Глава 2: Дуэльный парк

Рэд сердито уставился на горизонт. Настроение у него было отвратительное. Что-то было... не так. По-другому. Он не мог точно определить, в чем дело. Выпечка. С самого утра его разум был полон мыслей о выпечке. Крем-брюле, тарталетки, пирожные, тортилья и всевозможные пироги. С каких это пор его стали волновать такие вещи? Возможно, у него появился интерес? Хобби? Так вот как это работает? Он признавал, что перспектива заниматься кулинарным искусством показалась ему привлекательной. Правильные ингредиенты в правильных пропорциях, собранные вместе, создают шедевр кондитерского искусства, который производит впечатление и изумляет всех вокруг. Если ему суждено стать королем, он вполне может использовать свою силу не только для причинения хаоса и смерти. Может быть, он даже привлечет к этому и кого-нибудь из детей? А самым лучшим отдаст пекарни на аутсорсинг для выполнения крупных заказов. Наверняка среди толпы детей найдется парочка виртуозов. Но это все потом. А пока он будет ждать. Дожидаться возвращения Сетти со своими подчиненными. Импульсивная малявка не подчинилась его приказу, отправилась в Литтл-Врэс и ограбила дом богатого ублюдка. Судя по всему, какого-то крупного музыканта. Имеющего связи, богатого, могущественного. Он мог только надеяться, что она не нарвалась на хозяина. Или, если она это сделала, то убила его и избавила себя от необходимости извиняться и возвращать украденное. Им не нужно наживать больше врагов. Когда она вернется, он… накажет ее? Как ему поступить в таком случае? Она все еще была полезна, даже жизненно необходима, так что ее убийство не обсуждалось. Солидо вернулся и постучал по голове. - "Угх", - подумал Рэд. - "Ее убийство никогда не обсуждалось. Доволен?" Он исчез. - "Как же он мне надоел..." И все же ей нужно было какое-нибудь наказание. Выговор? Избиение? Снова Солидо. — Ладно! Никаких побоев! — простонал Рэд, прижав руку к лицу. — Ты там в порядке, Рэд? — поинтересовался Кабби, поигрывая на причудливом наборе барабанов. — Все прекрасно. Просто думаю, что нам сделать с этой непослушной маленькой засранкой, когда она вернется. С ней и ее пацанами. — Что ж, думаю, лучше сделать поблажку младшим. Они просто следуют примеру Сетти. Сетти, с другой стороны... — сказал Кабби, отбивая несколько ударов по барабану. — Если бы я выкинул такое дерьмо, мои папаши сняли бы с меня шкуру! — Никаких побоев. — Твои родители тебя не пороли? Это многое объясняет, — криво ухмыльнулся Кабби. Рэд уставился на беса. Его аура гудела, как катушка Теслы. Красное лицо Кабби побледнело, на лбу выступил холодный пот. — Тогда никаких взбучек. И все же это дерьмо не должно оставаться безнаказанным. Детям нужна сильная рука. Они должны знать, кто здесь главный, понимаешь? — Я думал, она знала… — проворчал Рэд. — Зачем ей это делать? — Ну… — Кабби на мгновение задумался. — Лично я бы предположил, что она сделала это, чтобы произвести на тебя впечатление. — Произвести на меня впечатление? — Ред выгнул бровь. — Да. Ну знаешь, показать тебе, что у нее есть все, что нужно. Она может заработать для "Донны" настоящие деньги и подобрать для этой работы. подходящую команду Признай, это ведь отличная добыча. — Достаточная, чтобы компенсировать ущерб от потенциальной групповой драки? — прорычал Рэд, сжимая руки в кулаки. — У нас нет людей, чтобы удерживать всю нашу новую территорию и вести войну там, где водятся реально сильные демоны. Наше положение весьма шаткое. Мы близимся к своему пределу, и любая ошибка может дорого нам обойтись. — Да, но она этого не знает, — Кабби стукнул по медной тарелке, издав четкий звук. — Ты не больно-то делился планом игры, Рэд. — Чтобы она выполняла свою работу, ей не нужно знать ничего, кроме того, что я говорю ей, — сказал Рэд. — Я должен быть в состоянии доверять своим лейтенантам, чтобы они выполняли приказы и не провоцировали войну за территорию! — Да, конечно. Но пойми, что здесь ты имеешь дело с детьми. Дети постоянно совершают глупые поступки по глупым причинам. Если бы ты рассказал ей о ставках, она, возможно, не стала бы заниматься этим дерьмом. — Возможно, — Рэд на мгновение задумался. — Хорошо, мы оставим ее сообщников в стороне, но каким должно быть ее наказание? — Никаких взбучек, да? — Кабби на мгновение задумался. — Отчитай ее публично. На глазах у других детей. Затем отстранени от закупок на неделю или две. — С какой целью? Кабби указал на добычу. — Она хороша в этом дерьме, Рэд. Ей это нравится. Отстрани ее от работы парочкой ласковых, и это будет для нее болезненно. Засунь ее в Дом Ик, где она займется работой на производстве, или в Мастерскую, где она будет уборщицей. Да в конце-концов, отправь ее на отработки к Серфу Месе. Этот фанатичный старый хрен точно заставит ее пожалеть о содеянном! — И что потом? — Верни ее обратно, но с испытательным сроком, — сказал Кабби, пожав плечами. — Понизь ее в звании, назначь ей старшего, и всякое такое. Скоро она снова поймет суть дела. Она хорошо работает, Рэд, и к тому же у нее отличная мускулатура. Мы не можем позволить себе слишком долго держать ее вдали от фронта. — Мы просто не хотим, чтобы она знала себе цену, — задумчиво кивнул Рэд. — Теперь ты понял! — Кабби отбил впечатляющую серию ударов по барабанам. — Напомни ей, что у тебя есть вся власть, рычаги воздействия, и установи правила. Бада-бинг-бада-бум! Она станет понятливее. Рэд вздохнул и встал, разглядывая себя на экране огромного телевизора с плоским экраном, который украли дети. Так оно и будет. Сетти будет наказана, понижена в должности и на некоторое время выведена из обращения. Если оценка Кабби была верной, как это часто бывает, Сетти, возможно, извлечет урок из этого опыта. Теперь все, что им нужно было сделать, это дождаться их возвращения… ...Что должно произойти в любой момент. Он ждал. И ждал. Добыча перестала поступать, так где же они? Нетерпеливый Рэд призвал на помощь свое предвидение, и будущее открылось перед ним. Слоеное тесто отличается от теста филло в нескольких ключевых аспектах, таких как содержание сливочного масла и отсутствие разрыхлителя, например дрожжей. ...Подождите, что? Он попробовал еще раз. Будущее раскрылось перед ним, 100-секундное окно предвидения, в котором ключом к идеальному суфле являются идеально взбитые яичные белки, аккуратно помещенные в– Что происходит? Где его видение будущего? Где его выбор судьбы? Почему он все еще думает о выпечке?! — Это... невозможно… — пробормотал он в ужасе. — Что-то не так. Кабби заметил, как мрачнеет его босс. — Рэд? Ты там в порядке? Рэд открыл было рот, чтобы ответить, когда землю и воздух сотряс отдаленный грохот взрыва. Они обернулись и увидели столб дыма, поднимающийся высоко в воздух. Внутренности Рэда сжались, когда он узнал, откуда именно он идет: Литтл-Врэс. — Сетти! — О, черт... — прохрипел Кабби. — Рэд? — Отзывай всех обратно в "Донну"! — прорычал Рэд, указывая на добычу. — Загрузи все это и жди нашего возвращения! — Хорошо, я просто... — начал говорить Кабби, но Рэд уже подпрыгнул в воздух, и от силы его прыжка бетон разлетелся вдребезги. Он наблюдал, как огромная фигура демона взмыла в воздух, одним прыжком миновав высокие здания, прежде чем прыгнуть снова, быстро превратившись в крошечную точку. Он вздохнул и оглядел все эти навороченные вещи. — Тогда я просто сделаю это. *** Сетти сглотнула, на лбу у нее выступил пот. Что здесь делали Ви?! Предпринимали ли они какие-то шаги в отношении Литтл-Врэс? Что еще хуже, именно эти Ви… каковы были шансы? — Кто эти парни, Сетти? — спросил Баррель, прячась за ее спиной. — Ты их знаешь? — Посмотри на их зубы и дурацкие наряды! — прорычал Баркли, снимая с плеча гитару. — Это Ви! Эй! Это не ваша территория, придурки! — Следи за своим языком, сопляк, — сказал Степенвульф, и на его лбу появилась раздраженная складка. — Будто ты вообще умеешь говорить! Папаша знает, что ты здесь, Сетти? Она ничего не сказала, свирепо глядя на него. — Неужели нет? — присвистнул Степенвульф. — Ооо… что, ты думала, разнесешь дом какого-нибудь богатого придурка и произведешь впечатление на папашу? Ай, маладца! Я не знаю, что тебе сказать, но тебя ждет знатная порка, когда ты вернешься домой. — Эта если ты ваще вирнешся! Хе-хе-хе! — усмехнулся Стомпа. — Вы слишком выебываетесь для парней, которым надрали задницы в прошлый раз, когда они схватились с Донной! — рявкнул Баркли. — Разве раньше вас, придурков, не было больше? Степенвульф перестал улыбаться, его глаза сузились. Стомпа и Пэлл быстро прекратили свои выступления и подошли к своему боссу. — Эй, Степ… — нервно попросил Пэлл. — Не злись. — Да, мы сдесь ни па делу, — сказал Стомпа. — Так шо лучши ни начинать. Степенвульф мгновение свирепо смотрел на них. Чешуйчатые губы приоткрылись, обнажив аллигаторские клыки, но через секунду он смягчился и тяжело вздохнул. — Надень намордник на этого щенка, Сетти. Его язык может довести до неприятностей, из которых ваши задницы не смогут выбраться. — Баркли, — сказала Сетти. — Заткнись. Баркли удивленно повернулся к Сетти, увидев ее застывшее, серьезное выражение лица. — Тебе следует держать под рукой свернутый журнал! — крикнул Пэлл, посмеиваясь. — Сказала гигантская киска, — прорычала Сетти, прежде чем указать на Степа. — Вы здесь не по делу, я правильно поняла? — Верно. Мы только что вернулись с фронта, чтобы немного расслабиться, — Степенвульф кивнул, скрестив руки на груди. — Это больше, чем я могу сказать тебе, соплячка. Это не твоя территория, так что ты здесь делаешь? Надеюсь, не работаешь. — А тебе-то какое дело? Степенвульф пожал плечами. — Полагаю, мы увидели вас, детишек, и подумали, что вы заблудились или что-то в этом роде? Решили поиграть в добрых самаритян, понимаете? Избавить вас, сопляков, от уймы неприятностей, а все, что мы получаем, - это оскорбления! Ох уж эти современные дети... — Ближе к делу, псина! — зарычала Сетти. — Я уже говорил тебе, дорогуша. Это не территория Рэда. — Куча мест не территория Рэда, пока его здесь нет. — ухмыльнулась Сетти, скрестив руки на груди. — А значит, скоро будет. Ты сам был свидетелем этого феномена, помнишь? — Фем-он-ин-он? — спросил Степенвульф, поворачиваясь к Пэллу. — Событие, обстоятельство или эффект, который воспринимается органами чувств, — ответил стройный демон-смилодон, заметив раздражение Степенвульфа. — Например, что-то происходит, и ты это замечаешь. — Гребаные заумные словечки… — проворчал Степенвульф, поворачиваясь обратно к Сетти. — Видишь ли, дело в том, что, возможно, именно так дела обстоят в твоем блошином притоне, шлюха. Но это Литтл-Врэс. Здесь есть деньги, люди, которые имеют значение, люди, которые могут доставить неприятности даже твоему папаше. Вы никогда не задумывались, почему он не отправляет вас, сопляков, сюда, где вся хорошая добыча? Папаша все прекрасно знает, детка, и поэтому он здесь ничего не вынюхивает. Очень надеюсь, что ты сейчас не натворила глупостей. Правда? — А что, если бы мы это сделали? — поморщилась Сетти, взглянув на других детей. Степенвульф ухмыльнулся, покачивая головой. — Ну, если это так, то те люди с деньгами, которые имеют значение, просто могут объединиться и вышвырнуть вас, уличных крыс, на обочину, и папаша будет с ними согласен. Должен сказать, что удерживать территорию, которую он занимает, с помощью одной только репутации, довольно впечатляюще! Но даже он знает, где границы. Ты, возможно, навлекла на его голову целую кучу неприятностей только потому, что хотела произвести на него впечатление? Ты хотела показать папаше, что его малышка может взламывать дома здесь? Приносить деньги и товар? Ты хотела, чтобы он притянул тебя к себе и прошептал "Я горжусь тобой, Сетти" тебе на ухо? И обнял тебя своими большими сильными руками. Так? Сетти стиснула зубы, на ее щеках вспыхнул румянец, а тонкие руки сжались в кулаки. — Я задел за живое, не так ли? — Ухмылка Степенвульфа стала шире. — Выглядишь ужасно раскрасневшейся, детка. О? О... — Ты думаешь?.. — сказал Пэлл, ухмыляясь. Стомпа захохотал и захлопал своими огромными рукавицами с грохотом, похожим на пушечные выстрелы. — Ана фтюрилась в Ред Нойтмара! ГА-ХА-ХА! — З-закрой свой гребаный рот! — взревела Сетти, ее лицо вспыхнуло. — Ублюдки! — О-о-о, это так мило~ — проворковал Степенвульф, прижимая руки к своим мохнатым и кожистым щекам. — Ты действительно думаешь, что такой парень, как Рэд, уделил бы время такому ничтожеству, как ты? Я имею в виду, это грустно, в самом деле, но в то же время мило! — Сетти? — Баркли взглянул на нее. — О чем это он? Сетти ничего не ответила, ее лицо потемнело от ярости и смущения, а кулаки сжались с такой силой, что начали дрожать. — Сетти… — сказал Баррель тихим голосом. — Давай убираться отсюда, ладно? Эти парни того не стоят. — В жопу! — рявкнул Баркли. — Это те парни, которые порезали Икси! Испортили Трелла! Мы можем взять их! Сетти вдохнула... и выдохнула. Она протянула руку и сняла Ханзеля со своих плеч. — Ханзель, как ты думаешь, сможешь вытащить нас отсюда? Ханзель покачал головой, не отрывая взгляда от Ви. — П-пока нет. Сетти, мне страшно... — Я знаю, приятель, — сказала она, поглаживая его по волосам. — Все будет хорошо. Она свирепо посмотрела на Ви, взяв маленького бесенка за руку. — Давайте, ребята. Мы уходим. Мальчики переглянулись: Баррел побледнел, Баркли ощетинился. Они повернулись, чтобы последовать за ней. — Умный ход, — сказал Пэлл, кивнув головой. — Биги, прячся за спину сваево бати! — усмехнулся Стомпа. — Пиридай иму нашы лучшыи пажилания! Мы скора ищо увыдимся! — Эй, Сетти! — крикнул Степенвульф. — Он знает, что ты чувствуешь? Он вообще замечает? Сетти остановилась как вкопанная. Ее плечи напряглись. — Что он будет делать, когда узнает, а? — Степенвульф ухмыльнулся. — Ты действительно думаешь, что он согласится на такой испорченный товар, как ты? Ха! Хуже того, что, если он сам сделает это? Что это будет говорить о нем? — Сетти... — застонал Баррель, его глаза расширились на бледном акульем лице. — О! Может быть, он уже это сделал! — сказал Степенвульф, посмеиваясь. — Это так? Рэду нравятся молодые, не так ли? Не могу сказать, что я удивлен. Вот почему ты думала, что он позволит тебе выйти сухой из воды? В том, чтобы быть маленькой папиной грелкой, есть свои преимущества, а? Сетти развернулась. Глаза ее сверкали, а воздух вокруг нее подернулся рябью, когда ее аура вспыхнула. Ее ноги оторвались от земли, и вокруг нее вспыхнул [Titanium], невидимый для грешников. — Сетти, не надо! — воскликнул Баррель. — Э-э… — Степенвульф выгнул бровь, его издевательская улыбка приобрела оттенок смущения. — Это что-то новенькое. — Как ана эта делаит? — Стомпа прищурился, глядя на ее неподвижные крылья. — С этими сопляками вечно случается какая-нибудь хуйня! — зашипел Пэлл. — Хорошо, я должен знать. Чем Рэд вас кормил? — усмехнулся Степенвульф. Голова грешника дернулась в сторону, когда кулак Сетти врезался в нее со звуковым ударом. Парящая суккуб в одно мгновение преодолела разделявшие их метры. Ее яростный взгляд медленно переходит в гримасу шока. Степенвульф улыбался, несмотря на бронированный кулак у его лица, струйки пара тянулись от места удара. — Я имею в виду, кроме члена. Здоровенный грешник резко повернул голову в сторону, отчего она откинулась назад в воздухе. Она остановилась, недоверчиво уставившись на невозмутимого гангстера, который потирал щеку. Она посмотрела вниз на свой бронированный кулак; не самый сильный ее удар, но она и не слишком сдерживалась. — Знаешь, — сказал Степенвульф, разминая шею и плечи. — Если это самое сильное, что ты можешь сделать, малышка, то для тебя это плохо кончится. Она зарычала, сжав кулаки, и бросилась на гангстера. Движения ее кулаков стали размытыми. Руки Степенвульфа взметнулись вверх, костяшки ее пальцев снова и снова врезались в его твердые, как камень, ладони. Степенвульф не убрал с лица свою непринужденную улыбку. — Эй, а ты довольно шустрая! Если бы ты умела драться, ты могла бы раздражать, — сказал он, схватил ее за запястья и кивнул мордой на нее, когда она левитировала перед ним. — Но ты же просто отброс, какого хрена все это значит? Сетти билась в его объятиях, сила [Titanium] едва могла противостоять ему. — Пошел нахуй! — Это предложение? Подожди, кажется, у меня есть немного мелочи на карманные расходы. Сетти зарычала. Ее запястья тут же стали нематериальными. Она пронеслась сквозь его руки, и ее кулаки сомкнулись, как медвежий капкан, вокруг его головы, над заостренными волчьими ушами. Степенвульф взвыл от удивления и боли, схватившись руками за голову. Суккуб бросилась вниз, изо всех сил ударив его кулаком в солнечное сплетение, заставив его застонать и согнуться пополам. Стремительный удар ногой в челюсть отбросил его назад, его зад с торчащим хвостом аллигатора запрыгал по тротуару. Сетти торжествующе улыбнулась, но улыбка исчезла, когда Падший вперил в нее красный змеиный взгляд. — Ну ладно, — проворчал Степенвульф, вытирая струйку крови с подбородка. — Понеслась. Вспышка зеленой энергии пробежала между ними: дуэль началась. Грешник исчез в клубах тумана, появившись мгновение спустя прямо перед ней. Сетти застонала, когда огромный кулак врезался ей в живот, отбросив ее назад и проделав глубокую борозду в асфальте. Сетти закашлялась, поднимаясь с улицы. Черт возьми, он был быстрым и сильным, но она уже знала это по их предыдущей встрече. Этот удар был не слишком болезненным, но она все равно почувствовала его, даже сквозь броню своего Стенда. Она поднялась в воздух, прямые удары здесь не принесли бы ей никакой пользы, ей придется изменить игру. Она выровняла дыхание и направилась к грешнику: она ни за что не проиграет этому подонку! *** Пэлл посмотрел на свой телефон. На экране было изображение местности на экране с высоты птичьего полета, любезно предоставленное их карманным бесом Паком. Демон-смилодон поднял голову и увидел маленький четырехвинтовой летательный аппарат, пилотируемый маленьким бесенком. — Как там наверху? — спросил Пэлл в телефон. — Кристально чисто! — ответил Пак. — Вся территория занесена на карту и синхронизирована с приложением. Операция "Бей кротов" готова к старту! — Хорошая работа, Пак, — сухо сказал он. — Скоро нам это пригодится. — А? Что происходит? Пэлл вздохнул и покачал головой, когда суккуб, каким-то образом не уничтоженная этим ударом, необъяснимым образом поднялась с земли, без единой царапины. — В душе не ебу, чувак. Когда узнаю, скажу тебе. — Я-то думал, что вынесу тебя за один удар! — крикнул Степенвульф, потрясая кулаком и направляясь к ней. — А ты крепкая, словно сталь Гнева! Хорошо. Я не хочу, чтобы ты сломалась слишком рано! — Эй! — Раздался голос, заставивший их обоих остановиться и посмотреть наверх. Из окна одной из квартир высунулся причудливо одетый бафомет и указал пальцем. — Читайте вывеску! Они обернулись и увидели большой желтый уличный знак с изображением двух рогатых фигур, сражающихся в разрезанном круге, под которым было написано: "НИКАКИХ дуэлей за пределами специально отведенных мест с 6:00 утра до 6:00 вечера: нарушители будут оштрафованы". Степенвульф взглянул на свои часы: 3:30 вечера. — Бля. Извините! — Если вы, придурки, собираетесь драться, то делайте это в дуэльном парке! — Воскликнул бафомет, указывая на большой закрытый парк через дорогу. Он был усеян огромными пустыми строениями, остовами транспортных средств и прочими объектами. — Дуэльный парк, — присвистнул Стомпа. — Гиниальная ыдея. — И к тому же полностью укомплектованный, — сказал впечатленный Пэлл. — Много чего можно разбить. — Верно, — сказал Степенвульф, появившись позади Сетти. — Пошли, детка! Сетти едва успела среагировать, прежде чем грешник сбил ее с ног, отправив лететь в парк. Она с грохотом упала на железобетонную площадку. — А еще надо оплатить причиненный ущерб! — проблеял бафомет. — Пэлл! — рявкнул Степенвульф, подпрыгнув высоко в воздух и устремившись в парк. — Позаботься об этом! Пэлл перенесся в гостиную бафомета, вручив разгневанному козлообразному существу визитную карточку Ви. — Позвоните вот по этому номеру, дайте им этот код для подачи жалобы, расскажите о ситуации, и мы что-нибудь придумаем. Гражданин кивнул, доставая свой Адский телефон. — Мне придется проинформировать всех жителей, но спасибо. — Ви - друзья Литтл-Врэс, сэр, — сказал Пэлл, открывая портал и проходя через него. — Пожалуйста, подумайте о том, чтобы проголосовать за нашего кандидата на следующих выборах! — Что, за того еврея?! Пэлл закрыл портал, оглядел дуэльный парк и присвистнул. Место действительно было шикарным! Он был сделан так, чтобы выглядеть как заброшенный город, с пустыми бетонными корпусами зданий, ржавыми остовами машин, полуразрушенными мусоровозами, дорожными катками и так далее. Сверху лежали бочки с нефтью, баллоны с пропаном и ящики с динамитом. Пэлл размышлял о том, что для района, вероятно, было намного дешевле содержать эти места для дуэлей, чем убирать город после них. - "А неплохо, чтобы подобные места были и в других районах", - подумал Пэлл. - "Я должен поделиться этой идеей со своим начальником". Оглушительный удар сотряс землю. Пэлл обернулся и увидел, что Степенвульф и Сетти приступили к бою. Казалось, девушка двигалась с невероятной ловкостью, нанося жестокие рассчитанные удары, пропуская атаки врага только тогда, когда Степ заставал ее врасплох, да и то без особого эффекта. Степенвульф был прав: если бы эта соплячка действительно умела правильно сражаться, она была бы настоящей занозой в заднице. Тот факт, что она вообще была до сих пор жива, был совершенно сбивающим с толку! Каким-то образом этой сучке удалось получить сверхспособности! Пойди разберись как. Такого рода вещи здесь, внизу, не были чем-то необычным, поскольку существовала целая куча заклинаний, артефактов и ритуалов, которые заставили бы простых смертных наложить кирпичей. Но обычно все получали только по одному баффу за раз, и даже тогда всегда можно было сказать, каким образом: светящийся артефакт или рисунки у них на лице, символы в воздухе вокруг них, поврежденные черные вены и тому подобное. С этим ребенком все было не так. Мысль о том, что сирота-суккуб могла завладеть любым из известных ему заклинаний, была возмутительной, не говоря уже о таинственной невидимой силе, которая, по-видимому, была только у нее! Степенвульф держал девушку в сокрушительном медвежьем объятии, готовясь раздавить ее. Она пронеслась сквозь его торс, вышла из спины и нанесла шквал ударов по почкам. Он рассмеялся и откинул бедра назад, ударив ее по животу своими твердыми, как камень, ягодицами, прежде чем отправить ее в полет взмахом своего остроконечного крокодильего хвоста. — Найз комбо, Степ! — воскликнул Стомпа, поворачиваясь к Пэллу. — А эта весила, ни так ли? Шо думаиш, какавы шансы у мелкай сутчки? — Ну, она явно не могла так прокачаться сама по себе, это точно. Значит, у нее есть левитация, сверхсила, сверхскорость, и она не получает никакого урона, то есть, еще какой-то щит или барьер? Девушка кувыркнулась по воздуху в сторону ржавой машины, проскользнув сквозь твердую материю, как будто ее там и не было, подняла ее над головой и с ревом помчалась к Степенвульфу. — И ищо вот эта гавно, — сказал Стомпа, почесав подбородок, когда Степенвульф испарился прежде, чем машина рухнула вниз. — Адин из так называимых "читов"? — Да. Ноуклип, — сказал Пэлл, когда Степенвульф вновь материализовался позади нее и нанес ей двойной удар по затылку, заставив ее врезаться в бетон и пробить в нем глубокую воронку. — Классический фазовый переход. Хотя он, кажется, в некотором роде ограничен. — Да, када ана можит падохнуть, ана становится прызрачнай. Но если ее резка напугать, как щас зделал Степ, то ана становица твердая. Думаю, ана можит делать эта тока тада, када захочит. — Да. И тогда можно довольно легко ее застанить. — Задрот. Степенвульф ринулся вниз, поднял кулак и, обернув его в твердый, сверкающий материал, обрушил жестокий удар в спину выздоравливающей девушки, во взрыве пыли пробив в земле новую, более глубокую воронку. — Уф! — Стомпа даже поморщился. — Ты эта видел? Степ приминил на ней Шайнхайд! — Соплячка, должно быть, реально крутая, — задумчиво произнес Пэлл, глядя на девушку, теперь значительно более потрепанную и ошеломленную. — Посмотри на это! Даже с Шайнхайдом он только раззадорил ее! Что бы у нее ни было, оно может защитить даже от священного металла! Во всяком случае, до некоторой степени. — Пасмотрим наскока, — фыркнул Стомпа. Степенвульф положил руку, обтянутую Шайнхайдом, ей на грудь, подняв другой кулак. Окружающие обломки транспортных средств содрогнулись и подпрыгнули в воздух от десятков ударных волн. Кратер взорвался снова, теперь став гораздо шире. Ровный стук отдавался в земле, когда Степенвульф избивал суккуба. Через несколько секунд сейсмическая атака прекратилась, оставив после себя только огромное облако распыленного бетона, тянущееся из дыры к небу. — Думаю, это все… — Пэлл прищурился сквозь завесу пыли, скрывающую эпицентр кратера; Степенвульф стоял по колено в порошкообразном бетоне, шаря по земле в поисках девушки. — Подожди. Куда она делась? — Пагребена? Стерта в парашок? На них упала тень. Они подняли глаза и увидели Сетти. Ее одежда была изодрана в клочья, лицо покрыто царапинами и ушибами, глаза сверкали, а над головой у нее был 20-тонный дорожный каток. С яростным ревом она швырнула каток прямо в грешников. — ЕБУЧИЙ МЕТАЛЛ! — Взревел Стомпа, в экстазе вскинув руки. — АНА ТАКАЯ КРУТАЯ! — Что ж, — сказал Пэлл, создавая портал у себя под ногами и ускользая как раз в тот момент, когда дорожный каток врезался прямо в завороженное лицо Стомпы. Несущаяся на огромной скорости стальная масса расколола землю, вдавив край кратера внутрь. Степенвульф поднял голову и увидел, как на него обрушивается лавина бетона, арматуры и камней. — Твою мать. Пэлл вышел из портала на другой стороне улицы. Он осмотрел массу обломков и искореженного металла, заполнившую кратер шириной 10 метров. — Ты в порядке, Стомпа? Глыба щебня размером с автомобиль сдвинулась с места, изнутри появилась зеленая рука и подняла большой палец вверх, прежде чем жестом показать "подожди". — Не торопись, — ухмыльнулся Пэлл. — Маленькой мисс Задире нужна передышка, не так ли? На другой стороне улицы стояла Сетти. Ее красная кожа была скользкой от пота, левый глаз припух и вот-вот превратится в настоящий фингал, щека была в синяках и кровоподтеках, струйка черной крови из разбитой губы стекала по подбородку. Она стояла на земле, сгорбившись и тяжело дыша. — Я просто... р-разогревалась, мохнатый ублюдок, — сказала она, пристально посмотрев на него. — О, неужели? — произнес в ответ голос. — Тогда и я не буду церемониться, детка. От обломков поднимались завесы пара, сливаясь в плотную форму. Степенвульф материализовался, на нем не было ни единой царапины. — Пэлл, Стомпа, не стесняйтесь присоединиться. — Пас, — сказал Пэлл, закуривая сигарету. — Она вся твоя, Степ. — ООО! ООО! — проревел низкий, сдавленный голос. — Я! Я, Я, Я! ДАЙ ЕЕ МНЕ! Смятые останки дорожного катка вырвались из воронки, перевернувшись в воздухе, как консервная банка, и с грохотом покатились дальше по улице. Стомпа выбрался из кратера, его нижняя губа была рассечена и кровоточила, одного из острых зубов не хватало, но он улыбался с детским ликованием. Грешники стояли напротив измученного суккуба, Степенвульф приложил ладонь к уху, свирепо глядя на Сетти со злобной ухмылкой на лице. — Слышишь это, детка? Это музыка моего босса и твоя похоронная песнь. — Ха! — рявкнул Стомпа. — Да! Звучит как… фолк-музыка? Степенвульф моргнул, его улыбка исчезла; он и вправду слышал музыку. — Что за...? Из-за угла вышел щенок адского пса-добермана. Его пальцы легко бренчали на гитаре, а выражение лица было бесстрастным и полным ненависти. — А эта шо? — Стомпа усмехнулся. — Ищо адин пиздюк? Эй, малыш! Хочиш увидить жмура? Глаза щенка сузились, когда он уставился на зеленокожего демона, его голос превратился в низкое рычание. — Я уже вижу один. В воздухе повисла пауза. — Мило… — кивнул впечатленный Пэлл. — Можна я аставлю иво сибе, Степ? — восторженно спросил Стомпа. — Я буду кармить и выгуливать иво каждый день! Я назаву иво Сквигги, и он будит маим, он будит маим Сквигги! — Меня зовут Баркли, болваны. Запомните это имя, потому что я собираюсь стать звездой! — сказал Баркли, белозубо улыбаясь и бренча на гитаре. — Эту песню я назову "Время вышло, ублюдки-грешники". — Да ладно? — фыркнул Степенвульф, закатив глаза. — Что? Ты будешь играть так сильно, что мы убежим, зажав уши? — Типа того, — сказал Баркли, когда к нему сзади подбежал парень-ремора с парой усилителей в руках. Его пальцы начали выдавать аккорды с жуткой, но естественной грацией, и воздух уверенными агрессивными нотами наполнила музыка. — В прынцыпе звучит ниплоха, — сказал Стомпа, хрустнув костяшками пальцев. — Пажалуй, я всетаки забиру иво дамой. Сломаю ему ноги, шобы он все ищо мог– ОЙ! Степенвульф и Пэлл посмотрели и увидели, как Стомпа вздрогнул, на его лице появился сердитый красный рубец, местами кровоточащий. — Что? Стомпа, что за– СУКА! Степенвульф подпрыгнул, когда что-то твердое и острое полоснуло его по заднице, едва не разорвав кожу. — Это шавка! — воскликнул Пэлл. — Он такой же, как и она! У него сверхспо–УУУ! Прозвучала низкая нота, и внутренности Пэлла сжались, от чего демон рухнул на землю. — С этими гребаными детишками вечно что-то происходит… — проворчал Степенвульф, вздрогнув, когда резкая нота хлестнула его по щеке. — АЙ! Прекрати! — Баркли! Баррель! — закричала Сетти, подбегая к ним. — Что вы делаете?! Убирайтесь отсюда! — Только с тобой, Сетти! — ответил Баррель, поставив усилители у ног Баркли, подключив их к розетке и повернув диски. — Дети Донны держатся вместе! Степенвульф увернулся от еще одной хлесткой ноты. — Ха! Это просто звук! Это слишком медленно для меня, ИИИИИ! — под мелодичный мотив Степенвульф был подвешен в воздухе за свое нижнее белье, его огромная туша растягивала ткань в жесткую нить, глубоко в нее вонзаясь. Он снова опустился на землю и с хрипом согнулся. — Трусы за уши? Серьезно? М-мелкий засранец... — Я позабочусь об этих болванах, Сетти, не волнуйся! — сказал Баркли, выступив вперед перед Сетти. — Заставь их работать, Карась! Ремора ухмыльнулся и подключил гитару к усилителям, хлопнув по ним обоим. Музыка наполнила воздух, когда усилители каким-то образом ожили. Простая бренчащая музыка теперь гремела, наполняя воздух. — Говорят, музыка связывает людей! — крикнул Баркли и его глаза вспыхнули красным. — ТЕПЕРЬ ДАВАЙТЕ ПОСМОТРИМ, СМОЖЕТ ЛИ ОНА РАЗОРВАТЬ ИХ НА ЧАСТИ! — Вот дерьмо, — проворчал Пэлл и вскочил на ноги, торопливо перебирая ассортимент амулетов у себя на шее, схватил один и активировал его. — Пожалуйста, работай, работай, работай, работай, работай! — А нам, типа… — пробормотал Стомпа, почувствовав, как воздух становится тяжелым и плотным, когда векторы закружились вокруг них на звуковых волнах. — Нада шота с этим делать? — Стомпа, ты что, беспокоишься? Кроме того… — Степенвульф ухмыльнулся и скрестил руки на груди. — ...Мне нравится эта песня. *** Сетти изумленно наблюдала за происходящим. Оглядываясь назад, становится понятным, что [CeeLo Green] Баркли мог не только работать через динамик, но и становиться экспоненциально мощнее с увеличением громкости. Арби попытался объяснить ей это в своей типично сухой, занудной манере. Он называл это законом обратных квадратов. Насколько ей удалось понять, интенсивность волны, подобной звуку, значительно уменьшалась с расстоянием. Арби предположил, что то же самое происходит и со стендами. Мощные, концентрированные стенды, подобные ее, были словно вторая кожа, в то время как стенды, подобные [D5H] Сайкса, могли выступать на несколько метров от своего пользователя. Стенды, подобные [Black Forest] Ханзеля, казалось бы, не имели ограничений по дальности действия, но были слишком слабы для использования в бою. Но [CeeLo Green] мог передвигаться на звуковых волнах и имел эффективную дальность действия около 20 метров, становясь тем сильнее, чем ближе он был к источнику звука. Очевидно, при использовании более мощных звуковых волн он мог достигать этого максимума с большей мощностью, чем она видела у Баркли раньше. Там, где только что стояли Ви, теперь царил хаос. Грешников уже давно не было видно. Вокруг кружилась пыль, сквозь нее были видны векторы, которые резали и крушили, полосовали и хлестали. Баркли покачивался в такт тяжелому ритму, его взгляд был отстраненным, ведь он вкладывал душу в свое выступление. Его тело покачивалось в такт ритму, виртуозный уличный музыкант потерял себя в своем ремесле. Быстрые, тяжелые ноты разрывали воздух, подчеркиваемые свистом и треском острых векторов и сотрясающими ударами тупых. Бетон, металл и плитка крошились, дробились, превращались в пыль снова и снова, пока не смешались в воздухе в виде дыма - а мелкодисперсная пыль, собравшись вместе, закружилась подобно торнадо. В развязке Сетти увидела, как векторы объединились в десятки рук, схвативших десятки нефтяных бочек, баллонов с пропаном и ящиков с динамитом, кружащихся в водовороте, прежде чем обрушиться на эпицентр, где стояли Грешники. Баркли торжествующе взревел, отыгрывая последние отрывистые ноты песни, и внутри вихря вспыхнула вспышка зеленого света, рассеявшаяся в результате мощного взрыва. Стена пламени устремилась им навстречу, но только для того, чтобы наткнуться и обогнуть барьер из плотного воздуха, созданный Баркли. — Ого… — сказала Сетти, морщась от жара, исходящего от ревущего изумрудного пекла, поглощающего улицу. — Срань господня, Баркли… — Хороший шоумен всегда заканчивает шоу на ура, — сказал Баркли, тяжело дыша. — Я же говорил тебе, что я… стану... звездой... Молодой адский пес пошатнулся на ногах и упал навзничь, тяжело и быстро дыша. — Баркли! — закричал Баррель, бросившись к нему. — Ты в порядке? — Д-да, в полном, Карась, — сказал Баркли, вздымая плечи. — П-просто... фу! Никогда раньше мы с [CeeLo Green] так сильно не зажигали. Такое чувство, будто я прибежал сюда от самой "Донны"! — Это было невероятно, Баркли! — Баррель подбодрил его, хлопнув по плечу. — Ты превратил этих грешников в пепел! — Сила музыки, Карась, — сказал Баркли со слабой, но торжествующей улыбкой на лице. — Ладно, давай вернемся к Ханзелю. Я вымотался. — Да, давай сваливать отсюда на хрен… — сказала Сетти, зашипев от боли, когда наклонилась, чтобы помочь ему подняться на ноги. — Ай! Сука. — Ты в порядке, Сетти? — спросил Баркли, взяв ее за руку. — Ты выглядишь довольно потрепанной. — Бывало и похуже, — сказала она, хотя верхняя часть ее тела была полностью покрыта синяками и царапинами. — У этого ублюдка, правда, было что-то типа святого металла. Но ему понадобиться нечто большее, чтобы справиться с моим [Titanium]. — Ангельский металл? — сказал Баррель, и его глаза засияли. — На тебя набросились с Ангельским металлом, а ты отделалась легкими ранениями! Ты такая классная, Сетти! — Самая крутая сучка в "Донне"! — Радостно воскликнул Баркли. Она ухмыльнулась в ответ и повела своих фанатов к выходу из дуэльного парка. — Ну, я чувствую себя довольно паршиво... В воздухе разнесся звук, от которого у них по спине пробежали мурашки: медленные, размеренные хлопки. — Куда ты уходишь, суперзвезда? Бис! Бис! — издевательски сказал Степенвульф, хлопая все сильнее и быстрее. — Ну же, Ви! Это выступление заслуживает оваций! Дети медленно обернулись. Их лица побледнели от ужаса. Там, где они только что были, стояли Ви. Степенвульф хлопал в ладоши, его могучее тело превратилось в кровавые лохмотья, шкура свисала в нескольких местах, ободранная до костей. Половина его лица была срезана, в оскале виднелись крокодильи зубы, оставшаяся половина растянулась в искренне восхищенной улыбке. — Реально здорово, Сквигги! Рядом с ним стоял Стомпа, менее потрепанный, чем его вожак. Его жесткая зеленая шкура была испещрена глубокими порезами, ушибами и ожогами, его мясистые лапы хлопали друг о друга в знак аплодисментов, остановившись только для того, чтобы засунуть пальцы в рот и свистнуть. — Ты часам ни выступаиш на вичиринках? Зафтра как рас ка мне припруца дружбаны! Последним был Пэлл, целый и невредимый. Строго одетый грешник был заключен в светящуюся оранжевую сферу, а один из многочисленных амулетов на его шее ярко светился. Он самодовольно улыбнулся. Его аплодисменты были гораздо более саркастичными, чем у его товарищей. — Лично я больше люблю электро-свинг. — Ты в порядке, Пэлл? — спросил впечатленный Степенвульф. — Бля, а я-то думал, ты спятил, когда раскошелился на эту заколдованную побрякушку. — Сатанус Санкторум пятого уровня, — ответил Пэлл, деактивируя заклинание. — Оно стоило каждой потраченной души. — Признаю, был прав. Тем не менее, я не куплю эту херовину, — сказал изодранный в клочья окровавленный демон и превратился в дым, мгновение спустя вновь став совершенно невредимым, после чего повернулся обратно к детям. — Такое мне не нужно. Итак, на чем мы остановились? — Фвоар! — Стомпа застонал, сцепил пальцы вместе и вытянул руки в воздух, его широкие плечи затрещали и увеличились, а его порезы, синяки и ожоги начали заживать, пока не исчезли совсем. Даже выбитый ряд зубов отрос заново. — Эта была крута, жуб даю! Но чем больши миня стукают, тем быстрее я личусь и сильней станавлюсь. Пасиба, Сквигги! Ты будиш харошей псинай! — Сетти… — прохрипел Баррель, его и так бледное лицо еще больше побелело. — Ч-что нам делать? Сетти ничего не сказала, ее глаза были широко раскрыты от ужаса: они не могли победить их. Даже с их стендами… враги были слишком могущественны. Слишком хорошо экипированы. Слишком опытны. Неужели она умрет здесь? После всего, через что она прошла, неужели она будет убитой забавы ради кучкой неудачников, приехавших в отпуск? А что станет с Баркли? И Баррелем? Успеют ли они к Ханзелю? Это ее вина. Это все ее вина. Эти бедные, доверчивые мальчики могли погибнуть или, что еще хуже, попасть в рабство к жестоким головорезам-убийцам, и во всем этом была виновата она! — Я… — сказала она, и горячие слезы навернулись ей на глаза. — Мальчики… Мне жаль. Мне жаль, что я втянула вас в это. На счет "три" вы двое бегите к Ханзелю и окажетесь в безопасности. Я... я буду сдерживать их так долго, как смогу. — Сетти, нет! — воскликнул Баркли, схватив свою гитару. — Я могу помочь! Я… Баррель положил руку ему на плечо и покачал головой, опустив глаза в землю. Баркли заскулил и бросился к ней, обхватив ее руками. — Ты самая крутая девчонка, которую я когда-либо встречал. — М-мы приведем мистера Найтмэра, Сетти! — сказал Баррель, и соленые слезы потекли по его щекам. — Мы приведем его, и он покажет этим парням! Я обещаю! Сетти ничего не сказала, выражение ее лица было пустым, но она кивнула. — Пахожи, ани валят, — промурлыкал Стомпа, хрустнув своими огромными костяшками пальцев. — Тц-тц-тц! Какая дасада. Но для тя этат пастук ни закончица, пака ты ни признаиш паражение… или пака ни сдохниш! Чо выбираиш? Никакой осьми-батя тибя ни спасет! — Считаю до трех… — пробормотала Сетти, собрав последние силы и призвав [Titanium]. — Один... Баррел и Баркли приготовились. — ...Два... Ви готовились броситься в погоню, Пэлл двинулся открывать портал. Грузовик, ехавший дальше по улице, разлетелся на искореженные металлические осколки, когда что-то огромное и тяжелое обрушилось сверху. Диск колеса отскочил от дороги, прокатившись перед Ви, прежде чем опрокинуться на бок. Все шестеро посмотрели вверх по улице, когда из дыма и пыли появилась фигура. — Какого... — сказал Баркли, и его страх испарился. — Хвала Левиафану, — сказал Баррель, упав на колени и молитвенно сложив руки. — Хвала Тому, Кто желает, его зависть к Смерти лишила Ее этого недостойного. Хвала Маммону, Тому, Кто жаждет, за то, что выкрал этого недостойного из рук Смерти. Хвала– — Э-э… — сказал Пэлл, и по его лицу расползлась гримаса страха. — Степ? Какой, э-э, у нас, типа, план? — Диржите миня семера, — усмехнулся Стомпа. — Пасмарите кто абъявился. — Рэд Найтмэр, — сказал Степенвульф, нагло ухмыляясь. — Ты не сильно торопился. Мы уже начали думать, что ты не придешь. Рэд Найтмэр властно шествовал по улице, не обращая внимания на прохожих, направляясь прямиком к детям. — Рэд! — вскрикнула Сетти, бросившись к нему. — Я знала, что ты... Она замолчала под холодным взглядом грешника. В его позе не было ни облегчения от ее безопасности, ни тепла, только ледяная, наэлектризованная ярость. Он был разочарован. В ней. Сетти закрыла рот, ссутулившись, словно под огромной тяжестью, опустив глаза в землю, не в силах встретиться с ним взглядом. — Мистер Найтмэр, не сердитесь на Сетти! — воскликнул Баркли, подбежав и встав между ними. — Я знаю, что мы не должны были быть здесь, но мы просто подумали, что могли бы– — Возвращайтесь к точке сбора, — сказал Рэд ровным и твердым, как камень, тоном. — Сейчас же. Баркли побледнел настолько, насколько это было возможно из-за меха. Обычная его бравада не столько сдулась, как воздушный шарик, сколько лопнула. Его уши прижались к голове, и он крадучись удалился, поджав хвост. Сетти осталась стоять, уставившись в землю. — Сетти, — сказал он. — Я могу… — Нет. Ты не можешь, — перебил он. — Убирайся в безопасное место. Собрав всю свою силу воли, она заставила себя поднять на него глаза, тихо потрясенная тем, что увидела. Рэд смотрел на Ви, и его губы сжались в тонкую линию: он был… обеспокоен? — Иди, — коротко сказал он. Она так и сделала. Пробегая мимо него, она оглянулась через плечо: с каких это пор Рэд Найтмэр стал о ком-то беспокоиться? *** — Мы вот так проста пазволим им свалить, Степ? — спросил Стомпа, переводя взгляд со Степенвульфа на Рэда и обратно. — А как жи дуэль? Я тока начал разагриваца. — Дуэль все еще продолжается, Стомп, — улыбнулся Степенвульф. — Степ, ты же не серьезно! — воскликнул Пэлл, на его лице отражались смятение и абсолютный ужас. — Что? — Легио аб Инфернум, страница 667, параграф четвертый, подраздел D: касательно Договоров… — сказал Пэлл, и слова его были наполнены ужасом. — В случае дуэли или сделки между двумя сторонами, силой Договора она может быть передана нанимателю или хозяевам одной или обеих указанных сторон. — Э-э, Степ...? — пробормотал Стомпа, слегка побледнев. — Ты шо удумал? — Что такое, Рэд? — крикнул Степенвульф. — Не хочешь оплачивать счет? — Прошу прощения? — Рэд, казалось, был оторван от каких-то размышлений. — Твои детишки начали то, что им не удалось закончить, — сказал Степенвульф. — Это парк для дуэлей, и в этой маленькой дыре началась дуэль. Законы Ада гласят, что ты можешь принять ее за них. Что скажешь? Рэд мгновение изучал Степенвульфа. На его лице разочарование смешалось с недоумением. — ...Серьезно? Степенвульф улыбнулся. Рэд Найтмэр вздохнул, положив руку на бедро, а другой массируя виски. — Послушай, Бобик, сейчас неподходящее время. Мои сотрудники только что разворошили осиное гнездо, и мне нужно поторопиться, если я хочу предотвратить ситуацию. У меня нет времени потакать твоим иллюзиям. Скажи своим боссам, что я здесь ни за что не отвечаю. Все это - просто недоразумение, ясно? Степенвульф усмехнулся и покачал головой. — Моим боссам? Нет, Рэд, ты все неправильно понял. Мы здесь не по делу. Мы здесь для удовольствия. Побыть немного в стороне от фронта. Это личное дело, между мной и твоими сопляками. Дуэль должна состояться, таковы правила. Либо ты берешь ее на себя, либо отдаешь мне девушку и даешь нам закончить. И я обещаю тебе, когда я побью ее и сделаю своей… Я не торопясь сломаю эту маленькую сучку всеми возможными способами. Я запишу это дело и выложу в Интернет. Черт, возможно, я даже смогу уговорить Валентино одолжить мне студию и парочку помощников. Как тебе? — Степ, — с отвращением прошипел Пэлл. — Еб твою мать. — Я пошутил, Зубастик. Минутка юмора, — пробормотал Степенвульф уголком рта. — Я просто убью ее, обещаю. — О, тогда ладно. Рэд Найтмэр уставился на него с противоположной стороны улицы. Выражение его лица было бесстрастным, темным, зловещим, как надвигающаяся грозовая туча. — Хорошо. Полагаю, это не займет слишком много времени. Я принимаю. Сверкающая дуга зеленой энергии Договора промелькнула между ними: дуэль была передана. — Я разочарован, — сказал Рэд, и на нем появились его перчатки из Серафимской стали. — Я хотел, чтобы эта наша маленькая игра продолжалась. Но если тебе так не терпится умереть, полагаю, я могу проглотить свою гордость и сделать тебе одолжение. — Мы полны сюрпризов, Рэд, — сказал Степенвульф, хрустнув костяшками пальцев. — Видишь ли, все это время мы были на фронте. Сражались, убивали и мародерствовали. Вся эта борьба, эти предсмертные переживания - это была разминка. А сейчас начнется настоящий бой. Думаю, ты будешь рад узнать... Степенвульф исчез в клубах тумана. Глаза Рэд Найтмэра расширились, когда сверкающий кулак врезался в его неподготовленный живот с силой товарного поезда. Ударная волна разбросала обломки по земле, отбросила в сторону остовы автомобилей и сотрясла железобетонные искусственные здания на своих фундаментах. Рэд кашлянул, на его бледно-розовом лице появилось выражение крайнего шока, когда он посмотрел вниз и увидел ухмыляющегося ему Степенвульфа. Рот морского демона открылся, небольшая струйка зелено-черной крови вырвалась наружу с болезненным хрипом, забрызгав морду Степенвульфа. Тот усмехнулся и слизнул кровь, глаза его сияли. — ...Что этот старый пес выучил несколько новых трюков.