Глава 9 - Перекресток Теней

День медленно подходил к концу. Дождь уже закончился, но сырость и прохлада вечера давали о себе знать. Рэй возвращался домой, не обращая внимания на них. Тяжелые мысли окутали его, и в голове крутилось лишь одно: «Как ее спасти... Как ей сказать». Он вошел в уютную атмосферу дома. Марта, как обычно, готовила что-то ароматное. Рин сидела в кресле с какими-то книгами и что-то конспектировала. Взгляд Рэя был направлен на Рин, на ее красивые длинные волосы, ставшие белыми 13 лет назад. Этот цвет, такой же, как у него сейчас, был зримым напоминанием об их общей трагедии и новой, нависшей угрозой. На мгновение в глазах потемнело, к горлу подступил ком отчаяния. «Они увидят и ее...» — Рэй, ты уже вернулся? — Марта подошла и смахнула несколько прошлогодних листьев, запутавшихся в его волосах. — Все в порядке? Давай раздевайся, тебе надо поужинать и выпить чаю. — Братец, ты выглядишь... хуже, чем до ухода, — Рин оторвала взгляд от книги и направила его на Рэя. Ее глаза, обычно такие живые и пытливые, сейчас сузились с беспокойством. — Что случилось? Антонио... ему хуже? — Она отложила перо, внимательно изучая его лицо. Его бледность, тень в глазах, этот странный, застывший взгляд на ее волосах – все это кричало о чем-то очень плохом. В этот момент из мастерской в столовую зашел Томас и похлопал Рэя по плечу. — Ну как, парень? Сходил к Антонио? Как у него дела? Но Рэй не ответил. Он словно завороженный смотрел на сестру, видя в ее белых прядях не прошлое, а смертельную ловушку. — Эй, Рэй! — Голос Томаса стал резче, его рука слегка встряхнула парня за плечо. — Ты дома? Что с тобой? Выглядишь, будто призрака увидел. Рэй вздрогнул, словно очнувшись. — А... простите, — он сглотнул, пытаясь выдавить что-то вразумительное. — Я, наверное, просто устал. Антонио... он в порядке. Болтает, шутит. Говорит, ребра еще болят, но уже лучше. Передал всем привет. — Рэй заставил себя улыбнуться, но это получилось неестественно и напряженно. Он снял накидку, стараясь избегать пристального взгляда Рин. Ее молчаливое внимание было тяжелее любых слов. — Это хорошо, что он поправляется, — Марта подала ему кружку горячего чая. Ее взгляд тоже был полон немого вопроса. — Садись, поешь. Ты ледяной. Рэй машинально взял ложку, но есть не мог. Руки слегка дрожали. Мысли метались: «Как сказать? Как предупредить, не посеяв панику?» Он чувствовал, как взгляд Рин буравит его. Она не отводила глаз. — Рэй, — ее голос звучал тихо, но очень четко. Она закрыла книгу. — Что-то случилось. Скажи. Ты... ты смотришь на меня так странно. И Антонио... ты о нем говоришь, но не смотришь в глаза. Что «произошло»? — В ее голосе прозвучала не просто тревога, а почти испуг. Она чувствовала его страх, но не понимала причины. Рэй чуть не поперхнулся чаем. Он резко поднял голову, встретив ее пристальный, умный взгляд. Она читала его, как открытую книгу. Как всегда. — Я... — начал он, но слова застряли в горле. Признаться – значит обрушить на нее весь ужас. Солгать – предать ее доверие и оставить беззащитной. Он опустил глаза в тарелку. — Какие новости от Антонио? — нахмурился Томас, отложив салфетку. Его взгляд, опытного бойца, скользнул с бледного лица Рэя на встревоженное лицо Рин и обратно. Он почуял неладное глубже, чем просто усталость. — Что-то не так, парень? Говори. Атмосфера в комнате натянулась, как струна. Аромат еды вдруг стал казаться удушливым. Даже Марта замерла у очага, чувствуя надвигающуюся грозу. Внезапный, громкий стук в дверь заставил всех вздрогнуть. Рэй непроизвольно сжал ложку. — Кто бы это так поздно? — пробормотала Марта, вытирая руки и направляясь в прихожую. Сердце Рэя бешено заколотилось. «Кто?» Облегчения не было, только новая волна тревоги. Через мгновение в дверном проеме столовой появилась широкая, знакомая фигура в дорожной плащ-накидке, под которой была все та же знакомая экипировка истребителя. Марко. Рэй вдруг вспомнил его слова в госпитале: «Загляну к вам. Поговорить надо». В суматохе и страхе за Рин он совсем забыл об этом. — Доброго вечера! — Марко широко улыбнулся, сбрасывая мокрый плащ на вешалку. Его лицо светилось усталым, но искренним теплом, без тени той тяжелой серьезности, что была в госпитале. — Проходил мимо, вспомнил про обещанный визит да про то, что Марта у нас лучший на западе кулинар! Не гоните в такую погоду? — Он обнял Марту, потрепал по плечу Томаса, кивнул Рин и Рэю. Его появление, громкое и простое, как глоток свежего воздуха, ворвалось в натянутую тишину. — Ух, а у вас тут... напряженно что-то. — Он окинул взглядом стол, уловив бледность Рэя и встревоженный взгляд Рин. — Не поссорились, надеюсь? Или Антонио свои шуточки через Рэя передал? Тот парень, знаете ли, после обезболивающего такое несет... — Марко! — Марта засмеялась, слегка отталкивая его. — Хватит! Садись, чайку горячего выпей. Как раз успел к ужину. Антонио, говоришь, отошел? Это хорошо! А что несет-то? — Она налила ему чаю, атмосфера слегка разрядилась. — О, да он там парень нарасхват! — Марко с шумом уселся, с наслаждением потягивая горячий чай. — Сестры Милосердия вокруг него вьются, а он им комплименты строчит, хоть и кряхтит от каждого вздоха. Говорит, одна даже маску приподняла, чтобы улыбнуться ему! В этих вопросах привирает как всегда, ага. — Он хитро подмигнул. — Хах... — Томас слегка ухмыльнулся. — А я вот, между прочим, только что с полей. Нагрянула напасть к югу от стен – змееподобное чудище размером с лошадь. Гадина мерзкая! Чешуя изумрудного цвета, прочная, удар держит будто бронированная, а из глаз и пасти струится едкая жижа! Кажется в Гильдии Исследователей его классифицировали как «Беса» и присвоили «Янтарный» уровень угрозы. — Марко сделал паузу для эффекта. — Наверное его привлекли топливные ячейки в агромашинах, он попортил парочку. Фермеров распугал, но Слава Свету никто не пострадал. — Он махнул рукой. — Давненько чудищ не видели так близко к стенам... — Томас нахмурился, новость его явно встревожила. — Не переживай, мы с отрядом быстро его уложили. «Пеклом» по слабому месту под чешуей – и готово. — Марко с гордостью достал из походной сумки нечто и протянул Рин. Это была крупная, гладкая чешуйка размером с ладонь, переливающаяся всеми оттенками зеленого – от темного изумруда до светлой весенней травы. По краю шел тонкий золотистый ободок. — Вот, Рин, держи. Говорят, эта вещица способна стабилизировать течение духовных токов. Для твоей коллекции, думаю, сгодится. И... просто красивая штука. Она напомнила мне цвет твоих глаз. Рин замерла. Щеки ее мгновенно залил яркий румянец, контрастируя с белизной волос. Она осторожно взяла прохладную чешую, ее пальцы слегка дрогнули. Не поднимая глаз, она прижала неожиданный подарок к груди, туда, где бешено колотилось сердце. — С-спасибо, дядя Марко, — прошептала она, голос едва слышным. — Она... прекрасна. Мысль о том, что он заметил ее глаза, заставила румянец вспыхнуть еще ярче. В Марко она всегда видела не только друга семьи, но и отголосок его силы, доброты и теплых воспоминаний. Этот подарок, этот взгляд... для нее в этом было нечто большее, чем просто забота. Марко мягко улыбнулся, видя ее смущение, но не комментируя его. Он отхлебнул чаю, его взгляд скользнул к Рэю и стал чуть серьезнее, но все еще участливым. — Ладно, балагурство балагурством, — он отодвинул пустую тарелку. — А что у нас тут за тучи собрались? Рэй, парень, ты как выжатый лимон. Рин, а ты смотришь на брата так, будто он чудище какое. Томас, у тебя лицо, как перед проверкой инспектора из Объединенной Армии Обороны. Неужто я пропустил что-то важное на вашем семейном совете? Томас вздохнул, потер переносицу. — Да не, Марко. Просто... Рэй что-то не в себе. Пришел с госпиталя – сам не свой. Рин волнуется. А он молчит, как партизан на допросе. — А-а, — Марко кивнул, его взгляд стал понимающим и чуть более внимательным. Он встал, потянулся. — Ну, раз так... Томас, а не показать ли тебе тот новый сплав, который ты получил с того чудища? Слухи ходят, что для рунической гравировки – идеален. Рэй, иди с нами, глянешь, развеешься. А вы, девочки, — он обернулся к Марте и все еще смущенно прижимающей чешуйку к груди Рин, — не против, если мы в мастерскую сбежим на полчасика? Дело хозяйственное. И Рэю, глядишь, полезно – воздухом подышать, а не тут киснуть. Марта махнула рукой: — Да идите, идите. Только про ужин не забудьте. Рин, дорогая, пойдем покажешь мне свои конспекты. Рин кивнула, не поднимая глаз. Щеки все еще пылали. Она бережно положила драгоценный изумрудный осколок на стол, но тут же снова взяла его в руки, словно не в силах расстаться. Ее взгляд, полный смеси смущения и немого вопроса, проводил Рэя, Томаса и Марко, направлявшихся в мастерскую. Когда дверь за ними закрылась, она тихо встала и пошла в свою комнату, крепко сжимая подарок Марко. Тревога за брата на мгновение отступила, уступив место странному, теплому и трепетному чувству, которое она давно в себе не признавала. В мастерской пахло металлом и маслом, а в воздухе витали частицы из потускневшего кристалла духовного концентрата. Марко прикрыл дверь и облокотился о наковальню. Его добродушная маска спала мгновенно, сменившись сосредоточенностью и легкой озабоченностью. — Так, парень, — Марко сказал тихо, но твердо, глядя прямо на Рэя. — Выкладывай, что стряслось. Вижу, дело нешуточное. Что тебя гложет? И почему Рин... — он сделал едва заметную паузу, — ...так встревожена? Это что-то связанное с ее... состоянием? — Его взгляд был проницательным. Он заметил не только тревогу Рин, но и застывший взгляд Рэя на ее белых волосах. — Я... — Рэй остановился, губы его подрагивали. Слова казались комьями грязи, застрявшими в горле. Он потянулся в карман, движения были резкими, нервными. — ...в госпиталь шел... зашел к Тернеру. За кристаллами. Вот... — Он развернул сверток, и кристаллы духовного концентрата тускло блеснули на ладони. Его пальцы сжали их так крепко, что на одном из кристаллов проступила трещина. Он уставился на них, будто ища в их глубинах ответа. В мастерской повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь его неровным дыханием. — А потом... — голос Рэя сорвался. Он не знал, как вымолвить слова о смертельной опасности для самых близких. — Что потом, Рэй? — Марко мягко подтолкнул его, его голос стал еще тише, но настойчивее. — Что сказал Тернер? Кажется он знает больше, чем может показаться на первый взгляд. — Я спросил... есть ли новости... — Рэй выдохнул, не поднимая глаз от кристаллов. — И? — Томас не выдержал, шагнув ближе. Его инстинкт ветерана чуял беду. — Он... сказал... все тихо... — Рэй прошептал. — Ну вот и славно! — Томас выдохнул с явным облегчением, даже улыбнулся. — Видишь, парень? Напугал ты нас всех зря. Тернер бы знал... — Кроме... — Рэй перебил его, резко подняв голову. Его глаза были огромными от страха. — ...кроме той вспышки... — добавил он почти виновато. — Ну да, вспышка твоя, конечно, шума и света наделала, — махнул рукой Томас, будто стараясь избежать этого разговора. — Весь город говорил. Но это ж прошло, улеглось... — А еще... — Рэй снова замолчал. Слова жгли язык. Он сглотнул, почувствовав, как холодеют пальцы. — Что еще, Рэй? — Марко наклонился чуть ближе, его взгляд стал острым как клинок. Он видел настоящий ужас на лице парня. — Серые Скорпионы... — вырвалось шепотом, но оно гулко прозвучало в тишине мастерской. Томас замер, как вкопанный. Цвет стремительно сбежал с его лица. — Что... что ты сказал? — Его голос был хриплым, почти не своим. Он сделал шаг к Рэю, будто хотел схватить его за плечи и встряхнуть, заставить взять слово назад. — Серые... Скорпионы? Ты уверен?! Ты уверен, что именно так он сказал?! — В его глазах мелькнуло недоверие, быстро сменяющееся леденящим осознанием. — Да... — Рэй кивнул, сжимая кристаллы до боли. — Уверен. Их видели... недалеко от Спрингдейла. На юго-западе. — Он бросил быстрый взгляд на дверь, ведущую в дом, к Рин. — Серые Скорпионы? — Марко переспросил, его брови сдвинулись. Он видел реакцию Томаса – чистый, немой ужас. — Кажется я слышал что-то такое... Кто это? — Его вопрос был адресован Томасу, чье лицо стало каменным. — Кто?! — Томас зашелся резким, горьким смехом, в котором не было ни капли веселья. Он отвернулся, сжал кулаки. — Рыцарский орден при Инквизиции! Самые рьяные, самые результативные! — Он обернулся к Марко, его глаза горели гневом и давней болью. — Ты был тогда на севере, с другим отрядом. А мы... мы участвовали в той проклятой операции у реки Юсна совместно с объединенными силами Инквизиции! В задачи нашего отряда входили обеспечение поддержки и зачистка местности от чудищ. Тогда на наши позиции вышла женщина, сказала что на ее деревню напали, она умоляла нас помочь. А когда мы подоспели... — голос Томаса дрогнул — они вырезали всю деревню, Марко! Серые Скорпионы, они вырезали всех до единого! Не пощадили ни стариков, ни детей... Никаких вопросов, никаких доказательств. Безжалостные ублюдки! Мы стояли в оцепенении от ужаса... — Он с силой ударил кулаком по верстаку. — Черт! Только их не хватало сейчас! Только не их! — Он схватился за виски, закрыв глаза, будто отгоняя чудовищные картины прошлого. Марко слушал молча. Его лицо было непроницаемой маской, но в глазах, устремленных куда-то в пространство за спиной Томаса, шевелились тени. Он складывал пазл: Инквизиция... Серые Скорпионы... их методы... их интерес к "еретикам"... белые волосы Рэя... белые волосы Рин... предупреждение Тернера о их близости... — Спрингдейл... Юго-запад... — он произнес медленно, обдумывая каждое слово. Его взгляд скользнул к Рэю, к его ослепительно-белым прядям, потом к стене, за которой была Рин. — ...и белые волосы. Признак духовного истощения... или чего-то иного, что они сочтут "ересью". — Значит, Инквизиция. — Слова Марко повисли в воздухе мастерской, тяжелые и неоспоримые. Он медленно выпрямился, его взгляд стал острым, расчетливым. — Спрингдейл... Оттуда до Миллетвиля – меньше двух дней пути для их механизированного отряда. У нас максимум два дня, — он четко отбил срок, глядя попеременно на Томаса и Рэя. — Возможно, меньше, если они двинутся форсированным маршем. Они не станут медлить. Рэй почувствовал, как земля уходит из-под ног. «Два дня... Рин...» Он инстинктивно шагнул к двери. — Стой! — Марко резко, но без крика, остановил его. Его голос был спокоен, но в глубине глаз что-то мерцало – не только решимость. — Паника погубит все. Садись, Рэй. Томас, дыши. У нас есть выход. Томас все еще сжимал виски. Он с трудом перевел взгляд на Марко. — Выход? Какой? Неужто ты собрался биться с Инквизицией? — Вовсе нет, я воспользуюсь старыми знакомствами и крепкими стенами, старина, — Марко позволил себе короткую, жесткую улыбку. — У меня есть контакты в Бригаде «Яростных». Их штаб-квартира и тренировочная база под Тернсом, вокруг разлома «Меланис». Место крепкое, как скала. Инквизиция туда не сунется без объявления войны всему Корпусу Истребителей. — Он посмотрел на Рэя, и его взгляд стал... интенсивнее. — Тебя и Рин. Туда. Завтра вечером, на закрытом транспорте с грузом для базы. Я все устрою. Скажу, что вы – дети моих павших товарищей, которым нужен временный приют после... неприятностей в городе. Легенда проста. Она сработает. Рэй почувствовал слабое облегчение. «Яростные»... Но Томас нахмурился. Его взгляд, полный старой боли, стал пристальным, оценивающим. «Слишком удобно... Слишком быстро. «Контакты»... «Закрытый транспорт»... Как будто он не спрашивает, а приказывает. И почему именно «Яростные»? Почему не наша местная группировка Истребителей?» Мысль кольнула ледяным сомнением. Он промолчал, лишь кивнул, сжав губы. Доверять Марко он доверял, но этот план... в нем чувствовалось нечто странное. — Ладно, — Томас выдавил, не отводя изучающего взгляда от Марко. — Значит, штаб «Яростных» под Тернсом. Завтра вечером. А пока? — А пока соблюдайте тишину. Абсолютную. — Марко сделал акцент. — Ни Рин, ни Марте – ни слова о Скорпионах или Инквизиции. Скажем, что вам нужно съездить на несколько дней – свежий воздух Рин полезен, а тебе... ну, поможешь на базе с ремонтом снаряжения, глядишь, опыт поднаберешься. Собраться тихо. Я зайду за вами вечером ближе к закату. Он сделал паузу, и его взгляд внезапно стал пронизывающим, словно просвечивающим Рэя насквозь. Он шагнул ближе. — А теперь, Рэй, — голос Марко понизился, стал тише, но плотнее, в нем звучал стальной стержень. — Расскажи мне. Там, у заставы. Как ты это сделал? Антонио без сознания, исследовательница исчерпала духовную энергию. Томас говорит... ты встал. И сделал то, что не удалось остальным. Уложил чудище, от которого отскакивали рунические удары. Как? Что ты чувствовал в тот миг? Что было внутри? — Его вопросы висели в воздухе, тяжелые и настойчивые. В них был не только интерес старшего товарища, но и что-то иное... Рэй отвел взгляд. Он почувствовал, как внутри все сжалось. Пустота внутри, где раньше клокотало что-то неведомое, отозвалась ноющей болью. — Я не помню... Это было как сон. Или... или как будто кто-то другой действовал вместо меня. Только холод... вспышку и гром... — Он замолчал, не в силах подобрать слова для необъяснимого. — Гром? — переспросил Марко, его глаза сузились. — Что ты имеешь в виду? Грозу? — Нет... — Рэй покачал головой, пытаясь ухватить ускользающее ощущение. — Как... как гул внутри. И сила... огромная сила, которая пришла уничтожила чудище и... ушла. Оставив только эту пустоту. — Он безнадежно развел руками. — И белые волосы. Марко не отвечал несколько долгих секунд. Он изучал Рэя, его бледное лицо, дрожащие руки, безнадежный взгляд. В его глазах мелькнуло что-то сложное – удовлетворение? Разочарование? Тревога? Было невозможно понять. — Гул... Сила... Пустота, — повторил он задумчиво. Он кивнул, как будто что-то важное подтвердилось. — Понятно. Не кори себя, парень. Главное – ты жив. Остальное... — он махнул рукой, — ...разберемся. Сейчас фокусируйся на завтрашнем вечере. На безопасности. Своей и сестры. — Он положил тяжелую руку на плечо Рэя. Прикосновение было крепким, но в нем не было прежней отеческой теплоты. — Я сделаю все возможное, что от меня зависит. — В этих словах прозвучала странная, двойственность. — А теперь иди. Попробуй поесть. Отдохни. Томас, помоги ему собрать самое необходимое. Мне пора – нужно обеспечить «транспорт» и подтвердить размещение. — Он решительно направился к двери мастерской, ведущей во двор. На пороге обернулся. — Помните главное – тишина. Дверь закрылась за ним. Томас долго смотрел на нее, его лицо было каменной маской. Подозрения клокотали внутри, холодные и неотвязные. «Все, что от него зависит»... «Что от него зависит? Что это значит? Какие «контакты» у него в «Яростных»? Почему так спешит?» Он вздохнул, обреченно глядя на бледного, изможденного Рэя. — Ладно, парень... — голос Томаса был усталым. — Пойдем, посмотрим, что тебе взять с собой. И как нам это Рин преподнести... — Он положил руку на плечо Рэя, проводя его в дом, в то время как тени сгущались не только за окном, но и в его собственных мыслях. Глубокие сумерки. Первые звезды на темнеющем небе. Заброшенная смотровая вышка на холме в нескольких километрах к востоку от Миллетвиля. Вид на город и западные подступы. Холодный ветер гулял по ржавым фермам вышки, завывая в щелях. На верхней площадке, скрытой от случайных взглядов развалившейся крышей, стояли неподвижные фигуры. Они казались тенями, сливавшимися с наступающей ночью и руинами. Их силуэты искажали объемные плащи из плотной, матовой ткани, на поверхности которой мерцали и переливались рунические узоры `Ak-Mi-Dur` (Иллюзия-Малый-Длительный), создавая эффект активной маскировки, дрожащий как мираж. Под плащами угадывалась обтекаемая, серая композитная броня, легкая, но прочная. Глаза и лица скрывали маски различной формы - гладкие, темно-серые, с интегрированными окулярами. Внутри окуляров, видимых только носителям, светились призрачно-голубые символы и схемы Инфографической системы: тактическая карта местности, показатели жизнеобеспечения, статус систем. На высоких воротниках располагались компактные голосовые модуляторы, искажавшие речь в безличное, механическое шипение. На бедрах и спине – компактные рунические карабины с выгравированными на прикладах и ствольных коробках сложными символами рунические слова. У пояса – короткие, прямые рунические клинки в быстродоступных ножнах. Во главе группы стояла фигура чуть менее массивная, но с осанкой, не оставлявшей сомнений в должности командира. Позывной «Медная Лисица» был выведен крошечным, мерцающим серебряным шрифтом в углу ее окуляра. Она шагнула вперед, ее модулятор зашипел: — Отряд "Заря", полный состав. Прибыли в сектор по вашему приказу. Переходим под ваше оперативное командование. Готовы к докладу о передвижении и подтверждению статуса легенды. Перед ними, спиной к городу, чьи первые огни зажигались вдалеке, стояла женщина. Она не носила брони или маскировки, только практичный, темный плащ поверх простой одежды. Ее серебристые волосы, собранные в тугой узел, казались бледным пятном в сгущающихся сумерках. Лицо было скрыто глубоко натянутым капюшоном, оставляя видимым лишь подбородок и тонкие губы. Она не повернулась, ее внимание было приковано к западному горизонту, где сгущалась тьма. — Подтверждаю переход под командование, — ее голос был низким, резким и лишенным эмоций, как скрежет камня. — Статус легенды? — Легенда "Клерк Торговой Гильдии" внедрена успешно. — Голосовой модулятор "Медной Лисицы" слегка смягчил шипение, но не дал опознать голос, — Сообщение о командировке доставлено в пункт назначения в установленные сроки. Покров не вызывал подозрений. Все нити контроля на месте. Женщина в капюшоне слегка кивнула, словно ожидая именно этого. Она наконец обернулась к отряду. На ее запястье блеснул едва уловимый символ, на котором была изображена серебряная сова, впившаяся когтями в месяц. В полумраке под капюшоном невозможно было разглядеть глаз, но чувствовался острый, оценивающий взгляд, скользнувший по каждому оперативнику. — Оперативная обстановка обострилась, — заявила она, ее слова падали как ледяные осколки. — Инквизиция совместно с орденом «Серых Скорпионов» активизировала поиски носителей Искры в регионе. Ваша основная задача: наблюдение и скрытное сопровождение объекта. Досье: Рэйвен Ашборн. Семнадцать лет. В окулярах оперативников вспыхнули и сошлись в одну точку голографические проекции: описание, черты лица, параметры, схематичная карта города, обозначение дома Смитов. — Объект демонстрирует признаки, соответствующие ранней стадии интеграции «Божественной Искры», спровоцированной экстремальным событием у западной заставы. Состояние: тяжелое духовное истощение, внешние маркеры выражены. Он... уязвим. Ее голос на секунду дрогнул, когда она произнесла «уязвим», но тут же стал снова ледяным. — Вторичная задача: мониторинг активности «Серых Скорпионов». Так же есть не подтвержденная информация от источника в северо-западном секторе о передвижении Жнецов Культа «Черного Рассвета». Сохранять максимальную бдительность. Избегать прямого контакта любой ценой. Приоритет – безопасность объекта и сбор данных. В случае прямого контакта объекта с «Серыми Скорпионами» или Жнецами – протокол «Рассвет», извлечение любой ценой. Детали протокола будут доступны в Инфографической системе. Она скрестила руки на груди. — «Медная Лисица» – координация на месте. Связь и отчеты по требованию. Вопросы? Оперативники стояли не шелохнувшись. Только легкое мерцание символов в их окулярах указывало на активную работу систем. — Вопросов нет, — прошипел модулятор «Медной Лисицы». — Отряд к выполнению задачи готов. Женщина в капюшоне кивнула, ее лицо снова скрылось в тени. — Приступить к выполнению. — Есть. Она повернулась обратно к темнеющему городу, ее серебристые пряди мелькнули на ветру под капюшоном, прежде чем скрыться из виду. Оперативники растворились в сумерках, словно их и не было, оставив на вышке лишь шелест ветра в ржавом железе и далекие огни Миллетвиля, над которым сгущались невидимые тени.