Флэшбэк. Страйк и суперы

Роджерс и стоящий за его спиной Барнс мрачно смотрели на Альфа Страйк. А Рамлоу и его люди так же мрачно смотрели на них. — Мне, Рамлоу, плевать, что вас оправдали. Плевать мне на причины, по которым вы были в Гидре. Вы виновны — для меня. — И меня, — прогудел Барнс. — Мне всё равно, что вы пришли к Фьюри почти сразу и стали шпионить для него. А вот что ты и твои люди не вытащили Баки, как увидели — этого я не прощу. — Хоть ты и твои люди хорошо ко мне относились, это не мешало тебе ебашить меня шокером почём зря. И сажать в Кресло, спокойно наблюдая за этим, — добавил Барнс. — Если б мы рыпнулись, нас бы пустили в расход. И наши семьи. И потом — без прямого приказа Фьюри мы не могли ничего делать. Руки были связаны. — Мне, — рыкнул Роджерс, — плевать, что вы там могли и не могли. Ты наблюдал, как пытают человека, и ничего не делал! Брок набрал воздуха, чтобы попытаться оправдаться… И понял с ужасом: Роджерсу и Барнсу оправдания не нужны. Им обоим нужны их головы. — Я сделаю всё, чтобы вас вышвырнули из ЩИТа. И чтобы вы никогда не нашли работу на территории США. Даже уборщиками. И за границу вам не уйти — об этом я уже позаботился. — Вас не возьмут даже нелегально, — добавил Барнс. — Вы можете потрепыхаться, но никуда не денетесь, — припечатал Роджерс. — Что вам двоим от нас надо? Чего вы добиваетесь? Что вы вообще хотите? — Брок устал. — Просто. — Усмешка на губах Роджерса больше подошла бы не Капитану Америке, а Капитану Гидре — настолько она была неприятной. — Побегайте. Попробуйте скрыться. Спрятаться. А мы вас будем искать. — И уничтожим. Одного за другим. А ты, — Барнс сейчас и близко не походил на славного парня Баки из довоенного Бруклина; сейчас он был Активом — и только им. Он улыбнулся Броку так, что того продрал арктический мороз, — ты будешь последним. — Свободны. У вас фора в… так и быть, две недели. Потом мы выйдем на охоту.