Глава 91

Он ​открыл ​рот, ​будто ​собираясь ​что-то ​сказать, ​но ​в ​этот ​момент ​по ​каменным ​коридорам ​разнёсся ​пронзительный, ​нечеловеческий ​вопль. ​ ​Это ​был ​звук, ​от ​которого ​кровь ​стыла ​в ​жилах. ​Он ​резонировал ​в ​каждом ​камне, ​пронизывая ​стены ​и ​пол, ​проникая ​в ​самые ​кости. ​ ​Глаза ​мейстера ​Лювина ​расширились ​от ​ужаса. ​ ​— ​Боги ​милосердные... ​Что ​это ​за ​чертовщина?! ​ ​Теон ​резко ​вскочил, ​его ​голова ​дёрнулась ​в ​сторону ​высоких ​окон. ​Но ​на ​этот ​раз ​он ​не ​смотрел ​на ​ворота. ​ ​Он ​смотрел ​в ​небо. ​ ​Сердце ​его ​глухо ​заколотилось. ​ ​Он ​знал ​этот ​звук. ​ ​— ​Ч-что... ​Что ​за ​тварь ​может ​издавать ​такой ​звук, ​мейстер ​Лювин? ​— ​Теон ​обернулся, ​его ​голос ​дрожал, ​но ​он ​уже ​знал ​ответ. ​ ​Он ​слышал ​истории. ​ ​И ​Лювин ​тоже. ​ ​Они ​переглянулись ​— ​и ​бросились ​к ​ближайшему ​окну. ​ ​Теон ​с ​трудом ​справился ​с ​тяжёлыми ​ставнями, ​рывком ​распахнув ​их ​настежь. ​ ​Солнечный ​свет ​хлынул ​в ​зал, ​ослепляя ​на ​мгновение. ​ ​Они ​перегнулись ​через ​подоконник. ​Их ​дыхание ​замерло. ​ ​На ​фоне ​яркого ​неба ​огромное ​крылатое ​существо ​рассекало ​воздух. ​ ​Золотая ​чешуя ​сверкала ​под ​полуденным ​солнцем, ​и ​Визерион ​испустила ​еще ​один ​пронзительный ​крик. ​ ​В ​этот ​единственный ​миг ​Теон ​почувствовал, ​как ​его ​контроль ​над ​Винтерфеллом ​ослабевает ​еще ​больше. ​ ​Я ​направил ​Визерион ​в ​медленное, ​спиральное ​снижение ​над ​внешними ​стенами ​Винтерфелла. ​Порыв ​холодного ​ветра ​хлестнул ​меня ​по ​волосам, ​а ​знакомый ​восторг ​от ​полета ​заставил ​кровь ​в ​жилах ​пульсировать. ​Внизу ​я ​увидел ​разрушенные ​бойницы ​и ​обугленные ​пятна ​— ​явные ​признаки ​того, ​что ​железнорожденные ​Теона ​устроили ​здесь ​беспорядок. ​ ​Санса ​прижималась ​ко ​мне, ​её ​дыхание ​было ​коротким ​и ​частым, ​пока ​древняя ​крепость ​развертывалась ​перед ​нами. ​ ​— ​Ты ​в ​порядке? ​— ​спросил ​я, ​достаточно ​громко, ​чтобы ​она ​могла ​услышать ​меня ​сквозь ​свист ​ветра. ​ ​Она ​кивнула, ​но ​я ​всё ​же ​почувствовал, ​как ​её ​тело ​дрожит. ​ ​— ​Просто... ​видеть ​дом ​с ​высоты... ​— ​она ​сглотнула. ​— ​Я ​никогда... ​ну, ​я ​никогда ​не ​представляла ​себе ​Винтерфелл ​таким ​— ​с ​драконьей ​спины. ​Это ​завораживает ​и ​пугает. ​Но ​я ​рада ​видеть ​свой ​дом. ​Спустимся. ​ ​Я ​направил ​Визерион ​в ​ещё ​один ​круг ​над ​двором, ​высматривая ​железнорожденных. ​Мои ​острые ​валирийские ​глаза ​позволяли ​мне ​видеть ​лучше ​обычных ​людей. ​ ​— ​Вон ​там ​несколько ​человек ​в ​углах, ​— ​сказал ​я. ​— ​Трудно ​сказать, ​свои ​они ​или ​нет. ​Куда ​нам ​садиться? ​ ​Санса ​выпрямилась, ​её ​взгляд ​лихорадочно ​метался ​по ​двору. ​ ​— ​Там! ​— ​указала ​она ​на ​каменную ​секцию ​возле ​разрушенного ​караульного ​дома, ​где ​толпилась ​группа ​вооружённых ​людей ​в ​грубой ​коже ​и ​разнородных ​доспехах. ​Их ​одежда ​ничем ​не ​напоминала ​меха ​северян ​или ​знамена ​Старков. ​ ​Медленная ​улыбка ​скользнула ​по ​моим ​губам. ​ ​— ​Они ​точно ​не ​северяне, ​— ​сказал ​я ​и ​наклонился ​вперёд, ​крепче ​обхватывая ​её ​талию. ​— ​Ладно, ​давай ​навестим ​их. ​ ​Визерион ​отозвалась ​на ​лёгкое ​движение ​моего ​тела: ​сложила ​крылья ​и ​пошла ​вниз, ​опускаясь ​во ​двор ​с ​мощным ​порывом ​встречного ​воздуха. ​Люди ​внизу ​пошатнулись, ​пытаясь ​удержаться ​на ​ногах, ​когда ​их ​настиг ​внезапный ​порыв ​ветра ​и ​драконий ​крик. ​Копья ​с ​грохотом ​упали ​на ​камень. ​ ​— ​Что ​за ​херня?! ​ ​— ​Я ​что, ​слишком ​много ​эля ​выпил?! ​ ​Я ​удерживал ​Сансу, ​когда ​задние ​лапы ​Визерион ​коснулись ​земли. ​Она ​пронзительно ​взревела, ​и ​железнорожденные ​в ​панике ​разбежались, ​половина ​из ​них ​повалилась ​на ​землю. ​Они ​орали ​на ​меня, ​их ​глаза ​были ​полны ​ужаса, ​но ​я ​не ​обращал ​внимания. ​ ​Не ​спускаясь ​с ​драконицы, ​я ​сжал ​талию ​Сансы ​в ​успокаивающем ​жесте. ​ ​— ​Что ​же, ​— ​спокойно ​сказал ​я, ​— ​укажи ​мне, ​кого ​из ​них ​ты ​хочешь ​видеть ​мёртвыми. ​ ​Санса ​вздрогнула. ​Она ​замешкалась, ​затем ​посмотрела ​мне ​в ​лицо. ​После ​мгновения ​колебания ​её ​пальцы ​дрожащей ​рукой ​указали ​на ​тех, ​кого ​она ​узнала ​чужаками. ​ ​— ​Эти... ​— ​прошептала ​она. ​— ​Я... ​я ​не ​знаю ​их. ​Они ​не ​из ​моего ​дома. ​ ​Они ​носили ​доспехи ​железнорожденных, ​но ​Санса, ​похоже, ​не ​заметила ​этого. ​ ​— ​Меня ​это ​устраивает, ​— ​сказал ​я ​и ​поднял ​голову, ​повышая ​голос. ​ ​— ​Дракарис! ​ ​Из ​пасти ​Визерион ​вырвались ​языки ​пламени. ​Рёв ​драконьего ​огня ​заглушил ​истошные ​крики ​железнорожденных. ​Зрелище ​было ​впечатляющим: ​их ​мольбы ​о ​пощаде ​утонули ​в ​бушующем ​пламени, ​и ​весь ​двор ​наполнился ​жаром. ​Люди ​сгорели ​за ​считаные ​секунды, ​превращаясь ​в ​золу, ​которая ​закружилась ​в ​воздухе. ​Смрад ​палёной ​плоти ​обжёг ​мне ​ноздри, ​но ​я ​с ​наслаждением ​впитывал ​триумф. ​ ​— ​Жаль, ​что ​они ​сгорели ​так ​быстро. ​Это ​должны ​были ​быть ​почти ​все, ​но ​некоторые, ​вероятно, ​ещё ​прячутся. ​Позволь ​мне ​сказать ​пару ​слов, ​Санса, ​— ​пробормотал ​я, ​перебрасывая ​ногу ​через ​седло ​и ​вставая ​во ​весь ​рост ​на ​спине ​Визерион. ​ ​Я ​повысил ​голос, ​обращаясь ​к ​северянам, ​выглядывающим ​из-за ​дверей ​и ​разрушенных ​стен: ​ ​— ​Народ ​Винтерфелла! ​Я ​Визерис ​Таргариен, ​законный ​наследник ​Железного ​трона. ​Я ​знаю, ​что ​вы, ​возможно, ​сбиты ​с ​толку, ​но ​не ​бойтесь ​— ​я ​пришёл ​как ​ваш ​союзник. ​Я ​прибыл, ​чтобы ​освободить ​вас ​от ​этих ​железнорожденных ​ублюдков, ​как ​вы ​только ​что ​увидели. ​А ​теперь ​— ​рассредоточьтесь, ​прочешите ​каждый ​коридор, ​каждый ​угол. ​Оставшихся ​железнорожденных ​приведите ​сюда ​живыми, ​если ​возможно. ​У ​меня... ​есть ​для ​них ​планы. ​Во ​имя ​Винтерфелла! ​ ​Волна ​замешательства ​прокатилась ​по ​измождённым ​наблюдателям. ​Большинство ​из ​них ​никогда ​в ​жизни ​не ​видело ​дракона, ​а ​имя ​«Таргариен» ​значило ​для ​них ​врага. ​Шок ​сковал ​их. ​ ​Но ​затем ​Санса ​взяла ​себя ​в ​руки, ​дрожащими ​ногами ​вставая ​на ​спину ​Визерион. ​Я ​удержал ​её, ​чтобы ​она ​не ​упала, ​а ​она ​заговорила, ​голос ​её ​дрожал, ​но ​в ​нём ​звучала ​решимость. ​ ​— ​Послушайте! ​Он ​не ​лжёт. ​Вы ​знаете ​меня, ​я ​— ​Санса ​Старк, ​— ​крикнула ​она, ​поднимая ​подбородок. ​— ​Дочь ​Эддарда ​Старка! ​Слушайте ​Визериса ​— ​он ​здесь, ​чтобы ​помочь ​нам, ​чтобы ​спасти ​Винтерфелл. ​Мой ​брат, ​Король ​Севера, ​отправил ​его! ​ ​Это ​подействовало. ​Северяне ​действительно ​доверяли ​Старкам ​свои ​жизни. ​В ​толпе ​пробежал ​шёпот ​изумления, ​который ​вскоре ​перерос ​в ​прерывистый, ​но ​воодушевлённый ​клич. ​Мужчины ​и ​женщины ​бросились ​прочёсывать ​замок, ​вооружаясь ​всем, ​что ​попадалось ​под ​руку, ​решив ​выловить ​оставшихся ​железнорожденных. ​ ​Я ​следил ​за ​ними, ​пока ​они ​не ​исчезли ​в ​воротах, ​но ​затем ​услышал ​звук ​с ​другой ​стороны. ​Замок. ​Из ​дверей ​одинокой ​фигурой ​вышел ​Теон ​Грейджой. ​ ​Он ​был ​без ​шлема, ​не ​готов ​к ​бою, ​а ​на ​его ​руках ​я ​заметил ​свежие ​ожоги. ​К ​слову, ​ещё ​раньше ​я ​видел ​два ​почерневших ​тела, ​висящих ​на ​воротах. ​Санса ​не ​заметила, ​а ​я ​не ​посчитал ​нужным ​ей ​об ​этом ​сообщать. ​Похоже, ​он ​уже ​убил ​двух ​невинных ​мальчишек. ​ ​— ​Теон ​Грейджой, ​— ​громко ​окликнул ​я, ​и ​Санса ​резко ​повернула ​голову.