Глава 131

Крики ​эхом ​разнеслись ​над ​бухтой, ​пока ​огонь ​перепрыгивал ​с ​корабля ​на ​корабль. ​Дерево ​трещало, ​мачты ​рушились, ​а ​люди ​бросались ​в ​воду, ​что ​внезапно ​закипела ​от ​волн ​зелёного ​пламени. ​ ​За ​горящими ​кораблями ​с ​глухим ​лязгом ​из ​глубин ​поднялись ​гигантские ​цепи, ​поблёскивая ​в ​зловещем ​свете. ​Флот ​Станниса ​оказался ​в ​ловушке ​между ​городскими ​стенами ​и ​пылающим ​барьером, ​который ​невозможно ​было ​прорвать. ​ ​Паника ​охватила ​ряды, ​когда ​капитаны ​осознали, ​что ​застряли. ​Некоторые ​пытались ​развернуться, ​сталкиваясь ​с ​кораблями ​позади. ​Другие ​бросались ​ломать ​цепь, ​но ​лишь ​разбивали ​об ​неё ​свои ​корпуса. ​ ​Дикий ​огонь ​распространялся ​стремительно, ​игнорируя ​законы ​природы, ​словно ​он ​сам ​был ​живым ​существом. ​Корабли, ​что ​казались ​в ​безопасности ​минуту ​назад, ​вспыхивали ​зелёным ​пламенем. ​Огонь ​облизывал ​их ​борта, ​как ​голодные ​змеи. ​Мужчины ​кричали, ​их ​вопли ​заглушали ​даже ​рёв ​пламени. ​ ​Со ​стен ​Тирион ​наблюдал ​за ​всем ​происходящим. ​Зелёное ​сияние ​освещало ​его ​разнородные ​глаза, ​отражая ​разрушение, ​которое ​он ​сам ​и ​вызвал. ​Даже ​Бронн ​выглядел ​потрясённым ​масштабом ​случившегося. ​ ​Бухта ​превратилась ​в ​плавучее ​кладбище ​пылающих ​кораблей, ​отбрасывавших ​зелёное ​сияние ​на ​воду. ​Дым ​поднимался ​густыми ​клубами, ​окрашивая ​небо. ​Крики ​мужчин ​смешивались ​со ​звуками ​пылающего ​дерева ​и ​трескающегося ​корпуса. ​ ​То, ​что ​начиналось ​как ​организованное ​морское ​наступление, ​обернулось ​сценой ​из ​Семи ​Преисподних. ​Люди ​Станниса ​сражались ​с ​врагом, ​которого ​не ​могли ​даже ​коснуться. ​Огонь ​поглощал ​всё ​на ​своём ​пути, ​превращая ​Черноводную ​бухту ​в ​зелёный ​ад. ​ ​Битва ​при ​Черноводной ​началась. ​ ​*** ​ ​Едкий ​запах ​горелых ​волос ​и ​расплавленного ​металла ​наполнял ​ноздри ​Тириона, ​пока ​вдоль ​бастионов ​раздавались ​радостные ​вопли. ​ ​Золотые ​плащи ​гремели ​копьями ​по ​камню, ​их ​смех ​звенел ​от ​возбуждения. ​Внизу ​бухта ​извивалась, ​как ​изумрудный ​змей. ​Корабли ​трещали ​в ​когтях ​дикого ​огня, ​их ​мачты ​тянулись ​в ​небо, ​задушенное ​дымом. ​Тирион ​перегнулся ​через ​парапет, ​чувствуя, ​как ​к ​горлу ​подступает ​тошнота. ​ ​Слишком ​мощно. ​Слишком ​быстро. ​ ​Он ​сам ​готовил ​дикий ​огонь, ​но ​не ​осознавал, ​насколько ​безумным ​окажется ​эффект. ​Это… ​вот ​она ​— ​истинная ​разрушительная ​мощь. ​ ​— ​Они ​бегут! ​— ​закричал ​один ​из ​стражников, ​плюясь ​от ​возбуждения. ​— ​Смотрите, ​как ​ублюдки ​бегут! ​ ​Тирион ​прищурился ​сквозь ​дымку. ​Среди ​плавающих ​костров ​темнели ​силуэты ​— ​люди. ​Сотни. ​Нет, ​тысячи. ​Они ​карабкались ​к ​берегу, ​как ​крысы, ​бегущие ​из ​горящего ​амбара. ​ ​Желудок ​ушёл ​в ​пятки. ​ ​Как-то ​слишком ​много ​этих ​ублюдков ​выжило. ​Как ​тараканы! ​ ​— ​Лучники! ​— ​проревел ​Тирион ​хриплым ​голосом. ​— ​Стрелять ​по ​берегу! ​Живо, ​идиоты! ​ ​Но ​приказ ​пришёл ​слишком ​поздно. ​Фигуры ​уже ​выбирались ​на ​илистые ​отмели ​южнее ​Львиных ​Врат, ​доспехи ​поблёскивали ​в ​адском ​свете. ​ ​Из ​хаоса ​поднялось ​знамя ​— ​пылающее ​сердце ​на ​чёрной ​ткани. ​ ​Станнис. ​ ​Станнис ​Баратеон. ​Маннис. ​ ​Люди ​узурпатора ​двигались ​с ​мрачной ​решимостью ​загнанных ​волков. ​Сердце ​Тириона ​сжалось, ​когда ​они ​выстроились ​в ​неровные ​каре, ​сцепив ​щиты ​и ​двинувшись ​к ​восточным ​воротам ​— ​самой ​слабой ​точке ​обороны ​города. ​ ​Пальцы ​Тириона ​вцепились ​в ​мокрый ​камень. ​Оборона ​Грязевых ​Врат ​— ​жалкая ​пародия: ​гнилые ​доски, ​охраняемые ​зелёными ​мальчишками ​и ​старыми ​седыми ​воинами. ​ ​— ​Мой ​лорд! ​— ​капитан ​Золотых ​плащей ​вбежал ​к ​Джоффри, ​застывшему ​позади ​Тириона. ​Тем ​временем ​городское ​ополчение ​ринулось ​в ​бой ​через ​ворота. ​— ​Плохие ​новости! ​ ​— ​Ч-что? ​— ​его ​племянник ​прокашлялся. ​— ​Что ​случилось? ​ ​Тириону ​тоже ​было ​интересно, ​что ​ещё ​могло ​случиться ​в ​такой ​момент. ​Ответ ​стражника ​не ​заставил ​себя ​ждать: ​ ​— ​Ш-шайки ​с ​Блошиного ​Конца ​— ​они ​сносят ​баррикады ​на ​Улице ​Стали! ​ ​Джоффри ​застыл, ​заикаясь, ​а ​брови ​Тириона ​нахмурились ​ещё ​сильнее, ​чем ​раньше: ​ ​— ​… ​Почему? ​ ​— ​Кто-то ​крикнул, ​что ​ворота ​пали. ​— ​Стражник ​сглотнул. ​— ​Они ​тащат ​сундуки ​по ​переулкам. ​Мебель. ​Трупы ​лошадей. ​Да ​кто ​знает, ​что ​ещё. ​ ​— ​Проклятые ​Семеро. ​— ​Мысли ​Тириона ​метались, ​пока ​настоящий ​король ​этого ​города ​стоял ​в ​ступоре. ​Что ​делать? ​Стоит ​Станнису ​захватить ​караульную ​башню ​— ​и ​город ​захлестнёт ​волна ​паники ​и ​вражеских ​солдат. ​ ​Он ​вцепился ​в ​горжет ​капитана: ​ ​— ​Возьми ​двадцать ​человек. ​Убивай ​всех, ​кто ​встаёт ​на ​пути. ​Всех. ​ ​Капитан ​кивнул ​и ​бросился ​прочь, ​а ​тем ​временем ​каким-то ​чудом ​появился ​Подрик, ​держа ​в ​руках ​вмятую ​кирасу: ​ ​— ​Ваша ​броня, ​милорд! ​ ​Карлик ​отмахнулся: ​ ​— ​Принеси ​мне ​арбалет. ​Быстро! ​Мы– ​ ​Грохот ​металла ​разнёсся ​по ​двору, ​и ​толпа ​Золотых ​плащей ​внезапно ​расступилась, ​пропуская ​Сандора ​Клигана. ​ ​Пёс ​проталкивался ​вперёд, ​на ​его ​побитой ​броне ​отпечатались ​копоть ​и ​кровь. ​Глаза ​метались, ​руки ​дрожали. ​ ​— ​Кто-нибудь, ​налейте ​мне, ​— ​прохрипел ​он. ​— ​Где, ​блядь, ​вино? ​ ​Тирион ​моргнул ​и ​шагнул ​вперёд, ​наблюдая, ​как ​кто-то ​действительно ​протянул ​Псу ​бутылку ​вина. ​У ​него ​дёрнулся ​глаз: ​ ​— ​Может, ​тебе ​ещё ​молочка ​со ​льдом? ​И ​малины ​вприкуску? ​ ​Пёс ​отпил ​глоток ​и ​усмехнулся: ​ ​— ​Жри ​дерьмо, ​карлик. ​ ​Пальцы ​Тириона ​напряглись, ​но ​он ​сдержал ​гнев: ​ ​— ​Ты ​по ​ту ​сторону ​стены. ​ ​— ​Для ​кого? ​— ​перебил ​Пёс, ​взгляд ​метался, ​будто ​он ​искал, ​откуда ​придёт ​угроза. ​— ​Для ​твоего ​драгоценного ​мальчишки-короля? ​Пусть ​сам ​себе ​ищет ​нового ​пса. ​ ​Позади ​раздался ​визгливый ​крик, ​и ​Джоффри ​шагнул ​вперёд, ​лицо ​налилось ​гневом: ​ ​— ​Бесполезная ​шавка! ​Приказываю ​тебе ​выйти ​и ​сражаться! ​Защищай ​меня! ​ ​Голова ​Сандора ​резко ​дёрнулась, ​и ​в ​его ​лице ​что-то ​надломилось. ​Он ​уставился ​на ​Джоффри ​посреди ​этого ​хаоса: ​ ​— ​Защищать ​тебя? ​Черноводная ​горит. ​Половина ​моих ​людей ​мертва. ​Почему ​бы ​тебе ​самому ​не ​схватить ​меч, ​ублюдок? ​ ​Крик ​Джоффри ​взвизгнул ​и ​надломился ​на ​последнем ​слоге: ​ ​— ​Ты ​смеешь… ​Я ​отрублю ​тебе ​голову, ​псина! ​Я– ​ ​— ​Ты ​Королевская ​Гвардия, ​Клиган, ​— ​перебил ​его ​Тирион. ​— ​Люди ​Станниса ​пытаются ​захватить ​город. ​Город ​твоего ​короля. ​Ты ​должен ​сражаться. ​ ​Пёс ​тяжело ​вздохнул, ​слишком ​уставший, ​чтобы ​спорить: ​ ​— ​К ​чёрту ​Королевскую ​Гвардию, ​— ​сказал ​он, ​срывая ​обожжённую, ​наполовину ​расплавленную ​рукавицу ​с ​правой ​руки ​и ​бросая ​её ​в ​сторону. ​— ​К ​чёрту ​город. ​К ​чёрту ​короля. ​ ​Его ​голос ​дрожал. ​И ​дрожал ​так, ​что ​Тирион ​понял ​— ​всё ​кончено. ​ ​В ​рядах ​Золотых ​плащей ​воцарилась ​тишина. ​Даже ​у ​самого ​Тириона ​пересохло ​в ​горле. ​ ​— ​Сандор, ​— ​попытался ​он, ​уже ​мягче. ​— ​Город ​нужда– ​ ​— ​Пусть ​горит, ​— ​зарычал ​Пёс ​и ​протиснулся ​мимо ​них, ​отталкивая ​всех ​на ​своём ​пути. ​Джоффри ​кричал ​проклятия ​и ​приказы, ​но ​Сандор ​не ​обернулся. ​Он ​растворился ​в ​дыму. ​ ​Тирион ​выдохнул, ​дыхание ​сбилось: ​ ​— ​Семь ​преисподних. ​ ​Подрик ​стоял ​с ​кирасой ​в ​руках, ​моргая, ​как ​испуганный ​олень. ​Тирион ​вырвал ​её ​и ​начал ​пристёгивать: ​ ​— ​Ладно, ​Под, ​помогай ​с ​пряжками. ​Быстро.