Часть 2

— Мисс Пенелопа? — Кто на этот раз? — спросил она в ответ. — Леди Дэнбери, вдовствующая виконтесса Бриджертон и мисс Франческа Бриджертон пришли к вам, — кротко сказала Рей. Как и ожидалось, Пенелопа сделала паузу. И задумалась. Пенелопа не была глупой, несмотря на то, что мать годами промывала ей мозги. Пенелопа также знала, что одно дело — бросить письмо в огонь, и совсем другое — игнорировать напрямую напрямую высокопоставленных представителей знати. Им удалось перехитрить её в этом нападении, и они молодцы. Это не означало, что она должна была быть дружелюбной, просто вежливой и сердечной. Посмотрев на свой небольшой живот, она схватила шаль, чтобы прикрыть его. По подсчётам Пенелопы, она переспала с Колином за три недели до их свадьбы. Она была замужем больше двух месяцев и находилась на втором триместре беременности. Она пока не хотела, чтобы они знали. Она не знала, сможет ли скрыть свою беременность, но если и собиралась это сделать, то сейчас был лучший момент, потому что она будет только расти. — Хорошо, — сказала она без особого энтузиазма. — Я спущусь через двадцать минут; мне нужно привести себя в порядок. Позаботься о том, чтобы у них было угощение. Рей сделала реверанс Пенелопе и пошла объявить гостям о её решении, а затем вернулась, чтобы помочь хозяйке одеться. Ей нужно было сказать Пенелопе, что им нужно нанять экономку, прежде чем она вспомнила, что Пенелопе не разрешено нанимать персонал, и что пробелы в штате прислуги можно будет восполнить, когда Колин наконец вернётся. Рей знала, что Пенелопа изо всех сил старается не перегружать её работой и не обременять, и до вчерашнего дня ей было так скучно, что она чуть не плакала. Рей не собиралась придираться к тому, что теперь ей придётся выполнять дополнительную работу, потому что это давало ей занятие, но она не собиралась уходить далеко от своей хозяйки, так как очень её опекала. Натянув на лицо улыбку, она открыла дверь в гостиную. — Дамы, — тепло сказала она. — Мисс Пенелопа спустится через двадцать минут; она принимает ванну. Она послала за угощением, пока вы ждёте. — Как мило с её стороны, — улыбнулась леди Дэнбери. — Я с нетерпением жду встречи с ней, мы так давно не виделись. Как она, Рей? Рей удивлённо моргнула, глядя на леди Дэнбери. — Вы… вы знаете моё имя? — заикаясь, спросила она. Леди Дэнбери улыбнулась. — Конечно. Пенелопа всегда с теплотой отзывалась о вас, когда мы встречались за чаем. Я рада, что вы составляете ей компанию. Рей покраснела и сделала реверанс. — Спасибо, мэм. Я должна вернуться к мисс Пенелопе. — Когда она уходила, Вайолет остановила её. — Рей, — мягко сказала Вайолет. — Ты называешь её мисс Пенелопой, но она замужем. Рей чувствовала, что то, как она обращается к своей хозяйке, будет отмечено. — Да, леди Бриджертон, — начала она. — Однако мисс Пенелопа не хочет, чтобы ей напоминали о браке, и отказывается отвечать на обращение "миссис Бриджертон", если нет другого выхода. Вайолет откинулась назад, как будто ее ударили. — О боже, — пробормотала она, когда Рей вышла из комнаты. — Все может быть хуже, чем мы думали. — Мама, имей в виду, мы понятия не имеем, что Колин сказал или сделал, когда вернулся в их первую брачную ночь. — Напомнила ей Франческа. — Он сказал, что был красноречив и сжег с ней все мосты. Ей больно. Она срывается. Праведный гнев превратился в изнуряющую пытку. Когда-нибудь это должно закончиться, но она, вероятно, настолько потеряна в боли и страдании, что не видит этого. — У нас много дел, — кивнула леди Данбери. Двери в гостиную открылись, и Пенелопа медленно вошла внутрь, плотно закутавшись в шаль, словно в доспехи. — Леди Дэнбери. Леди Бриджертон. Мисс Бриджертон, — чопорно поприветствовала она своих гостей. — Чем обязана такой чести? Они застыли в изумлении, увидев Пенелопу. Она сильно изменилась с тех пор, как они виделись в последний раз. Её щёки впали, под глазами появились тёмные круги, лицо было землистого цвета, а волосы потускнели и стали безжизненными. Одежда висела на ней мешком, свидетельствуя о том, как мало она ела. — Пенелопа, — выдохнула Вайолет, встала и подошла к ней, протянув руки. Пенелопа же скрестила руки на груди и встала перед ними тремя. — Чем обязана такой чести? — резко повторила она. Леди Дэнбери подошла к Пенелопе. — Я скучала по нашим чаепитиям и беседам. — Почему? — прямо спросила Пенелопа. — Вы не скучали по мне больше двух месяцев, леди Дэнбери. Я думала, мы подруги; похоже, наша дружба была только в моём воображении. Спасибо, что обратили на это моё внимание. — Нет, Пенелопа, ты неправильно поняла, — запротестовала леди Данбери. — Неужели? — Пенелопа приподняла бровь. — Когда Бриджертоны ополчились против меня, когда общество ополчилось против меня, где вы были? Я не видела, чтобы вы ломились в мою дверь, чтобы проверить, всё ли со мной в порядке, но я уверена, что сразу после этого Вы посетили Бриджертон-хаус. Леди Дэнбери замолчала. Пенелопа вздохнула. — Дамы, вам здесь ничего не добиться. Мы все знаем, как относимся друг к другу, давайте не будем пытаться приукрасить правду ложью. Я знаю, что лично мне её хватит. — Пенелопа, — тихо позвала Франческа. Пенелопа повернулась к Франческе, и её лицо смягчилось. — Да, Фрэнни? — Фрэн указала на диваны. — Я действительно хотела бы поговорить с тобой, —мягко сказала она. — Не только потому, что у меня много, очень много вопросов о твоей издательской империи, но я также хочу поговорить с тобой. Как у тебя дела? Должно быть, это были мучительные последние несколько месяцев. Мне так жаль, что я не смогла приехать раньше. Каменное лицо Пенелопы оттаяло, когда она подошла к Франческе. Фрэнни ничего не сказала, когда ее семья отвернулась от Пенелопы, она казалась смущенной, а затем рассердилась на свою семью. Прежде чем она успела успокоиться, Колин зажал ей рот ладонью, чтобы она не могла говорить. — Я понимаю, Фрэнни, — мягко сказала Пенелопа, совсем как раньше. — Ты не можешь идти туда, куда не одобряет твоя семья, пока ты не замужем. Франческа просто кивнула. — Они беспокоились о моей помолвке. В этот момент вошли Рей и лакей с чаем и сэндвичами, а также с подносом печенья и несколькими эклерами. — Спасибо, Рей, — любезно сказала Пенелопа. — Разве у вас нет экономки, чтобы ваша горничная не переутомлялась? — спросила Вайолет. Лицо Пенелопы посуровело. — Мне не разрешено завершить найм персонала, поэтому несколько ключевых должностей в доме остаются незаполненными. Пока что я справляюсь сама, однако хозяину дома нужно завершить найм персонала, а затем ему нужно сосредоточиться на счётных книгах, которые, как я полагаю, в полном беспорядке, если только он не хранит их в Бриджертон-хаусе. — Пенелопа пожала плечами. — Я бы с радостью вела домашние книги и счета, но Колин запер двери в свой кабинет, спальню и общий коридор между нашими комнатами. Вайолет закрыла глаза, мысленно проклиная своего третьего сына за то, что он не смог создать семью. Она знала, что, чтобы достучаться до него, нужно было отделить его от Элоизы, которая не могла сдерживать свой гнев. Она видела проблески ясности в Колине… когда он оставался один или с другими членами семьи. Не обращая внимания на женщин в комнате, Пенелопа села рядом с Франческой и сосредоточилась на ней. — У меня не очень хорошо получается, Франческа. Я очень одинока. Я борюсь с трудностями и могу несколько дней обходиться без еды — честно говоря, для меня это не подвиг, моя мать часто заставляла меня пропускать приёмы пищи. У меня нет семьи, а те, кого я считала друзьями, бросили меня. Я слишком унижена, чтобы показываться на людях, и слишком боюсь людей снаружи, чтобы выходить из дома. Я остаюсь здесь и жду мужа, который никогда не придёт, потому что ненавидит меня всеми фибрами своей души. Я ему безразлична, разве что для того, чтобы говорить о том, как сильно он меня ненавидит. — Она пожала плечами. — Раньше мне было не всё равно. Раньше я его любила. — А теперь? — Тихо спросила Франческа. Пенелопа почувствовала, как у неё защипало в глазах, и сдержала слёзы. — — Я собираюсь подать на развод. — О, Пенелопа, нет, — выдохнула Вайолет, потянувшись к ней. Пенелопа убрала руки и положила их на колени, опустив взгляд. — Мне ничего не осталось. Я больше не хочу быть частью вашей семьи. Я не хочу быть замужем за Колином. Вайолет и леди Дэнбери быстро переглянулись, прежде чем снова повернуться к Пенелопе. Это было гораздо хуже, чем они могли себе представить. Пенелопа была настолько погружена в свою печаль и негативные мысли, что не замечала ничего вокруг. Франческа, как всегда храбрая, выступила вперёд. — А что насчёт Элоизы? — Не упоминай это имя в моём присутствии! — огрызнулась Пенелопа. — Она сказала мне, что больше никогда не хочет со мной разговаривать. Я полностью разделяю это мнение. Я просто хотела бы держаться подальше от её семьи, как она и просила. — Если бы она только держалась подальше от всех нас, — пробормотала себе под нос Фрэн. Леди Дэнбери откашлялась. — Я бы хотела пригласить вас к себе на чай. Королева также хотела бы пригласить вас на пикник в Гайд-парке. На лице Пенелопы ясно читались разочарование и нерешительность. Они очень ловко загнали её в ловушку, потому что не было вежливого способа отказаться от приглашения самой королевы. Она пристально посмотрела на леди Дэнбери, которая ответила ей таким же пристальным взглядом. — У меня ведь нет выбора, да? — У нас всегда есть выбор, Пенелопа, — начала леди Дэнбери. — Однако в данный момент ваш выбор ограничен. — Тогда, наверное, мне стоит отправиться на пикник с королевой. — Постарайся быть немного любезнее, когда увидишь её, — непринуждённо сказала леди Дэнбери. — Я планирую встретиться с тобой завтра в Дэнбери-Холле, чтобы перекусить и прогуляться. Глаза Пенелопы расширились, и она начала качать головой. — Нет. Нет. Нет, леди Дэнбери. Нет. — Нет? — переспросила леди Дэнбери, почти пробуя это слово на вкус. — Нет. Хм-м-м. — Она поджала губы и посмотрела на Пенелопу. — Если вы возражаете против прогулки, то я приглашу вас на обед. — Могу я тоже навестить леди Дэнбери? — мягко спросила Франческа, на что леди Дэнбери кивнула. — С вашей матерью, конечно. — Она сделала паузу. — Я бы также хотела увидеть мистера Бенедикта Бриджертона, чтобы немного развлечься. — Надеюсь, ты знаешь, что каждый из нас хочет лично извиниться за то, как мы отреагировали на твоё откровение. — Вайолет кивнула Пенелопе. — Я хотела быть первой. Прости за то, что я сказала. В тот момент я была разочарована, но потом, когда я произнесла эти ужасные слова, меня переполнила гордость за тебя. За то, чего ты добилась сама! Видит Бог, ты не получила никакой поддержки или одобрения от своей мамы. Прости, что я сказала, что не знаю тебя, когда я знаю тебя так же хорошо, как детей, которых я родила. — Вайолет подошла к ней и крепко обняла. — Прости, Пенелопа, что подвела тебя, когда ты больше всего нуждалась в нас. Пенелопе так сильно хотелось закрыть глаза и погрузиться в объятия. Было так приятно, когда кто-то тебя обнимает. Она так отчаянно хотела, чтобы её любили. Сжав сердце в кулак, она высвободилась из объятий. — Ваша семья заявила, что они ненавидят меня. Ненавидят меня, Вайолет. Мы не сможем вернуться к тому, что было ранее. — Я не ненавижу тебя! — выпалила Вайолет Пенелопе. — Никогда не ненавидела! Я плохо говорила с тобой после того, как выяснилось, что ты — леди Уистлдаун, но я не ненавижу тебя и хочу вернуть тебя в семью, — она сделала паузу. — Другие тоже тебя не ненавидят! Это были плохие слова, сказанные в порыве эмоций.   — Оставьте это, Вайолет. — Пенелопа оборвала ее. — Я не хочу этого слышать. Ваши слова, когда вы узнали о моем альтер-эго, были обидными, но это была самая большая правда и честность, которые я когда-либо слышал от всех вас. Давайте не будем пятнать то, что вы сказали, ложными банальностями и извинениями, чтобы я ослабила свою защиту и доверилась вам. Я не хочу, чтобы меня ‘возвращали в семью’. — Пенелопа перевела дыхание. — На самом деле я жалею о том дне, когда вышла замуж за Колина, жалею о том дне, когда встретила Элоизу, и жалею о том дне, когда в детстве мечтала стать Бриджертон! Вайолет моргнула, не в силах вымолвить ни слова. — Я уверена, что ты не это имела в виду, дорогая, — тихо сказала она. — О, да. Я действительно, действительно жалею об этом, — мстительно сказала Пенелопа. — С меня хватит визитов на сегодня. Пожалуйста, уходите, — сказала она, вставая и плотнее кутаясь в шаль. — Я увижу вас завтра, — твёрдо сказала леди Дэнбери. — С другими Бриджертонами. Мы разберёмся с этим и продолжим жить дальше. — Конечно, вы на их стороне, — пробормотала Пенелопа. — Я на своей стороне. И моя сторона скучает по тебе, Пенелопа, — резко сказала леди Дэнбери. — Давай не будем притворяться глупыми, ты слишком умна для этого, и это оскорбление. Пенелопа ничего не ответила. Франческа нежно обняла её и пообещала увидеться завтра. Глядя, как они выходят из дома, Пенелопа стояла на своём. Как только она услышала, что входная дверь закрылась и их карета отъехала от дома, она позволила себе опуститься на диван и в отчаянии закрыть лицо руками. Сердце Рей разрывалось от вида её боли, и она ещё больше злилась на семью Бриджертонов за причинённые ими страдания.

***

Колин никогда бы не признался, что ждал в гостиной дома номер 5 возвращения своей матери с Франческой, но он потягивал чай и тупо уставился в газету, которую притворялся, что читает. Он услышал голоса и попытался сосредоточиться и вести себя тихо. Он даже не пытался скрыть свои попытки подслушать, когда они вошли в гостиную. Франческа увидела его и, тихо поговорив с матерью, вышла из комнаты. Леди Дэнбери тяжело опустилась на стул, обхватив голову руками. — Это настоящая катастрофа, Вайолет. Вайолет покачала головой, и на глаза ей навернулись слёзы. — Она так зла, — она посмотрела на Колина, и её взгляд стал жёстче. — Думаю, это справедливо. Колин лишь фыркнул. — Что она сказала обо мне? Помни, что она патологическая лгунья, так что ты никогда не узнаешь, говорит она правду или нет. Вайолет чуть не заскрежетала зубами. — Она изо всех сил старалась НЕ говорить о тебе, — сказала его мать сердитым голосом, почти рыча. — Хотя она упомянула, что есть ещё ключевые обязанности по дому, которые нужно выполнять, но она не может этого делать, потому что ты не дал разрешения. У тебя накопилась задолженность по счетам. Она жалеет, что вообще с тобой познакомилась, она ненавидит тебя и хочет развода. — ЧТО? — Колин воскликнул. — Ты, должно быть, шутишь! И в доме только она, так что полное хозяйство не требуется. Так выгоднее, чтобы обо всем позаботились ее камеристка, лакеи и повар. Мне не нужна экономка или дворецкий, потому что я не буду там жить, пока она не уедет. — Ты близок к исполнению своего желания, — сердито сказала леди Дэнбери. — Она хочет развода. Колин улыбнулся. — Отлично. Тогда я пойду туда и дам ей именно то, что она хочет. — Сядь. На место, — сказала Вайолет таким тоном, который Колин слышал лишь несколько раз в жизни. — Мама? — он сел, чувствуя себя неловко. — Ты не собираешься с ней разводиться, — сказала она решительно. — Да, черт возьми, так оно и есть! — Ты не собираешься разводиться с ней, — повторила Вайолет. — Вместо этого ты начнешь исправлять свою жизнь. Ты вспомнишь, что ты взрослый мужчина. Ты вспомнишь, что у тебя есть жена и домашнее хозяйство. Ты вспомнишь, как правильно вести домашнее хозяйство. Ты снова будешь ухаживать за своей женой — я бы добавила, что ты никогда не ухаживал за ней — и попытаешься простить её, а если не сможешь простить, то, может быть, поймёшь её. Узнай её. Если после всего этого ты всё ещё будешь хотеть развестись, я сам пойду с тобой и оформлю документы. Но я не позволю тебе подавать на развод, когда ты ничего не сделал и говоришь, что у тебя не осталось вариантов. Пора перестать слушать свою младшую сестру, чьи намерения не так альтруистичны, как тебе кажется, и которая ведёт себя как мстительный зверёныш. Ты умный человек. Думай сам и принимай собственные решения. Хватит позволять другим людям указывать тебе, как думать, что делать, что чувствовать. Колин потерял дар речи. — Мама... — Ты не можешь сдаться, даже не попытавшись. Это не тот мальчик, которого я воспитала. Это не тот мужчина, которым ты являешься, — продолжила Вайолет. — Ты можешь принимать собственные решения, а не подчиняться кому-то, у кого мало знаний о мире. — Она выглядит ужасно, — добавила леди Дэнбери. — В шаге от могилы. Я никогда не видела её в таком плохом состоянии, даже когда её мать издевалась над ней. Колин сердито посмотрел на леди Дэнбери. — Порция никогда не обижала Пенелопу. Это ложь, которую Пен рассказала нам, чтобы мы пожалели её. Леди Дэнбери вздернула подбородок и посмотрела на Колина свысока. — Вы хотите меня убедить? Вы хотите сказать, что семья, которая насмехалась над ней, унижала, высмеивала, морила голодом, била и теперь бросила её, никогда не издевалась над ней? Очевидно, вы никогда не присматривались, чтобы увидеть синяки, скрытые под макияжем и пудрой. Колин замолчал. Он никогда не удосуживался посмотреть. Он никогда не задавал ей важных вопросов. Она подробно рассказывала о себе в письмах, которые писала ему во время его путешествий, но он никогда не уделял этому столько же внимания, сколько её похвалам в адрес его писательских навыков. Если честно, он всегда бегло просматривал, если не пропускал полностью, те части её писем, где она рассказывала о себе, своих мечтах, своих целях. Он предположил, что они такие же, как у Элоизы, ведь она годами твердила семье, что Пенелопа хочет остаться старой девой, как и она сама. После того, как он узнал о её предательстве, он сжёг её письма, о чём теперь сожалел. Колин начал понимать, как сильно Элоиза влияла на него и его решения на протяжении многих лет. Он думал, что Элоиза говорит от имени Пенелопы, но теперь понял, что ошибался, к своему несчастью. — Она все еще сама хочет развода, — напомнил он. — Ей больно. Она злится. Она скрывается, — настаивала леди Дэнбери. — Франческа была права. Вы и ваша семья так измучили эту девушку, что она даже не смогла принять извинения Вайолет и поверить им. Колин закрыл глаза. Что за беспорядок. Извиниться перед ней было бы так чертовски просто, но он сжимает кулаки. — Будь я проклят, если поползу на коленях. — Если ты потеряешь ее, ты потеряешь своего лучшего друга, — Заметила Вайолет. — И больше, чем может дать просто любовник. — Я уже потерял своего лучшего друга, — с горечью сказал он. — Тем не менее, Колин, — мягко сказала Вайолет. — Я сказала, что ты будешь делать. Я передам эту информацию Энтони и остальным членам семьи. Мы все будем ухаживать за ней как за членом семьи — кроме Элоизы, потому что эти отношения уже не спасти. — А если я откажусь? — Колин усомнился. — Тогда мы с твоим братом обсудим подходящий дальнейший шаг. — Я бы и сама отреклась от тебя. — Леди Дэнбери прервала ее как ни в чем не бывало. — Но я старомодна. — Твое наследство - часть твоих решений, — добавила Вайолет. — Энтони хотел, чтобы я напомнила тебе и об этом. Ведешь себя как ребенок, получай детское пособие. Колин разочарованно зарычал. — Это кошмар. — В самом деле, — сказала леди Дэнбери. — Представь, что чувствует Пенелопа. У тебя все еще есть друзья и семья, что есть у нее? Пустой дом? Пустой брак? Если бы ты хотел жениться в лавандовом стиле, Колин, я могла бы помочь тебе найти других дебютанток. — Я хочу традиционный брак! Я хочу семью с женой, в моём доме в Блумсбери. — У тебя есть два из трёх этих желаний, — заметила Вайолет. — Это всего лишь твоя глупая гордость стоит на пути семьи. Колин фыркнул. — Я не собираюсь оставаться здесь и слушать это, — сердито сказал он. Леди Дэнбери ударила его тростью по голени. — На самом деле, молодой человек, вам действительно нужно остаться и выслушать это. Это ваша проблема — и остальных членов вашей семьи тоже, и они признали свою вину, — но вы превратили этот фарс в искусство. Перестаньте убегать, когда становится трудно и неприятно. Колин бросил сердитый взгляд на леди Дэнбери и вышел. Вайолет опустилась на диван, а Франческа тихо вышла из комнаты. — Он ещё более упрямый, чем его старший брат. — Мы решим эту проблему, Вайолет, — пообещала леди Дэнбери. — Если мы не сможем вывести её из этого состояния, может быть, это сделает королева. — Может быть, — вяло ответила Вайолет.

***

Прошло несколько дней с тех пор, как в одинокую жизнь Пенелопы снова вторглись Бриджертоны, но самым большим сюрпризом для неё стало появление в её почтовом ящике настоящего приглашения с королевской печатью. Леди Дэнбери отправила ей поспешное письмо, в котором сообщала, что их чаепитие с Бриджертонами будет отложено до тех пор, пока она не поговорит с королевой, которая имеет приоритет. Поняв, что леди Дэнбери говорила правду, Пенелопа осознала, что есть только один приемлемый ответ, который она может дать, как бы ей ни было неприятно. Немедленно отправив согласие, она поднялась наверх, чтобы подготовиться к публичному выходу. Она посмотрела на свои платья и корсет, опустила взгляд на свой небольшой, но заметный живот и позвала Рей. Она была всего на четвёртом месяце беременности и всё ещё должна была носить корсет под платья. Вес, который она потеряла из-за меланхолии, компенсировал бы минимальный набор веса во время беременности. — Рей, сегодня я должна присутствовать на пикнике в Гайд-парке, — сказала она, усаживаясь за туалетный столик. — Мне нужно подготовиться к сегодняшнему выходу в свет. — У вас нет платьев для беременных, — обеспокоенно сказала Рей. — Для этого мне не нужен корсет, — сказала Пенелопа, вздёрнув подбородок. — Зашнуруй меня как можно туже. — Мисс Пенелопа! Это будет очень больно! — ахнула Рей. — Это повредит ребенку? — спросила Пенелопа. — Пока нет. Вы на четвертом месяце, ваш живот еще не начала твердеть в соответствии с размером ребенка, — объяснила Рей. — Мы всегда можем обратиться к акушерке или врачу для надлежащего обследования, чтобы убедиться, что все в порядке. — Пока нет, Рей, — Пенелопа была непреклонна. — А теперь давай затянем меня в этот корсет. Королева не ждёт женщину, беременную или нет. Рей ничего не сказала, но приступила к работе, радуясь, что её хозяйка хотя бы сегодня выйдет на улицу. Возможно, это был приказ в форме приглашения от высшего руководства страны, но Пенелопа не могла отказаться. Наблюдая за тем, как её увозят в карете, с лицом белым как снег, с руками, сжатыми так крепко, что на костяшках пальцев выступили вены, Рей вознесла за неё молитву и пошла в дом, чтобы проветрить его.

***

Пенелопа думала, что её стошнит прямо в карете. Она пыталась придумать, как бы по-быстрому и вежливо откланяться, но знала, что королева заинтересовалась своей бывшей сплетницей и не отпустит её так просто. Не раньше, чем удовлетворит своё любопытство. Закрыв глаза и собравшись с духом, она вышла из кэба и спустилась в Гайд-парк. Раскрыв зонтик и подняв веер, она изо всех сил старалась затеряться в толпе, но безуспешно. Волосы Пенелопы всегда выдавали её. Забавно, подумала она, что годами никто не обращал на неё внимания, даже когда натыкался на неё, но вот происходит что-то интересное, и внезапно все её замечают. Сохраняя невозмутимое выражение лица, Пенелопа медленно шла по парку, направляясь к королевскому павильону. Она шла размеренным шагом, не глядя ни влево, ни вправо. Они не заслуживали её внимания, несмотря на то, что многие из высшего общества пытались попасть ей на глаза, чтобы поздороваться, но она не уступала и проходила мимо них. Она годами наблюдала, как они проходят мимо неё, теперь настала её очередь. Она увидела Бримсли и протянула ему приглашение, доставленное утром. Он кивнул и жестом пригласил её подойти к королеве. Увидев, что королева ждёт её со знакомой ухмылкой на губах, Пенелопа присела в реверансе и замерла в нём. — Ваши манеры, как всегда, безупречны. Вы можете встать, — властно сказала королева Шарлотта. Пенелопа встала и подошла к стулу рядом с королевой, на который та указала ей жестом. — Благодарю вас, Ваше Величество, — спокойно сказала она. — Я вижу, вас можно поздравить, — прокомментировала королева. Пенелопа замешкалась, прежде чем сесть. — Прошу прощения, Ваше Величество? Королева подмигнула ей и широко улыбнулась. — Я родила 15 детей, миссис Бриджертон, и распознаю признаки лучше, чем большинство врачей. Судя по тому, как туго вы затянули корсет, вы на четвёртом месяце. У Пенелопы перехватило дыхание. — Я не была ни у врача, ни у акушерки, — тихо сказала она. — Или у вашего мужа, насколько я слышала, — добавила королева. — Поскольку я знаю, что у вас не было брачной ночи — светские сплетники так любят посплетничать и так по вам скучают, — и я знаю, что вы женаты уже третий месяц, ваш муж опередил вас с клятвами. — Я была добровольным участником, — вмешалась Пенелопа, даже сейчас не желая, чтобы Колин взял вину на себя. — Я уверена, что так и было. Вы хоть представляли, о чём он вас просил? Ваше пребывание в качестве леди Уистлдаун научило вас супружеским обязанностям? Пенелопа покачала головой. — Даже будучи леди Уислдаун, я знала немногим больше, чем среднестатистическая дебютантка. Это действительно сложная тема для поиска информации, даже если бы я попыталась заплатить монетами, моя горничная мало что бы сказала. Пытаться заказывать книги было невозможно, за это меня сильно отругали. — И всё же, несмотря ни на что, вы не злитесь на него? — спросила королева. — Мне скорее все равно, ваше величество. — Пенелопа честно ответила. — Мне действительно все равно. Я знаю, что как только он узнает, что я жду ребенка, он планирует забрать его у меня и оставить в своей семье. Я прекрасно понимаю, что он не хочет, чтобы я влияла на любого ребенка, который у нас может родиться, и если бы я не была беременна, я бы попросила архиепископа аннулировать брак прямо сейчас. — Вы по-прежнему говорите со мной откровенно, — с удовольствием отметила королева. — Как же приятно не ломать голову и не говорить чёртовыми метафорами, — она повернула голову. — Бримсли! Свежего табаку! — Да, ваше величество! — быстро ответил Бримсли и поспешил прочь. Королева Шарлотта наблюдала за его уходом с улыбкой на губах. — Превосходный мужчина, ужасный сплетник, — лениво произнесла она. Затем она полностью переключила своё внимание на Пенелопу, её глаза блестели. — Вас не было видно с самого дня свадьбы. Потребовался вызов от монарха, чтобы вытащить вас из дома. Я прекрасно знаю, что происходит, леди Дэнбери очень подробно рассказала мне о ваших проблемах в Бриджертоне. — Конечно, она это сделала, - пробормотала Пенелопа себе под нос. Королева Шарлотта слегка усмехнулась. — Она всегда хорошо выполняла роль моих глаз и ушей. Пенелопа кивнула, когда Бримсли вернулся с нюхательным табаком и чаем. Он налил им обеим, королева несколько раз понюхала табак, а затем снова повернулась к Пенелопе. — Я попросила леди Данбери и леди Бриджертон дать нам немного времени, прежде чем они присоединятся к нам за чаем, — продолжила она. — Поскольку я хотела поговорить с вами лично о том, что вы хотите делать в будущем. Сейчас или никогда. Пенелопа сделала глубокий вдох и открыла рот. — Я хочу развестись, Ваше Величество.

***

Леди Дэнбери улыбнулась, входя в гостиную. — У тебя получилось, Вайолет! — воскликнула она. — Пенелопа приняла приглашение королевы на чай и пикник. — Потому что у неё не было выбора. — Элоиза съязвила в ответ. — Почему все так отчаянно пытаются выманить эту мегеру из её логова? — Держи свой раздвоенный язык за зубами! — прошипела леди Дэнбери. — Ты уже достаточно вмешалась. — Значит, она придёт на пикник? — спросила Вайолет, привлекая внимание к себе, а не к Элоизе. — Так и будет, — подтвердила леди Дэнбери. — Полагаю, она воспользуется этой возможностью, чтобы немедленно подать на развод. У Колина отвисла челюсть, когда он понял, что Пенелопа может быть серьёзно настроена на развод. — Она не хочет разводиться со мной, — пренебрежительно сказал он. — Она была влюблена в меня с детства. Выйти за меня замуж было её самой заветной мечтой. Она сделала это. Она вышла за меня. Она Бриджертон. У неё нет причин хотеть развода. — Кроме того, что её бросили, на неё кричали, оскорбляли, поносили и презирали без всякой причины, — невозмутимо сказала Франческа. — Она заслужила каждое слово, — сказал Колин, стиснув зубы. — Если она думает, что может унизить меня перед королевой, попросив о разводе, то она ошибается. — Что ты собираешься делать? — Элоиза с любопытством спросила Колина. — Я иду в Гайд-парк, чтобы вмешаться в этот так называемый «пикник», заставить замолчать мою лживую жену и запереть её в нашем доме, где ей и место. Я знаю, что на днях сказал, что она вольна уходить, когда ей вздумается, но это больше не так. Пенелопа должна оставаться в доме в Блумсбери, — решительно заявил Колин. Вайолет посмотрела на него грустными глазами, а Элоиза одобрительно кивнула. — Кто ты? — Спросила она с грустью. — Я тебя не знаю. — Я твой сын, мама, — просто ответил Колин. — И я был одурачен Фезерингтоном. Как сказал Энтони той ночью, суд и наказание должны быть скорыми, суровыми и жестокими. Не оставляйте ничего на дороге позади. — С тех пор Энтони отказался от этого заявления, — отметила леди Дэнбери. — Насколько я слышал, нет, - пренебрежительно ответил Колин. — Он мог бы сказать, что передумал прямо у тебя на глазах, но если это не связано с унижением Пенелопы, ты не услышишь ни слова, — спокойно сказала Франческа. — Тревожно, что теперь ты постоянно напоминаешь себе обо всех причинах, по которым ты не любишь и не доверяешь женщине, на которой женился. Если ты так расстроен, почему бы тебе просто не вспомнить? Зачем тебе каждый день напоминать себе об этом и снова ранить своё сердце? Возможно, втоё подсознание хочет помириться с вашей женой. — Не говори глупостей, Фрэн. — Колин усмехнулся, отвернувшись от неё. — Ты слишком молода, чтобы что-то понимать. Франческа выпрямилась во весь рост, стиснув зубы. — Не смей говорить со мной свысока, Колин Бриджертон. — Она сказала это тихим голосом, от которого Колина бросило в дрожь. — Я знаю больше, чем ты думаешь, и всегда знала. Я — твой лучший шанс подобраться к Пенелопе, потому что она не отвергла меня, как отвергла всех остальных Бриджертонов. — Она сделала паузу. — Я собираюсь познакомить ее с Джоном. — Я думала, ты хочешь выйти за него замуж, — вмешалась Элоиза. — Как только он поймёт, что это существо — часть нашей семьи, он прекратит свои ухаживания. Помяни моё слово. — Считайте, что они уже знакомы. — Франческа была на удивление холодна в своих высказываниях. — Ни один из вас не заслуживает её. Неудивительно, что она больше вас не любит. Колин потянулся, чтобы схватить Фрэн за руку, когда она проходила мимо него. — О чём ты говоришь? Фрэн невозмутимо посмотрела на него. — Она сказала мне, своими словами, дословно, что раньше ты ей нравился. Она любила тебя. Теперь она просто хочет развестись. Как хочешь, так и понимай. — Она прошла мимо него и вышла из комнаты. — Вы всё ещё собираетесь пригласить её на чай в Дэнбери-Холл? — спросила Вайолет у леди Дэнбери. — Да. Я знаю, что опоздала на несколько дней, но я хотела дать Пенелопе возможность прийти в себя и смириться с тем фактом, что её добровольное изгнание вот-вот закончится, — ответила леди Дэнбери, доставая из кармана фляжку и наливая немного в свой чай. — Почему она не может просто уйти? — заскулила Элоиза. Леди Дэнбери сурово посмотрела на Элоизу и Колина. — Нравится вам это или нет, но Пенелопа очень много значит для многих людей. Она сделала жизнь лучше для многих, как в высшем обществе, так и среди рабочего класса. Она добилась перемен. — Она распространяла секреты! Она болтала о том, что её не касалось! — упрямо сказала Элоиза. — Именно, — согласилась Леди Данбери. — Однако подумайте вот о чем. Если бы у меня был секрет, если бы я знала, что может погубить меня или вызвать скандал, с какой стати я стала бы вывешивать свое грязное белье на балу, где все могут услышать? Если бы это была не Пенелопа, это был бы кто-то другой, и мы все это знаем. Высшее общество не скрывает своих секретов. — Она фыркнула в свою чашку. — Проблема в том, что Пенелопа придумала, как зарабатывать этим на жизнь. Полагаю, ни одному из вас нет дела до того, что её доходы от «Леди Уистлдаун» обеспечивали её семью в течение последних нескольких лет? Порция Фезерингтон узнаёт об этом к своему неудовольствию теперь, когда она отреклась от Пенелопы и разорвала с ней отношения. Ей не хватает денег в нескольких ключевых областях, её счета в ужасном состоянии, и у неё нет кредита, потому что Пенелопы больше нет рядом, чтобы его выплачивать. — Не наша проблема. Мы не Физерингтоны. — Холодно сказал Колин. — Теперь они семья, — мягко сказала Вайолет. — Не МОЯ семья, — усмехнулась Элоиза. Вайолет покачала головой. — Пожалуйста, оставьте нас вдвоём. Я хочу поговорить с Агатой наедине. Вы нам не поможете. — Когда Пенелопа встречается с королевой? — резко спросил Колин. Леди Дэнбери моргнула от его резкости, прежде чем ответить. — Она встретится с ней за чаем около четырёх часов дня. — Очень хорошо. — Колин откашлялся и кивнул. Он посмотрел прямо на мать. — Я буду просить о разводе. — Вайолет открыла рот, и Колин поднял руку. — Я подумал о том, что ты сказала, мама, правда. Однако дело в том, что я не могу оставаться с ней в браке ни секунды и не хочу этого. Мы оба хотим развестись, я просто хочу быть первым, кто попросит об этом. — С этими словами он вышел из комнаты. Вайолет моргнула, глядя на Агату. — Есть ли причина, по которой ты назвала ему время встречи через два часа после того, как Пенелопа встретится с королевой? — Чтобы дать ей время поговорить с кем-то, кто искренне её уважает, открыто, честно и без вмешательства Бриджертонов, — честно ответила Агата. Вайолет кивнула. — Я с этим согласна. Во сколько мы должны с ними встретиться? — В половине третьего, — ответила Агата. — Нам нужно поторапливаться. Дамы начали собираться, забыв, что Элоиза всё ещё находится в комнате и слушает их. Услышав их план, она побежала рассказать Колину правду, чтобы он мог сопровождать её к королеве. Как и планировалось.

***

— Развод. — Королева сделала паузу после того, как произнесла это слово. Прочувствовала его. Обдумала. — Это очень серьёзное решение, миссис Бриджертон. — Пожалуйста, не называйте меня миссис Бриджертон. — Пенелопа попросила прерывающимся голосом. — Это окончательное решение, после того как я была брошена в течение нескольких месяцев и сломлена. Я не могу больше ни дня так жить, и я хочу быть свободной от него и его семьи. Пожалуйста, ваше величество, если для меня больше ничего не будет сделано, пожалуйста, дайте мне развод. Освободите меня от Колина Бриджертона. — Хватит, дитя, — резко осадила её королева. — Следующее, что вы сделаете, это будете умолять меня на коленях. — Она взмахнула рукой, рассекая воздух. — Давайте обсудим этот развод и причины, стоящие за ним. — Пенелопа открыла рот, чтобы возразить, но королева подняла руку. — Я знаю, что вы привели мне доводы. Я хочу знать больше. Я ищу конкретные причины, оправдывающие расторжение брака. И для протокола: я делаю это с каждой парой, которая дошла до развода или аннулирования брака. Англиканская церковь не разводит людей легко и по своей прихоти, — объяснила королева. — И прежде чем я расторгну брак, я хочу убедиться, что всё возможное для его сохранения было сделано. Архиепископ еще строже, чем я. Пенелопа почувствовала, как рушатся её надежды. В отчаянии закрыв глаза, она прошептала: — Это безнадёжно. — Она открыла глаза, глубоко вздохнула и поставила чашку на стол. — Ваше Величество… — Больше ни слова. — Королева сказала это твердым голосом. — Сейчас вы извинитесь и сбежите обратно в свою тюрьму Блумсбери, — предсказала она, затем покачала головой. — Нет, так не пойдет. Я этого не допущу. Я отказываюсь терять вас снова. — Пенелопа попыталась вставить слово, но королева была погружена в свои мысли. — Я скучала по своей сплетнице, леди Уислдаун. Я скучала по единственному человеку, кроме Агаты Дэнбери, который мог бы сравниться со мной в остроумии и сплетнях. Вы бросили мне вызов, вы говорите со мной откровенно. Вы слишком ценны для меня, чтобы держать вас взаперти. — Королева перевела дыхание. — Возможно, мне стоит сделать вас членом моего двора. — Она задумалась, а затем покачала головой. — Но ты беременны и должны будете уйти… но… — она замолчала, обдумывая ситуацию. — Ваше Величество! — раздался резкий голос, прервавший её мысли. Пенелопа побледнела ещё сильнее, когда увидела, как её бывший муж и невестка бегут по траве, чтобы передать свои слова королеве. Пенелопа могла бы поклясться, что услышала, как королева пробормотала: — Представление начинается, — когда увидела, как Колин и Элоиза несутся к ним, словно вспугнутые лоси. Колин мельком и с отвращением взглянул на свою жену, затем, увидев её, в изумлении замер на месте. Элоиза тоже замолчала, увидев измождённое лицо Пенелопы, которая сидела рядом с королевой, закрыв глаза от отчаяния и мечтая оказаться где угодно, только не там, где она была в тот момент. Прокашлявшись и отвернувшись от жены, он обратился к королеве, низко поклонившись. — Ваше Величество, я очень благодарен за возможность поговорить с вами напрямую. Я благодарен вам за то, что вы, несмотря на отвратительные преступления, совершённые моей женой, поговорили с ней лицом к лицу, чтобы она увидела весь причинённый ею ущерб. — Он с горечью сплюнул. — Что вы хотите, мистер Бриджертон? — небрежно спросила королева. — Вы имеете в виду ущерб, который я сама ей простила? — Я требую развода с Пенелопой Физерингтон. — Колин быстро выпалил то, за чем пришёл, проигнорировав последнюю часть ее вопроса. — Она вышла за меня замуж под ложным предлогом. Я понятия не имел, что за ее голову назначена награда, и у меня нет желания быть связанной с известным преступником дольше, чем это необходимо. Элоиза решительно кивнула. — Ваше Величество, она — позор нашей семьи, и мы хотим от неё избавиться. Полностью. Отправьте её в Австралию за её преступления, если придётся. Мы не будем по ней скучать. — Говори за себя, — раздался голос. Колин развернулся и мысленно застонал, увидев, что к ним идут его мать, леди Дэнбери и его брат Бенедикт. Бенедикт посмотрел на Колина, прежде чем подойти к Пенелопе. Он повернулся, низко поклонился королеве и спросил: — Ваше Величество, прежде чем я обращусь к Вашей Светлости, не могли бы Вы позволить мне поговорить с Вашим уважаемым гостем? Королева утвердительно кивнула, довольная его манерами и признанием. — Вы можете, мистер Бриджертон. Бенедикт повернулся к Пенелопе и опустился на оба колена, прижав одну руку к сердцу, когда преклонил перед ней колени. — Моя вина, Пенелопа. Mea culpa. — Сказал он убитым горем голосом. — Моя дорогая сестра, я так сожалею и смиренно приношу извинения за свои необдуманные и неосторожные слова. Пожалуйста, прости меня, я умоляю тебя. Я проведу остаток своей жизни, зарабатывая твое прощение. Я говорил в спешке и из-за уязвлённой гордости. Я не имел в виду ни единого слова, потому что знаю, каково это, когда тебя осуждают и презирают за твои страсти. — Он посмотрел Пенелопе прямо в выцветшие голубые глаза. — Я искренне прошу прощения, Пенелопа. Пожалуйста, позволь мне загладить свою вину жестами и поступками, а не словами. Колин и Элоиза были в полном шоке, наблюдая, как их второй по старшинству брат стоит на коленях перед Пенелопой. Королева, леди Дэнбери и Вайолет одобрительно кивнули. — Леди Вайолет, вы вырастили прекрасного мужчину, — сказала королева довольным голосом. — Бенедикт... — Начала Пенелопа слабым голосом, все еще хриплым от долгого молчания. Она откашлялась. — Есть несколько Бриджертонов, которые не должны передо мной извиняться. Ты один из них. Я видела, что ты пытался задавать вопросы, но тебя прервали и без лишних слов заставили молчать. — Она вздохнула. — Я прощаю тебя, Бенедикт, хотя бы потому, что у тебя и так достаточно дел в жизни, и без того, чтобы я добавляла к этому еще и свою ненависть. Бенедикт потянулся вперёд, чтобы обнять Пенелопу, и выглядел опечаленным, когда она отстранилась и плотнее закуталась в шаль. — Не трогай меня, — пробормотала она. — Я не позволяю себя трогать. Колин неприлично фыркнул. — Позвольте не согласиться. Пенелопа сердито посмотрела на него. — Когда ты в последний раз прикасался ко мне? — Недостаточно давно. — Колин бросил взгляд на жену, позволив гневу затмить искреннюю заботу о её благополучии. Он снова повернулся к королеве. — Мой развод? — спросил он, желая поскорее уйти от Пенелопы. — Не одобрен, — ответила королева, приподняв бровь и глядя на Колина. — Ваших доводов недостаточно, чтобы я вмешалась и разорвала то, что было соединено на глазах у вашей королевы и Господа. То, во что вы сознательно и добровольно вступили. Этого недостаточно. — Ваше величество должны внять голосу разума! — Элоиза взорвалась. Королева проигнорировала Элоизу и обратилась к Колину. — Пожалуйста, мистер Бриджертон, расскажите мне всё, что знаете. — Она начала. — Вы были полностью осведомлены о том, что у женщины, на которой вы женились, было альтер-эго — леди Уислдаун. Верно или нет? — Верно, но... — Королева прервала Колина. — Верно. — Королева кивнула. — Итак, вы пытаетесь заявить, что причиной развода является то, что вы не знали, кем она была на самом деле, и что это был фиктивный брак, но это неверно и не соответствует одному из требований для развода. Вы называете её преступницей, за голову которой назначена награда, но ваша жена никогда не была осуждена и, следовательно, не является преступницей. Я признаю её невиновной по всем пунктам обвинения и приветствую её возвращение в высший свет. — Она сделала паузу. — Брак был консуммирован? — Нет, ваше величество. — Мягко ответила Пенелопа. — Брак так и не был консуммирован. Брак не был должным образом скреплен поцелуем в церкви после принесения обетов. Ни жених, ни невеста не праздновали бракосочетание. — Это является основанием для расторжения брака. — В отчаянии сказал Колин. — Нет, не так. — Королева снова разбила его надежды. — Нравится вам это или нет, мистер Бриджертон, ваш брак по-прежнему юридически действителен. Если вы захотите его расторгнуть, это будет решение вашей жены, а не ваше. И все, кажется, считают, что аннулировать брак или развестись — это просто. Это не так, и чем скорее все перестанут думать, что это быстрый способ избавиться от брака, тем лучше! — сердито сказала королева. — Это нечестно! — Колин взорвался. — Как и то, как вы обращались со своей женой. — Вмешалась леди Данбери. — То, как любой из нас обращался с ней, отвратительно. Пенелопа становилась всё бледнее по мере того, как Колин и Элоиза спорили с королевой, леди Дэнбери и Бенедиктом. Вайолет не сводила глаз с Пенелопы, наблюдая за тем, как она справляется с ситуацией, и с тревогой заметила, как она побледнела. — Пенелопа… — начала Вайолет, протягивая к ней руку. Пенелопа же повернулась к королеве с безумным выражением на лице. — Ваше Величество, могу я отлучиться? Королева пристально посмотрела на Пенелопу, прежде чем великодушно кивнуть. — Можете. Пусть не говорят, что Мы не щедры, когда кто-то из Нашего народа болен. — Она указала на Бримсли. — Бримсли немедленно отправит вас домой в королевской карете, — она сделала паузу. — Я лично навещу вас через несколько дней, — она наклонилась к Пенелопе. — Я незаметно пришлю имбирный чай, чтобы успокоить ваш желудок. Похоже, вам это понадобится, — прошептала она. — Я сохраню ваш секрет, но вы должны знать, что он недолго будет секретом. Со дня на день. — Я знаю, — тихо ответила Пенелопа. — Спасибо вам за всё. Прокашлявшись и снова повысив голос, королева обратилась к Пенелопе: — Я поговорю с вами о разводе, когда приеду в ваш дом. Пенелопа кивнула королеве, сделав короткий реверанс, и быстро последовала за Бримсли с места пикника, оставив остальных спорить. К её удивлению, Колин последовал за ней и не дал ей сесть в карету. Она устало повернулась к Колину. — Что тебе нужно? Ты забыл накричать на меня из-за чего-то? Колин убрал руку, стараясь не показывать своего отвращения, но в то же время беспокоясь из-за её бледного лица. — Я хотел узнать, что ты собираешься сказать королеве, чтобы добиться развода. Пенелопа обиженно опустила глаза. — Я собираюсь рассказать ей правду, — тихо сказала она. — Я собираюсь рассказать ей о своих страданиях. Я собираюсь рассказать ей, как меня бросили и игнорируют. Я собираюсь рассказать ей о том, как ты бил кулаком по стене, ломал двери и мебель, все это время крича и ругая меня. Я собираюсь сказать ей, что не испытываю к тебе ни капли привязанности или любви и что я бы предпочла никогда не встречаться с тобой и не выходить за тебя замуж. Я больше не хочу быть частью твоей семьи и хочу быть как можно дальше от тебя, — честно сказала она в ответ. — Всё, что я могу сделать, — это надеяться, что она согласится с моими доводами. Колин удивлённо моргнул, услышав её откровенность. — Пенелопа… — сказал он, смягчив голос и выражение лица. Он огляделся и увидел, что Элоиза направляется к ним. — Пен, нам нужно поговорить. — Время разговоров закончилось, — твёрдо сказала Пенелопа. — Ты бросил меня на произвол судьбы. Это конечный результат. Ты, наконец, будешь свободен от меня, а я от тебя. — Пен... — Не верь ничему, что она говорит, Колин. — Элоиза присоединилась к ним и резко вмешалась. — Она патологическая лгунья. — Ты хоть представляешь, что мы только что обсуждали? — спросил Колин у Элоизы. Элоиза отрицательно покачала головой. — В любом случае это не имеет значения, тебе просто нужно помнить, что всё, что она сказала, — ложь. Пенелопа печально ухмыльнулась. — Я предлагаю тебе поверить в то, что я только что сказала, Колин. Я собираюсь устроить королеве такое представление, что у нее не останется выбора, кроме как дать развод. — Она повернулась к Элоизе. — Или я лгу и действительно хочу оказаться в ловушке этого адского брака? — она пожала плечами. — Подожди и узнаешь. Она забралась в королевскую карету и захлопнула дверцу у них перед носом. Колин потянулся к дверной ручке, но Бримсли остановил его. — Прошу прощения, сэр, но королева ясно дала понять, что этот экипаж предназначен только для мисс Пенелопы. — Мисс Пенелопа? — Колин приподнял бровь. — Она в браке. — Не консуммированном, сэр, — ответил Бримсли, не сдвинувшись с места. — Кроме того, мисс Пенелопа сообщила королеве, что от обращения «миссис Бриджертон» у нее сводит живот. — Он хлопнул по стенке кареты, и она отъехала с Пенелопой внутри. — Иногда осознание приходит слишком поздно, — загадочно сказал он и вернулся к королеве. Колин застыл на месте, не обращая внимания на Элоизу, которая болтала о том, что Пенелопу нужно наказать ещё сильнее, потому что она это заслужила. На мгновение Колин задумался, хотела бы Элоиза, чтобы её наказали так, как она предлагала наказать Пенелопу, потому что в тот момент стало ясно, что Элоизу никогда в жизни не наказывали.