Облака

Июнь выдался дождливым и холодным. Будто стремящийся строго следовать стереотипу о погоде в Британии, он не скупился на каскады падающих с неба капель, чем только радовал преподавателей, полагающих, что нелётная погода заставит большую часть студентов посвятить время подготовке к ЖАБА. В какой-то степени они оказались правы, но стоило только серым тучам разойтись, пропуская золотые солнечные лучи к напитанной водой земле, как классы, гостиные и библиотека опустели. Гермиона расположилась у подножия давно облюбованного ею дерева. Расстелив на траве мантию, она раскрыла позаимствованное в библиотеке редкое издание по рунам на нужной странице и погрузилась в чтение. Солнце не скупилось на тепло, и девушка небрежно закатала рукава рубашки, стянула через голову галстук и расстегнула парочку верхних пуговиц, чтобы легче дышалось. Разумеется, к экзаменам она подготовилась заранее, и сейчас штудировала книгу исключительно из любви к предмету: руны её всегда завораживали. Перевод древних текстов требовал усидчивости и внимательности, максимальной концентрации, но как хорошо избавлял от ненужных мыслей в голове… например, один абзац рунической вязи избавлял её от мыслей об одном заносчивом слизеринце на пару десятков минут. Кончик пальца скользил по чернильным строчкам, губы беззвучно шевелились в такт чтению. Гермиона погрузилась с головой в сплетения рун, отключившись от окружающего мира. Даже постепенно затекающая от не самой удобной позы спина не отвлекала её… — Ку-ку, Грейнджер! Гермиона взвизгнула от неожиданности: голос Нотта раздался за спиной, поставив крест на её попытках абстрагироваться. Захлопнув книгу, она резко обернулась и одарила Теодора недовольным взглядом. Он стоял, облокотившись о шершавый ствол дерева, спрятав руки в карманы. Зелёные глаза выражали глубочайшую степень заинтересованности, что несколько удивило девушку. — Здравствуй, Теодор, — она сделала акцент на его имени, давно решив, что приучит слизеринцев обращаться к ней по имени. Успехи за год оказались скудными: никто, кроме Блейза и Астории, не поддержали её идею. — Что ты хотел? Тео улыбнулся, кивнув кудрявой головой в её сторону. Гермиона нахмурилась, прижимая к груди книгу, и тогда Нотт закатил глаза. — Ты стащила из библиотеки очень нужную мне для подготовки к экзаменам книгу. Гермиона закатила глаза, глубоко вздохнув. Нотт приблизился к ней на шажок и протянул раскрытую ладонь. — Кому ты врёшь, Нотт, здесь написано то, что не входит в программу ЖАБА! Тео усмехнулся. Замешкался на секунду, сам себе кивнул. Прошёл вперёд и опустился на траву… довольно близко к девушке. — В любом случае, мне нужно её прочитать. — После меня, Теодор! Завтра я верну её в библиотеку, уверена, потом мадам Пинс тебе с удовольствием её выдаст! — Гермиона демонстративно распахнула томик на первой попавшейся странице и впилась взглядом в почему-то расплывающиеся перед глазами строчки. По правую сторону от неё раздался глубокий вздох и приглушённое бормотание. — Симпатичное местечко, — произнёс Тео, словно пытался привлечь её внимание. — вид красивый, от школы далеко… — Было бы прекрасно, если бы ты не мешал мне читать. Уйти можешь? — Гермиона повернула голову в его сторону и едва не задохнулась от возмущения: Нотт лежал, вытянувшись на траве, заложив за голову руки, и всем своим видом выражал крайнюю степень умиротворения. — Я тебе не мешаю читать, — заметил Тео, не поворачивая головы в её сторону, — лежу себе молча, смотрю на облака, совсем не тороплю тебя с чтением книги по десятому кругу… — он скосил взгляд в её сторону и приподнял бровь. — Что? — Откуда ты знаешь, что я не первый раз её беру? — Ну так я тоже читал её несколько раз, — Нотт вернул свой взгляд небу. — О, ангуз-лагуз-гебо! Интересная связка. — Где ты её увидел? — отложив книгу в сторону, Гермиона чуть повернула корпус в сторону рассматривающего небо парня. — Облака похожи, — просто ответил Теодор, вынуждая девушку тоже всмотреться в тонкие перистые облака, плывущие по лазурному небосводу. — Не вижу… где? — Ляг на спину, увидишь, — посоветовал Теодор, — только учти, что облака, как и удобные моменты, быстро тают, и их легко упустить. Гермиона прикусила губу. Предложение оказалось заманчивым, тем более что в присутствии того самого заносчивого слизеринца отвлечься от него не помогли бы никакие руны. Она неуверенно опустилась на спину, по примеру Теодора подложила под голову ладони, и устремила взгляд в небо. Действительно, очертания названной Ноттом вязи ещё плыли по небесной лазури, стремительно тая. — Перевод знаешь? — немного хрипло спросил Теодор. — Что? — Перевод той вязи, — терпеливо повторил Нотт, — знаешь? Девушка на секунду задумалась, но ответ, конечно же, был на поверхности. Ангуз-лагуз-гебо. — Улучшение отношений, — прочистив горло, ответила Гермиона. — Или поиск суженого. — Или суженой. — Суть ты поняла. — С точки зрения какой-нибудь Трелони в этом ещё и сакральный смысл можно отыскать, ведь ты увидел эту вязь в небе, — Гермиона улыбнулась, поймав себя на мысли, что ей приятно с ним говорить. Гораздо приятнее, чем молчаливо думать. — Я думал, ты бросила прорицания, — Тео усмехнулся. — Чтобы нести такую чепуху, туда ходить не нужно. Они замолчали, продолжая рассматривать облака. — Тео, — тихо позвала Гермиона, — тут облако, похожее на Слизнорта! — Где? — Вон там, — она указала пальчиком в сторону тающего облака, как вдруг… — ты что делаешь?! Она даже задержала дыхание: макушка Нотта обнаружилась на её животе. — Где там это облако? — Нотт! Личное пространство! Она хотела пошевелить бёдрами, чтобы скинуть его голову с себя, но не решилась, так и замерла. — Теодор! Он медленно повернул голову в её сторону, сверкнув зелёными глазами. На его губах играла улыбка. — Сильно мешаюсь? — невинно поинтересовался Нотт. Гермиона скользнула рукой к бёдрам, поправляя задравшийся краешек юбки. — Не сильно, просто… — она глубоко вздохнула, — просто это неприлично! Теодор послал ей хитрый взгляд. — Всё прилично, пока твоя юбка на месте, Гер-ми-о-на.