ​и ​уже ​переключила ​внимание ​на ​своих ​внуков. ​ ​— ​Ну ​что ​ж, ​— ​сказала ​она, ​её ​взгляд ​на ​мгновение ​задержался ​на ​Лорасе, ​но ​тут ​же ​скользнул ​дальше, ​остановившись ​на ​Гарлане. ​— ​Гарлан, ​дорогой, ​будь ​так ​добр, ​составь ​компанию ​нашему ​дорогому ​принцу. ​Покажи ​ему ​лучшие ​места ​дворца ​— ​наши ​розы ​всегда ​достойны ​восхищения. ​ ​Лорас ​едва ​заметно ​напрягся, ​но ​промолчал. ​Гарлан, ​который ​был ​гораздо ​более ​сдержанным ​и ​куда ​менее ​драматичным, ​чем ​его ​младший ​брат, ​лишь ​вежливо ​кивнул. ​ ​— ​Для ​меня ​это ​будет ​честью, ​бабушка. ​ ​Оленна ​лишь ​махнула ​рукой, ​уже ​закрывая ​тему. ​ ​— ​Прекрасно. ​Идите. ​Я ​не ​стану ​задерживать ​принца ​дольше, ​чем ​необходимо. ​ ​Кинвара ​плавно ​поднялась ​с ​места, ​её ​алые ​одежды ​струились ​позади ​неё, ​словно ​расплавленный ​шёлк. ​На ​лице ​всё ​так ​же ​играла ​спокойная ​улыбка. ​ ​— ​Тогда ​увидимся ​позже, ​леди ​Оленна, ​— ​сказала ​она. ​ ​Я ​тоже ​встал, ​коротко ​кивнув ​Маргери, ​прежде ​чем ​последовать ​за ​Гарланом ​к ​двери. ​ ​Последнее, ​что ​я ​увидел ​перед ​уходом, ​— ​как ​Оленна ​наклонилась ​к ​Маргери, ​её ​глаза ​лукаво ​сверкнули, ​когда ​она ​что-то ​тихо ​прошептала. ​Что ​бы ​это ​ни ​было, ​слова ​заставили ​лицо ​Маргери ​измениться ​— ​на ​мгновение ​в ​её ​взгляде ​мелькнуло ​удивление. ​ ​Тяжёлая ​деревянная ​дверь ​закрылась ​за ​нами ​с ​мягким ​глухим ​стуком, ​оставляя ​Оленну ​и ​её ​внучку ​наедине.