Часть 4

      Отрывок из письма Эовин, принцессы Итилиэна, ее брату Эомеру, королю Рохана       «Ты знаешь, что я стараюсь не лгать, и поэтому тебе придётся поверить мне на слово, когда я скажу, что видела, как закалённые в боях ветераны смеялись с эльфом, как дети! И не только ветераны войны, но и женщины, и дети, все, кто был там, к концу вечера стали его друзьями.       Эомер, тебе следует радоваться, что ведь если бы Леголас решил уговорить тебя отказаться от своего королевства и стать жонглёром, то он, несомненно, преуспел бы в этом».       Дерик распахнул от изумления рот. Он сражался на Пеленнорских полях и отчётливо помнил, что там был эльф. Но был слишком занят борьбой за свою жизнь, чтобы заметить стрельбу Леголаса из лука, а заметить было что.       — Я никогда не видел ничего подобного, — прошептал он своему спутнику, когда Леголас, почти не целясь, посылал стрелу за стрелой в центр мишени. Участвовавшие в состязании люди тоже совершенствовались под руководством принца. — Так стреляют из лука эльфы? Неудивительно, что лорд Фарамир с таким почтением относится к эльфийским воинам. — Он повернулся к Эредиону. — Ты должен показать мне как стрелять, когда мы вернёмся домой.       Эредион рассмеялся.       — Я не очень люблю лук, тебе лучше попросить кого-нибудь из лучников дать тебе пару уроков. И попроси, чтобы они провели демонстрацию. Но даже среди лучников мало кто может соперничать с Леголасом. Саэльдур может это сделать, по крайней мере, на тренировочном поле. — Он пожал плечами. — Ты мог бы убедить Саэльдура и Рошендилвен помочь обучить следопытов стрелять из лука. Они отвечали за обучение лучников Леголаса под руководством лорда Торонтура.       — А они согласятся?       — Согласятся, если Леголас разрешит. Я не думаю, что он будет против.

***

      Отрывок из письма Эомера, короля Рохана, его сестре Эовин, принцессе Итилиэна       «Больше всего я сочувствую Фарамиру. Думаю, что ему не удастся проводить с тобой много времени из-за твоих новых эльфийских друзей. Но зная Фарамира, я думаю, что он будет проводить с эльфами столько же времени, сколько и ты».       Эовин заметила, что девушки, стоявшие с краю толпы, пристально наблюдали за ними. Должно быть, правда о Леголасе уже распространилась. Никто из родителей не позволил бы своим дочерям стоять и смотреть на неизвестного бродягу, каким бы искусным лучником он ни был.       Когда Леголас выпустил ещё один залп, демонстрируя как стоит расположить руки и ноги своей растущей группе учеников, Эовин чуть не рассмеялась. Аэрониэль была совершенно права. На поле для стрельбы из лука никакой рваный плащ не мог скрыть истинную природу Леголаса.       Кто-то дернул ее за юбку.       Эовин посмотрела вниз и увидела мальчика, который первым попросил Леголаса дать ему уроки стрельбы из лука.       — Миледи, — сказал он, — могу я вас кое о чём спросить?       — Конечно. Что случилось?       Мальчик посмотрел на Леголаса и заколебался.       — Что, если я дал обещание, но не хочу его выполнять?       Эовин пристально посмотрела на него.       — Что ты имеешь в виду?       — Я обещал ему… мы все обещали ему, что никому не скажем, что видели его здесь. Но я… я не хотел причинить вреда, миледи, честное слово. Мой отец — один из капитанов Итилиэна.       Там вот где Эовин видела его раньше. Она проклинала себя за то, что не вспомнила, но в крепости бегало так много детей, а у неё было столько дел, что она ещё не успела запомнить все их имена.       — Отец говорит, что мой долг, как его сына, который скоро станет взрослым мужчиной — сохранять мир. И поэтому я… я… я не знал, что…       Эовин стало жаль его.       — Для благородного человека, — тихо сказала она, — обещание есть обещание. Но Леголас не рассердится на тебя за нарушенное слово, если ты поступишь так, как велит тебе совесть. Твой отец говорил правду. Скоро ты станешь взрослым мужчиной, и хотя ты всегда должен прислушиваться к советам окружающих, ты должен следовать только велению своего сердца.       Мальчик посмотрел на неё так, словно она не поняла чего-то важного.       Солнце почти село за горизонт. Было слишком темно для человеческих глаз. Леголас выпустил ещё одну стрелу, снова попав точно в цель. В любой другой день на рынке толпа начала бы расходиться, но сейчас никто не пытался уйти.       На дальнем конце ярмарочной площади поднялась суматоха.

***

      Отрывок из письма Эовин, принцессы Итилиэна, ее брату Эомеру, королю Рохана       «Ты не поверишь, но несмотря на то, что за Леголасом следило так много глаз, ему все же удалось опустить лук и раствориться в толпе. Я думала, что он полностью исчез, пока не поняла, что он рядом со мной.       Он заметил, что на рынок пришел Фарамир, чтобы навести справки. Думаю, в следующий раз мой муж будет умнее и не станет участвовать в пари между эльфами».       Услышав шум позади себя на дороге Дерик обернулся.       — Лорд Фарамир, — сказал Эредион, не оборачиваясь. — Для человека вы двигаетесь тихо.       — Они всё ещё там? — спросил Фарамир, понимая, что ему только что сделали комплимент.       — Да, милорд, — сказал Дерик, указывая на толпу. — Принц Леголас на поле для стрельбы из лука.       Он резко замолчал.       На поле для стрельбы из лука никого не было. Луки лежали на столе, а люди, которые толпились там мгновение назад, бродили между прилавками, покупая последние товары. Эльфа и принцессы Эовин нигде не было видно.       Дерик подумал бы, что ему всё это привиделось, если бы не веселье на лице Эредиона.       — Куда они делись? — прошипел Дерик.       — Кажется, вы не очень хорошо справлялись на тренировках следопытов, лорд Дерик, — сказал Эредион.       — Это может подождать, — сказал лорд Фарамир. — Пойдём со мной, Дерик. — Он легко спрыгнул с лошади. — И ты тоже, если хочешь, Эредион.       — Вы хотите, чтобы свидетели подтвердили ваши слова, когда вы вернётесь в замок? — смеясь, спросил Эредион. — Вы мудры, лорд Фарамир. Леголас и Элрохир могут быть очень настойчивы в своих пари… И Элладан тоже, хотя в это трудно поверить.       — Принц Леголас, кажется, с радостью принял бы своё поражение, — предположил Дерик.       — С радостью принял поражение? — Эредион выглядел так, словно у Дерика внезапно выросла ещё одна голова. — О, Леголас сделал бы это, если бы до этого дошло. Он не из тех, кто уклоняется от спора. Но, ты не… ты же не думаешь, что Леголас проиграет это пари?       — Ему придется проиграть. Ты видел его, я видел его, да все видели его. Он показал такое мастерство, с которым не может сравниться ни один человек. Если его стрельбы из лука было недостаточно, чтобы признать в нём эльфа, то это сделают его уши, потому что он снял капюшон.       Изумление на лице Эредиона сменилось ухмылкой.       — Если позволите, лорд Дерик, я дам вам совет: не повторяйте этого в присутствии моих эльфийских товарищей. Некоторые из них могут быть достаточно бессовестными и уговорят вас на еще одно пари. Король не одобрит этого, как и Леголас, если решит, что они пользуются вашей неопытностью.       Не дожидаясь ответа Дерика, он последовал за Фарамиром в толпу. Дерик поспешил за ними.       Люди поклонились Фарамиру, когда он приблизился, но Дерик заметил, что они поспешно отводили глаза. В кои-то веки Фарамир не знал, что делать. Он окликнул человека, который совершил ошибку, не успев отвернуться.       — Да, милорд, — нервно ответил мужчина.       — Надеюсь, вам понравилась ярмарка, — сказал Фарамир так неловко, словно он сам был эльфом, впервые попавшим на человеческий рынок. — Сегодня прекрасный день.       — Это так, милорд.       — Что-нибудь… эээ… примечательное случилось сегодня?       — Примечательное, милорд?       — Необычное.       — Я… эээ… прошу прощения, милорд, мой сын ест лишний кусок пирога с ежевикой. Это уже пятый кусок за сегодня. Я должен его остановить. Жена рассердится на меня, если он заболеет. Хорошего вечера, милорд.       Мужчина исчез в толпе.       Фарамир удивленно смотрел ему вслед. Дерик разрывался между раздражением и изумлением. Возможно, этот человек владел одним из прилавков, в котором эльф и принцесса Эовин делали покупки, поэтому он не хотел их разоблачать.       Приложив немного усилий, лорд Фарамир сумел привлечь внимание молодой женщины, которая вела за руку маленького ребёнка. Он снова задал наводящий вопрос.       — Мужчина на поле для стрельбы из лука был очень милым, — выпалила девочка, прежде чем её мать успела ответить. — Он показал всем, как стрелять.       — Человек на поле для стрельбы из лука? — переспросил Фарамир. Дерик сам удивился тому, что почувствовал укол разочарования. До этого момента он не осознавал, что очень хотел, чтобы принц Леголас выиграл пари. — В нём было что-то необычное?       — Совсем ничего, — твёрдо ответила молодая женщина, — кроме того, что он был одним из самых добрых людей, которых я когда-либо встречала. Хорошего вечера, лорд Фарамир.       Она присела в реверансе и увела девочку прочь.       Наблюдая за удаляющейся парой, Дерик вполголоса предложил:       — Лорд Фарамир, поговорите с владельцем прилавка с луками, и мы быстро закончим расспросы. Он наверняка знает, что принц Леголас — эльф.       Эредион лишь усмехнулся, пока они шли к прилавку.       Владелец прилавка заворачивал луки в большой кусок мешковины. Это были хорошие луки, но Дерик заметил, что Эредион ужаснулся.       — Только Леголас мог достойно выступить с таким оружием, — пробормотал он себе под нос. — Лорд Торондур сказал бы, что он заслуживает победы просто за то, что справился с этими луками.       Фарамир тем временем обращался к владельцу прилавка.       — Добрый вечер, друг мой, — сказал он. — Надеюсь, день прошёл плодотворно.       — Да, милорд, — ответил мужчина. — День был прекрасный.       — Я рад. Интересно, не… эээ. не было ли сегодня у вашего прилавка кого-нибудь… необычного…       —Необычного, милорд? — спросил торговец. — В каком смысле?       — Просто что-нибудь… необчное. Возможно, особенно умелый лучник, каких нечасто встретишь среди жителей Итилиэна.       — Милорд, — сказал торговец, — я заработал за один вечер больше денег, чем обычно зарабатываю за целую неделю. Вы же не ожидаете от меня неблагодарности по отношению к тому, кто это устроил.       Фарамир вздохнул.       — Конечно, нет. Спасибо, друг мой.