Глава 3

Он был сломлен. Да. Он потерял весь свой пыл к жизни. Веру. Все, что он строил, покрылось пеплом. Эта чертова жизнь и ее чертова насмешка над ним! Последние месяцы в тщетных попытках найти забытие на дне стакана жгучего напитка не привели ни к чему, кроме как отвращения к самому себе. Ему и правда осточертели эти жалостливые, а порой ехидные взгляды, которые наблюдали за крахом неподражаемого Ретта Батлера. Они так и говорили: так тебе и надо спекулянт! О дааа.. Они несомненно ждали этого, когда жизнь воздаст ему по заслугам, и он был уверен, в тайне злорадствовали. Будь они прокляты! И накануне, очнувшись от очередного бреда, совершенно не понимая какое сейчас время дня, время года, в затуманенном сознании, он подошел к зеркалу, и не узнал человека, которого увидел в отражении. Налитые кровью глаза, распухшее лицо. Вонь, стоявшая в комнате усилила тошноту, подкатывающую к горлу, и его вырвало прямо на пол. Он упал на колени и задохнулся от горечи. И тут отрезвляющая волна понимания накрыла его. Безжизненное тело Бонни снова всплыло в его сознании, и, оттолкнувшись от пола он хотел встать, но потеряв равновесие упал на спину и боль пронзила его сердце. Он не чувствовал ничего кроме этой боли. Боль, которая раздирала его грудную клетку. Схватившись за голову он взвыл и горькие слезы хлынули из глаз. Он не помнил сколько пролежал так, задыхаясь от горечи и боли, но в тот момент он понял одно. Его милый ангел смотрит на него от куда то сверху, ведь так сказала когда- то Мелани? Что там, она не чувствует боли и холода, там всегда светло и тепло. Что его Бонни смотрит на него, его милая дочка. И он не хочет, чтобы она видела его таким. Ретт вспомнил как сморщился когда- то ее носик от запаха алкоголя: - От тебя плохо пахнет папочка! И он дал слово своей малышке, что больше никогда не будет пить. Сквозь слезы он прошептал: - Прости своего папку Бонни! И он поднялся. Он принял решение, его малышка больше никогда не увидит его таким. И сейчас, неспешно покачиваясь в своей карете, которая везла его на вокзал, он мрачно глядел на мостовую. Он хотел уехать от сюда, и не возвращаться. Перед глазами всплыло растерянное лицо Скарлетт, когда он сообщил о своем отъезде. О, Скарлетт О’Хара, сколько несчастья ты принесла в мою жизнь. Он пожелал бы никогда не встречать ее, знай, что встреча с ней станет началом краха его жизни. О да, как он любил ее, безумно! Он до сих пор хранил в памяти тот день, когда он впервые увидел ее в Двенадцати дубах. Помнил все до мелочей. Запахи, окружавшие тот беззаботный солнечный день. Как тени от кружев шляпки играли на ее стройных плечах. Каким звонким был ее смех. Как его влекло к ней с этого самого первого дня. Какие поступки он совершал лишь бы быть еще на шаг ближе к ней. Он шел вразрез со своими принципами. Он даже пошел воевать, лишь бы не видеть презрения в ее глазах, но ни одна живая душа никогда не узнает, что он пошел на это ради нее! Мог он, ничтожный человечишка изменить ход той страшной войны? Он не знал. Но пошел, и делал все, чтобы защитить эту страну. Ради нее. Ретт сморгнул воспоминания. Экипаж остановился у вокзала и он легко спрыгнув со ступеней кареты, направился к вагонам, натянув шляпу пониже на глаза. Он никого не хотел видеть. Видит Бог, даже если бы кто-то окликнул его приветствием, он бы даже не обернулся. К черту любезности. Все чего он хотел сейчас, это оказаться подальше от Атланты. Его уже совершенно ничего тут не удерживало. Его душа была опустошена до основания. Да, он держал лицо и ухмылялся в разговоре со Скарлетт, его маска снова была на месте, никто не увидит его истинных чувств, как и всегда, так безопаснее… А сейчас Сарлетт была лишь напоминанием о том, что он потерял. Эти ее попытки вернуть былое, лишь раздражали его. «Нечего больше возвращать Скарлетт» слова, которые не были произнесены вслух. Ему было жаль ее. Она, получившая все, о чем мечтала, в итоге осталась ни с чем. Глупая девчонка. Которая так и не поняла, что не все в жизни можно решить, лишь взмахнув ресницами. Пустота. Вот что пытается отыскать Скарлетт. Только пустота осталась в его душе. И воспоминания. Он достал из кармана медальон, в котором был портрет Бонни. Проведя большим пальцем по изображению, он откинулся на спинку сидения в своем вагоне, и сквозь запотевшее окно, поднял глаза к небу. В своих размышлениях он даже не заметил как начался дождь. Что ж, он выплакал все, лежа в той комнате. Теперь, пусть дождь смоет остатки боли и разочарования, которые остались в его душе.