Часть 2. Глава 11

Прошла неделя с той ночи. Короткая, но такая длинная неделя. И никакого продвижения. Абсолютно. Словно сама судьба противилась поискам Лин. Может быть, зря они вообще это затеяли? Может быть, пусть все сокровища достались бы Пэну? И тогда все бы закончилось быстро. Настолько, что не успеешь и вздохнуть. Мысль пойти к Зеркалу появилась спонтанно и была полна отчаяния. В тот вечер они вернулись с тренировки слишком поздно, но Лин, пока парни поочередно ходили в душ, пила на кухне чай и глядела в окно. Сумерки сгущались с неотвратимой силой, с каждой минутой становясь все темнее и темнее. Лишь у далёкого горизонта ещё алела яркая полоса. Девушка устало вздохнула и опустила глаза в кружку — на дне плавали листочки мяты. А в глянцевой поверхности чая отражалось белое лицо, задумчивое и печальное одновременно. Ещё раз вздохнув и допив чай одним глотком, Лин направилась наверх, на автомате спрятав руки в карман толстовки. Единственный плюс всех этих тренировок — можно не носить форму, и Лин им пользовалась вовсю. Но, стоило оказаться на втором этаже, как девушка остановилась. Дверь в комнату Юу была приоткрыта, и в щели просматривалась хрустальная гладь зеркала над камином. Девушка не могла объяснить, почему остановилась, чем привлекло ее это зеркало. Но одно она поняла точно — именно зеркало, возможно, является ключом к разгадке. Ведь Королева ей являлась в отражении... "Нет, я просто пытаюсь найти объяснение, — помахала головой Лин и сделала шаг вперёд. — Пытаюсь обосновать свое ничтожество". Но вдруг... Если... Лин снова остановилась. Вдруг это действительно что-то значит? Если сама Королева даёт ей знаки? Девушка тихо закрывала и ещё сильнее затоптала по коридору, пока не оказалась за дверью своей комнаты. Подошла к окну — второй этаж. Она и с большей высоты прыгала, ничего страшного. Холодная решимость завладела ей окончательно. Лин прилегла на кровать и прислушалась. В комнатах ещё слышны разговоры. Надо подождать, пока все уснут. И тогда... И тогда она отправится на поиск сокровищ. Лин уткнулась лбом в барную стойку и тихо выдохнула. Как же все бесит! Зеркало не дало вообще никакого четкого ответа. Только зря время потеряла. Ещё и Вил со своим фестивалем! Осталась всего пара, поэтому он совсем с катушек слетел... Даже поесть уже нет времени! Благо, в воскресенье не трогал. Весь месяц Лин и мальчики буквально жили в танцзале. Благо, с каждым разом у них получалось все лучше и лучше, поэтому Вил особо не ругался. Но Лин видела — с братом творится что-то странное. Будто бы.. он был одержим. И чем ближе подползал заветный день, тем сильнее девушка в этом убеждалась: Вил мог с маниакальным выражением лица сидеть над телефоном круглые сутки, что-то высматривая в экране, мог всю ночь танцевать, напрочь забыв про сон, почти не ел... Это казалось странным, раньше он никогда так себя не вел. Девушка даже поделилась своими опасениями с Руком — тот сказал не переживать понапрасну, хотя, Лин была уверена, сам волновался за друга. Рядом с головой звякнул бокал. — "Морская богиня" для маленькой русалочки! — Не заказывала, — глухо ответила Лин, совсем не разделяя веселого настроения бармена. — За счёт заведения, — бокал придвинулся ближе. Флойду пришлось наклониться почти на 90 градусов, чтобы оказаться на одном уровне с девушкой, что активно не обращала на него внимание. Слегка прикоснувшись к черным волосам, парень мягко улыбнулся. — На тебя даже смотреть больно. Поделишься? — Скажи, ты когда нибудь искал что-то что неизвестно где лежит? — спросила она, не поднимая головы. — И ты даже толком не знаешь как эта вещь выглядит? — Конечно! — усмехнулся Флойд. — Учебник по магической технологии за первый год! До сих пор у себя в комнате найти не могу. — Вот и я тоже... Не могу найти... Голова перекатилась на вытянутую руку, а пальцы второй обхватили высокую ножку бокала с коктейлем. "Богиня" понравилась Лин в первый же день в колледже — не слишком сладкий, освежающий, чем-то даже напоминает мохито. Но была в нем какая-то горчинка, которую девушка так и не могла разгадать. — Это что-то ценное? — Мгм, — вновь выдохнула девушка. —И, если попадет в плохие руки, нам всем крышка. — Какие темные у тебя мысли, русалочка! — рука Флойда снова оказалась на ее волосах, но уже так скоро он ее не убрал. Гладил, словно котенка. — Отдохни. Не думай об этом. — Да как не думать! — воскликнула Лин, резко поднявшись. В глазах появилась опасная влага, а руки уже начали дрожать. — Я могу вылететь отсюда в любой момент! И тогда уже не смогу найти Диадему! С минуту Флойд молчал, глядя куда-то в сторону. Но потом вышел из-за стойки и, остановившись около девушки, распростер руки в стороны: — Иди сюда! Давай, пока никого нет. В такое время действительно не было посетителей, и Лин пользовалась моментом побыть в тишине, в компании старых друзей. А с ними, а особенно с Лоло, она иногда позволяла себе быть слабой. Спрыгнув с высокого стула, Лин прижалась щекой к его груди. Такой горячий, как печка! Был бы помягче ещё, и можно было бы спать. — Ты такая занятая, — рука Флойда гладила девушку по спине. Он боялся ей навредить, знал, что его объятья могут сломать ей пару ребер. Поэтому даже прикасаться было боязно. — Из-за этих репетиций совсем перестала заходить. — Извини, — прошептала Лин. — Извиняю, русалочка.

***

— Сегодня репетируем в форме! — торжественно заявил Вил этим утром перед началом завтрака. Все сидели сонные и вяло ковырялись в тарелках. Один Вил выглядел бодро и прекрасно.— Самая лучшая одежда для студенческого коллектива - это их школьная форма. Поэтому будем танцевать в ней. — Главное, чтобы корсет не лопнул, — пробормотала Лин, лениво жуя кашу, заботливо приготовленную Юу. — Кстати об этом, — обратился к ней Вил. — Лин, я буду придерживаться начального решения. В команде будет участвовать Рук. На миг девушка замерла, так и не донеся ложку ко рту. Слова добрались до нее резко, точно ударили по сознанию кувалдой. Но на лице ничего не было, ни единая эмоция не отразилась на нем. Хотя внутри постепенно начало разрастаться странное душашее чувство. Положив ложку обратно в тарелку, Лин встала и молча направилась к двери. — Ты куда? — спросил вслед ей Рук, первее остальных отошедший от слов Шоэнхайта. Он и сам был в шоке от слов старосты, и, конечно, рад! Но противная горечь, что шлейфом текла за Лин... Он видел, как изменилось ее лицо, как похолодел взгляд. И честно думал, что девушка убьет его, вместо того, чтобы просто встать и уйти. — Пойду прогуляюсь, — отрезала она уже в коридоре. Точкой ее словам стала закрытая дверь. Вздох Вила казался очень громким в гробовой тишине. Он и сам рассчитывал успокаивать разъяренную фурию, в котору превратится его сестра. Что ж, это даже лучше, что она ушла, не будет тратить время. Лин осторожно прикрыла дверь и скатилась по ней на пол, присев на корточки. Солнце припекало, все таки - весна уже. Но в душе вышла вьюга. Она уже и забыла, на каких именно условиях Вид согласился взять ее. Либо она, либо Рук. И следовало ожидать кого он выберет. Она злилась. На Вила, на Рука, на себя... Пусть и понимала, что это бессмысленно. Особенно на Рука. Но не могла сейчас думать иначе. Может быть, стоило устроить скандал? Сейчас было бы чуть полегче... Или, наоборот, сделалось бы только хуже. Поднявшись на ноги, она направилась за территорию общежития. Парни не должны были видеть ее в таком состоянии, когда... Когда она была готова разреветься от несправедливости. "К Сэму схожу, может, найдет для меня какое-то дело. Даже ту же пыль протереть". Дело, действительно, нашлось. Как только Лин заявила о своем желании, Сэм засиял не хуже звезды на небе и с благодарностями вручил ведро, швабру и кучу тряпок. Благо, что больше ничего не говорил - у Лин ком в горле стоял, и она бы отвечала с трудом. В обед Сэм притащил из столовой жаркое с бараниной и заварил чай. К тому времени девушку уже немного отпустило, поэтому удалось даже завязать лёгкий разговор. Слезы больше не тревожили глаза, поэтому она смогла улыбнуться какой-то шутке мужчины. После обеда неожиданная уборка продолжилась до самого вечера. Но, после Сэм подарил девушке целую корзинку сладостей и орехов. И тут возник вопрос: как ей забрать вещи от Юу? Сейчас уже поздно и ребята наверняка уже пришли с репетиции. Ладно, завтра заберёт, в общежитии у нее ещё много вещей. А то, что она будет сегодня ночевать именно в Помфиор, она решила ещё утром. Телефон вновь завибрировал. Целый день от ребят (больше конечно от Калима) сыпались сообщения, но она их даже не смотрела. И даже сейчас не удосужились включить телефон и проверить. Потом... Когда она будет полностью спокойна. Или после фестиваля. "Надо будет как следует повеселиться, — говорила себе девушка, направляясь к замку общежития. В окнах ещё горел свет. — Хочу яблоки в карамели. И просто карамель, чтобы все слиплось и у Вила все лицо перекосило". Лин усмехалась, но в этот момент почувствовала, как чья то рука обхватила ее запястье. Если бы не корзинка, Лин бы без промедления вокзала наглецу и лишь потом бы заметила, что это был Рук. Но корзинка помешала, поэтому пришлось просто вздрогнуть и с удивлением уставиться на друга. — Я хотел поговорить с тобой, — проговорил парень, продолжая держать ее. — О чем? — Ты не злишься? — Рук неловко поднял глаза на девушку, и даже в темноте Лин разглядела сильное смущение. — Не в обиде? — Почему я должна обижаться на тебя? — вздохнула она. — Это же не ты решал мою судьбу. — Все равно. Я занял твое место. — Оно никогда не было моим, — сказала Лин с холодом. Нет, она обижалась, но показывать это не будет. На лице - ни единой эмоции. — Не бери в голову. Она осторожно высвободилась из лёгкой хватки Ханта и затопала дальше по камню дорожки. — Ты прямо как Королева, — тихо произнес Рук, поворачиваясь к зеркалу. — Только короны на голове не хватает. "Короны на голове?" — повторила девушка и спешно обернулась. Но Рук уже скрылся за хрустальной гладью.

***

По пустому коридору звонко раздавались шаги. Острые каблуки красных туфель словно отмеряли последние минуты чьей-то жизни, так неумолимо движущейся к смерти. Очень мучительной и долгой. Лёгкий черный плащ летел за спиной роскошной мантией, на которой снегом выделялись белые волосы, раскинутые по плечам. И, все таки хорошо, что она надела брюки — в платье было бы сейчас неудобно. Прекрасное лицо, что завораживало многих, исказилось первородной яростью, и, казалось, она была готова разразиться бранью в любой момент. Женщина уже давно не была здесь, поэтому дорогу помнила смутно. Но сейчас словно невидимая нить вела ее вперёд, в темный коридор, единственным светом в котором была луна. Дверь распахнулась прямо перед ней, но женщина словно не заметила тех, кто собирался выйти — оттолкнула их в сторону и прошла вглубь кабинета директора. Обведя цепким взглядом темно-карих глаз учителей, заговорила: — Где она?