~ Глава 58 ~

Она ​сочувствовала ​Локи. ​Как ​и ​она ​сама, ​рыжеволосая ​никогда ​не ​испытывала ​любви ​до ​своего ​пребывания ​в ​смертном ​мире. ​Гестия ​не ​знала, ​что ​произошло, ​а ​раскрытие ​того, ​что ​причиной ​был ​не ​кто ​иной, ​как ​Кусанаги ​Годо, ​её ​удивило, ​но ​было ​очевидно, ​что ​произошло ​какое-то ​отвержение. ​ ​Гестия ​даже ​не ​могла ​представить, ​как ​бы ​она ​отреагировала, ​если ​бы ​Белл ​вдруг ​отвернулся ​от ​неё. ​ ​— ​Тебе ​никто ​не ​поможет, ​— ​пробормотала ​Локи. ​— ​Никто ​не ​может. ​ ​— ​Я ​смогу, ​если ​ты ​позволишь, ​— ​мягко ​ответила ​Гестия. ​ ​Локи ​ничего ​не ​ответила. ​ ​— ​Все ​беспокоятся ​о ​тебе, ​Локи. ​Завтра ​у ​твоей ​Семьи ​экспедиция, ​но ​единственное, ​о ​чём ​они ​думают, ​это ​их ​потерянная ​богиня. ​Ты ​ведь ​хочешь, ​чтобы ​они ​сосредоточились ​на ​таком ​опасном ​походе? ​ ​— ​Ты ​права. ​Мне ​стоит ​полностью ​отменить ​экспедицию. ​ ​Гестия ​нахмурилась. ​— ​Локи. ​Я ​понимаю, ​что ​ты ​чувствуешь. ​ ​— ​Нет, ​не ​понимаешь. ​ ​Она ​открыла ​рот, ​чтобы ​возразить, ​но ​замерла ​на ​полуслове. ​Локи, ​в ​некотором ​роде, ​была ​права. ​Белл ​ведь ​ещё ​не ​отверг ​её. ​ ​— ​Я ​люблю ​Белла. ​ ​Локи ​слегка ​повернула ​голову. ​Гестия ​была ​рада ​хотя ​бы ​какому-то ​отклику. ​ ​— ​Кто, ​чёрт ​возьми, ​такой ​Белл? ​ ​Гестия ​напомнила ​себе, ​что ​она ​здесь, ​чтобы ​подбодрить ​Локи, ​а ​не ​побить ​её. ​ ​— ​Мой ​авантюрист, ​— ​с ​улыбкой ​ответила ​она. ​— ​Белл ​Кранел. ​Я ​люблю ​его. ​ ​— ​О, ​— ​равнодушно ​ответила ​Локи. ​— ​Поздравляю. ​ ​Это ​будет ​гораздо ​сложнее, ​чем ​Гестия ​думала. ​ ​— ​Ты ​любишь ​Кусанаги ​Годо, ​не ​так ​ли? ​— ​спросила ​она, ​начиная ​слегка ​сомневаться. ​Возможно, ​Риверия ​ошиблась? ​ ​— ​Не ​надо, ​— ​резко ​сказала ​Локи, ​неожиданно ​садясь ​прямо ​и ​пугая ​Гестию. ​— ​Не ​произноси ​его ​имени. ​ ​Теперь ​Гестия ​была ​полностью ​сбита ​с ​толку. ​Что ​именно ​Годо ​сделал ​с ​Локи? ​— ​Почему ​нет? ​— ​спросила ​она. ​ ​Локи ​выглядела ​внутренне ​конфликтующей, ​размышляя. ​ ​— ​Потому ​что ​он ​не ​тот, ​за ​кого ​ты ​его ​принимаешь. ​ ​Теперь ​Гестия ​чувствовала ​себя ​ещё ​более ​обеспокоенной. ​Очевидно, ​Локи ​что-то ​скрывала. ​Было ​ясно, ​что ​Кусанаги ​Годо ​— ​это ​не ​тот ​человек, ​которым ​его ​видели ​остальные. ​ ​Локи ​замерла. ​— ​Хестия... ​— ​её ​голос ​был ​полон ​сомнений. ​— ​Что ​такое ​монстры? ​ ​Гестия ​растерялась. ​Теперь ​это ​уже ​что-то ​совершенно ​другое. ​ ​— ​Монстры? ​— ​удивлённо ​переспросила ​Гестия. ​— ​Что ​ты ​имеешь ​в ​виду? ​Это ​же ​те ​самые ​злобные ​создания, ​которые ​появляются ​в ​Подземелье. ​ ​Локи ​выглядела ​недовольной ​этим ​ответом. ​— ​Что ​это ​вообще ​значит? ​Всё, ​что ​появляется ​в ​Подземелье, ​это ​монстры? ​Все ​они ​злые? ​Откуда ​они ​берутся ​и ​почему ​мы, ​боги, ​не ​можем ​их ​контролировать? ​ ​Гестия ​моргнула. ​Экзистенциальный ​кризис? ​Она, ​конечно, ​была ​рада, ​что ​Локи ​наконец-то ​начала ​говорить, ​но ​понятия ​не ​имела, ​как ​справляться ​с ​такими ​вопросами. ​Разве ​боги ​вообще ​могут ​переживать ​экзистенциальные ​кризисы? ​ ​— ​Эм... ​Я ​не ​знаю. ​Разве ​не ​поэтому ​мы ​отправляем ​авантюристов ​в ​Подземелье? ​Чтобы ​выяснить? ​— ​спросила ​она, ​всё ​ещё ​пытаясь ​понять, ​почему ​Локи ​задаёт ​такие ​вопросы ​спустя ​десятилетие ​жизни ​среди ​смертных. ​ ​— ​Я ​не ​хочу ​ждать. ​Мне ​нужно ​знать ​сейчас, ​— ​Локи ​сжала ​кулаки, ​её ​голос ​дрожал ​от ​нетерпения. ​ ​— ​Это ​связано ​с ​Кусана... ​— ​Гестия ​осеклась, ​поймав ​взгляд ​Локи, ​полный ​предупреждения. ​— ​Это ​связано ​с ​ним? ​— ​поправилась ​она. ​ ​— ​Может ​быть, ​— ​уклончиво ​ответила ​Локи, ​избегая ​взгляда. ​ ​Гестия ​закатила ​глаза. ​— ​Так ​ты ​любишь ​его ​или ​нет?! ​— ​воскликнула ​она. ​— ​Иначе ​мой ​рассказ ​о ​Белле ​был ​совершенно ​бесполезным! ​ ​— ​Я ​НЕ ​ЗНАЮ! ​— ​выкрикнула ​Локи, ​а ​затем ​её ​голос ​стал ​тише. ​— ​Я ​не ​знаю... ​— ​Она ​тяжело ​вздохнула. ​— ​И ​это ​меня ​ужасно ​бесит. ​— ​Подняв ​подушку, ​она ​швырнула ​её ​в ​стену. ​— ​Любовь ​— ​это ​глупость, ​— ​пробормотала ​она. ​ ​— ​Нет, ​это ​не ​так, ​— ​твёрдо ​сказала ​Гестия. ​ ​Локи ​подняла ​взгляд, ​явно ​удивлённая. ​Честно ​говоря, ​даже ​Гестия ​сама ​не ​ожидала ​такой ​автоматической ​и ​уверенной ​реакции. ​ ​— ​Любовь ​— ​это ​прекрасно, ​— ​продолжила ​она. ​— ​Она ​приносит ​радость. ​Она ​даёт ​смысл. ​Она ​наполняет ​жизнь ​яркими ​красками, ​которые ​иначе ​бы ​остались ​тусклыми ​и ​серыми. ​Но ​там, ​где ​свет, ​всегда ​есть ​и ​тьма. ​Любовь ​может ​причинять ​боль. ​Она ​может ​разбивать ​нас. ​Она ​может ​толкать ​людей ​на ​ужасные ​поступки. ​ ​Гестия ​сделала ​паузу. ​Зачем ​она ​вообще ​читает ​лекцию ​о ​любви ​Локи? ​ ​Тем ​не ​менее, ​она ​продолжила. ​— ​Любовь ​создаёт. ​Но ​она ​и ​разрушает. ​Мы ​не ​можем ​выбрать, ​на ​какую ​сторону ​упадёт ​монета. ​Мы ​можем ​лишь ​принять ​это. ​Какими ​бы ​ни ​были ​твои ​чувства, ​любовь ​всегда ​будет ​рядом. ​И ​только ​тебе ​решать: ​пройти ​через ​бурю, ​чтобы ​увидеть ​радугу, ​или ​закрыться ​от ​всего ​мира ​и ​не ​увидеть ​ничего. ​ ​Локи ​проглотила ​комок ​в ​горле, ​её ​взгляд ​стал ​задумчивым. ​ ​Гестия ​надеялась, ​что ​она ​хотя ​бы ​задумалась. ​Она ​не ​могла ​поверить, ​что ​в ​какой-то ​момент ​её ​жизнь ​приведёт ​к ​тому, ​что ​она ​будет ​учить ​Локи ​любви. ​ ​— ​Если ​Белл ​Кранел ​ударит ​тебя ​ножом, ​ты ​всё ​равно ​будешь ​его ​любить? ​ ​Что? ​ ​Гестия ​ошеломлённо ​замерла, ​услышав ​этот ​вопрос. ​На ​лице ​Локи ​не ​было ​и ​намёка ​на ​шутку, ​только ​серьёзность. ​ ​Гестия ​позволила ​словам ​Локи ​осесть ​в ​её ​сознании, ​пытаясь ​осмыслить ​услышанное. ​ ​— ​Я ​люблю ​Белла ​за ​его ​доброту, ​за ​его ​чистую ​душу, ​— ​медленно ​начала ​она, ​выбирая ​слова. ​— ​Он ​никогда ​не ​сделает ​такого. ​Но ​любить ​кого-то ​— ​это ​также ​быть ​готовым ​к ​тому, ​что ​он ​может ​причинить ​тебе ​боль. ​Боязнь ​быть ​раненным ​— ​это ​не ​повод ​перестать ​любить. ​Каждый ​день ​я ​боюсь, ​что ​что-то ​случится ​с ​Беллом ​в ​Подземелье, ​что ​он ​может ​не ​вернуться. ​Или ​что ​он ​вдруг ​решит ​присоединиться ​к ​другой ​Семье. ​Белл ​Кранел ​может ​причинить ​мне ​боль ​множеством ​способов, ​даже ​не ​осознавая ​этого. ​Но ​это ​нормально. ​Та ​уязвимость, ​которую ​ты ​чувствуешь ​сейчас? ​Это ​уже ​и ​есть ​любовь. ​Локи, ​ты ​влюблена ​в ​Кусанаги ​Годо, ​даже ​если ​не ​хочешь ​этого ​признавать. ​ ​Локи ​покачала ​головой, ​её ​лицо ​исказилось ​в ​выражении, ​в ​котором ​читались ​борьба ​и ​отчаяние. ​ ​— ​Нет. ​Я ​не ​могу. ​Я ​не ​могу ​любить ​Кусанаги ​Годо. ​Это ​неправильно. ​ ​Гестия ​улыбнулась, ​заметив, ​как ​Локи ​впервые ​произнесла ​его ​имя ​вслух. ​ ​— ​Почему ​нет? ​Потому ​что ​это ​значит ​открыть ​себя? ​Это ​значит ​дать ​ему ​возможность ​ранить ​тебя? ​Это ​значит ​стать ​слабой? ​ ​Широкие ​глаза ​Локи ​выдали ​её. ​Медленно, ​с ​неохотой, ​она ​кивнула. ​ ​— ​Поздравляю, ​Локи, ​— ​мягко ​сказала ​Гестия, ​но ​её ​слова ​прозвучали ​весомо. ​— ​Ты ​только ​что ​открыла ​для ​себя ​понятие ​смертности. ​Этот ​страх, ​который ​ты ​чувствуешь? ​Это ​то, ​что ​наши ​авантюристы ​испытывают ​каждый ​раз, ​входя ​в ​Подземелье. ​И ​всё ​же ​они ​продолжают. ​Упорно. ​Смело. ​Добровольно. ​Хочешь ​знать, ​почему? ​ ​Гестия ​не ​дала ​Локи ​времени ​ответить.