Интерлюдии

Интерлюдия. Брок Рамлоу Брок был и доволен, и в раздрае — неожиданная и нежеланная встреча с Активом выбила его из колеи. Сидя в саду на старой черешне, он пытался переварить новость. — Хорошо, что он адекватный. К психологу ходит. Волонтёрит. Новость о том, что Ак… Джеймс хочет остаться в том мире, в том доме-у-дороги, обрадовала — тому действительно была нужна работа, где он сможет помогать. Приют — это, скорее, для души. Однако то, что именно их уход спровоцировал у Джеймса осознание всей мерзости, в которую втаскивает его Роджерс, заставило подозревать мохнатую когтистую лапу Эшу. — От всей души надеюсь, что Роджерс не вылезет оттуда, где он сидит, — буркнул Брок, — иначе это плохо для кого-то закончится. Брок надеялся, что Роджерс ни в жизни не найдёт Дорогу. Неадекватный супер — это кошмар. А они и Джеймс только-только поправили крышу, как шутил местный Стив. И вот не нужен им неадекватный Роджерс, совсем не нужен! Им с Роллинзом и так придётся внепланово поработать с психологами после встречи с Джеймсом. Но в общем и целом Брок был доволен — как-никак с Барнсом он работал несколько лет, и хотя здраво его опасался, привык волноваться за него и теперь, видя такого холёного Джеймса, он совершенно успокоился. Радовало и то, что оба Барнса не принялись выяснять отношения сходу, а вполне мирно и спокойно поговорили. Да и Туу-Тикки оставалась безмятежна. Брок спрыгнул с ветки. — На этом дверь в прошлое можно захлопнуть, чтобы забыть, как страшный сон. И сказать будущему — жди, мы идём к тебе. — Он посмотрел в небо. — Возможно, я стану известным дизайнером, а Роллинз — новым Пикассо. Кто знает? Точно лишь одно: никто из нас не вернётся к прошлому. Интерлюдия. Джек Роллинз Увидеть в ситтине Актива для Джека стало не то чтобы неприятно. Нет, это оказалось до того неожиданно, что он с трудом удержал лицо, но был уверен, что и Туу-Тикки, и оба модификанта всё поняли. С другой стороны, то, что Барнсы а не начали выяснение отношений, радовало. Ну и что Брок оставался спокоен, тоже. Джек, конечно, постарался взять себя в руки и посмотреть на Актива непредвзято. Он не увидел ни грана той жути, что вымораживала их в нём в прошлом. В ситтин пришел адекватный, ухоженный и спокойный человек. Волонтёрство и желание взять кота показывали, что от Актива в нём не осталось ничего. Но Джек не сомневался, что тот на самом деле никуда не ушёл, а лишь затаился в ожидании. Что бывший Актив нашёл дом и занятие для души, было просто замечательно. — Всё, что я увидел в нём, отлично. Он молодец, смог уйти. — Джека перекосило, когда он представил, что могло бы с ними стать, не окажись Брок дорожником, и выходила настолько отвратительная картина, что он выхлебал стакан воды — запить эту гадость. — Вот уж точно скажу спасибо тому, кто создал Дорогу. И водному миру. Чиби так и не смогли прийти к общему мнению о том, кто и за что дал им второй шанс, но решили так: кто бы и почему так ни поступил, они не предадут его доверие. — Может, Мэй станет известным астрофизиком или врачом, а Таузиг — писателем и конезаводчиком. Наше прошлое за закрытой раз и навсегда дверью. Впереди нормальная жизнь. Интерлюдия. Джеймс «Зимний» Барнс Джеймс был счастлив — командир тут и назвал его Принцессой! А что он и второй стали детьми… Пахнет от них правильно, выглядят оба отлично, значит, волноваться не о чем. Да и то, что командире на попечении его двойника, тоже правильно — сначала командир заботился о них, теперь надо позаботиться о командире. Здесь, в ситтине, когда его внезапно накрыло, смывая гадость и мерзость прошлого, растворяя отчаяние и боль, тяжёлым осадком осевшие на дно души, он почувствовал себя словно в уютном доме — в доме, где его ждали. Туу-Тикки была невероятная — такая живая, тёплая и заботливая, что он сам не понял, как назвал её сестрой, только мысленно. Отношения его двойника и Туу-Тикки вызывали у него зависть. А то, что у двойника обе руки живые, заставило Зимнего заныть — он хотел так же! Он тоже хотел руку. — Командир. — Он посмотрел в сад, где сидели Брок — командир разрешил назвать себя по имени! — И второй номер. Я рад, что вы оба живы. Что Альфа Страйк жив. Что у вас всё хорошо, что вы начали новую жизнь. И я тоже начну учиться. Он знал много языков, а значит, найдёт работу. Быть переводчиком, как местный Джеймс, он не хотел — не чувствовал в себе таланта. Но куда ещё применить свои навыки и умения, не знал. Но был уверен, что Бен и Кэт помогут. Ну или Туу-Тикки посоветует. Но сначала — сначала надо выяснить, как получить руку! А потом и про учёбу, и про секс можно думать. И вообще про отношения. Но сначала — рука! И узнать, как тут живёт местный… Баки. — Рука… — Зимний почти плакал от надежды, что можно снова стать человеком. — И учёба. Чем я хуже здешнего Баки? — Он плеснул себе черешневого вина из бутылки. — Да ничем! Волонтёрство — это отдушина. Но мне надо чем-то занимать мозги. Страйк вот учится. Но они дети. А Баки пришёл взрослым. Значит, и я смогу!