На сон грядущий

То, что у полудемонов всё не как у людей, Неро понял сразу. Люди не прощают тех, кто дал им ногами в лицо, а потом пришпилил собственным мечом к статуе. Но всю глубину трагедии он осознал только тогда, когда посреди очередной стычки услышал за спиной храп. Хорошо, не храп. Данте не храпел. Данте сопел, и то тихо. Кредо в своё время, пока внезапно — дорого заплачено за это «внезапно», как оказалось — не поправил сломанный по малолетству нос, храпел по-настоящему, так, что через стенку слышно. А Данте нет. Только свистящий призвук на вдохе, сиплый — на выдохе. Голову опустил, занавесил лицо распушившимися волосами… Неро сначала не поверил своим глазам. Потом подумал, что надо бы его окрикнуть, но не успел — демоны ему передышку давать не собирались. А после стало поздно: один из ящеров подобрался к Данте, и тот выстрелил в тварь из дробовика в упор так чётко и красиво, будто его «дремота» была частью какого-то плана. Да и дремота ли это? Может, Неро просто обознался. Может, сам злой, потому что из-за жары не выспишься, а Кирие вставала в шесть утра и волей-неволей будила и его тоже… А потом начал понимать, что нет. Не обознался. Данте мог уснуть в самой неподходящей позе в самое неподходящее время — и всё равно как-то выходил сухим из воды. В такие моменты он становился похож на здорового кота, который постоянно засыпал внутри приютской решётки — голова на траве в садике, задние лапы на камнях тротуара, спина выгнута так, что не понятно, почему она не отвалилась… а как попробуешь погладить — ныряет в кусты так быстро, что взглядом не уследишь. Вот так и Данте: вроде бы спит, а как какой-нибудь демон подкрадывается — оружие в руку, и тварь отправляется в родной Ад. Ещё и бормочет хрипловато спросонья: — Что, никакого перерыва?.. Вам же хуже. Неро мечтал о том, чтобы когда-нибудь мочь так наплевательски относиться к работе и выжить. Впрочем, Данте и к своему здоровью относился наплевательски. Иначе Неро не понимал, как он мог спать, закинув ноги на стол так, что передние ножки стула отрывались от пола. Одно то, что он никогда не наворачивался с этого стула, уже чудо. А вот что при этом он спал так чаще, чем на диване… который тоже короткий, не слишком удобный, Неро один раз заснул там, и потом полдня спину тянуло… — У тебя что, кровати нет? — не его дело, конечно, как и кто спит, но любопытство оказалось сильнее. — Не поверишь, но есть, — Данте потянулся, хрустнул плечами, зевнул, закрыв рот кулаком. — Тогда почему ты спишь за столом? Выглядит не слишком-то безопасно. — Поверь, главная опасность в этом здании — это ты, — Данте усмехнулся и всё-таки сел ровно. — Во-первых, мне иногда звонят, какая новость… а во-вторых, так удобнее. Сказал бы «вырастешь — поймёшь», но раз твоя рука не спешит убираться, это тебе светит нескоро. Неро тогда почесал окостеневшее запястье правой руки и подумал, при чём тут она. А спустя её травматическую ампутацию, преисподнюю в Редгрейве и двух с половиной идиотов, которых пришлось разнимать с помощью дедова наследия, понял. Так и правда удобнее — «выключиться» на кухонном табурете и «включиться» раньше, чем Кайл опять перевернёт стойку для тарелок, а Нико станет лень выходить из дома, чтобы покурить. И даже спина не болела, как её не скручивай. Такая себе компенсация, но Неро не гордый — жизнь быстро приучила брать, что дают. А Данте от жизни «взял» новый способ проверить себя на прочность. Иначе Неро не мог объяснить, почему старику показалось хорошей идеей вздремнуть, положив голову на плечо напрягшегося, как готовящийся к прыжку Тень, Вергилия. Тень тоже был тут: совал морду в холодильник, в котором что-то переставлял Ви. — Можешь не приглушать шаги, — сказал он и, для наглядности, захлопнул холодильник с таким грохотом, что у Нико, не выйди она покурить, ёкнуло бы сердце. — Сейчас его ничем не разбудишь. Неро с прищуром взглянул на эту — сюрреалистичную, на его взгляд — картину. Вергилий тоже ответил ему прищуром. — А это у вас вообще… в порядке вещей? — на всякий случай уточнил Неро: только драк прямо в салоне ему и не хватало. — …я не собираюсь ему вредить, если тебя беспокоит это, — Вергилий с шумом выдохнул через нос — Неро постарался не думать о том, что делает так же, когда ему что-то не нравится. — Я не настольно отчаялся, чтобы нападать на спящего. — Они постоянно так спали в детстве, — Ви сел напротив, сложил пальцы на ручке трости. — Единственная ситуация, в которой его можно терпеть, — Вергилий угрюмо поджал губы, но Данте с плеча сбрасывать не спешил. Неро зевнул, растёр шею. Да уж. Один недостаток у такого «сна урывками» всё-таки был — он не давал того ощущения бодрости, какое даёт обычный сон. Ладно. Выспится на обратном пути. Когда Нико наконец-то докурит… она что, решила весь блок выкурить, что ли?.. — У Вергилия очень удобное плечо, — Ви, похоже, всё это очень забавляло. — Можешь проверить сам, если хочешь. Неро недоверчиво уставился на Вергилия — отца, чёрт возьми, до сих пор думать об этом смешно и страшно. Тот, если и был недоволен предложением Ви, тщательно это скрывал. — Странный у вас семейный досуг, конечно… — да к чёрту: Неро сегодня набегался и остался один разговаривать с ушибленными на голову местными. Он заслужил отдых, а не очередную задачку на «как не дать двум полудемонам угробить друг друга и выжить самому». Да и Ви, вроде, ничего плохого ему пока не предлагал. — Ладно. Только руку я при себе хочу оставить. Ви неловко улыбнулся. Вергилий снова протяжно выдохнул через нос, но заднюю давать не собирался. В конце концов, все хоть раз в жизни да засыпали у своих родителей на плече, верно? Неро сел рядом, замер на мгновение. Вергилию, похоже, его нерешительность надоела первой: он сжал его плечо, но несильно, не как тогда запястье правой руки, и опрокинул на себя. Руку оставил. Ви не обманул — действительно удобно. И Неро мог поклясться, что старик ухмыльнулся ему сквозь сон.