Глава 145

Она ​застыла, ​сжав ​кулаки, ​дрожащая ​от ​напряжения ​— ​гордость ​боролась ​с ​отчаянием. ​Я ​позволил ​тишине ​повиснуть ​в ​воздухе, ​наслаждаясь ​моментом. ​ ​Потом ​она ​резко ​повернулась ​к ​двери. ​Всё ​было ​предсказуемо. ​Я ​вздохнул. ​ ​Рванувшись ​вперёд, ​я ​схватил ​её ​за ​руку ​с ​такой ​силой, ​что ​наверняка ​останется ​синяк. ​Она ​пошатнулась, ​ахнув, ​когда ​я ​прижался ​к ​её ​губам. ​ ​Без ​нежности ​— ​это ​была ​попытка ​завоевания. ​Она ​застонала, ​и ​ногтями ​царапнула ​мне ​шею, ​оставив ​кровь, ​но ​я ​не ​отступил. ​Я ​швырнул ​её ​на ​кровать, ​её ​коса ​расплелась ​по ​смятым ​простыням. ​ ​— ​Гордость, ​— ​выплюнул ​я, ​откидываясь ​назад ​и ​вытирая ​рот ​тыльной ​стороной ​ладони. ​Кровь ​испачкала ​ткань. ​— ​От ​тебя ​ею ​несёт, ​леди ​Старк. ​Такая ​отчаянная, ​но ​всё ​равно ​колеблешься, ​а ​твоя ​гордость ​уводит ​тебя ​прочь. ​Пришлось ​брать ​инициативу ​в ​свои ​руки. ​Так ​что ​хватит ​строить ​из ​себя ​недотрогу, ​тёща, ​и ​давай ​покончим ​с ​этим. ​ ​Она ​не ​попыталась ​отстраниться. ​Не ​сказала ​ни ​слова. ​Просто ​сверлила ​меня ​взглядом, ​тяжело ​дыша, ​с ​припухшими ​губами. ​Это ​значило, ​что ​она ​приняла ​поражение. ​ ​Свеча ​затрепетала, ​отбрасывая ​ломаные ​тени ​на ​её ​лицо ​— ​статуя ​изо ​льда ​и ​ярости, ​пока ​я ​смотрел ​на ​неё ​с ​усмешкой. ​ ​У ​меня ​не ​было ​особой ​причины ​делать ​это, ​кроме ​как... ​просто ​захотелось ​увидеть, ​как ​непокорная ​Кэтилин ​будет ​умолять ​подо ​мной. ​ ​Дыхание ​Кэтилин ​сбилось, ​когда ​бастард ​Таргариен ​навис ​над ​ней, ​его ​серебристые ​волосы ​сияли ​в ​лунном ​свете, ​словно ​лезвие ​клинка. ​ ​Монстр, ​подумала ​она, ​даже ​когда ​её ​предательские ​глаза ​обвели ​взглядом ​рельеф ​его ​торса ​— ​тугое ​тело ​и ​сила ​мужчины, ​пробившего ​себе ​путь ​к ​власти. ​Не ​могу ​поверить, ​что ​вынуждена ​на ​это ​пойти. ​ ​Его ​усмешка ​стала ​шире, ​будто ​он ​слышал ​каждую ​ядовитую ​мысль, ​бурлящую ​у ​неё ​в ​голове. ​ ​— ​Мне ​нравится ​этот ​взгляд, ​леди ​Старк. ​— ​Его ​большой ​палец ​коснулся ​ямочки ​на ​её ​горле, ​мозолистый, ​но ​аккуратный. ​— ​Вся ​эта ​праведная ​ярость... ​и ​всё ​же ​ты ​здесь. ​ ​Она ​отвернулась, ​уставившись ​в ​треснувшую ​штукатурку ​на ​потолке. ​Ради ​Сансы. ​Ради ​Винтерфелла. ​Ради ​Севера. ​Мантра ​казалась ​хрупкой, ​рассыпающейся ​под ​его ​горячей ​ладонью, ​скользящей ​вниз, ​чтобы ​сжать ​её ​грудь ​сквозь ​шерсть ​платья. ​ ​Его ​пальцы ​сжали, ​вовсе ​не ​нежно. ​ ​— ​Хм. ​Ещё ​упругая ​для ​женщины ​твоего ​возраста, ​— ​пробормотал ​он, ​с ​издевкой. ​— ​Скажи, ​Нед ​Старк ​это ​ценил? ​Или ​он ​был ​слишком ​занят ​молитвами ​своим ​деревьям? ​ ​Её ​колено ​дёрнулось ​рефлекторно, ​но ​он ​поймал ​его ​со ​смехом, ​прижав ​её ​ноги ​своими. ​ ​— ​Ублюдок, ​— ​выплюнула ​она. ​ ​— ​О, ​нет. ​Я ​— ​единственный ​истиннорожденный ​дракон ​в ​этом ​королевстве, ​дорогая. ​— ​Его ​свободная ​рука ​потянула ​за ​шнуровку, ​ткань ​разошлась ​с ​лёгким ​шелестом. ​Холодный ​воздух ​коснулся ​её ​кожи, ​обнажённой ​до ​пояса. ​— ​Но ​ты ​и ​так ​это ​знала. ​ ​Она ​отказалась ​дрожать. ​Отказалась ​показывать ​хоть ​какую-либо ​реакцию. ​Годы ​материнства, ​утрат, ​попыток ​сохранить ​достоинство ​в ​мёрзлой ​земле... ​ничто ​не ​защитило ​её ​от ​грубого ​голода ​в ​его ​взгляде. ​ ​Его ​ладонь ​скользнула ​вверх ​по ​рёбрам, ​большой ​палец ​обвёл ​сосок, ​пока ​тот ​не ​затвердел ​под ​его ​прикосновением. ​Предательская ​искра ​тепла ​завилась ​внизу ​живота. ​Что ​бы ​она ​ни ​чувствовала, ​тело ​выдало ​её ​реакцией ​на ​его ​умелые ​руки. ​Боги, ​это ​нечестно. ​ ​Как ​у ​него ​могли ​быть ​драконьи ​силы, ​настоящий ​дракон ​как ​питомец, ​тело ​полубога ​и ​при ​этом ​он ​ещё ​и ​хорош ​в ​постели? ​Как ​с ​таким ​бороться? ​ ​— ​Прекрати... ​прекрати ​втягивать ​Неда ​в ​свою ​грязь, ​— ​прошипела ​она, ​но ​проигрывать ​не ​собиралась. ​Она ​зарычала, ​выгибаясь, ​когда ​его ​губы ​сменили ​пальцы, ​зубы ​едва ​коснулись ​чувствительного ​соска. ​ ​Он ​отстранился, ​губы ​блестели. ​— ​Мм? ​Почему? ​Он ​всё ​равно ​мёртв. ​— ​Его ​рука ​скользнула ​под ​юбки, ​грубые ​пальцы ​нащупали ​разрез ​в ​её ​нижнем ​белье. ​— ​Думаю, ​он ​был ​бы ​рад ​видеть ​тебя ​счастливой ​даже ​после ​смерти, ​учитывая, ​какой ​он ​был ​честный. ​ ​— ​Изо ​рта ​твоего ​одна ​мерзость. ​ ​— ​Скажи ​мне, ​леди ​Старк, ​трахал ​ли ​тебя ​добрый, ​скучный ​Нед ​Старк ​до ​беспамятства, ​или ​просто ​заделал ​наследников ​и ​отвернулся? ​ ​Её ​ладонь ​с ​силой ​врезалась ​в ​его ​щёку. ​Звук ​звонко ​разнёсся, ​как ​удар ​кнута. ​ ​На ​мгновение ​в ​его ​глазах ​вспыхнула ​настоящая ​ярость ​— ​пурпурное ​пламя, ​сулившее ​насилие. ​Это ​её ​испугало. ​Сердце ​сжалось ​от ​страха. ​ ​Но ​затем ​он ​рассмеялся ​— ​медленно, ​мрачно, ​схватив ​её ​за ​запястье ​и ​прижав ​к ​матрасу. ​— ​Вот ​она ​ты. ​Волчица ​под ​шерстяной ​шалью. ​Не ​осуждай ​меня, ​но ​мне ​нравятся ​женщины ​с ​характером. ​Тьфу, ​говорю ​как ​третьесортный ​злодей. ​ ​Его ​пальцы ​скользнули ​ниже, ​раздвигая ​складки, ​всё ​ещё ​влажные ​от ​нежеланного ​возбуждения. ​Она ​прикусила ​язык ​до ​меди ​на ​вкус, ​но ​всё ​же ​сдавленный ​всхлип ​вырвался, ​когда ​он ​провёл ​жестокий, ​знающий ​круг. ​ ​Глупое... ​глупое ​тело! ​Ей ​было ​ненавистно, ​что ​оно ​её ​не ​слушается. ​Нет, ​не ​может ​быть, ​чтобы ​она ​ощущала ​удовольствие ​от ​того, ​кого ​так ​ненавидит. ​ ​— ​Ага. ​Не ​такая ​уж ​ты ​ледяная, ​Кэт. ​— ​Его ​дыхание ​жгло ​её ​ухо. ​— ​Рассказать ​Сансе, ​как ​её ​мать ​потекла ​от ​сына ​Безумного ​короля? ​Как ​твоя ​писька ​умоляла... ​ ​— ​Хватит. ​— ​Слово ​сорвалось ​с ​её ​обожжённых ​губ. ​— ​Не ​называй ​меня ​по ​имени ​и ​просто ​делай, ​зачем ​пришёл, ​и ​покончи ​с ​этим, ​ты, ​извращённый... ​ ​Он ​резко ​отдёрнул ​руку, ​подняв ​пальцы, ​блестящие ​в ​свете ​свечи. ​— ​Думаю, ​ты ​не ​поняла. ​Король ​не ​трахается, ​как ​голодный ​крестьянин. ​Твой ​муж ​никогда ​не ​знал, ​что ​такое ​прелюдия? ​— ​Он ​встал, ​медленно ​стягивая ​штаны. ​— ​Повезло ​тебе, ​если ​честно. ​Потому ​что ​я ​не ​тороплюсь. ​ ​У ​неё ​пересохло ​в ​горле. ​ ​Физически ​Нед ​был ​широкоплечим, ​тогда ​как ​Визерис ​— ​стройным, ​но ​сильным, ​с ​мускулами, ​выкованными ​не ​в ​боях, ​а ​в ​выживании. ​Оба ​были ​сильны. ​Но... ​между ​ними ​была ​пропасть. ​ ​Мужское ​достоинство ​Визериса ​было ​оружием ​— ​бледный, ​напряжённый ​стержень, ​от ​одного ​взгляда ​на ​который ​её ​пульс ​бился ​в ​панике. ​Он ​был ​почти ​столь ​же ​толстым, ​как ​и ​длинным. ​Не ​то ​чтобы ​у ​мужа ​было ​мало ​— ​наоборот, ​среди ​северян ​он ​мог ​гордиться ​размерами, ​но ​это... ​это ​было ​нечто ​иное. ​ ​Драконий ​член. ​ ​Глупая, ​ругала ​она ​себя, ​даже ​когда ​жар ​вновь ​разлился ​внизу ​живота. ​Родив ​детей, ​она ​утратила ​некую ​лёгкость, ​но ​не ​память ​тела. ​ ​— ​Прости, ​если ​мои ​грубые ​слова ​доставляют ​мне ​слишком ​много ​удовольствия, ​но, ​— ​он ​рассмеялся. ​— ​ты ​смотришь ​так, ​будто ​твой ​лорд-муж ​никогда ​не ​заполнял ​тебя, ​как ​ты ​того ​заслуживаешь, ​Кэт. ​ ​— ​Мой ​лорд-муж, ​— ​прошипела ​она, ​— ​был ​вдвое ​лучшим ​человеком, ​чем ​ты ​когда-либо... ​ ​Он ​оказался ​на ​ней ​в ​одно ​мгновение, ​колени ​прижали ​её ​бёдра, ​набухшая ​головка ​члена ​упёрлась ​в ​её ​вход. ​ ​Угроза ​вторжения ​жгла ​сильнее ​стыда. ​ ​— ​Осторожнее, ​Кэт. ​— ​Он ​убрал ​прядь ​волос ​с ​её ​лица ​почти ​нежно. ​— ​Ври ​королевству. ​Ври ​своим ​богам. ​Но ​не ​ври ​себе. ​Нед ​Старк ​не ​смог ​бы ​одолеть ​умирающего ​короля ​в ​одиночку. ​А ​я ​смог. ​Дважды. ​За ​один ​день.